Свидание
Pov Автор
Прошла неделя. Семь дней, за 1 день, Такемичи созвонился со всем Бонтеном, а вернее Бонтен звонил ему по очереди, узнавая как дела, как прошел рабочий день, и что он делает. За неделю Майки снял все камеры и прослушки, а так же вернул Такемичи 89 ключей от его кравтиры. Увидя количество Ханагаки приафигел, как оказалось у Рана и правда была коллекция ключей от квартиры Такемичи.
Сейчас Такемичи лежал в ванне, с пеной, на громкой связи Майки.
Майки -Кстати, Мучи~ мы выстроились в очередь. Сначала я, после Санзу, за ним Коко и Инуи, после Хайтани, а за ним Какучо.
Такемичи -М.. да хорошо
Майки -Ты же меня слушаешь?
Такемичи -Да да, слушаю
Майки -Пойдем с нами на свивадание?
Такемичи -Да да, кон... погоди что?!
Майки -Я все записал, ты согласился. Завтра в 14 заеду за тобой~
Такемичи -Майки! Это не честно! Ты воспользовался моей рассеяностью и усталостью!
Майки -Может быть. Но ты согласился, у меня есть аудиозапись!
Такемичи -А без моего разрешения такое хранить нельзя!
Майки -Вообще-то фото и видео нельзя, а это звук~
Такемичи выдохнул.
Такемичи -Да блин... ладно... надо будет изменить пункт в договоре...
Такемичи стал смывать с себя пену, вылезая из душа. После стал вытираться, и укутавшись в полотенце, взял телефон и вышел из ванной.
Такемичи -Свидания будут в таком порядке которые ты назвал?
Майки -Ага.
Такемичи -Ладно. Пусть приезжают все с 14.
Майки -Хорошо, добрый вечер~
Такемичи -Угу, добрый
Такемичи сбросил и зашел в комнату, стал переодеваться в пижаму и лёг в кровать.
На следующий день ровно в 14:00 у подъезда Такемичи остановился не бронированный джип, а обычная серебристая Toyota. Майки вышел из машины в простых черных джинсах и темно-синем свитере, без пиджака, без дорогих часов. Он выглядел... обычным. Не боссом могущественного клана, а просто парнем, который собирается на свидание.
Майки -Привет. Готов?
Он улыбался, но это была не та властная, собственническая улыбка, которую Такемичи боялся. Она была мягкой, немного нервной.
Такемичи -Привет. Да, готов.
Майки открыл ему дверь пассажирского сиденья — простой, не преувеличенно галантный жест. Такемичи сел, пристегнулся. Машина тронулась. В салоне пахло не дорогим парфюмом, а кофе и свежей выпечкой.
Майки -Я подумал... может, просто поедем за город? Есть одно место.
Такемичи -Какое?
Майки -Секрет.
Он улыбнулся уголком губ, сосредоточенно глядя на дорогу. Они ехали молча минут двадцать, но молчание было... комфортным. Не давящим. Музыка тихо играла по радио — какая-то старая японская баллада. Вскоре они свернули с трассы на грунтовую дорогу, ведущую к холмам. И через несколько минут перед ними открылась поляна. Не идеальная, не ухоженная. Просто поле с высокой травой, окруженное деревьями. На краю поляны стояла старая деревянная беседка, покосившаяся от времени. А дальше открывался вид на долину и город вдали, как размытая акварель в дымке.
Майки -Я нашел его случайно. Приходит сюда, сидел, думал о прошлом, о том что я наделал из-за чёрного импульса. Вспоминал брата. Ты кстати до сих пор похошь на Шина.
Такемичи слабо улыбнулся. Майки заглушил двигатель. Тишина заполнила пространство. Только ветер в траве и далекий шум города.
Майки -Я не знаю, как проводят нормальные свидания. Но подумал... может, просто побыть где-то, где нет никого, чтобы быть с тобой вдвоем.
Он вышел из машины, открыл багажник и достал... простую плетеную корзину. Не шикарный пикник с шампанским, а обычную корзину с термосом, двумя кружками и бумажными пакетами.
Майки -Горячий шоколад. И булочки с корицей из той пекарни у станции, где мы в школе покупали.
Такемичи -Ты... помнишь?
Майки -Помню.
Они пошли к беседке. Майки смахнул пыль с старой скамьи рукавом своего свитера, прежде чем сесть. Поставил корзину между ними. Разлил шоколад по кружкам. Пар поднимался в прохладном воздухе.
Майки -Холодно?
Он спросил это не как заботливую формальность, а искренне.
Такемичи -Немного. Но ничего.
Майки снял с себя свой свитер — под ним оказалась простая футболка — и протянул Такемичи.
Майки -Надень. Я не замерзну.
