Бог пиара

Мы подошли к столику, и я, садясь, добродушно-наивно сказал:

- Мне нравится традиция выпускать из рук телефоны и класть их на стол, - я тотчас в качестве примера вытянул из кармана свой и положил в центр; большинство неосознанно повторяет действия, это проще, чем переварить слова и воплотить их без наглядного пособия, - чтобы общаться и не отвлекаться на интернет. Он занимает слишком много времени в нашей жизни и лишает живого общения.

- О, согласна! – без раздумий последовала за мной Розанна. Чонгук тоже, а за ним, естественно, Джису.

Лиса задумалась о чём-то на пару мгновений, но, пожав плечами, в конце концов уступила. Осталась Дженни, и не подумавшая участвовать:

- Когда живое общение интереснее виртуального – тогда от него и не отвлекаются.

- Да ладно тебе, Дженн, - улыбнулась ей Розанна.

- Да не хочу я подобной ерундой заниматься!

- Зависимость? – любезно поинтересовался я у неё.

- Я не люблю класть куда-то мобильный, потому что могу его забыть, - ухмыльнулась она, допив очередной коктейль и поболтав пустым бокалом перед моими очками, - такое бывает, когда выпьешь.

- Восприми как игру. Давайте, кто первый сорвётся и не выдержит? Кто не выдержит час?

- Я, - нагло заявила мне Дженни. – Вот, уже не выдержала, видишь? Сижу с ним.

Итак, у неё нет проблем с тем, чтобы почувствовать себя проигравшей. Либо... либо что-то её на данный момент гложет настолько сильно, что ей не страшно выглядеть как угодно в наших глазах. Чьи-то глаза её волнуют больше. Кого среди нас нет. Хм...

- Полчаса. Пожалуйста, - попросил я аккуратно, почти заискивающе. Завтра будет болеть горло, потому что весь вечер и так говорю по-дурацки высоким тоном, скрывая свои низкие октавы, граничащие с хрипотцой. Девушки часто говорили мне, что мой голос их заводит, пришлось претерпеть метаморфозы.

- Дженн, - повторила Розанна.

- Ладно-ладно, вот, - она положила айфон последней модели на стол, - всё? Полегчало? – скрестив руки на груди, Дженни попыталась недовольно отвернуться к Лисе, но я помешал:

- Я тоже раньше целыми днями в телефоне сидел, знаешь, что меня спасло?

- Рукоблудие?

Острячка. Но на метод понижения ты купилась как миленькая. Час без телефона много, полчаса – это мощная, располагающая уступка.

- Книги!

- Ты ещё и читать любишь?! – восхищалась уровнем моей устарелости Розанна. Она наверняка слушает ретро-музыку и коллекционирует какой-нибудь антиквариат: пластинки, фарфор, старые журналы. Я смог втянуть и её, и Дженни в безделушную беседу, краем глаза наблюдая, как там ведёт себя Лиса, пока Чон балаболит с Джису? Как скоро ощутит себя скучающей и потянется к нему?

Лиса какое-то время плутала взором по публике. Подозвала бы официантку, но её бокал ещё был наполовину полон (да, я оптимист, без веры в себя и лучшее трудно обыгрывать людей и заряжать тем, чем хочешь зарядить). Она сделала пару глотков, откинулась на спинку дивана. Попыталась послушать нас, но я специально задал ритм разговора, чтоб в него трудно было просочиться. И вот уже Лиса смотрит на Чона и Джису. Думает о чём-то и... мгновенно, быстро, сразу же пряча улыбку, победно улыбается. Вся как-то удовлетворённо расслабляется и вновь подносит к губам бокал. Что произошло? Подумала о своём? Вспомнила что-то? Нет, её взгляд не был замутнённым, отсутствующим, он смотрел именно на сидевшую рядом пару. Чёрт! Лиса в обычных джинсах, накрашена, но не ярко, бюстгальтер без пуш-апа. Как я сразу не просканировал её на это? Упущение. Когда парень хочет отпугнуть, как я сегодня, он усердствует, когда девушка не хочет привлечь внимание, она просто не прикладывает усилий.

