Отбросы

— Так, Лиса, без паники. Он не мог далеко уйти, — накидывая на себя свою кожанку, проговорил Чонгук.

— Да куда он вообще мог уйти? Я не понимаю... Ёсан-и, чего же ты наделал? — Лиса уже 10 минут как не находила себе места, шагая туда-сюда по комнате.

— Сейчас главное решить проблему с матерью. Надо сделать так, чтобы она ещё задержалась у себя там, на работе. Так у нас будет чуть больше времени на поиски. Лиса, ты меня слышишь? — увидев подступающие слёзы на глазах девушки, спросил Чонгук. Та посмотрела на него с беспомощностью во взгляде, дрожащими руками и тяжко вздохнула. — Мы найдём его, Лиса. Не волнуйся. Я тебе обещаю, — он медленно взял её за руку, бесстрашно смотря ей в глаза. Его обещание прозвучало таким серьёзным и правдивым, что Лиса не раздумывая поверила его словам. Она кивнула, вытерла слёзы и, собрав все свои вещи, покинула квартиру вместе с ним на поиски малыша...

***

Дженни до конца рабочего дня не могла выбросить из головы ту сцену, которую провернул сегодня Юнги в лифте. Буквально днём из-за неё он опозорился на всю школу, ясно дав ей понять, что не собирается с ней теперь иметь ничего общего. Но, спустя пару часов, заключает её в цепкие объятия, подловив её в лифте в полупьяном состоянии. Он попросил её не возвращаться сегодня домой одной. Точнее, приказал. Это никак не касалось их профессиональных отношений, или Дженни просто не понимала: прозвучал ли этот приказ от лица её одноклассника Юнги или её начальника господина Мин? Дженни вообще перестала понимать что-либо. Так много всего странного происходило в её жизни в последнее время, но больше всего её настораживало появление новых, ранее неизведанных чувств. Юнги порождал в ней целый спектр подобных чувств, становился причиной пробуждения табуна мурашек по её телу, учащенного сердцебиения и выстраивания нелепых сцен в голове, которые, вероятнее всего, никогда не произойдут в реальной жизни. Она неосознанно начала переживать и заботиться о нём, привыкла к его присутствию в её жизни, и не хотела бы, чтобы это «присутствие» превратилось в «отсутствие». Такого в жизни Ким Дженни ещё не было никогда...

— Дженни, алло? Земля вызывает Дженни! — Ким прослушала всё то, о чём Наён уже минут пять как увлечённо рассказывала ей.

— Извини, я задумалась о своём. Так, что ты там говорила? — сложив свой фартук в шкафчик, повернулась она лицом к коллеге.

— Я спросила, как ты уговорила господина Мина и Чхве разрешить тебе носить штаны, вместо юбки? Или ты опять «нелегально» их носишь? — проговорила Наён, терпеливо выжидая от неё объяснений. Дженни стыдливо опустила взгляд, привычно прикусив нижнюю губу. Но тут ей в голову пришло нечто сумасшедшее...

— А ты что, не слышала о введении нового правила для персонала? — Дженни еле сдерживала улыбку, стараясь выглядеть как можно серьёзной. Наён недоверчиво изогнула бровь.

— О чём ты? Какое правило?

— Скажу тебе по секрету, — Дженни подошла к ней поближе и начала говорить тише обычного. — Господин Мин сказал, что начиная со следующей недели, все сотрудницы будут носить штаны. Инцидент с Хёнбином подтолкнул его на такое решение, — Наён, будучи являясь новостным вестником всея отеля, сразу же поверила ей и прикрыла рот ладонью от удивления. Она была вне себя от радости, услышав такую новость от Дженни, что заставило её саму улыбнуться. Так грустно осознавать, что для счастья женской половине этого отеля не хватало лишь штанов в сегменте их униформы. Подобная реакция даже больше огорчает, нежели радует: женщинам по-особенному тяжело работается в сфере услуг. Сексуализация и объективизация женщин всегда входили в норму корейского общества, где у всех сексистское и мизогинное мышление. Каждая женщина подвергается домогательству, работая в сфере услуг и обслуживая людей, в частности мужчин, в таких униформах, которые были сшиты специально по заказу и представления мужчин, для их же «удовлетворения».

Дженни понимала, что сделала по-детски глупый поступок, соврав о подобном Наён, но она почему-то была уверена в душе, что смогла бы с легкостью уговорить Юнги о настоящем введении такого правила. «Кстати о нём... Стоит ли мне пойти к нему перед уходом домой или просто уйти, не отчитываясь перед ним?» — подумала Дженни, провожая взглядом своих коллег, которые переодевались перед уходом.

— Ладно, дам и себе, и ему шанс исправить всё...

***

— Пак Чимин, может уже скажешь, куда мы едем? Ты свернул в совсем другую сторону. Караоке, куда мы собирались пойти с ребятами, остался ещё в том районе, — показывая рукой назад, недовольно проговорила Чеён.

— Я же сказал, что покажу тебе ночную жизнь Сеула, — перекрикивая громкую музыку, ответил он.

— Если ты планируешь заехать в клуб, то можешь оставить меня прямо здесь, я выйду, — полностью выключив музыку, мрачно проговорила Чеён. Чимин взглянул на ее лицо, которое выражало полное безразличие и холод. Он понимал, что сегодня всё пошло не по плану, к тому же ещё и его мать прибавила абсурда ко всей ситуации. Но он всё равно хотел отвезти её в то место, куда изначально планировал, поэтому нажал на газ и снова врубил музыку.

— Чеён, я не из тех, кто водит девушек в клуб на первое свидание.

— Свидание?! Черт, Чимин, ты же обещал, что это ни в коем случае не будет свиданием! — возмущению девушки не было предела. Чеён невольно начала жестикулировать и ударила себя по лбу а-ля facepalm.