Такемичи замер, глядя на свитер. Этот жест показался ему милым. Такемичи неуверенно взял свитер, а после одел. Он пах печеньем и кофе, очень похоже на Майки. Тот любил сладкое. Сейчас Ханагаки видел в Майки не босса мафии, не сошедшего с ума от чёрного импульса, а просто Майки, ребенка, как раньше.
Такемичи -Спасибо.
Свитер был велик, рукава спускались ниже пальцев. Но было тепло. Уютно. Майки снова сел, взяв свою кружку в руки. Он не смотрел на Такемичи пристально, не сверлил его взглядом. Он смотрел на долину.
Майки -Иногда я тут сижу. Просто. И вспоминаю, как мы все... как мы были просто детьми. Помнишь мы с Дарвином поссорились, пришли тебя навестить, а после переломали тебе все вещи. И когда ты стал орать на нас, тебе на голову упала какашка?
Майки стал посмеиваться, Такемичи тоже засмеялся, вспоминая это.
Такемичи -Да помню, бедные мои вещи.. вы варвары, просто.
Они засмеялись вместе.
Майки -Или как я в первый раз пришёл за тобой, и когда мы уходили, пришла Тачибана, пригрозила, а после и ударила меня, а ты повелся что я ударю её в ответ. У тебя тогда такое выражение лица было.
Такемичи слегка посмеялся.
Такемичи -Тогда вы казались мне жуткими и страшными.
Он сделал глоток шоколада, поморщился
Такемчии -Ещё горячо
И поставил кружку на скамью.
Майки -Такемичи.. ты же знаешь, я не умею говорить о чувствах. И плохо их выражаю. Но я рад... рад что ты согласился быть с нами, я.. жить без тебя не могу, стоит мне подумать о тебе во время вспышек импульсы и всё успокаивается. Пожалуйста, не уходи от нас.. мы любим тебя, особено я люблю тебя и готов сделать все что захочешь.
Он произнес это просто. Без пафоса. Без драмы. Как констатацию факта. И от этой простоты у Такемичи в горле встал ком.
Такемичи -Почему... здесь? Почему именно это место?
Майки -Потому что здесь я... просто Майки, так скажем. Не Манджиро Сано. Не глава Бонтена. Не тот, кого все боятся. Здесь я могу позволить себе быть... слабым, и не бояться, что меня увидят. И я хотел, чтобы ты увидел меня таким. Не того монстра из твоего сна. А просто... парня. Который любит тебя. И не знает, как это правильно делать.
Такемичи -Кстати о сне... ты же им не говорил?
Майки -Нет. Не посмею. Как я могу предать твое доверие?
Он наконец повернул голову и посмотрел на Такемичи. Ханагаки кивнул.
Такемичи -Спасибо. За... за то, что не говорил.
Он сделал паузу, смотря на свою кружку. Шоколад уже остывал, на поверхности образовалась тонкая пленка. Он провел по ней пальцем.
Такемичи -Мне иногда все еще страшно. Не перед тобой сейчас. А перед... тем, что может быть. Перед тем Майки, который был в том сне.
Майки -Он не будет. Я обещаю. Если почувствую, что теряю контроль... я уйду. Сам. Пока не приду в себя. Даже если мне будет казаться, что я умираю без тебя. Я уйду. Ради тебя.
Он сказал это с такой железной убежденностью, что Такемичи поверил.
Такемичи -Хорошо, спасибо Майки.
Такемичи улыбнулся. Получил холодный ветер, от которого Ханагаки съёжился.
Майки -Уже холодно. Давай домой?
Такемичи -Да, хорошо, согласен.
Такемичи взял очередную булочку, посмотрел в сторону заката. Они просидели весь день тут, одни, болтали, вспоминали прошлое.
Такемичи -Поехали
Майки собрал все и они поехали. Остановившись у дома Такемичи, он не сразу открыл дверь.
Майки -Можно поцеловать тебя..? Хоть бы в щеку.
Такемичи -В щеку...
Майки улыбнулся и поцеловал Такемичи в щёкц, после разблокировал дверь. Такемичи вышел из машины и пошёл домой. И только дом а он заметил что свитер все ещё на нём. Ханагаки быстро выглянул, но машина Майки уехала.
Такемичи -Блин... ну... и ладно, мой теперь свитер.
Сказал Такемичи и обнял сам себя, вдыхая запах свитера.
Прошло пару дней, после вечером, Такемичи пришло сообщения от Санзу.
"Мичи. Завтра в 15 будь готов, поедем на свиданку. 😘"
На следующий день в 14:55 Такемичи стоял у подъезда. Он нервничал сильнее, чем перед встречей с Майки. Если с Майки была предсказуемая, хоть и волнительная, тишина, то Санзу был воплощением непредсказуемости. Из-за поворота с рёвом вылетел не седан, а матово-чёрный мотоцикл. Санзу, в кожаном пиджаке поверх чёрной футболки, в рваных джинсах, без каски, резко затормозил перед ним. Его розовые волосы были собраны в беспорядочный хвост, шрамы у рта растянулись в широкой, дерзкой ухмылке.