- Чон! – отвлёкся я от девушек.

- Да? – посмотрел на меня друг.

- Я забыл тебе кое-что сказать... по делу... Давай отойдём, - поднявшись, я кивнул ему в сторону. И девушкам: - Извините, мы буквально на минутку...

- А говорят, что только девочки толпой в туалет ходят, - съехидничала, не упустив случая, Дженни.

- Я остерегаюсь пьяных, - не стал спорить я, - ещё зашибут, пихнут, а с Чоном спокойнее.

Отойдя на несколько метров, я серьёзно сообщил ему:

- Небольшие изменения. Но сначала информация.

- Что случилось?

- Ты нравишься Джису.

- Да? Впрочем, я подозревал... Чего бы иначе она меня приглашала?

- Они все дружат со школы. Это довольно близкая дружба, чувак, и мы чуть не забыли, что девчонки делятся друг с другом вообще всем. Лиса, естественно, знает, что в тебя влюблена подруга. Она не напыщенная стерва...

- Когда ты успел о ней такое подумать?!

- Неважно, я уже переосмыслил. Она отшивает тебя, потому что хочет, чтобы ты ответил взаимностью Джису.

- И... что мне делать?

- Пригласишь её потанцевать...

- Лису?

- Джису! А потом уже Лису. В танце выложишь ей, как бы по секрету, что догадываешься о чувствах Джису. Не забудешь при этом употребить «как ты думаешь?». Можно пару раз. Так вот. Скажешь, что Джису тебе ну вот никак, вообще не нравится, но ты видишь, что она хорошая, а обижать не хочется, и не хочется портить отношения, поскольку вам ещё какое-то время работать вместе. Сошлёшься на то, что ты поганец, не хочешь ничего серьёзного, и Джису будет больно, если вы просто переспите. Держи себя при этом с Лисой другом, как со мной. Она вырубит защиту, направленную на отпор, поверит, что ты её не рассматриваешь в качестве сексуального партнёра, раз обсуждаешь другую. Понял?

- Да вроде бы ничего сложного.

- Тогда пошли назад. И не забывай быть плохишом!

- Я стараюсь!

Мы вернулись. Розанна встала, пропуская меня.

- Прости, что дёргаю тебя, - извинился я.

- Ничего страшного!

- Что это вы так быстро? – хмыкнула Дженни.

- Так мы ж не по большому...

Чон позвал Джису танцевать, и они ушли. Я, вжав голову в плечи и потирая ладони, как получивший «отлично» первоклассник, изрёк:

- Ого, я в цветнике остался!

- Как сорняк? – заказав у официантки ещё мартини, не стеснялась демонстрировать неприязнь Дженни.

- В таком розарии и садовая ромашка – сорняк, - покивал я. Повернулся к блондинке с косой: - Тут и роза настоящая есть! Розанна, не хочешь потанцевать?

- С удовольствием! Можешь называть меня просто Розе.

- Как скажешь, - мы поднялись, и я ткнул пальцем на столик, - телефоны не брать! Я слежу!

- Идите уже! – дёрнула верхней губой Дженни, придвигаясь к Лисе, чтобы явно о чём-то поговорить.

Выйдя на танцпол, культурным мальчиком я придержал партнёршу за талию.

- Ты ничего пока не рассказала о себе. Чем занимаешься?

- В магистратуре учусь.

- На кого?

- На магистра, - засмеялась она.

- Волшебных искусств и магических наук?

- Ах если бы! Социология.

- Будешь заниматься статистикой?

- Я бы хотела работать потом где-нибудь в администрации, по социальным делам. Заниматься улучшением жизни стариков, детей-сирот, помогать одиноким, бедным, создавать волонтёрские программы.

- Вау! Да ты не социолог, а прямо-таки социалистка!

- Тише, а то меня внесут в чёрный список, - пошутила Розанна.

- Это точно. Капитализм не любит безвозмездность и альтруизм. Если они не таят в себе желание приобрести ещё большие выгоды каким-то обходным путём.

- Вот это-то я и терпеть не могу! Озабоченность деньгами, везде, всюду, у всех. Кроме долларов людей ничего не интересует. В других людях они видят наживу и средство достижения цели. Разве так можно?