— Правило номер один: не стоит верить всему, что говорит Пак Чимин, особенно если речь про пункт назначения, — не сдержал смех Пак, наблюдая за тем, как та смотрит на него как на слабоумного.

— Расслабься, мы уже приехали, — заворачивая машину за угол, проговорил он. Выключив стерео и выйдя из машины, он направился к дверце Чеён, которая сидела с недовольным лицом, скрестив руки на груди. — Мы приехали, — приоткрыв для неё дверцу, с улыбкой сказал Пак. — Уважаемая госпожа Пак Чеён, прошу вас выйти из машины и удосужить меня своим драгоценным вниманием, чтобы я смог хоть как-то отплатить свою вину перед вами за прошлое и сегодняшнее недопонимание, — он отклонялся и, словно в средневековье, подал свою руку, чтобы та вышла из машины. Чеён ещё секунду пялилась в одну точку, как обиженный на весь мир ребёнок, избегая зрительного контакта с ним, но в итоге вздохнула и закатила глаза. Посмотрела на парня, который всё ещё не переставал одаривать её своей наиглупейшей фирменной улыбкой, и всё-таки взяла его за руку.

— Какой же ты всё-таки заноза в заднице.

— Буду рад служить занозой, если она находится в вашей заднице, госпожа Пак, — захлопнув дверцей, ответил Чимин. Чеён не сдержалась и засмеялась.

— Боже, избавь меня от своего словесного поноса, прошу.

Уже бывшие партнёры по проекту прибыли в высочайший отель во всём Сеуле, Signiel Seoul, молча поднялись на самый последний этаж, где Чимин провёл Чеён на крышу.

— Чимин, я тебя ненавижу. Я бы постаралась принарядиться, если бы знала, что мы собираемся в сам Signiel Seoul! — выходя на крышу, раздражённо сказала Чеён.

— Оно тебе и не нужно, ты итак прекрасна, — почему-то от этих слов Чеён засмущалась, хотя на ранее произнесённые им комплименты она никак не реагировала.

В самом центре крыши стоял маленький столик с двумя стульями. Стол был так скромно и просто накрыт, не было никакой вычурности и изящности, которой стоило было ожидать от вип-корейца Пак Чимина. Чеён невольно удивилась этому жесту с его стороны и даже улыбнулась, посчитав это весьма милым. Он будто бы знал, что ей стало бы неловко, будь этот стол побольше и накрыт слишком «богато», и поэтому сделал всё так, чтобы ей было максимально комфортно.

— Должна признать, Чимин... Не ожидала подобного от тебя, — присаживаясь, отметила Чеён.

— Брось, Чеён. Если я родился с золотой ложкой во рту, то это не значит, что я настоящий зажравшийся сын чеболей, который то и дело, что высасывает с родителей деньги и доказывает всем, что он настоящий... Эм... Зажравшийся сын чеболей, — они засмеялись в унисон. Чимину окончательно удалось снять витающее напряжение в их атмосфере.

— Тут даже есть клубника в шоколаде, как я и люблю... И как ты всё это разузнал? Как всегда сталкерил меня? — драматично взмахнула Пак волосами, заставив усмехнуться рыжего.

— Ты мне поверишь, если я скажу, что здесь только мои любимые блюда? — откусывая клубнику, спросил он.

— Да никогда в жизни! — тоже отхватила себе она клубнику.

— На самом деле это меньшее, что я мог сделать для тебя. Между нами было столько всего неприятного, и мне очень стыдно за всё это. Я бы хотел искренне попросить прощения перед тобой и пообещать не делать таких глупостей в будущем. За это короткое время я успел понять, что ты не заслуживаешь к себе плохого отношения, — Чеён приостановила свою трапезу и с набитым ртом внимательно слушала его. — Я впервые в жизни встретил настолько простого, искреннего и доброго человека. Я всегда был, и уверен, что ещё буду, окружен фальшивыми и «пустыми» людьми, которые могут приносить в мою жизнь лишь разочарование. Я уже потерял всякую надежду встретить человека, который смог бы подарить мне настоящие эмоции, неподдельные, понимаешь? Я не мастер объяснений, но это чувство невесомости в общении и веры во что-то светлое смогла подарить мне ты, Чеён. Я искренне не хочу терять такого человека, поэтому я с уверенностью могу сказать, что я намерен серьёзно...

— Подожди, Чимин... В каком плане «серьёзно»? — перебивая парня, тихо спросила Чеён. — Это ведь не то, о чем я подумала, верно?

— А о чем ты успела подумать, Розэ? — хитро прищурился Чимин с улыбкой на лице. Чеён замолкла и задумалась, глядя куда-то за спину Чимина. Чимин понял этот взгляд, полный различных мыслей и слабо улыбнулся себе.

— Не волнуйся, я не любитель торопить события. Я дам тебе столько времени на раздумье, сколько понадобится. Сейчас я бы хотел, чтобы ты расслабилась и отдохнула. Отбрось все ненужные мысли. Кстати, ты даже не взглянула на этот вид... На самый лучший вид в городе, — он указал рукой вправо от их столика, и девушка удивленно повернулась.

— Боже, — это всё, что смогла она произнести. Встав на ноги, она завороженно поплелась в сторону перил и наслаждалась прекрасной картиной ночного города.

— Тут же весь Сеул словно на ладонях...

— Именно, — прошептал он, стоя прямо над ухом Чеён, от чего та вздрогнула и резко повернулась. Он стоял непозволительно близко, что девушка уже собралась возмутиться, но что-то остановило её. Его взгляд был прикован к виду, а на лице застыла его тёплая улыбка. Чеён позволила себе разглядеть его лицо вблизи, пока тот не обращал на неё внимания. Или делал вид, что не обращал внимания... Во всяком случае, она воспользовалась этим, чтобы разглядеть его родинки на шее, густые ресницы и, самое главное, большие, пухлые губы.

