назло тебе.
Ника вошла в квартиру с ощущением полной пустоты в голове. Мысли будто обрубило, оставив после себя только глухое эхо. Она искренне не понимала девушку, живущую этажом выше. Зачем было всё это начинать? Чтобы потом испугаться и свалить всё на «случайность»?
Она скинула вещи и медленно прошла в комнату, устало опускаясь на кровать.
«Ладно, если она сказала забыть — значит, так и будет. Я забуду. Теперь всё будет по моим правилам», — пронеслось в голове у девушки.
В этом решении было что-то упрямое, почти болезненное.
Ника уже собиралась просто лечь и отключиться, провалиться в сон без сновидений, как телефон завибрировал где-то рядом. Она лениво потянулась за ним и увидела уведомления из чата с девочками.
вилка:
«телкии, завтра на хате насти с 11-А тусовка намечается, мы в списке приглашенных, идем?))»
Вероника на секунду зависла, глядя в экран. Первая мысль была — отказаться, закрыться, не видеть никого.
Но почти сразу пришла другая.
Отвлечься.
Хотя бы на вечер.
«я за, погнали» — быстро напечатала темноволосая, не давая себе времени передумать.
Ответы не заставили себя ждать — у Лизы и Мишель была та же реакция.
Значит, решено.
Завтра, помимо школы, её ждал ещё один вечер — шумный, чужой, но, возможно, достаточно громкий, чтобы заглушить мысли.
И это сейчас было именно то, что нужно.
Среда.
Школьный день прошёл на удивление спокойно, без происшествий. В курилке утром мы не задержались — я сразу поторопила девочек, чтобы точно не пересечься с шайкой постарше. На переменах мы крутились в коридоре, и, конечно же, Адель со своей компанией была там же.
Я ни разу не повернулась в её сторону, не позволила себе ни одного лишнего взгляда, но всё равно чувствовала её глаза на своей спине — прожигающие, цепкие, будто она держала меня на мушке, выжидая момент, чтобы нажать на курок.
Вернувшись домой, выжатая и без сил, я просто рухнула на кровать и отключилась. Сквозь сон до меня доносились пьяные голоса с кухни — громкие, неприятные, чужие.
Похоже, клуб алкоголиков теперь переехал к нам.
«Спасибо, мама, что так заботишься о моём здоровом сне», — пронеслось в голове, когда я всё-таки заставила себя открыть глаза спустя пару часов этого жалкого, рваного сна.
На часах было уже пять вечера.
До вечеринки оставалось совсем немного, и любые попытки поспать ещё выглядели бессмысленно.
Вероника нехотя поднялась, смыла размазанную за день косметику, быстро сходила в душ и начала собираться. Макияж сделала сдержанный — лёгкий тон, немного туши и аккуратные стрелки, ставшие единственным акцентом. Волосы оставила распущенными, прямыми.
Широкие грязно-синие джинсы, чёрная майка с кружевом на груди и кожаный бомбер сверху. Завершили образ небольшая чёрная сумка и несколько пшиков приторно-сладкого парфюма.
Ничего вычурного.
Но выглядела она чертовски хорошо.
Схватив телефон, Ника проверила время — идеально. Пора выходить.
Быстро обувшись, она тихо выскользнула из квартиры, стараясь не привлекать внимания матери и её компании.
До места она решила дойти пешком — дорога занимала всего около двадцати минут. На улице уже начинался закат: солнце медленно пряталось за горизонтом, разливая по небу тёплые, огненные оттенки. Лёгкий ветер трепал волосы, заставляя поёжиться.
Люди возвращались с работы, кто-то гулял в парке, наслаждаясь вечером, кто-то спешил по своим делам.
А Ника просто шла вперёд.
Навстречу шуму, музыке и попытке хоть на пару часов не думать.
Дойдя до дома Маши, Ника на секунду даже замерла, едва сдержав удивление. Перед ней возвышался двухэтажный коттедж, из которого уже вырывались тяжёлые басы музыки, отдаваясь где-то в груди. Район напоминал что-то вроде местной «рублёвки» — вокруг стояли такие же большие, дорогие, но какие-то холодные и безжизненные дома.
Ника достала телефон и быстро набрала девочкам, чтобы узнать, где они. Те появились буквально через пару минут после звонка.
— Ну чё, идём? — с предвкушением в голосе бросила Мишель.
Девушки переглянулись и кивнули, соглашаясь.
