Глава 8
Ты вышла на улицу, не чувствуя под собой земли. Воздух обжигал лёгкие, глаза щипало — но ты не останавливала слёзы.
Как? Почему именно она?
Мысли путались, дыхание сбивалось, и единственное желание — просто уйти, спрятаться, исчезнуть.
Ты почти бежала домой, не разбирая дороги. Дверь хлопнула за спиной, и ты сразу направилась в комнату. Руки дрожали. Ты распахнула шкаф и начала судорожно перебирать одежду — платье, то самое бордовое платье... его не было.
— Нет... нет, нет! — прошептала ты, переворачивая вешалки, бросая вещи на пол.
Пусто.
И вдруг взгляд упал на полку — там, где всегда стояло фото твоей покойной мамы.
Рамки не было.
Что-то оборвалось.
Ты застыла, а потом в отчаянии закричала — не сдерживая больше ничего.
— Как она посмела... как она посмела?!
Ты села на пол, сжав голову руками. Грудь сдавило, будто кто-то вырвал кусок души.
Дверь тихо открылась.
Юджин.
Та же холодная улыбка, идеальный вид, спокойствие, будто она пришла не в чужую бурю, а на спектакль, где знает, что всё идёт по сценарию.
— Ну знаешь... — начала Юджин, слегка склонив голову, играя прядью волос. — Я вообще не ожидала, что это была ты.
На её губах появилась хищная улыбка.
— Такая тихая, правильная... а оказалась хитрой лисой.
Она чуть приблизилась, глядя прямо тебе в глаза:
— Я просто... случайно наткнулась на это. И, знаешь, не смогла не воспользоваться моментом.
Ты резко встала.
— Где фото моей мамы? — голос дрожал, но в нём звенела ярость. — Отдай его. Немедленно.
Юджин медленно вынула рамку из сумочки, держа её за край.
— Возьми, — сказала она с той самой самодовольной улыбкой. — Оно всё равно тебе не помогло.
Но не спешила отдавать. Вместо этого подняла глаза и тихо добавила:
— Только послушай, Т/И. Если хоть попробуешь рассказать ему правду, я уничтожу тебя. Расскажу всё — о тебе, о твоих чувствах к нему. Ты ведь не хочешь, чтобы он узнал, правда?
Ты замерла. Мир будто снова остановился.
Юджин улыбнулась шире.
— Так что, милая, держись подальше от него. Я знаю, он твой "друг", — она выделила слово насмешкой, — но ни слова. Иначе ты знаешь, что будет.
Она наконец протянула тебе фото. Ты дрожащими пальцами выхватила его и прижала к груди.
Когда Юджин повернулась к двери, ты с трудом выдохнула:
— Зачем, Юджин? Почему ты это делаешь? Тебе правда нужен Хисын? Почему не сказала раньше?
Она обернулась, в её глазах блеснуло презрение.
— Милочка, — произнесла она с тихим смешком, — ты правда думаешь, что мир крутится вокруг тебя? Очнись. Ему не место рядом с такими, как ты. Так что отпусти его. Уже пора.
И вышла, не оглянувшись.
Ты стояла несколько секунд, не двигаясь, потом ноги подкосились, и ты опустилась на пол.
Слёзы снова хлынули — горячие, беспомощные.
Теперь всё кончено.
Ты не боялась Юджин.
Нет.
Ты просто... уважала её мать — госпожу Сурен, ту, что когда-то стала для тебя второй матерью.
И, возможно, именно это мешало тебе противостоять.
Может, это и к лучшему, шептал внутренний голос.
Хисын не узнает.
Он не разозлится.
Он просто... не узнает, что всё это время рядом была ты.
____________________________________
На следующий день ты вошла в аудиторию, стараясь дышать ровно, будто всё в порядке.
Внутри всё дрожало.
За одной из парт сидели Хисын и Джейк. Ты подошла, молча опустилась рядом, стараясь не встречаться с Хисыном взглядом.
— О, Т/И! — обернулся Джейк с лёгкой улыбкой. — Привет.
Ты слабо кивнула.
Хисын промолчал. Его взгляд скользнул по тебе — холодный, отстранённый, сдержанно злой.
Он не произнёс ни слова.
Ты чувствовала, как между вами растёт стена, и сердце болезненно сжималось от этой тишины.
Когда пара закончилась, он поднялся и направился к выходу.
Ты вскочила и побежала за ним.
— Хисын! — окликнула ты, схватив его за локоть.
Он остановился, но не повернулся.
— В чём дело? Почему ты не говоришь со мной? — выдохнула ты, стараясь не расплакаться.
Он резко обернулся, и в его глазах сверкнуло раздражение:
— Серьёзно, Т/И? Ты скрыла от меня такую важную вещь.
— Я...
— Ты ведь видела, как я искал её! — перебил он. — Как я сходил с ума, как пытался найти хоть что-то. А ты просто сидела рядом и наблюдала? Наслаждалась? Понравилось делать из меня дурака?
Ты замерла, не зная, что сказать. Потом тихо, почти шёпотом:
— Прошу... не злись. Я хотела сказать тебе, но... не знала как.
Хисын горько усмехнулся:
— В этом не было ничего трудного, Т/И. Просто взять и сказать. Или... ты скрывала это, потому что ревновала? Потому что думала, что я оставлю тебя ради неё?
Твои глаза широко раскрылись.
— Ничего такого, Хисын. — голос дрогнул. — Я правда желаю тебе счастья. Просто... у меня были свои причины. Поверь мне.
Он сжал кулаки, едва сдерживая себя.
— Ты для меня близкий человек, — сказал он глухо. — Но ты заставила меня страдать. Чёрт возьми, Т/И, это ведь не детские игры.
Ты опустила взгляд, не находя слов.
Молчание повисло между вами, тяжёлое и острое.
И вдруг раздался знакомый голос:
— Хисын, пойдём уже? Я заказала столик, —
Юджин подошла ближе и взяла его за руку, как будто нарочно.
Ты застыла, словно тебя ударили.
Сердце болезненно сжалось, дыхание перехватило.
Хисын на мгновение посмотрел на тебя. В его взгляде — злость, обида, но и что-то невыраженное, спрятанное глубоко.
А потом он отвернулся и ушёл с Юджин.
Ты стояла, не в силах двинуться. Только когда подошёл Джейк, ты чуть вздрогнула.
— Вы... поссорились? — спросил он осторожно.
Ты не выдержала и заплакала.
Джейк подошёл ближе, мягко положив руку тебе на плечо.
— Эй, тихо... не плачь, ладно? Всё уладится.
— Он злится, — всхлипнула ты. — Злится, что я скрыла правду.
— Не бери в голову, — тихо сказал Джейк, утешающе похлопав тебя по плечу. — Он просто зол. Он ведь правда почти месяц искал её... Ты же знаешь, каким он бывает. Дай ему время.
Ты кивнула, вытирая слёзы.
Потом молча ушла — с чувством, будто внутри всё рушится.