«Да уж, Розэ, ты определенно не в себе, » — подумала она. Эту ночь она запомнит ещё надолго...

***

— Чонгук, ты уверен, что мы на правильном пути? Осталось 3 часа до прихода его матери домой, — Лиса взволнованно взглянула на Чонгука, пока они ехали на такси.

— Слушай, я не могу тебе ничего обещать, так как знаю, что дети бывают непредсказуемы, — заметив, как лицо Лисы ещё больше осунулось, Чонгук мысленно ударил себя по лбу. — Но в случае Ёсана я думаю, что всё гораздо легче и понятнее. Остановите здесь, пожалуйста, — расплатившись, они вышли из такси и оглянулись вокруг. — Идём быстрее.

Войдя в огромное здание, принадлежавшее одной компании недвижимости, они подошли к ресепшену и спросили, где можно найти одного человека. Как только ресепшионистка указала им путь, они побежали в сторону лифта. Лиса испытывала стресс и волновалась за ребёнка, а Чонгук волновался за неё, наблюдая за её эмоциями. Он хотел уже успокоить её повторяющимися фразами, но дверь лифта распахнулась, и Лиса буквально выбежала из него. Оглядываясь по сторонам в поисках малыша, Лиса чувствовала, как у неё поднимается чувство тревоги.

— Извините, а вы не видели здесь ребёнка примерно 5-6 лет? У него кофта с рисунком Человека-Паука и белые кроссовки...

— Нуна? Что ты здесь делаешь? — раздался за спиной знакомый голосок. Лиса повернулась и увидела Ёсана. Выдохнув с облегчением, она подбежала к нему и заключила в крепких объятиях.

— Ты хоть знаешь, как испугал меня? Я думала уже пойти в полицию! Ёсани, что бы чувствовала твоя мама, когда вернулась бы домой, а тебя там нет? Больше не делай так! — Лиса старалась сильно не ругать его, но из-за переполненных эмоций, она не могла контролировать свой тон.

— Нуна, отпусти меня, я приехал к папе! Я останусь у него!

— Эй, пират, как ты вообще сюда добрался-то? — рядом с ними присел и Чонгук, пытаясь успокоить ребёнка.

— Я разбил свою копилку и поймал такси, — Ёсан ответил Чонгуку с таким невозмутимым лицом, будто это было обыденно для шестилетнего ребёнка ездить на такси за свои же деньги и без сопровождения взрослого.

— Ишь, какой самостоятельный! — потрепал он мальчика по голове. — Слушай, я очень ценю твою смелость и решимость, но пойми, что дела так не делаются. Настоящие взрослые сначала обдумывают всё и спрашивают совета у других взрослых. Мы же твои друзья, верно? Мы же все вместе отправимся на кругосветный круиз, забыл? Но непослушных и капризных детей не берут на круизы, — удивительно, как Чон оставался в таком спокойствии, когда Лиса всё еще пыхтела от негодования и злости.

— Хён, я очень хочу побыть с папой... Хотя бы на один день, — голос малыш задрожал, и он заплакал. Чонгук сразу же заключил его в свои объятия, утешая и шепча что-то ему в уши. Лиса нашла это очень трогательным и не могла поверить свои глазам, что парень, который всегда казался ей бездушным задирой, умеет проявлять такое сочувствие и нежность. Пока Лиса молча наблюдала за картиной, она не заметила, как с кабинета вышел взрослый мужчина в костюме и любопытным взглядом оглядел всех присутствующих.

— Могу ли я узнать, что здесь происходит? Почему здесь так шумно? — услышав голос мужчины, Ёсан резко поднял голову и глянул на него. Узнав в мужчине своего отца, малыш побежал прямиком к нему с объятиями.

— Папа!

— Ёсан? Что ты здесь делаешь, сынок? — мужчина явно не ожидал увидеть сына посреди рабочего дня, которого он не видел с самого развода. Его глаза уже были на мокром месте, но он сдерживал себя до последнего.

— Я пришёл увидеть тебя, — это было слишком душераздирающее зрелище и для Чонгука, который ещё ни разу не получал отцовской любви, и для Лисы, которая очень рано потеряла отца, не успев провести с ним достаточно времени. Во всей этой суете никто из них не заметил, как быстро пролетело время, что телефон Лисы остался без звука с 10 пропущенными звонками от мамы Ёсана. Никто из них не имел понятия, что разъяренная мать уже поднималась по лифту, слишком хорошо зная своих сына и мужа.

— Ёсан-и, тебе нельзя здесь находиться, твоя мама...

— Его мама уже здесь, — прозвучал строгий голос сзади Лисы и Чонгука, заставивший всех вздрогнуть. Повернувшись, они увидели, мягко говоря, недовольную маму Ёсана, которая разжигала взглядом своего мужа, обнимающего сына.

— Госпожа Ли, я всё объясню...

— Не надо тут ничего объяснять, девочка. Ёсан, мы идём домой, — она быстро подошла и выхватила сына из объятий отца и потащила в сторону лифта, но малыш оказался ловчее и вырвался.

— Нет! Я никуда не пойду. Мама, мы же семья? Я знаю, что я ещё не взрослый, но я ведь всё равно остаюсь частью семьи, да? Тогда почему меня никто не слышит? Меня никто не хочет слушать в этой семье! Я хочу вернуть всё, как было. Если этого не будет, то я не хочу быть больше частью семьи, — Ёсан произнёс свой до невозможности не детский монолог, заставив задуматься своих родителей, которые, в свою очередь, вели себя, как маленькие обиженные друг на друга дети. Ёсан встал между ними, глядя прямо в пол, не желая поднимать голову.

