SIX
До начала отбоя оставалось примерно пять минут, и комната наполнялась напряженной тишиной. Сохи наблюдала, как все остальные участники тихо шептались друг с другом, бросая недобрые взгляды окружающим. Атмосфера становилась все более мрачной и тревожной. Кихун и его команда аккуратно спустили на пол несколько матрасов и пододвинули их под койки — словно знали, что их ждет в ночи и подготовились заранее, делая все, чтобы усложнить врагам задачу. Люди будут искать более легких жертв, которые будут как на ладони.
Когда пришло время отбоя, в комнате погас свет, и воцарилась глухая тень. Осталось только слабое синее свечение, оно проникало в помещение, освещая его призрачным светом. Сохи улеглась на свою койку, укрывшись тонким пододеяльником, и постаралась расслабиться. В голове роились сотни мыслей: что будет, когда все заснут? Сколько смертей эта ночь принесет, и кто из нас выживет? Над ужасными мыслями нависла еще одна: если мы нападем на них, скорее всего, это вызовет ответную жесткую реакцию. Они не будут просто так позволять себя уничтожать. Скорее всего, начнется кровавая бойня , и тогда рискуют погибнуть не только они, но и мы. Сердце хотелось вырваться из груди, она боялась, что на нее могут накинуться в любой момент. В темноте почти ничего не различить — глаза не могли привыкнуть к кромешной тьме, и каждая тень казалась угрозой. Сохи поняла: если удастся уснуть, то проснёшься в полной дезориентации, а если не уснешь окажешься уязвима к любым неожиданностям. Сонливость, словно тяжелая пелена, не желала уходить, поэтому девушка изо всех сил пыталась погрузиться в сон, надеясь, что отдых даст шанс пережить ночь.
Спустя несколько часов в комнате раздался неожиданный глухой крик мужчины, который напрыгнул на первую попавшуюся кровать. Его громкое рычание разорвал тишину и разбудило всех. Женский вопль, сопровождаемый ужасом, разнесся по всему помещению и вызвал волну паники: люди начали громко кричать, метаться, прятаться и пытаться спастись. Все превратилось в хаос, и каждый старался найти безопасное укрытие… но теперь никто не был в полной безопасности.
Сохи спала очень крепким сном и не проснулась от шума. Она была глубоко погружена в сон, когда вдруг почувствовала, что кто-то запрыгнул ей прямо на кровать. Прорезался резкий удар ножом возле уха. И еще несколько таких же сильных ударов прошло возле ее головы. С каждым ударом она все сильнее жмурила глаза. Вокруг все мигало. В момент, когда звук ножа перестал слышаться, Сохи открыла глаза с ужасом. Перед ней оказался Намгю, который сразу же произнёс ей тихим, спокойным голосом:
— Притворись мёртвой… Тогда тебя не тронут. Я буду неподалёку приглядывать за тобой.
Медленно, с тревогой в дыхании, она сжала пальцы в кулаки, стараясь держать себя в руках, и сделала глубокий вдох, пытаясь понять, что происходит. Вокруг всё было погружено в кромешную тьму, лишь изредка мерцали блики, отбрасываемые мигающим светом. Перед её глазами всё ещё мелькали вспышки ужаса, а сердце колотилось так сильно, что казалось, сейчас вырвется из груди. Она повернул голову и увидела значительную дыру на матрасе — след от удара ножом. Намгю стоял неподвижно, словно статуя, в руках у него был окровавленный нож, кровью, которая, казалось, липла к его рукам. Он делал вид, что убивает её, чтобы другие не напали на нее, но при этом глаза его были холодны и расчетливы. В этот момент, встав с кровати, Намгю спокойно направлялся вниз по лестнице.
— Послушаюсь, только при условии, что ты защитишь Сэми и не тронешь её, — пробормотала она сквозь зубы, обратившись ему в спину, стараясь трезво держать голос, несмотря на потрясение. Ее сердце бешено колотилось, она чувствовала, как кровь по венам пульсирует, а внутри всё сжалось словно тесным клубком.
Намгю, не оборачиваясь, с усмешкой в голосе проговорил:
— Блять, а так хотелось первой убить эту сучку. — Его слова отдавались в комнате, вызывая у Сохи прилив гнева, и она, сжав зубы, взглянула на него.
Словно почувствовав её холодный взгляд Намгю кивнул головой в знак понимания и ушёл вниз.
Сохи лежала почти неподвижно, ощущая, как от напряжения сжимается ее тело. Каждым шорохом в ее сторону , она задерживала дыхание, чтобы не выдать себя. Ее глаза были плотно закрыты, и каждое новое приближение шагов было сопровождено ужасным грохотом, будто пол и стены дрожали под тяжестью шагов. Казалось, что лестница, по которой с такой силой кто-то поднимался, и кровать, на которой она лежала, могут в любую секунду рухнуть и развалиться на куски. Внутри нее царила паника: сердце колотилось так сильно, что казалось, его биение могут услышать.
