рядом-уже достаточно.
После той ночи всё изменилось не резко, без громких слов и признаний, а как-то тихо и почти незаметно. Будто в привычной реальности сдвинули один маленький элемент, и теперь всё вокруг ощущалось иначе. Ника не пыталась это назвать, не раскладывала по полочкам, но игнорировать происходящее уже не получалось — да и, если честно, не особо хотелось.
Они начали пересекаться чаще. Сначала это выглядело как совпадение: одинаковые перемены, одни и те же коридоры, случайные взгляды. Но очень быстро стало понятно — случайностями это уже не было. Просто ни одна из них не озвучивала очевидное.
Вероника больше не отводила взгляд. Если раньше она чувствовала на себе этот взгляд — цепкий, внимательный, иногда раздражающий — и старалась не реагировать, то теперь смотрела в ответ. Спокойно, прямо, иногда с лёгкой усмешкой, будто принимая негласный вызов.
— Ты опять не выспалась? — лениво бросила Адель, проходя мимо и скользнув по ней коротким, оценивающим взглядом.
— В отличие от тебя, я хотя бы пытаюсь спать, — спокойно ответила Ника, даже не сбавляя шаг и не поворачивая головы.
— Слабо получается, — хмыкнула старшая, едва заметно усмехнувшись.
— У тебя есть статистика? — с лёгкой иронией уточнила младшая.
— Есть подозрения, — ответила Адель уже тише, почти себе под нос.
Они разошлись, но у обеих осталось это странное послевкусие — лёгкое, почти приятное. Без напряжения, без злости. Просто контакт.
Компании тоже начали пересекаться. Не резко, без формального «давайте дружить», а как-то само собой. Кира легко подхватывала разговор с Виолеттой, Мишель быстро находила общий язык с кем угодно, Крис добавляла шума и стёба, Лиза сглаживала острые углы. Всё перемешивалось, и в какой-то момент уже было сложно понять, кто «с кем».
И это перестало иметь значение.
Работа в кофейне окончательно стала для Ники убежищем. Здесь всё было проще: заказ — действие — результат. Без лишних эмоций. Без давления.
— Один латте на овсяном! — крикнула Катя из зала.
— Уже делаю, — отозвалась Ника, не отрываясь от кофемашины.
Руки двигались быстро, почти автоматически. В такие моменты голова отдыхала, и это было, блять, спасением.
Дом же, наоборот, постепенно превращался в место, куда не хотелось возвращаться. Мать всё чаще пропадала, а если появлялась — то не одна. Чужие голоса, алкоголь, громкий смех. Иногда Ника просто закрывалась в комнате, иногда — уходила.
В один из вечеров колокольчик над дверью тихо звякнул.
— Здравствуйте, — начала она автоматически и тут же осеклась, подняв взгляд.
Перед ней стояла Адель.
Одна. Спокойная. Будто так и должно быть.
— Двойной эспрессо, — ровно сказала старшая, подходя ближе и опираясь на стойку.
— Как всегда, — усмехнулась Ника, уже разворачиваясь к кофемашине.
— А ты запомнила, — заметила Адель, наблюдая за её движениями.
— Не льсти себе, — отозвалась та, чуть дернув уголком губ.
Пауза между ними больше не давила — она просто была.
— Заканчиваешь скоро? — спросила Адель, чуть наклонив голову.
— Через полчаса, — коротко ответила Ника.
— Подожду, — спокойно сказала старшая и действительно отошла к окну.
И она осталась.
Когда смена закончилась, они вышли вместе.
— Ну что, провожать тебя или сама справишься? — с лёгкой насмешкой спросила Адель, засунув руки в карманы.
— Боюсь, не справлюсь, — в тон ей ответила Ника, усмехнувшись.
— Тогда пошли.
Они шли рядом, разговаривая о какой-то ерунде, и в этой ерунде было что-то важное — отсутствие давления, ожиданий, лишних слов.
У подъезда Ника остановилась.
— Спасибо, — сказала она чуть тише, чем обычно.
— За что? — приподняла бровь Адель.
— За то, что сегодня не бесишь, — усмехнулась младшая.
— Это временно, — спокойно парировала та.
Ника уже развернулась к двери, но старшая легко поймала её за рукав и коротко поцеловала. Без пафоса, будто это стало естественным.
— Ты странная, — тихо сказала Ника, глядя на неё.
— Ты тоже, — ответила Адель с лёгкой улыбкой.
Они зашли в подъезд вместе. Тусклый свет, запах сырости — всё осталось прежним, но ощущалось иначе.
— Поднимемся или ты тут жить останешься? — лениво бросила Адель, заходя внутрь.
— Не выёбывайся, я просто думаю, — хмыкнула Ника, закрывая дверь.
— Это опасно.
— Для тебя — да.
Они начали подниматься вверх. На пролёте между этажами Вероника резко остановилась и схватила её за рукав.
— Подожди, — тихо сказала она, чуть потянув на себя.
— М? — отозвалась Адель, оборачиваясь.
Ника подошла ближе и поцеловала её — спокойно, уверенно, без всяких сомнений.