— Нара... Перестань уже избегать меня, блокировать мои звонки и сообщения. Нам надо поговорить. Пожалуйста, ради Ёсана...

Мама Ёсана всё это время смотрела сквозь мужчину в одну точку. Она была напряжена и растеряна одновременно. Ёсан краем глаза с надеждой взглянул на маму, после чего она устало вздохнула и кивнула.

— Лиса, я с вами позже переговорю.

— Не стоит, просто оставьте свои данные, включая реквизиты карты, я заплачу вам за вашу работу, — сказал отец Ёсана, как настоящий бизнесмен, взяв в руки всю ситуацию. Мать Ёсана уже было хотела возразить, но увидев приподнятую бровь бывшего мужа, который означал: «Какие-то проблемы?», она промолчала и последовала за ним в кабинет, оставив малыша попрощаться с няньками.

— Хён, ну и кто теперь взрослый? — горделиво ухмыльнулся мальчик, заставив нас засмеяться. «Дети до жути сообразительны, » — подумала Лиса.

— Ладно, ты доказал, что ты настоящий пират. Обхитрил и нас, и своих родителей. Но больше так не делай, не заставляй взрослых переживать, хорошо? — Чонгук потрепал малыша по голове и начал с ним играться. У Лисы разрывалась голова от всех событий, которые произошли за один день: она испытала за сегодня и радость, и грусть, и тревогу, а сейчас растерянно смотрит на ребят. «И как он может оставаться в спокойствии всё время?» — подумала Лиса, глядя на парня, пока тот дразнил малого. Она не хотела признавать, и тем более благодарить его за то, что он очень ей помог, просто его присутствие как-то успокаивало её, не позволяя ей впасть в панику. Лиса совсем запуталась, не понимая, кто ей действительно нравится. В Чонгуке ей нравилось доброта и простодушность, которых он пытался всегда скрывать под маской брутальности. В Тэхёне ей нравилось искренность и честность, которых он проявлял только наедине с ней, что заставляло её чувствовать себя особенной. Они оба пылали огнём в то время как Лиса была спокойна, как вода. Каждый из них тянулся к ней, а она стояла, не зная, к кому делать шаг первой, хотя кажется она уже стала ближе к Чонгуку, чем к Тэхёну...

***

Сокджин сидел у себя в кабинете среди горы бумаг. Чуть ослабленный галстук, криво висевший на шее, и растрёпанные волосы прекрасно описывали его усталое состояние. Кто-то постучался в дверь его кабинета, заставив его выйти из раздумий и разрешить войти.

— Господин Ким, у нас новости, — проговорил его ассистент, войдя в кабинет.

— Сынхун, я сейчас занят. Давай попозже? — даже не подняв свой взор, резко ответил он.

— Но это про ту самую девушку из самолёта, — неловко прокашлялся тот, после чего рука Сокджина с бумагой застыла в воздухе. Он медленно посмотрел на ассистента. — Она зарегистрировалась под тем же фальшивым документом, как сотрудник одного бара. Бар находится в Каннаме, если вы желаете, мы можем предоставить вам больше информации, посетив бар или связавшись с администратором...

— Не стоит. Я сам поеду..

***

Переодевшись в свою обычную одежду, Дженни присела сделать передышку и расслабиться. Рабочий день казался таким бесконечным, что она в какой-то момент начала считать каждую минуту до её окончания. С другой стороны ей также не терпелось увидеться с Юнги и предложить свою гениальную идею, хотя она немного побаивалась его будущей реакции. Его сегодняшняя выходка застала врасплох: как он мог обнять её после того, как она опозорила его на всю школу? Дженни скидывала всё на воздействие алкоголя. Внезапно ей на телефон приходит новое сообщение. Оно было как всегда от некого RealMeKN07.

«Дженни, прошу ответь мне! Я очень надеюсь, что с тобой всё в порядке... Я переживаю...»

Дженни устало вздохнула и решила всё же ответить назойливому незнакомцу.

«Здравствуйте. Кем бы вы ни были, прошу вас перестать мне писать. Я вас не знаю, вы меня пугаете. Если ещё раз напишете, я вас заблокирую.»

Ответ не заставил себя ждать, она почти в ту же секунду получила новое СМС.

«Дженни! Я уж думал, что не ответишь. Это я, Ким Намджун! Я думал, что я у тебя сохранён. Извини, что напугал.»

У Дженни моментально округлились глаза, а щёки залились краской. Ким Намджун был сыном одного из близких друзей её отца, с кем пытались её свести, планируя грандиозную свадьбу, однако ничего не получилось. Дженни искренне ценила отца и его друзей, но она отказала Намджуну, решив, что они не смогут стать друг другу кем-то больше, чем просто друзья. Намджун адекватно воспринял её отказ, несмотря на то, что он питал к ней симпатию. Дженни решила удалиться во всех социальных сетях после скандала, так как на неё полился весь интернетский хейт и посыпались угрозы о расправе. Создав себе фейк аккаунт, она ничего не выкладывала, но её номер телефона был также прикреплен к аккаунту. Скорее всего Намджун так и нашёл её аккаунт. Намджун представлял из себя начитанного, воспитанного, добродушного и простого парня. Он был старше неё на 3 года. Дженни его очень уважала, но не более.

«Намджун, почему ты пишешь мне? Извини, но мне сейчас не до выяснений отношений. Слишком много всего произошло с последней нашей встречи...»

«Я хотел поговорить с тобой и поделиться важными новостями. Дженни, я скоро женюсь! И у меня скоро будет сын, представляешь?»

Дженни открыла рот от удивления, перечитывая по несколько раз его сообщение. Она не могла поверить тому, что кто-то в столь юном возрасте всерьёз решил завести семью, однако она не могла не порадоваться за него.