Сладкая ж ты моя девочка, а как иначе? Не только можно, но и нужно, если хочешь быть богатым, успешным и независимым. Я, однако, изобразил понимание и сочувствие:

- Да, дикари! Считают, что стали цивилизованными, а сами вместо ракушек просто ведутся на бумажки.

- Я сразу подумала, что ты меня поймёшь, - радостно просияла она и погладила меня по плечу, - человек в мамином свитере не может быть алчной скотиной.

Вино за двести баксов бутылка не может быть плохим, одобренный дерматологами крем не может вызвать аллергию, оппозиционные газеты не могут врать, книга в красивой обложке не может быть неинтересной. Эти и другие мифы ищите в каждой второй голове, на стеллажах со стереотипами и шаблонами.

- Вы с подружками всей компанией такие? Самоотверженные.

- Ну... нет, не все. Джису выбрала ай-ти скорее потому, что это приносит деньги, впрочем, в компьютерах ей возиться нравится. Лиса всегда хотела танцевать, и на остальное ей по фиг.

- Да? А мне показалось, что она обиделась на Чона за замечание, что на сцене любой прославится...

- Она не любит, когда судят о том, в чём не разбираются. Для многих танцы – это что-то простое, дрыганье. Лиса – фанат хореографии, она в репетиционных залах часами пропадает!

- Вон оно как.

Танец подошёл к концу и, когда мы пошли назад, я поравнялся с Чоном, шепнув ему на ухо:

- Не смей рассуждать с Лисой о танцах и совать своё мнение о них. Лучше поинтересуйся, со скольких лет она танцует и какими достижениями в этой области гордится.

Сев, я посмотрел на Дженни:

- Ну, следующий танец наш?

- Нет, - допивая мартини, с лёгкой поволокой во взоре, отказалась она.

- Почему?

- Ты видел, что у тебя на голове?

Более того, я сам это сделал! Тщательно созданные небрежные завихрения, напоминающие восьмидесятые и пышноволосых Рика Эстли и Гленна Медейроса. С их песен балдеют до сих пор, чего не скажешь о причёсках.

- Волосы?

- Тебе посоветовать хорошего барбера?

- Барбера? Это специалист по куклам Барби?

- Нет, по барбекю, - ухмыльнулась она.

- Мне говорили, что жарю я отлично.

- Кто? Мама?

Свою маму ещё не хватало жарить, но Дженн явно не въехала в мою аллегорию. Дело в том, что определённого образа мыслей ожидают всегда при определённом внешнем виде. Если он и текст не совпадают, то слова не обретают ту коннотацию, которую в них заносят.

Мы опять заговорили с Розе и, когда заиграла следующая медленная мелодия, Чон пригласил Лису.

- О, нет, лучше ещё с Джису потанцуйте! – воспротивилась она.

- Мы потом потанцуем, но сейчас-то можно с тобой? – не сдался друг.

- Мне и так танцев хватает...

- Так, может научишь меня паре движений? Я иногда как медведь – могу оттоптать ноги.

- Идите, потанцуйте, - посторонилась Джису, давая сигнал подруге, что не против.

- Ну... ладно, - смирилась Лиса и пошла с Чонгуком.

К нашему столику подошёл какой-то сторонний тип, судя по шее-столбу из плеч-коромысла, качок из тренажёрки с неотягощённым интеллектом лицом и золотыми часами на запястье.

- Ты танцуешь? – протянул он лапу Дженни. Та, не раздумывая, подалась вперёд:

- Да, конечно! – протискиваясь мимо меня, она не показала язык, но я прямо слышал её надменный смех внутри: «Погляди, чмошник, каких мужчин выбирают девушки!». Знаю я прекрасно, каких вы выбираете, не надо мне этого лишний раз демонстрировать.

- Она у вас злючка, да? – спросил я у оставшихся подруг.

- Да нет, у неё просто... на личном проблемы, - сказала Джису.

- Не скажите, что парня найти не может?

- Может, но... - Розанна развела руками: - Ей с ними не везёт, всё время какие-то му... плохие попадаются.