Адель сразу ответила, положив руку ей на талию и притянув ближе.
— Ты вообще предупреждать умеешь? — тихо усмехнулась она, когда они отстранились.
— А надо? — с лёгкой наглостью ответила Ника.
— Иногда.
— Тогда не сегодня.
— Наглая, — покачала головой старшая.
— Привыкай.
— Уже.
— Иди давай, соседка сверху, — усмехнулась младшая.
— Ты меня выгоняешь? — прищурилась Адель.
— Я тебя отпускаю.
Они разошлись по этажам, но это уже не ощущалось как расстояние.
***
Дома Ника задержалась у двери, на секунду прислонившись к ней спиной. Было тихо. Необычно тихо.
Телефон завибрировал.
«ты уже дома?» — написала Адель.
Ника усмехнулась, быстро набирая ответ.
«нет блять, в подъезде живу»
«логично» — ответ пришёл почти сразу.
«ты ж там зависала»
«иди нахуй» — хмыкнула она, печатая.
«уже был, не понравилось»
Она тихо рассмеялась.
Пауза.
«если че, я не сплю»
Ника посмотрела на экран чуть дольше, чем нужно.
Потом написала:
«может зайдешь?»
«щас буду»
— Блять... — выдохнула она, поднимаясь.
Звонок раздался быстро.
Ника открыла дверь.
— Ты быстро, — приподняла она бровь.
— Я рядом живу, — спокойно ответила Адель, проходя внутрь.
— Точно.
Они прошли в комнату. Ника села на кровать, Адель — рядом.
— Ты чего звала? — спросила старшая, слегка наклонив голову.
— Да хуй знает... просто, — пожала плечами Ника.
— Аргумент.
— Тебе не нравится?
— Я не говорила этого.
— Тогда норм.
Они немного помолчали.
— Кстати, ты должна мне кофе, — вдруг сказала Ника, толкнув её плечом.
— С чего это? — усмехнулась Адель.
— Ты вчера выпила мой.
— Я проверяла качество.
— И?
— Нормальное.
— Вот и купишь ещё.
— Наглая.
— Уже говорили.
Они переглянулись и тихо рассмеялись.
Через пару минут Ника легла на бок, уткнувшись лбом ей в плечо.
— Ты домой собираешься? — пробормотала она.
— А надо? — спокойно ответила Адель.
— Нет.
И это было всё.
Старшая осторожно обняла её за плечи, притягивая ближе. Без лишнего давления. Просто рядом.
Ника выдохнула.
— Если я завтра не высплюсь — это твоя вина, — сонно пробормотала она.
— Ты сама меня позвала, — тихо усмехнулась Адель.
— Не придирайся.
— Я констатирую факт.
— Иди нахуй.
— Уже была версия.
— Заткнись.
— Ладно.
Следующие несколько дней прошли также спокойно.
Без качелей.
Без драмы.
Без этих эмоциональных качелей, от которых потом трясёт.
И это было безумно приятно.
Настолько, что иногда Ника ловила себя на мысли, что она— самый счастливый человек. Но все же ее не покидало чувство, что сейчас обязательно что-то произойдёт — какая-нибудь хуйня, недопонимание, резкий поворот. Но ничего подобного не было.
И от этого становилось даже... легче.
Они могли просто идти вместе после школы. Не держась за руки, не демонстрируя ничего лишнего, но рядом — настолько естественно, что это не требовало объяснений.
Иногда они молчали. И это молчание не давило. Оно не было пустым или неловким — наоборот, в нём было какое-то странное спокойствие.
Иногда обсуждали всякую ерунду — учителей, одноклассников, тупые ситуации, которые происходили за день.
— Ты видела, как физичка сегодня наорала на десяток? — с усмешкой бросила Адель, идя рядом и пнув какой-то камешек под ногами.
— Видела, — хмыкнула Ника. — Они сами виноваты, нехуй было ржать.
— Да они просто существуют, этого уже достаточно, чтобы на них орали.
— Справедливо.
Они переглянулись и усмехнулись.
И вот такие моменты — короткие, простые — цепляли сильнее, чем любые разговоры «по душам».
Иногда они зависали во дворе. Садились на лавку, курили, наблюдали за людьми — за теми, кто проходил мимо, за детьми, которые орали где-то в стороне, за редкими машинами.
— Смотри, этот опять с пакетом из пятёрки идёт, — кивнула Ника куда-то в сторону.
— Он каждый день с этим пакетом, — лениво ответила Адель.
— Думаешь, там всегда одно и то же?
— Надеюсь, нет. Иначе это грустно.
— А если да?
— Тогда у него хотя бы стабильность, — пожала плечами старшая.
Ника тихо усмехнулась, делая затяжку.
—Ахуенный плюс.
Иногда они просто сидели рядом, уткнувшись в телефоны, но всё равно ощущая присутствие друг друга. Без слов, без необходимости чем-то заполнять тишину.
И в этом не было никакого «что дальше».
Только сейчас.
***
Однажды вечером Ника вернулась домой раньше обычного. Смена выдалась не такой жёсткой, уроки прошли быстро, и впервые за долгое время у неё было немного лишнего времени.