«Боже, Намджун, это же просто замечательно! Я очень рада за тебя! Желаю тебе и твоей невесте счастья и гармонии... Ты всегда стремился к тому, чтобы завести семью, прирождённый семьянин :)»

«Благодарю! Дженни, я слышал новости о вашей семье... Мне очень жаль. Я по этой причине и искал твой аккаунт, я правда переживал за тебя. Учитывая уровень буллинга в Корее, я был уверен, что тебе нужна будет поддержка.»

Дженни расстрогало его сообщение, она тепло улыбнулась.

«Да уж, Корея — это не Америка... Всё в порядке. Намджун, ты веришь всему, что произошло?»

«Честно? Нет. Я знаю, как мой папа отзывался всегда о твоём отце, да и я сам лично знаком с ним. Этого просто не может быть...»

«Ты всё ещё интересуешься юстицией?»

«Ты не поверишь, но у меня своя частная консалтинговая компания, я работаю главным адвокатом.»

Дженни приятно удивилась и уже подумала об одном, что могло бы спасти её отца.

«Поможешь мне разобраться с делом отца? Я всё сделаю для того, чтобы оправдать его имя! Я не останусь в долгу, обещаю...»

— Дженни? Тебя господин Мин попросил подождать его у чёрного входа, — появилась вдруг из неоткуда Хару и сбила её с мыслей. Дженни кивнула и попрощалась с коллегой. Выйдя через чёрный вход она увидела, как он подъезжает на своей чёрной машине. Осенний холод пробрался под её тонкий свитер, и она покрылась мурашками. Сев на переднее сидение, она сразу же взглянула на Юнги, который нервно оглядывался по сторонам. От опьянённого состояние будто ни следа.

— Юнги, что-то стряслось?

— Ты в тот раз не разрешила мне до конца тебя подвозить, на этот раз не отделаешься, — проговорил он, совершая крутой поворот своими ловкими руками. Дженни на пару секунд завороженно смотрела на его тонкие и красивые пальцы, которыми он нервно постукивал при вождении. Он всегда так делал, она запомнила ещё на первой поездке.

— Зачем? Может ты расскажешь уже, что происходит? А ещё ты пьян, тебя могут остановить.

— Давай поменьше вопросов, Ким, ты итак доставила мне кучу проблем одним лишь тупым школьным проектом и этим, — он запнулся и не закончил фразу. — Забудь.

Дженни почувствовала, как неприятный ком в горле вновь вернулся, когда Юнги напомнил ей про проект. Она сделала глубокий вдох и собралась силами.

— Прости меня...

Взгляд парня немного потупился от неожиданной фразы, вырвавшейся из её уст. Он кинул короткий взгляд на неё, а затем снова вернул свой взор на дорогу. Молчание окутало салон машины. Дженни неотрывно разглядывала его профиль, нервно теребя край свитера и покусывая нижнюю губу.

— Я поступила как настоящая идиотка, но... Но я всё исправила, я просто перепутала папки! — её голос был полон отчаяния, а глаза искали в его взгляде какую-нибудь поддержку, но тот лишь молча слушал её и смотрел прямо на дорогу, ведя машину по памяти. — Я правда поменяла о тебе мнение ещё в тот день, когда ты спас меня от Хёнбина. Я бы не стала... я бы не стала делать тебе больно никогда, — пальцы Юнги вдруг перестали двигаться. — Это была случайность. Я сделаю всё, чтобы изгладить свою вину перед тобой...

Юнги взглянул на неё с легкой полуулыбкой, вопросительно вздёрнув бровь, словно спрашивая: «Правда?»

— Имею ввиду всё, что в моих руках, — быстро оправдалась девушка. — А ещё я всем сказала, что ты собираешься пересмотреть правило об униформе и разрешить всем девушкам носить штаны, — на одном дыхании выпалила она. Улыбка исчезла с его лица, он громко вздохнул, прикрыв глаза, словно пытаясь успокоиться. Дженни невинно улыбнулась, ожидая от него что-нибудь. Чтобы развеять напряжённость в атмосфере, она сообщила ему полный адрес.

— Ну же, скажи что-нибудь! — не выдержала Дженни.

— Кажется я убью тебя быстрее, чем они, — пробормотал Юнги.

— Что?

— Проехали, Ким. Просто сделай мне одолжение: пообещай, что больше не будешь лезть в передряги, держись подальше от всех подозрительных людей, а также не возвращайся одна домой после работы. А ещё лучше не гулять вообще одной ночью, — Дженни уже было хотела возмутиться, но Юнги поднял руку, затыкая её. — Тебе напомнить твои же слова, которые проговорила минутами ранее? Вроде я назвал всё, с чем ты могла бы прекрасно справиться сама, верно? На этом всё... Пока что, — загадочно ухмыльнулся он и нажал на газ.

***

Водитель Сокджина остановился прямо у входа в бар, ожидая дальнейших поручений от начальника. Не было ни дня, когда он не думал или не вспоминал бы о ней. Эта незнакомка из самолёта где-то глубоко засела у него в голове, не желая оттуда выходить. Её большие глаза, длинные ресницы и маленькие родинки по лицу впечатались в памяти. Она выглядела как иностранка, но разговаривала свободно на корейском. Спустя почти месяц он находит её предположительное местоположение и едет к ней сломя голову. Он боится, что это окажется не она, что она останется лишь у него в памяти.