Стоило им зайти внутрь, как шум накрыл с головой. В доме творился полный хаос: толпы уже подвыпивших людей из школы, густые клубы дыма под потолком, смешанный запах алкоголя и сигарет. Музыка гремела так, что вибрация чувствовалась в теле, а неоновые огни хаотично разрезали пространство.
Виолетта не стала терять времени и сразу потащила всех к столам с алкоголем, где уже стояли разноцветные коктейли и бутылки.
Ника шла за ней, скользя взглядом по комнате.
Слишком много людей.
Слишком громко.
Слишком легко забыться.
И, возможно, именно это ей сейчас было нужно.
Виолетта уверенно протиснулась к столу и сразу схватила один из ярких коктейлей, даже не разбираясь, что там намешано.
— Сегодня мы отдыхаем, — бросила она, протягивая стакан Нике.
Та на секунду замялась, но всё же взяла его. Первый глоток обжёг горло сладко и резко, алкоголь почти сразу ударил в голову, разливаясь приятным теплом по телу. Она поморщилась, но сделала ещё один глоток — уже увереннее.
Музыка давила, но постепенно переставала раздражать, наоборот, начинала заглушать мысли. Один коктейль сменился другим, разговоры девочек сливались в общий шум: Лиза что-то оживлённо рассказывала, Мишель смеялась, подхватывая её слова, а Виолетта уже тянула всех ближе к центру комнаты.
Ника сначала сопротивлялась, но в итоге позволила втянуть себя в толпу. Движения становились легче, голова — пустее. Она двигалась в ритме, почти не думая, позволяя музыке полностью заполнить пространство внутри.
И это работало.
Мысли отступали, растворялись, становились тише. Ни школа, ни мать, ни утренний разговор больше не давили так сильно. Почти не давили. Потому что иногда, в короткие паузы между треками, в голове всё равно всплывало лицо короткостриженной, и это раздражало.
Ника резко отвела взгляд, будто могла избавиться от этого физически, и потянулась за очередным стаканом.
— Вот так, — усмехнулась Мишель, толкая её плечом. — Наконец-то ты ожила.
— Ага, — коротко ответила Ника, делая глоток. — Решила не париться.
— И правильно, — кивнула Лиза. — Забей на всё.
Она только усмехнулась в ответ, не комментируя.
Музыка сменилась, басы стали тяжелее, толпа качнулась, и Ника на секунду выпала из движения, отходя ближе к стене, чтобы перевести дыхание. Она провела рукой по волосам и в этот момент снова почувствовала взгляд.
Резкий. Цепкий.
Слишком знакомый.
Ника медленно подняла глаза и замерла. Сквозь дым, неон и толпу стояла она — Адель. Короткостриженная держала в руке бутылку, но не пила, просто смотрела. Прямо на неё.
Будто всё вокруг перестало существовать.
Ника сжала стакан чуть сильнее. Внутри неприятно дёрнулось, но уже не так, как раньше. Это было не про боль.
Это было про злость.
Она медленно выдохнула, не отводя взгляда, и вдруг усмехнулась.
Хорошо.
Если она хочет смотреть — пусть смотрит.
Ника демонстративно отвернулась и снова влилась в толпу. Музыка била по ушам, кто-то задел её плечом, кто-то засмеялся рядом. Она почти сразу почувствовала на себе чужой взгляд — уже другой.
Парень. Высокий, с растрёпанными волосами и лёгкой ухмылкой, явно не из её компании.
— Потанцуем? — наклонившись ближе, спросил он.
Ника на секунду оценивающе посмотрела на него, а потом кивнула, делая шаг ближе.
— Почему бы и нет.
Он положил руку ей на талию, она не отстранилась. Наоборот — чуть приблизилась сама, позволяя сократить дистанцию. Движения стали медленнее, более тянущими, почти нарочно провокационными.
Но всё это было не для него.
Ника прекрасно чувствовала, где стоит Адель.
И прекрасно знала, что она смотрит.
Она провела рукой по плечу парня, скользнула пальцами к шее, чуть наклонилась ближе, будто собираясь что-то сказать, но вместо этого просто задержалась в этой близости на секунду дольше, чем нужно.
Чистая провокация.
Игра.
Она не отводила взгляд в сторону короткостриженной, но ощущала её почти физически.
Каждое движение становилось чуть более демонстративным, чем нужно.
Каждое прикосновение — чуть дольше.
Ника знала, что делает.
И впервые за долгое время чувствовала контроль.
—————————————————————
чувствую дальше будет жарко)
думаю, что сегодня еще главу залью