Смерть не забирает всех за раз

Утро было ленивым и почти бесшумным, Ди уже надоело просыпатся. о не в том смысле о котором вы подумали.За окном мир двигался, как будто сам по себе — без необходимости, без причин. В доме царила тишина. Ди сидел за столом с чашкой чая, который остыл, так и не став глотком. Хэви лежал на диване, уткнувшись в старую подушку, больше похожую на кусок памяти, чем на предмет быта.

На кухню вошёл Чес. Он почесал затылок, лениво вздохнул и налил себе кофе. Сел напротив Ди, не нарушая паузы.

— Знаешь, — начал он спустя какое-то время, глядя в окно, — когда я был моложе, нас Вики однажды вытащила в парк. Всех. Даже Глэма. Представляешь?

Ди не ответил.

— Было... странно. Он шёл, как будто его заставили, но потом мы все ели мороженое, и он даже... усмехнулся. Такой был день. Простой. Я тогда подумал, что иногда стоит просто выйти.

Он поставил кружку на стол.

— Может, сходим? Как тогда. Не ради кого-то. Ради себя. Просто пройтись.

Хэви приподнялся, посмотрел на брата. Ди молчал, взгляд остался пустым.

— Не хочу, — коротко бросил он.

— Я тоже, — добавил Хэви тише, словно извиняясь.

Чес не настаивал. Он снова посмотрел в окно и только кивнул, будто это был не отказ, а констатация.

Время ползло. День тянулся, не оставляя следов. Ди сидел у окна почти всё время. Его взгляд перескакивал с облаков на трещины на стекле, с прохожих на пустоту внутри. Он не думал, не чувствовал — просто был. Хэви то листал старые комиксы, то дремал, то просто ходил по комнате.

Только ближе к вечеру, когда солнечный свет стал золотисто-медным и длинные тени начали растягиваться по полу, Ди встал.

— Пойдём, — сказал он.

Хэви сразу понял, куда.

Они не говорили ни слова по дороге. Шли молча, рядом, как два силуэта от одного фонаря. Дорога к кладбищу была знакома, но всё равно чувствовалась чужой. Повороты казались лишними, а каждый шаг — тяжёлым, будто земля тянула назад.

Когда добрались, было почти пусто. Одинокий воробей чирикнул где-то в кустах. Всё остальное — молчание. Они подошли к двум свежим могилам, аккуратно расположенным рядом. Надписи были простыми. На памятниках — фотографии.

Вики. С её лёгкой, чуть дерзкой улыбкой.
Глэм. Такой искристый, со своей фирменной гримасой, только уже уставшей.

оба в серых тонах, смотрелись уже не так.

Позже, когда тень от сосны вытянулась почти до их ног, братья сели на старую деревянную скамейку у края участка.

Ди нарушил молчание первым:

— Знаешь... недавно я чуть не полез под мотоцикл.

Хэви вскинул голову.

— Что?

— Да ничего. Просто... стоял у перехода. И в какой-то момент выехала ета хрень, подумал — если бы я тогда шагнул, и что-то пошло не так... получается, нас бы всех убила дорога. Всю семью. Какая ирония, не правда ли?

Хэви слегка кивнул, 

— Забавно...

Ди вздохнул и снова заговорил, теперь тише:

— Отец говорил, что у меня нет вкуса в музыке. Что ты в ней лучше разбираешься. Я даже не помню, как именно он это сказал... Но я тогда думал, и теперь понимаю — в этом ведь вообще нет значения.

Он провёл ладонью по колену, словно вытирая незримую пыль.

— Он ещё говорил, что если мы семья, то должны держаться вместе.

И в этот момент, почти одновременно, они оба сказали:

— И их теперь нет.

Никто из них не удивился. Слова легли в воздух, как пепел.

Хэви присел возле могилы проводя пальцем по камню. Ди остался . Ветер тронул кроны деревьев, и на землю осыпались мелкие листья.

— Я не помню, как ты тогда плакал, — сказал вдруг Хэви, глядя на фотографию Вики. — Я только помню, как проснулся, а тебя всё ещё не было. И потом... ты лежал в палате и был очень бледный.

