Глава 2
— Возможно, это из-за того, что я слишком долго работаю в гей-баре, из-за чего мои мысли незаметно стали голубыми, и когда этот необыкновенно красивый парень вдруг почему-то обратил на меня внимание, мой мозг первым делом выдал восторженный сигнал с точки зрения маленького пассивного партнёра.
Чёрт, я слишком вжился в роль.
К счастью, моё здравомыслие вовремя одёрнуло меня: «Да что ты такое мелешь! Немедленно возвращайся к нормальному состоянию!»
Ах да, я же натурал, совсем забыл, повезло, что одумался.
Едва сдержавшись, чтобы не сорваться, я начал серьёзно обдумывать своё нынешнее положение.
Полминуты назад этот красивый парень достал пачку красных купюр и сказал, что хочет «взять» меня.
А что же я ему сказал?
«Гэгэ... я не могу быть сверху...»
Чёрт! Попался!
Как говорится, за одно перерождение просветления не достичь, а для вечного покоя нужна тысяча перевоплощений. Я, обычный бедный студент университета, оказался в этом гей-баре единственным особенным – то есть натуралом. И вот теперь меня, кажется, совратили.
Интересно, как теперь вести себя всем этим нарядным сестрёнкам-официанткам?
Фу, какие сестрёнки! Надо впредь реже болтать с этими братьями-официантами, а то совсем меня сбили с толку.
Вернёмся к делу. Главный вопрос сейчас: если я скажу ему, что на самом деле гетеросексуал, какова вероятность, что меня не побьют?
Стремящаяся к нулю.
...Ненавижу этот чёртов ноль.
Пока я задумчиво смотрел на белую красивую руку, лежащую на пачке красных денег, человек напротив, похоже, что-то заподозрив, прищурил глаза, а затем невозмутимо достал из бумажника ещё одну пачку наличных и положил её на стол.
Вот это да, он и правда крутой!
Неужели в наше время ещё есть люди, которые таскают с собой такие деньги наличкой? Обычно же все пользуются Alipay... Постой, он что, думает, что дело в деньгах?
Я, натуральный натурал! Моя гетеросексуальная мужская ориентация ни за что не согнётся под натиском денег!
Ха, да ни за что...
Я снова уставился на толстую пачку купюр под его рукой, невольно сглотнув слюну.
...
Десять минут спустя, у выхода из бара. Впереди меня шагает красавец в белой рубашке, я, пошатываясь, плетусь сзади, мой мозг находится в состоянии ступора, и я всё ещё не могу осознать, что только что произошло.
— Ты взял с собой документы? — спросил красавец, останавливаясь возле тёмно-серого Audi.
Увидев эту роскошную машину, в моём мозгу что-то щёлкнуло, и я внезапно осознал, чем я сейчас занимаюсь.
Чёрт, чем я отличаюсь от какого-нибудь проститута?
Я ведь просто нуждался в деньгах, но не до такой же степени, чтобы продавать своё тело! А где же моя гетеросексуальная гордость?
Осознав это, я почувствовал, как по спине у меня потекли струйки холодного пота.
Что мне делать, ещё не поздно одуматься?
Встретившись с его пронизывающим, глубоким взглядом, я заикаясь соврал:
— Кажется... эм-м-м... я их не взял.
То есть, можно не ехать, да? Большой дороги, красавчик, в другой раз повезёт нам встретиться!
Но он, к моему удивлению, просто кивнул:
— Ничего, у меня есть.
...Тогда к чему ты спрашивал?!
Несмотря на моё внутреннее сопротивление, он уже открывал дверь, подталкивая меня на пассажирское сиденье.
Мои ноги дрожали, как сито, в последний момент, когда я уже ступал ногой в машину, меня посетила спасительная мысль:
— Подожди-подожди... Гэгэ, ты ведь выпил, как ты собираешься ехать?
Он на секунду замер, а потом логично ответил:
— Тогда поезжай ты.
Я уже хотел соврать, что не умею водить, но потом подумал, а вдруг он вызовет водителя? А вдруг в машине по дороге он ко мне полезет? Тогда меня точно увидят, и вся моя незапятнанная гетеросексуальность пойдёт прахом.
Поэтому я с тяжёлым сердцем сел за руль.
По дороге я вёл машину так медленно-медленно, но, несмотря на это, всё равно чувствовал, что катаюсь по направлению к набережной Вань Чжай, точно по дороге в никуда.
Когда мы подъехали к боковым воротам университета, я наконец не выдержал и резко нажал на тормоз.
Машина резко остановилась, сидевший рядом красавец открыл глаза и посмотрел на меня.
Я глубоко вздохнул и решительно выпалил:
— Гэгэ, на самом деле я натурал!
Он приподнял бровь, явно мне не веря.
Я ещё больше округлил глаза и искренне продолжил:
— Красавчик, извини, я обманул, я на самом деле не гей!
Он продолжал внимательно изучать меня взглядом, и через некоторое время спросил тихим голосом:
— Натурал?
Я сразу же расплылся в радостной улыбке:
— Да, натурал! Если я вру, то никогда не найду себе девушку!
Его взгляд стал ещё более таинственным, он наклонился ко мне и спросил низким голосом:
— Что же нам тогда делать? Я же уже заплатил.
Я, обрадовавшись, что он, кажется, смягчился, сразу ответил:
— Я сейчас же верну деньги! Если этого мало, я ещё как-нибудь компенсирую... Ммм!
Не успел я договорить, как он уже схватил меня за подбородок и, притянув к себе, жадно поцеловал.
Я был настолько ошарашен, что даже не сопротивлялся, лишь вытаращил глаза и ошалело смотрел, как его язык методично исследует мой рот.
Когда он наконец отстранился, я даже расслышал стыдный звук чмокающих губ.
Сейчас я чувствовал себя как после удара молнии – ноги онемели, голова кружится.
Он усмехнулся и вновь спросил с насмешкой:
— Натурал?
Я ещё не успел ничего возразить, как его большой палец погладил уголок моего рта.
Да не может быть?! Опять?!
В первый раз я был застигнут врасплох, но теперь-то я не собираюсь больше позволять себя использовать!
Я изо всех сил оттолкнул навалившегося на меня человека, распахнул дверцу и, спотыкаясь, выскочил из машины. Из-за неловкой позы при выходе я пошатнулся и упал на бок, больно ударившись об асфальт, но, несмотря на боль, вскочил и изо всех сил бросился к воротам университета.
Кажется, его так напугал мой решительный побег, что он даже не попытался меня догнать.
Добежав до общежития, я тут же захлопнул за собой дверь и рухнул прямо на кровать.
Моё сердце всё ещё бешено колотилось после этого забега, я несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Но стоило мне вспомнить, что только что произошло, я снова пришёл в ярость.
Господи, я, чистый и невинный гетеросексуал, оберегавший свой первый поцелуй двадцать лет, в итоге его потерял из-за какого-то мужика!
Я взбешён, я просто зол! Но хуже всего то, что когда тот человек меня насильно поцеловал, я, мать его, возбудился...