— Господин Ким, может дать вам маску? — протягивая черную маску, спросил водитель. Джин кинул на него молчаливый взгляд и отрицательно покачал головой. Он уверенно вышел из машины и вошел через главный вход. Громкая музыка начала бить по барабанным перепонкам Джина, который вовсе не привык к таким местам. В последний раз он был в клубе, когда ещё учился в университете, на последнем курсе. С тех прошло 2 года. Бар был ничем неприметным, на танцпол выходили различные девушки в разноцветных париках, чтобы потанцевать в модернизированном бурлеск стиле. Он не обращал на них особого внимания, хотя поначалу прошёлся взглядом по их лицам в попытке найти её. Он вспомнил небольшую информацию, предоставленную его ассистентом: предположительный псевдоним девушки — Лили, предположительная должность — официант вип-кабинок. Джин направился в сторону вип-кабинок и бесцеремонно вошел в первую дверь. Это была небольшая каморка с вульгарным интерьером, где преобладал алый цвет. Сидел лишь один старый чеболь в окружении двух девиц в париках. Он даже не обратил внимания, когда вошел Сокджин, так как был слишком занят этими девицами. Он сморщился и сел подальше от них, ожидая момента, когда сюда зайдет официантка. Спустя пару минут дверь кабинки открывается, впуская высокую девушку на каблуках, на ком был фиолетовый карэ-парик, короткие черные шорты и майка на бретельках. Она подошла к Джину с подносом в руках, даже не поднимая на него глаза, словно желая побыстрее убраться отсюда.

— Добро пожаловать в «Магнолию»! Это комплимент от заведения всем первым посетителям наших вип-кабинок, — она аккуратно положила на его столик коктейль непонятного цвета и рюмку соджу. Сокджин дырявил её взглядом, пока она обслуживала его и внезапно даже для себя выпалил:

— Лили? — девушка подняла голову и одарила его удивлённым взглядом.

— Извините, мы знакомы? — выпрямилась она. Джин наконец встретился с ней глазами, он узнал их. Он бы и дальше продолжал в молчании тонуть в её глазах, если бы не её внезапно вздёрнувшаяся в недоумении бровь.

— Извините, — он прокашлялся, — вы наверное не помните меня, но мы встречались как-то... в самолёте. Вы спасли мне жизнь в тот день, — он с надеждой взглянул на неё, пока та переваривала, сказанную им информацию. Пару секунд спустя её глаза расширились, словно её осенило. Она огляделась по сторонам, будто ища подвоха, а затем посмотрела на него испуганным взглядом.

— Тебя кто-то подослал? Что ты здесь делаешь? — она резко сменила свой рабочий вежливый тон на раздражённое шипение.— Нет! Нет-нет, вы меня неверно поняли. Я вас всё это время искал...

— Искал?! Ты что, грёбанный сталкер? — она сделала шаг вперёд, будто готовясь к драке.

— В смысле... искал, чтобы отблагодарить! И познакомиться поближе, если, конечно, это возможно, — Джин мялся как какой-то первокурсник перед старшекурсницей, к которой он давно дышал неровно. Лили недоверчиво прищурилась, а затем быстро и неожиданно схватила его за запястье, потянув на себя. Джин опешил от этого, но всё же встал на ноги и ждал последующих поручений.

— Идём, — почти шёпотом сказала она и потащила за собой, ведя куда-то. Они обошли весь клуб, прошли мимо кухни и аварийной лестницы прежде чем оказаться прям у чёрного входа. Лили пнула дверь, и осенний прохладный ветер дунул им в лицо. Девушка отпустила его руку и обернулась, смотря прямо в его глаза в поисках подвоха.

— Кто вы? Что вы от меня хотите? — Лили чуть поёзжилась от холода, но сохраняла серьёзный вид. Сокджин заметил это и снял с себя пиджак, а после галантно накинул его на её плечи. Она уже приоткрыла рот от возмущения, но решила не вдаваться в эмоции и промолчать.

— Меня зовут Ким Сокджин. А вас? — засовывая руки в штаны, спросил Джин.

— Для вас, как и для всех находящихся в этом баре, Лили. Каким образом вы решили меня отблагодарить? И что вы подразумеваете под «познакомиться поближе»?

Джин понимал, почему она не доверяла ему и устроила целый допрос. Он не смог сдержать улыбку.

— Я понимаю, что выгляжу, как какой-то маньяк или сталкер, как вы ранее выразились, однако мои намерения чисты. Я хочу отблагодарить вас, угостив ужином в ресторане, где мы бы смогли познакомиться в нормальной обстановке, а не возле баков с мусором и лежащего без сознания бездомного, — хмыкнул Ким. Лили расслабилась. Обычно она не доверяла никому, особенно мужчинам, но почему-то что-то подсказывало ей, что именно этот парень ничего не скрывает от неё, даже если эти внутренние подсказки были совершенно не аргументированны необоснованны. Она вздохнула.

— Если схожу на ужин, вы отстанете от меня? — её вопрос застал Кима врасплох.

— Мы узнаем это лишь после самого ужина, — пожал плечами парень. Лили в последний раз одарила его глубоко изучающим взглядом, а затем достала из кармана свой маленький блокнот с ручкой. Начиркав свой номер телефона, она вырвала страницу и вручила Сокджину.

— Я свободна только по вторникам и четвергам, — она сняла с плеч его пиджак. — Сделай одолжение, больше не появляйся тут.

Вернув хозяину его пиджак, она направилась к двери, громко стуча каблуками. Джин тепло улыбался, разглядывая её номер телефона и совершенно не подозревая, как папарацци сделали около 20 фотографий, которые уже утром будут опубликованы на всех новостных сайтах.