Квартира встретила её привычным бардаком и пустотой.
Обувь валялась у входа, на кухне стояли грязные кружки, в раковине — посуда, которую никто не собирался мыть. Запах алкоголя въелся в стены так, что его уже невозможно было не замечать.
Она скинула бомбер, бросила сумку на стул и прошла на кухню.
Открыла холодильник.
Пусто.
Почти.
Пара соусов, какая-то подозрительная банка и бутылка воды.
— Заебись... — тихо пробормотала она, захлопывая дверцу.
Живот неприятно свело.
Она опёрлась руками о стол, на секунду закрыла глаза.
«Ладно. Похуй.»
Телефон завибрировал.
Ника лениво достала его из кармана.
«ты дома?»
Она невольно усмехнулась.
Слишком вовремя.
«да»
Ответ пришёл почти сразу, будто Адель держала телефон в руках.
«выйди»
Ника на секунду зависла, уставившись в экран.
В груди что-то слегка дернулось — не резко, не болезненно, а скорее... ожидаемо.
Накинув бомбер обратно, она вышла из квартиры и спустилась на этаж ниже. Привычные ступени, тусклый свет — всё это уже стало частью их маршрута.
Дверь подъезда скрипнула, когда она толкнула её.
И почти сразу увидела её.
Адель стояла, прислонившись к стене, с двумя стаканами кофе в руках. Волосы чуть растрёпаны, взгляд спокойный, как будто это вообще не что-то особенное — просто вечер, просто она, просто кофе.
— Ты серьёзно? — Ника приподняла бровь, останавливаясь перед ней.
— Я предусмотрительная, — спокойно ответила старшая, протягивая ей стакан.
— Ты просто не умеешь приходить с пустыми руками, — усмехнулась младшая, принимая кофе.
— Это тоже.
Ника сделала глоток.
Тёплый.
Нормальный.
— Не отравила хоть? — с лёгкой насмешкой спросила она.
— Пока нет.
— Ну, тогда живём.
Они вышли на улицу, сели на лавку у подъезда. Вечер был тихий — редкие прохожие, приглушённые звуки города, прохладный воздух.
Ника откинулась на спинку лавки, вытянула ноги, уставившись куда-то вперёд.
— Ты сегодня какая-то злая, — заметила Адель, наблюдая за ней боковым взглядом.
— Я всегда такая, — автоматически отмахнулась Ника.
— Сегодня сильнее, — спокойно добавила та.
Пауза.
Ника выдохнула, провела рукой по волосам.
— Дома пиздец, — сказала она уже тише, без привычной резкости.
Адель не стала задавать лишних вопросов. Не начала расспрашивать, не лезла в детали.
Просто сидела рядом.
Это оказалось для темноволосой куда важнее любых «расскажи». Ей всегда нравилось, когда ее просто понимали, не лезли к ней с допросами.
Несколько минут они молчали.
Ника сделала ещё глоток, потом повернула к ней голову.
— Останешься? — спросила она, чуть прищурившись.
— Где? — спокойно уточнила Адель.
— Да хотя бы тут. Или... — она на секунду замялась, — у меня.
Старшая посмотрела на неё чуть внимательнее, будто оценивая не слова, а состояние.
— Ладно, — кивнула она.
И это прозвучало просто.
Без лишнего значения.
Но почему-то зацепило.
Они остались.
Сначала сидели на улице — разговаривали, смеялись, обсуждали всякую херню. Потом поднялись наверх.
Квартира встретила их той же пустотой, но теперь она ощущалась иначе.
Потому что Ника была там не одна.
Она прошла внутрь, кинула ключи, обернулась.
— Только не пизди, что у меня бардак, — предупредила она.
— Я уже подумала, — спокойно ответила Адель, заходя следом.
— Держи при себе.
— Постараюсь.
Они прошли в комнату. Ника плюхнулась на кровать, уставившись в потолок.
— Пиздец день, — пробормотала она.
Адель села рядом, чуть сбоку.
— Бывает.
Ника повернула голову, посмотрела на неё.
— Ты вообще умеешь нормально поддерживать?
— Я сижу рядом. Этого мало?
Пауза.
Вероника чуть усмехнулась.
— Нет. Нормально.
Прошло пару минут и Ника поднялась на локтях, чтобы посмотреть на старшую.
—Так и будешь как бедный родственник сидеть?— от неё послышался легкий смешок.
—Хочешь, могу домой пойти.— наигранно нахмурившись, ответила Шайбакова.
—Я хочу, чтобы ты осталась со мной. Но вопрос в том, хочешь ли этого ты?— с такой же театральной грустью произнесла Ника.
—Дура что-ли? Конечно хочу.— довольно улыбнулась старшая и улеглась рядом.
Их разделяло небольшое расстояние и Нику это выбесило. В один миг она пристроилась в объятия старшей. Та лишь крепко обняла девушку в ответ, уткнувшись в её макушку. Спустя пять минут в комнате воцарила абсолютная тишина, было слышно только тихое сопение девушек.