После очередных громких звуков скрипящей лестницы тишина настала настолько неожиданно, что даже собственный дыхание казалось слишком громким. До нее дошли тихие, почти незаметные шаги — человек шел на цыпочках, так же осторожно, как будто боялся потревожить спящую живую или мертвую. Он приблизился к ней, и в лицо Сохи вдруг ударило горячее дыхание, она ощущала его на своей щеке. Вершиной опасности стало то, что она могла почувствовать его запах — смесь пота и чего-то незнакомого, тревожного. Она слышала, как приближается он, и сердце бешено забилось в груди, пока он медленно, уверенно, почти неуловимо поднес нож к ее лицу.
— Притворяешься? — его голос прозвучал тихо, хрипловато, почти шепотом.
Он провел ножом по ее щеке, оставляя ощутимую линию, по которой медленно стекала кровь, капая к уху. Жгучая боль пронзила кожу, но Сохи сдерживалась, не позволяя себе дать слабину. Девушке было невероятно больно, и каждая клеточка тела требовала от нее подняться и крикнуть, но она — напротив — терпела, не шевеля ни пальцем, не вздохнув, — словно застывшая под льдом. Ее дыхание стало чище, ровнее, и, к удивлению, лестница снова задрожала.
Тело Сохи сдавливало усталость, сердце билось так быстро, что ей казалось, вот-вот выскочит из груди. Она еле-еле выпускала воздух, чувствуя, как щека еще жжется от царапины, а тело ныло. Лестница снова зашаталась, но в этот раз — медленно, осторожно. Уже на готове задержать дыхание, когда вдруг услышала знакомый голос. Это была Хен Джу. Она поднималась наверх с той беременной девушкой, и, увидев их, Сохи быстро шепнула:
— Веди ее сюда, я помогу — она кивнула, махнув рукой, чтобы они не боялись.
222 легла вместе с Сохи на кровать и тихо попросила:
— Ложись и не шевелись, все будет хорошо...
Хен Джу, благодарная за их дружеское доверие, быстрым движением спустилась вниз, решив, что ей нужно охранять и не давать никому подняться к ним, чтобы сохранить безопасность. Девушки пока лежали вместе, все еще в страхе и тишине, познакомились друг с другом. Чунхи, так звали девушку, крепко прижалась к Сохи, ощущая тепло и поддержку, словно это было их единственным шансом на безопасность — она чувствовала, что тут она в безопасности, хотя сердце все еще жутко билось.
Громкий гудок прорвался сквозь колонки заполнив пространство мощным эхом. В следующее мгновение, из-под тяжёлой железной двери послышались тяжёлые шаги — персонал с оружием в руках выстроился в ряд, направляя оружие вперёд. Их лица были напряжёнными, решительными — они громко кричали, требуя прекратить драки и всем лечь на свои места. Их слова эхом разносились по залу, но чтобы подчеркнуть свою власть, они одновременно открыли огонь из автоматов. Несколько раз прогремели выстрелы — и мгновенно все люди, словно по командному зову, повиновались их приказам.
Затем начали вывозить гробы с яркими розовыми бантами. Бездыханные тела, покрытые кровью, аккуратно укладывали внутрь — каждый гроб плотно закрывал крышкой.
— Сохи! — запыхавшись, проговорил Намгю, поднимаясь по лестнице, его голос был полон тревоги и напряжения.
— Я здесь, — отвечала Сохи, вставая с койки, она чуть поправила растрёпанные волосы, пытаясь собраться с мыслями.
Взгляд её был сосредоточенным, и в ответ на его слова она мягко улыбнулась, делая вид, что всё хорошо, несмотря на ужас происходящего. Парень, похлопывал её по плечам, словно старался нащупать раны или понять её состояние. Его рука скользнула по её лицу, аккуратно покрутив его в разные стороны, держал за подбородок, чтобы рассмотреть. И вдруг остановился на её щеке на которой был тот самый порез. Сохи резко убрала его руку, чуть мотая головой, показывая, что всё в порядке. Намгю, словно почувствовав, что волноваться не стоит, чуть помедлил, и, после долгого взгляда, спустился вниз по лестнице. Он изредка оглядывался, будто хотел налюбоваться ею в последний раз.
Обернувшись, Сохи заметила, как на её койке сладко спит Чунхи. Она тихо вздохнула, глядя на нежное лицо девочки — бедняжка, как же ей трудно находиться здесь, в этом месте. Оставив её отдыхать, Сохи медленно спустилась к койке Сэми. Она почувствовала тепло и спокойствие, когда увидела, как грудь девушки равномерно поднимается и опускается с каждым дыханием. Она спокойно спала. Она оперлась на стену и еще несколько минут с улыбкой смотрела на подругу. Потом легла рядом.
В голове звучала мысль, что сам Намгю, — этот человек, привыкший к жестокости и безразличию, — послушал её просьбу и не стал убивать Сэми. Только потому, что она попросила его об этом. Эта неожиданность заставила её почувствовать к нему что-то еще сильнее.
———————
осталось примерно 4 главы и история будет завершена. какие предположения о концовке?