***

Тэхён валялся у себя в комнате, шарясь в социальных сетях и умирая от скуки. Тэхён устал от клубов и решил сегодня отказать приятелям. Он уже начинал жалеть о своём отказе, пока не наткнулся на пост на страничке своей школы, где были прикреплены пару фотографий Лисы и Чонгука на аттракционах, где они лучезарно улыбались друг другу, держа в руках мороженое. Подпись от админа данной странички гласил:

«Король школы Чон Чонгук вместе с новенькой Лисой Манобан вчера весело провели время на аттракционах. Кажется, у нас появился новый пейринг?» #ПапарацциНеДремлют #ЧонЧонгукКраш + #ДерзкаяНовенькая

Тэхён злобно перелистывал снова и снова фотографии, чувствуя то, как ярость и ревность начинают одурманивать его разум. Он кинул телефон на диван и начал расхаживать по комнате, приводя дыхание в норму и размышляя над следующим своим шагом. Как только в его голову приходит идея, он хватает телефон и быстро ищет в контактном листе «Мой Козырь». Найдя нужный контакт, он не раздумывая звонит и слушает гудки.

— Какого чёрта ты звонишь мне? — наконец трубку поднимает нужный ему человек.

— И тебе добрейшего вечерочка, милая, — хмыкает Тэхён, услышав её раздражённый полушёпот. — Надеюсь, я тебя не разбудил, — он только сейчас посмотрел на время и осознал, что уже довольно-таки поздно.

— Что тебе нужно? Говори быстрее, — прошипела Чеён, наблюдая за тем, как Чимин выбирает для них напиток в магазине, пока она сидела в его машине.

— Ты же помнишь, что у нас с тобой договоренность по поводу твоей подруги? Я хочу, чтобы ты сегодня же выслала мне всю информацию о ней: любимый цвет, хобби, еда, фильмы, музыка и тому подобное. Я очень надеюсь, что я сегодня получу от тебя сообщение, а в противном случае... Ты сама в курсе, — скучающе разглядывая свои носки с принтом Шрека, проговорил он.

— Ты конченный...

— Чеён, ягодного вкуса не было, поэтому я купил тебе яблочный, ты не против? — неожиданно вернулся Чимин, заставив девушку вздрогуть и неловко улыбнуться. — Извини, не заметил, что ты разговариваешь по телефону.

— Ничего страшного, я...

— Мать моя женщина, это что, Пак Чимин? Ах вы, маленькие шалунишки, чем вы там заняты в столь позднее время? — перебил её Тэхён, который даже выпрямился услышав голос своего приятеля, который, к слову, сказал ему, что сегодня идёт в клуб с парнями. Он на секунду даже обиделся на него, хоть они не были близкими друзьями, но дружили довольно-таки давно. Он вспомнил сцену в клубе, где пьяный Чимин донимал Чеён, и улыбнулся. «Сумел-таки подружиться,» — ухмыльнулся он своим мыслям.

— Заткнись, я сбрасываю.

— Эй! Я буду ждать от тебя сообщения. Не смей кидать меня, Пак Чеён.

— Да-да, я поняла тебя, хватит уже. Пока, — она уже собиралась сбросить, но снова раздались вопли Тэхёна, заставившие её закатить глаза, пока Чимин с нескрываемым удивлением наблюдал за её интересным диалогом.

— Стой! Я думал, что ты хорошая девочка и уже крепко спишь в кроватке, но видимо ты будешь спать сегодня в кроватке у...

Чеён даже не стала выслушивать весь его бред и сбросила, заставив Тэхёна заливисто засмеяться.

— Извини, можем ехать, — она нервно открыла крышку от сока и начала пить.

— Кто это был? — поинтересовался Пак.

— Да так, неважно, — она отмахулась и вежливо улыбнулась ему, уверяя своей улыбкой, что всё в порядке. Чимин кивнул и включил стерео.Спустя полчаса Тэхён слышит звук, уведомляющий о новом сообщении, и ухмыляется, читая большой список того, что любит Лалиса Манобан.

***

Почти всю дорогу Юнги и Дженни ехали молча, иногда обмениваясь парочкой незамысловатых фраз. Дженни то и дело, что ненароком смотрела на его руки, изучала его профиль и задумчивый взгляд. Если бы она волшебным образом приобрела силу телепатии, то первым делом прочитала бы его мысли. Её мысли были прерваны тем, что его машина остановилась прямо у её дома. Она тихо поблагодарила его и вышла из машины, закидывая через своё плечо тяжелый рюкзак, не желая встретиться с его глазами. Однако услышав то, как он тоже вышел из машины и захлопнул дверью, она остановилась. Она повернулась к нему, словно ожидая от него речь, но он просто молча смотрел на неё. Их молчаливые переглядки перебил голос госпожи Ким, заставив девушку вздрогнуть от испуга.

— Дженни-я, это ты? — она стояла у порога, пытаясь в темноте разглядеть лицо дочери.

— Да, мам, это я!

— А кто это рядом с тобой? — госпожа Ким прищурилась и слегка нагнулась вперёд.

— Это... это...

— Добрый вечер, госпожа Ким, — Дженни не заметила, как Юнги успел подойти к ней сзади. Он вежливо поклонился и поздоровался с её матерью. — Меня зовут Юнги, я одноклассник вашей дочери, — мама Дженни расплылась в приветливой улыбке и поклонилась в ответ.

— Не стойте у порога, заходите! Дженни, почему ты не предупредила, что едешь не одна? Я бы приготовила что-нибудь получше, чем мисосиру, — засуетилась госпожа Ким, пропуская ребят в дом.

— Мам, перестань. У него дела поважнее, он не будет у нас оставаться, верно? — изогнув бровь, спросила Дженни у Юнги, на что тот только ухмыльнулся.

— Нет, мне некуда спешить. Я не против поужинать, — Дженни возмущённо открыла рот, но тут же захлопнула его, не решаясь спорить при матери. Она нахмурила брови, бросила рюкзак у порога и пошла в кухню.

— Отлично! Юнги, проходи в гостиную, я как раз начала накладывать еду. У отца Дженни сегодня ночная смена, он только под утро вернётся домой. Я думаю, если ты решишь остаться сегодня на ночь, то утром увидитесь с ним...