Ди молчал. Он не знал, что ответить. Тогда, в той палате, он чувствовал пустоту, такую тяжёлую, что даже дышать было больно. Но сейчас — другая боль. Она такая не понятная

— Я не хочу, чтобы ты умер, — продолжил Хэви, голос дрожал. — Я правда не хочу. Даже если иногда тебе так кажется. Даже если ты думаешь, что всё уже сломано. Я не хочу оставаться без тебя.

Ди присел рядом. Опустил взгляд. Земля у подножия памятников была покрыта сухими листьями.

— Я не думаю, что хочу умереть, — сказал он тихо. — Просто не знаю, как теперь жить. Каждый день — как будто сменил свою класику. Я просыпаюсь, и мне всё кажется каким-то фальшивым. Как будто я остался в пустом доме.

Хэви замолчал, закусив губу.

— А я думаю, что...*хнык* мы как будто два обломка. Два осколка одного дома. И если мы рядом, то, может это ещё не всё потеряно. Может, мы — это уже что-то. Хоть немного.

Ди посмотрел на него. У Хэви в глазах блестели слёзы. Он не вытирал их.

— Ты всегда был добрее меня, — пробормотал Ди и по интонации могло показаться что он слабо улыбается

— Нет. Просто ты всё держишь внутри.

Долгая пауза. Ветер стал прохладнее. На кладбище зажглись редкие фонари

Тишина снова вернулась. Но уже не давящая. Скорее — уставшая. Смирившаяся. Ди смотрел на надгробия, но больше не с вопросом в глазах. Теперь — с неким тусклым огнем, который он, возможно, когда-нибудь научится носить с собой.

И в этой пустоте была одна несгораемая часть — брат рядом.

...

Утро было серым, как и большинство последних дней. Солнце не спешило пробиваться сквозь облака, но в доме было тихо и по-своему спокойно. Ди сидел на полу у стены, опершись спиной на холодную панель, чтото тыкая в телефоне, больше для того, чтобы занять руки, чем ради интереса.

Хэви появился в дверях кухни неожиданно — босиком, в худи, с растрёпанными жырными волосами. В руках он держал небольшую коробку.

— На, — сказал он просто и поставил коробку на стол рядом с Ди.

Ди оторвал взгляд от листов и нахмурился, глядя на подарок.
— Че это?

— Конфеты. Те, которые ты вроде как любишь. Просто... ну, захотелось.

Ди поднял бровь и тихо фыркнул, беря коробку. Он посмотрел на обёртку. Она действительно казалась знакомой — точно такие всегда стояли у них в буфете. Не потому что он их любил, а потому что...

— Это Вики любила их, — сказал он, не глядя на брата. — Я ел, потому что они были дома.

— Аа, — коротко ответил Хэви. Он хотел добавить что-то ещё, но остановился. Просто опустился рядом на пол, поджав ноги.

Несколько секунд они сидели молча, и тишина не казалась неловкой. Просто... звенящей. Ди открыл коробку, достал одну конфету, осторожно развернул и сунул в рот. Он не морщился.

— Всё ещё не люблю, — сказал спокойно.
Хэви едва заметно улыбнулся и спустил смешок.
— Я знал.

— Тогда зачем?

— Просто так.

Они сидели у окна, глядя на медленно ползущие по стеклу капли. Не было ни трагедии, ни пронзительной боли. Только тишина, в которой двое пытались остаться собой, не потеряв тех, кого уже не было рядом.

Ди снова посмотрел на Хэви. Тот подпер щёку кулаком, задумчиво глядя в никуда. Он стал тише, собраннее, серьёзнее. Почти не жаловался. Меньше смеялся.

Хеви изменился.
Ди это чувствовал всем нутром — не потому что хотел изменений, а потому что они были очевидными. И в этой изменённой версии брата было что-то... почти священное. Как будто вся их семья теперь продолжала жить в нём.Не в привычках и не в комнатах.

А в том, каким стал Хэви.

блять что ето...

ну вот ета хуйня слева.. я как будто чат гпт. сегодня целых 1139 слов с етим текстом.