Экстра 2. Шэнь И
Но что же в действительности такое влюбленность?
От невозможности отвести взгляд до невозможности сдержать желание прикоснуться, а затем до невозможности сдержать желание обладать.
То, что невозможно было сдержать, переросло из взгляда в умственное состояние.
Будучи стандартным отличником, уделявшим 80 процентов своего внимания учебе, Шэнь И никогда не думал, что в старших классах у него возникнут неконтролируемые чувства к другому человеку.
И этим другим человеком был парень.
Подобные вещи достаточны, чтобы ввергнуть любого шестнадцатилетнего подростка в замешательство, но к счастью, Шэнь И всегда отличался хладнокровием.
Учитывая его характер, в подобной ситуации он сначала все тщательно обдумает, а затем составит полный и детальный план.
Раз уж он убедился, что ему нравится этот человек, то стоит ли за ним ухаживать, и если да, то как это делать.
Но прежде чем приступить ко всем этим планам, возникла одна проблема. Человек, который ему нравился, был парнем.
Возможно, даже парнем, которому нравятся девушки.
В ходе своих скрытых наблюдений Шэнь И заметил, что при виде красивых девушек Ся Чжи говорил гораздо меньше обычного, а его улыбка, напротив, невольно становилась шире, и ямочка на щеке часто образовывали особую дугу.
В шестнадцать лет Шэнь И всегда был полон уверенности во всем с детства, но на этот раз он впервые засомневался в своей цели.
Сидя в столовой, левее впереди него сидел Ся Чжи, сгорбившись, его школьная форма была распущена и завязана на талии, обтягивая тонкую талию, что делало ее значительно более стройной, чем у остальных. Когда он ел, то почти лежал на столе, жадно поглощая пищу, опустив голову так низко, будто собирался зарыться в миску, его спина была чуть согнута, а лопатки под тонкой футболкой выпирали, что странным образом притягивало взгляд.
— Давайте подождем еще немного, — перевел Шэнь И взгляд на палочки для еды, невольно облизнув губы и подумав про себя, что времени еще достаточно.
В ноябре предстоял очень важный физический конкурс, и он планировал на время отбросить все эти хаотичные мысли, сосредоточившись на подготовке. А когда немного остынет, снова вернется к этому сложному решению.
Однако вскоре он не смог больше ждать.
В конце месяца его семья уже связалась с одной из зарубежных школ, и он должен был перевестись туда сразу после зимних каникул.
Когда родители упомянули об этом в строгом тоне, Шэнь И впервые нахмурился и не кивнул в знак согласия.
— ...Слишком рано, — сказал он.
— Но ты же в любом случае когда-нибудь туда пойдешь, разве не лучше заранее адаптироваться к новой среде?
Шэнь И помолчал и сказал:
— Дайте мне еще подумать.
В тот вечер, когда он вернулся из соседней провинции после участия в соревновании, он не пошел домой, а сначала направился в школу.
Только что прошел мелкий дождь, вечерние занятия давно закончились, поэтому на территории кампуса было тихо и пусто, лишь в дальних учебных корпусах горели еще не потушенные лампы накаливания, их свет упирался в оконные стекла, не проникая в ночной мрак.
Шэнь И не знал, зачем он вернулся, и просто брел без цели по темной лесной тропинке, постепенно приближаясь к общежитию, пока не остановился перед невысокой стеной.
Со стены облупилась большая часть штукатурки, а по ней ползли редкие зеленые лозы, выглядела она очень потрепанной и очень знакомой.
Это было место, где он чаще всего сталкивался с Ся Чжи, по меньшей мере три раза в неделю, и тот всегда перелезал через эту стену до окончания вечерних самостоятельных занятий.
Шэнь И постоял немного, посмотрел на часы – вечерние занятия заканчивались в 21:30, а сейчас было уже почти 10 вечера.
В последний раз Ся Чжи возвращался в 21:48, но никогда не перелезал через стену после 22:00.
Но почему-то Шэнь И все равно прождал у корней стены пятнадцать минут.
Зачем он ждал и что собирался делать в случае возвращения Ся Чжи, он не знал.