— Мама! — выкрикнула из кухни Дженни. — О чём ты говоришь?

— А что? Ты время видела? Дорога до нашего дома в ужасном состоянии, ночью опасно ездить.

— Он справится, не маленький ведь, — раздражённо ставя приборы перед ним, пробормотала Дженни, заставляя парня ещё больше забавляться. Она максимально избегала его взгляда.

— Дженни, хватит быть такой грубой, он же твой одоклассник. Ты впервые кого-то приводишь после...

Мать Дженни запнулась и прокашлялась.

— После нашего переезда в бабушкин дом, — она снова улыбнулась Юнги и поставила перед ним суп, который он любил в детстве.

— Извините, не подскажете, где у вас ванная? — Юнги подвернул рукава рубашки и уже хотел начать трапезу, но вспомнил, что не помыл руки.

— Конечно. Дженни, проведи его до ванной, — в кухне раздался громкий звук, будто Ким агрессивно швырнула чем-то в раковину. Она вышла из кухни и, не глядя в его глаза, быстро направилась в ванную. Юнги шёл следом, не скрывая своей ухмылки. Как только он вошёл в ванную, Дженни вошла за ним и закрыла дверь за собой.

— Что ты творишь? — скрестив руки, спросила она. Она смотрела на него через зеркало.

— Мою руки, очевидно, — без энтузиазма ответил Мин, взглянув на её отражение.

— Прекрати! Ты поужинаешь и вернёшься домой, понятно? — она шагнула вперёд, но её попытки «угрозы» выглядели также нелепо, как и она сама. Юнги хмыкнул и вытер руки. Он резко повернулся к ней и прижал к двери, заставив её глаза раскрыться от испуга. Его руки были по обе стороны её головы, а взгляд был прикован к её лицу. Дженни привычно прикусила нижнюю губу и опустила глаза, слабо толкая его по груди. Юнги приподнял её голову и вернул её взгляд к себе, дотронувшись пальцами до её подбородка.

— Вообще-то ты мне должна, помнишь? — тихо спросил он, сокращая между их лицами расстояние. Дженни нервно проглотила ком в горле, не зная куда деть свой взгляд. Он опустил свой взгляд с её глаз на её губы. Он неоднозначно облизнул свои губы и стремительно наклонился к её губам. Сердце Дженни было готово выпрыгнуть из груди. Она не знала, куда себя деть, но и отворачиваться ей тоже почему-то не хотелось. Когда его губы почти дотронулись до её губ, прозвучал голос госпожи Ким.

— Дети, вы где? Суп остынет! — Дженни дёрнулась и отвернулась, а чуть влажные губы парня успели дотронуться только её щёк. Она выбежала из ванной словно ошпаренная кипятком. Она вытерла «опалённую» щёку, будто скрывая улики, которых всё равно никто не заметил бы, однако она до сих пор чувствовала его губы и воспринимала их за клеймо.Усевшись за стол, они принялись есть. Вкусив первый глоток супа, Юнги блаженно закрыл глаза. На вкус суп мамы Дженни был таким же, как суп его покойной матери. Его ресницы задрожали, а сердце больно сжалось. Он прокашлялся, пытаясь привести дыхание в норму. Он начал с нескрываемым аппетитом и быстротой пить суп, сдерживая накатывающие слёзы горькой тоски по матери. Внезапное чувство тепла и дома накрыло его полностью, он боялся потерять это чувство и снова оказаться в суровой реальности, где он совершенно один. Дженни наблюдала за ним, забыв про свой суп.

— Омо, ты так проголодался! Не спеши, супа хватит всем, я налью тебе ещё, — госпожа Ким тепло улыбнулась. Дженни перестала глазеть на него, почувствовав неловкость от самой себя, и взялась за свой суп. Юнги твёрдо решил для себя: сегодня он будет ночевать у семейства Ким...

***

«Ким Сокджин, второй потенциальный наследник компании SN Energy, сын Чон Хаджуна, был замечен вчера ночью возле ночного клуба «Магнолия» вместе с неизвестной девушкой в парике. Неужели он предпочел девушку лёгкого поведения всем наследницам и дочерям руководителей других крупных компаний? Интересно, как прокомментирует выбор своего сына Чон Хаджун, или он всё также занят перевоспитанием младшего сына, Чон Чонгука?»

— Охереть не встать! — Тэхён не смог сдержать улыбку, после которой последовал его заливистый смех. — Чонгук-а, я думал, что в вашей семье самый безбашенный это ты, но кажется тебя скоро сместят с этого трона.

— Заткнись, — прошипел Чонгук, перечитывая статью и не веря своим глазам. Он не мог понять, в чём мотив поступка его сводного братца, быть может, он даже заказал себе папарацци, чтобы подпортить себе имидж «идеального сыночка», но зачем? Это совсем не было похоже на него. Он даже у себя в голове не мог представить образ извиняющегося Джина перед родителями, но он был уверен на все 100%, что его бы простили в любом случае, не утруждаясь даже наказать. Сокджин и «наказание» звучат настолько нелепо и нереально, как застать снегопад летом. Чонгук был даже рад тому, что любимый сын отца облажался, что они теперь в кои-то веки наравне.

В класс ворвалась Дженни и быстро села на своё место, будто кто-то за ней гнался. Она поздоровалась с Чеён и уткнулась в книгу. После неё почти сразу же заходит Юнги, направляясь ленивой походкой к их совместной парте. Чеён и Лиса переглянулись между собой, будто догадываясь о чём-то, что связано с их подругой. Дженни отодвинула свой стульчик ближе к окну, как только почувствовала, что её сосед уселся рядом. Она всем своим телом отвернулась от него, делая вид, что читает книгу, что только заставило Мина хмыкнуть и прикусить губу, прокручивая в голове сцену со вчерашней ночи...