Итак, я снова правильно предчувствовал. Ей интересен сейчас кто-то, кого здесь нет. Она любит какого-то ушлёпка, который то ли не отвечает ей, то ли забывает позвонить – вот почему она за телефон держалась. Сердится на него и хочет отыграться на каком-нибудь другом парне, отомстить мужскому роду за обиду, и я – подходящая груша для битья, потому что перед красивыми и дерзкими, судя по всему, Дженни тает и ничего не может им противопоставить. Или её разбирает злость, что искренне привязываться и любить могут домашние очкарики, которых она не хочет, а крышесносные метросексуалы согласны потрахаться, но плевали на её чувства. А они у неё есть, стало быть, у этой Снежной королевы?

Лиса вернулась после танца с озадаченным лицом. Чон высказал ей насчёт того, что Джису ему не нравится и он не знает, как бы помягче её отвергнуть. Теперь Лиса не будет безучастно держаться в сторонке – её затянуло в воронку построения отношений. Ложащаяся ответственность не даст спокойно избегать Чона. Дженни тоже вернулась, провожаемая приглашавшим её типом, и я заметил, насколько пьяная у неё уже походка, не держись за что – завалится на бок. Заметил это не только я:

- Дженн, может, тебе домой уже? – сказала ей Розе.

- С чего это? – усевшись, она опрокинула до дна остаток очередного коктейля.

- Или хватит уже пить?

- Полчаса, кажется, давно прошло, - Дженни вытянула свой мобильный и сразу же в него полезла.

- Что пишут? – поинтересовался я.

- Новости.

- Какие?

Она отвела от лица экран и воззрилась на меня. Глаза уже совсем осоловелые. И не надо злиться, тебе же, детка, делаю лучше – отвлекись от своих страданий и упорного ожидания чего-то. Кого-то.

- Очень интересные, какие же ещё?

- Люблю интересные новости, поделишься?

Посмотрев на меня некоторое время, Дженни качнула головой. Было ощущение, что на неё накатывает лёгкая дурнота, и ей всё равно на происходящее.

- В самом деле, домой я уже поеду, наверное.

- Да, время позднее, - согласилась Розанна, посмотрев в свой телефон. – Давай я тебя провожу, Дженн.

- Тэхён, а ты проводишь девушек? – бросил мне Чон.

- Я? – изобразив растерянность, я стал выбираться вслед за ними. – Хорошо, конечно, как не проводить?

Втроём мы дошли до гардеробной. Я помог Розанне одеться, как джентльмен, придержав пальто. Бухая, но по-прежнему гордая модель, попав в каждый рукав с третьей-четвёртой попытки, облачилась самостоятельно.

- Вызвать вам такси? – спросил я.

- Да тут нетрудно поймать, - улыбнулась Розе.

- Я сама вызову. Комфорт, - открыв приложение, стала копаться в нём Дженни, не застегнувшись, нараспашку выходя из клуба.

Розанна была права, и перед входом как раз стояло две жёлтые машины. В одну уже упихивалось трое, другое пустовало. Я подскочил к нему и галантно открыл дверцу.

- Карета подана, прошу!

- Спасибо! – Розе повернулась к Дженни и обняла её. – Как доберёшься, напиши мне, что ты в порядке, окей?

- Хорошо, - обнявшая подругу тоже, она обхватила её вокруг спины, забыв о том, что в ладони был айфон. Тот полетел в снег, но я, стоявший рядом, подхватил его, предотвратив потерю. Понятно, почему она предпочитает, выпив, не выпускать его из вида!

- Приятно было познакомиться, - протянула мне руку Розанна. Я скорее сунул пойманный телефон в карман и ответил на рукопожатие:

- Взаимно!

- Может, ещё увидимся как-нибудь.

- Может быть.

Она мешкала, не садясь. Ждала, что я попрошу её номерок? Прости, Розе, ты хорошая девочка, но не дашь мне сегодня же ночью. Ты захочешь встречаться, свиданий, переписок, которые мне скучны, на которые я не хочу тратить время. Для чего же мне обнадёживать тебя?