Колокольчик погасшего света разорвал тишину и зазвенел, но вскоре снова затих, оставив лишь тихий вечерний ветерок, запах мокрой травы в воздухе и тонкий силуэт человека, отражающийся в прохладном лунном свете.
Шэнь И пнул камешек у ног, оглянулся на пустую стену, слегка опустил ресницы, повернулся и шагнул по мокрой мягкой траве, собираясь уходить.
Внезапно позади раздался звук падения камней, в ночной тьме он показался особенно отчетливым. Шэнь И замер на шаге, повернулся, но еще не успел разглядеть силуэт на стене, как услышал возглас: «Эй!» — и темная фигура прямо свалилась сверху.
Он инстинктивно шагнул вперед и почувствовал, как что-то тяжелое упало ему на руки.
В сгибе локтя он ощутил пьянящее тепло и вес, услышав рядом чье-то дыхание.
Шэнь И не обратил внимания на боль в руке от силы удара и опустил взгляд на покрасневшее лицо человека у себя на руках, неуверенно окликнув:
— Ся Чжи?
Тот слегка поёрзал, оперся ему на плечи и выпрямился, но не успев устойчиво встать на ноги, снова обмяк и рухнул на него, невнятно пробурчав:
— Ох, черт...
Шэнь И изо всех сил игнорировал ощущение мягкой кожи на своей шее и уловил в воздухе явный запах алкоголя. Он придержал Ся Чжи за талию, помогая ему устоять, и спросил:
— Ты пил?
— Пил... стакан, а нет, полстакана... Чертовски крепкое пойло...
Ся Чжи бормотал что-то невнятное, цепляясь за его шею и поднимаясь вверх, будто боясь упасть. Его дыхание, обжигающее шею, было влажным и горячим, создавалось ощущение, что алкогольные пары в воздухе вот-вот вспыхнут, обжигая влагу на коже.
Вдруг у Шэнь И пересохло в горле. Он на мгновение закрыл глаза, не глядя в светящиеся водянистые зрачки собеседника, стащил его руки со своих плеч, развернулся и поднял Ся Чжи. Но стоило ему сделать шаг, как пьяница начал заваливаться на мягких ногах.
Шэнь И потер переносицу, на мгновение застыл на месте, а затем присел и взвалил Ся Чжи себе на спину.
Тот замолчал ненадолго, привалившись к нему, но вскоре снова заговорил, касаясь ушей дыханием:
— Друг... брат... отведи меня обратно... в общежитие.
Но свет уже погасили, а дверь общежития заперли, так что никуда не вернуться.
— Великая... благодарность, друг... А кто ты такой?..
Шэнь И слегка повернул голову и не выдержал:
— Молчи.
Ся Чжи на секунду замолчал, но затем снова начал нести какую-то чушь, его влажное горячее дыхание проникало прямо в ушную раковину Шэнь И.
— В каком ты классе?.. Как тебя зовут?.. Почему ты не говоришь?.. Ты...
— Сейчас скажу, — неожиданно остановившись, перебил его Шэнь И. — Завтра ты все равно забудешь.
— Невозможно, — пьяный Ся Чжи будто вдруг протрезвел и стал отрицать, растягивая слова. — У меня... отличная память...
Шэнь И тихо рассмеялся, сделал шаг вперед, но что-то преградило ему путь.
Он опустил взгляд и в лунном свете разглядел у своих ног неприметный красный цветок ликориса.
Обернувшись, он увидел, что на этой лужайке у подножья стены повсюду виднелись маленькие россыпи ярко-красных цветов, распустившихся беспорядочно в тех уголках, на которые он не обращал внимания.
В ушах по-прежнему звучал липкий невнятный шепот Ся Чжи. Некоторое время Шэнь И молча смотрел на цветы под ногами, пока голос не стих, а затем снова двинулся вперед.
Сзади его обжигало горячее тепло, вокруг стояла непривычная тишина. Спустя долгое время в ночном ветре раздался смутный голос:
— Я Шэнь И из 1-го класса*. Больше не забывай.
(п.п.: В Китае 1-й класс состоит из лучших учеников, а последующие цифры в названии класса (2-й, 3-й и т.д.) означают более низкий уровень успеваемости учащихся. Эта система является уникальной чертой китайского образования).