Глава 6
Идея родилась тихо, как подлый шепот в сумерках его сознания. Феликс сидел, скрестив ноги на полу, и смотрел на пиксельное лицо Ли Минхо на экране. Холодные глаза, острые скулы, поза, излучающая власть и абсолютный контроль.
— А если… я подойду к нему сам? — его собственный голос прозвучал приглушенно и нерешительно.
Чан, погруженный в строки кода, резко поднял голову.
—Ты совсем спятил? Это же не какой-то случайный парень из бара, Феликс. Это… это зверь в дорогом костюме. Он тебя сожрет и не поперхнется.
— Его сожрать? — Феликс горько усмехнулся, и в его глазах вспыхнул огонек, которого Чан не видел со дня его побега. — Меня уже продавали, как кусок мяса. Со мной делали вещи, после которых смерть кажется милостью. Что он может сделать со мной такого, чего я уже не видел? Страх? Я жив в страхе. Боль? Я дышу ею. Но он — единственный, у кого есть информация, которая может их уничтожить. Хёнджина и этого… Кима. Это игра на опережение. Он должен увидеть во мне не жертву. Он должен увидеть возможность.
Он говорил с такой тихой, отчаянной убежденностью, что Чан откинулся назад, изучая его. Он видел не сломленного мальчика, а человека, дошедшего до края и решившегося на отчаянный шаг.
— Ладно, — Чан выдохнул, закрывая ноутбук. — Допустим. Но мы не будем бросаться в омут с головой. Если идти, то с картой.
Он развернул свой ноутбук, его пальцы снова забегали по клавишам. Он нырнул в глубины даркнета, в закрытые форумы, куда обычные пользователи не имели доступа. Чан был хакером от бога, призраком в цифровых сетях. Он искал следы, цифровую пыль, которую оставляет после себя любой, даже самый осторожный человек.
Через несколько часов напряженной работы, он нашел его. Не официальный филиал «Кимберли Групп», а нечто иное. Элитный клуб «Элизиум». Место, где сливались деньги, власть и порок. Место, куда не было входа по бейджу. Только по приглашению. Или по рекомендации.
— Вот он, — Чан указал на логотип клуба на экране. — Он бывает там. Нечасто, но бывает. По средам. Его личный день.
— Откуда ты знаешь? — удивился Феликс.
— У меня есть друг. Джисон. Он… обеспечивает безопасность в подобных местах. Или взламывает ее. Смотря как посмотреть.
Чан достал телефон, набрал номер с заблокированного ID. Разговор был коротким и наполненным профессиональным жаргоном, непонятным для Феликса.
— Да, Джисон. Мне нужно расписание одного гостя. Ли Минхо. «Элизиум»… Да, понимаю. Жду.
Он положил трубку. Лицо его было серьезным.
—Джисон подтвердил. Минхо там почти каждую среду. Приезжает около десяти, уезжает после полуночи. Проводит время в отдельном ложе, иногда спускается в общий зал. Охрана — два человека при нем, еще трое у входа. Личная охрана, не клубная. Профессионалы.
Теперь они знали цель и место. Началась подготовка. Это было похоже на сборы на войну.
Первым делом — деньги. Чан без раздумий снял с накопленной суммы круглую сумму. Они отправились в бутики, которые Феликс раньше видел только из окна машины Хёнджина. Он примерял узкие черные брюки из тончайшей шерсти, рубашку из темно-синего шелка, которая меняла оттенок при свете, и пиджак, сидевший на нем так, будто его шили по мерке. Одежда, которая кричала о деньгах и вкусе, но не выставляла это напоказ. Она была его новой броней.
Вечером, в ванной комнате Чана, под ярким светом лампы, происходило самое сложное. Феликс стоял перед зеркалом, сняв рубашку. Его тело было картой перенесенных страданий. Желто-зеленые подтеки на ребрах, след от цепи на лодыжке, старый шрам на ключице. Чан, сконцентрировавшись, как хирург, наносил на каждый синяк, на каждую отметину плотный, маскирующий тональный крем. Его пальцы были осторожны, но каждое прикосновение отзывалось в памяти Феликса эхом старой боли.
— Держись, — тихо говорил Чан, замазывая фиолетовое пятно на его плече. — Сколько всего держал. И это выдержишь.
Когда следы побоев были скрыты под безупречным тоном, настал самый радикальный шаг. Феликс сел на табурет, обернув плечи простыней. Чан стоял с коробкой стойкой краски для волос в руках.
— Ты уверен? — в последний раз спросил он.
— Делай, — ответил Феликс, глядя на свое отражение с темными, как смоль, волосами. Волосами, которые так любил трогать Хёнджин в редкие моменты мнимой нежности.
Процесс был долгим и пахучим. Едкий запах аммиака щипал нос. Краска холодной пленкой ложилась на кожу головы. Феликс сидел с закрытыми глазами, отсекаясь от реальности. Он мысленно прощался с тем парнем, которым был. С жертвой.
Когда его наконец повели смывать состав под душ, а затем высушили и уложили феном, он медленно подошел к зеркалу.
И не узнал себя.
Из зеркала на него смотрел незнакомец. Белокурый. Почти белоснежные волосы резко контрастировали с смуглой кожей и делали его карие глаза еще глубже, еще трагичнее. Синяки были скрыты. Новый, дорогой наряд сидел безупречно. Он был красив. Опасно красив. И абсолютно чужд.
Он медленно провел рукой по своим светлым прядям. Это был не он. Это было оружие. Орудие мести.
— Боже, — прошептал Чан, глядя на него. — Ты… другой человек.
Феликс встретил его взгляд в зеркале. В его глазах не осталось и тени сомнения или страха. Только лед и решимость.
— Да, — тихо сказал он. — Теперь я другой человек. И в эту среду он познакомится с этим человеком.