- Ну, пока, - выдохнула она, ничего не дождавшись. Я закрыл за ней машину. Помахал вслед. Развернувшись, увидел копающуюся в сумочке Дженни:

- Да чёрт!

- Что такое?

- Телефон потеряла. Только что же был у меня в руках! Чёрт, чёрт!

- Скажи мне свой номер, я позвоню и поищем по звуку, - достал я из другого кармана свой самсунг. Не последней серии, не самый дорогой из возможных. Просто кусочек патриотизма в моей продажной шкуре. Оммаж родине.

Дженни сомневалась. И, нетрезвая, сразу же выдала вслух всё, что думала:

- Только не вздумай мне потом звонить, хорошо?

- Даже поздравить с Рождеством нельзя?

- Отмечу, как спам.

- Ладно, давай рыть вокруг всё вручную... - оглядел я сугробы вдоль обочины и тротуара от клуба к дороге. Расслышав ментальный скрип её зубов, я самодовольно в душе отбил себе пятюню, получив обессиленное:

- Хорошо, набирай!

Я ввёл цифры и нажал на вызов. В кармане пошли вибрация и сигналы. Не солгала.

- О! – быстро развернувшись и присев, я сделал вид, что подобрал мобильный где-то под ногами, ловко изъяв его из пальто и поднявшись. – Ты обронила, видимо. Посмотри, не пострадал?

- Кажется, нет, - повертела его Дженни. Сняла с блока и проследила вызванную машину: - Такси подъезжает.

- Что ж... рад был познакомиться, - улыбнулся я. – Жаль, что ты проводила больше времени с интернетом, чем с нами, но, тем не менее...

- Каждый проводит время так, как ему приятнее.

- Согласен.

- Если ты хочешь, чтобы девушки проводили время с тобой, ты должен сделать что-то, что их бы привлекло, понимаешь?

- Стать богатым мудаком? – приподнял я брови. Это подразумевало «снять маску и быть самим собой».

- Надо же, ты материться умеешь? – хохотнула Дженни. Жёлтое авто подъехало и она, не дав мне себя опередить, открыла дверцу. Застыла, не забираясь в салон и, всё с таким же туманным взглядом, заплетающимся языком и непопадающими в правильную траекторию жестами, обернулась. – А хочешь поехать ко мне?

Что?! Я чуть не воскликнул это вслух. Благо закалка многолетняя не подвела, и я не разомкнул необдуманно рта. Бывало так, что я совершал продажи очень успешно, но всё-таки никогда не видел такого, чтобы вещь с прилавка сама запрыгивала в корзину к покупателю. Особенно когда покупателем был как бы я сам... в какой момент я в него превратился? Я же был торговцем, который продвигал друга и немного себя – подспудно, заодно. У меня была стратегия, как потом позвонить Дженни, заговорить уже в другой манере, своим нормальным голосом, быстренько развести её на секс, тем более она явно сейчас в растрёпанных чувствах из-за какого-то козла, уязвима и ослаблена. Козлом меньше – козлом больше, какая разница? Человек животное стадное. Но с какого перепуга – или перепоя? – Дженни решила пригласить с собой вот этого лепрекона в глупом свитере? Надеюсь, у неё нет суицидальных мыслей. Только при таких условиях на себя настолько всё равно, что трава не расти, и в дом, на ночь, впускаешь парня не в своём вкусе. Как бы то ни было, на душе ей, видимо, действительно совсем паршиво, раз она выдаёт такое предложение.

- Ты... не шутишь? – не вышел я из роли, играя опешившего, немеющего от счастья наивного юношу.

- Нет. Так что? Едем?

- Д-да... да! Конечно, давай, - сглотнул я театрально-нервно, поправляя одежду и волосы. Садясь следом за ней в салон, я набрал сообщение Чону: «Прости, уехал с Дженни к ней. Закончи вечер сам». Через полминуты пришёл ответ: «Господи, как ты это делаешь?!». Хороший вопрос. Мне предстояло разобраться в этом и самому понять, как же я получил то, чего не успел попытаться добиться? Параноидальные мысли пропагандиста подали вариант: «А не разводят ли тебя, Тэхён, и не был ли ты изначально чьей-то целью?».