Санзу -Садись, королева! Опоздаешь на наше безумное свидание~
Он протянул Такемичи вторую, такую же чёрную, куртку и шлем.
Такемичи -Куда мы? Парк развлечений?
Санзу -Ага, садись давай.
Такемичи кивнул, одела куртку и одел шлем, сел на байк сзади, обняв Санзу за талию
Санзу -Держись крепче.
Санзу развернул ручку газа, и мир превратился в мелькающий калейдоскоп. Такемичи вскрикнул и вцепился в талию Санзу так, что, казалось, сломает тому рёбра. Санзу только рассмеялся — хрипло, счастливо. Он лихо вилял между машин, и Такемичи постепенно страх сменился на странное, щекочущее нервы возбуждение. Ветер бил в лицо, мотоцикл рычал, а тёплый, живой Санзу под ним был единственной точкой опоры в этом безумном полёте.
Парк встретил их какофонией музыки, криков и запаха жареной сладкой ваты. Санзу, припарковав «железного коня», снял шлем с Такемичи, и его зелёные глаза сияли как у ребёнка.
Санзу -Правило первое! Никаких скучных аттракционов вроде колеса обозрения! Только самое безумное! Пошли!
Он схватил Такемичи за руку, но вспомнив о договоре в последний миг, он спросил взглядом, и Такемичи, захваченный общим азартом, кивнул. Санзу потащил его к самым высоким, страшным горкам. Они кричали в унисон на американских горках, и Такемичи, забыв обо всём, смеялся так, что слезы выступали на глазах. Санзу смотрел на него, и его ухмылка смягчалась до невероятно нежной улыбки. После третьего экстремального аттракциона Такемичи, шатаясь, сказал:
Такемичи -Хватит, я больше не могу, меня сейчас вытошнит...
Санзу -Ладно, ладно, побережём королеву. Мороженое? Или сладкая вата?
Они купили огромную розовую сладкую вату и сели на лавочку. Санзу откусывал огромные куски, а Такемичи ел аккуратно, пытаясь не измазать всё лицо.
Санзу -А теперь — святая святых. Игры.
Он подмигнул и потянул его к ряду ларьков с призами. Его взгляд упал на тир. Там, за стенкой из пухлых мишеней, на самой верхней полке сидел огромный, почти в рост Такемичи, плюшевый белый тигр с голубыми стеклянными глазами.
Санзу -Хочешь его?
Такемичи -Он же... огромный. И наверное, его нельзя выиграть, это просто приманка.
Санзу-Для других — может быть. Для меня — нет. Смотри.
Он подошёл к стойке, бросил пару купюр и взял винтовку. Его поза изменилась мгновенно. Всё хулиганское веселье испарилось. Его зелёные глаза сузились, став холодными, точными, как прицел. Он приложился. Дышал ровно и спокойно. И выстрелил. Раз. Два. Три. Без промаха. Мишени падали одна за другой с глухими щелчками. Владелец ларька, поначалу усмехавшийся, побледнел. Санзу опустошил все ряды. Тишина повисла не только в их тире, но и в соседних.
Санзу -Верхнюю полку. Того тигра.
Владелец залепетал что-то о правилах,но, встретившись со взглядом Санзу, сглотнул и полез за громадной игрушкой. Санзу взял тигра одной рукой, как перышко, и повернулся к Такемичи, снова ухмыляясь во весь рот.
Санзу -Твой, королева. Но это только начало!
Он был неудержим. Дартс, где он с закрытыми глазами лопал шарики. Бросок колец на бутылки, где каждое кольцо находило свою цель. «Молоток силы», где он послал указатель далеко за пределы шкалы, вызвав восторженные возгласы зевак. Через полчаса Такемичи едва мог нести охапку призов: ещё два плюшевых медведя, гигантская мягкая сабля, несколько наборов светящихся браслетов и странная инопланетная игрушка, выигранная в самом сомнительном ларьке.
Такемичи -Санзу, хватит! Мы с этим грузом никуда не уедем!
Санзу-Хех, ладно. Но последнее.
Он подвел его к стенду, где нужно было кидать мячики в корзины, чтобы выиграть золотую рыбку в пакете. Санзу выиграл её с первого раза. Но вместо того, чтобы забрать, он наклонился к продавщице.
Санзу -Эй, красотка. У тебя тут рыбка одна скучает. Давай я её выиграю, а ты отпустишь её в тот пруд, что у входа? Чтобы она была свободной. Держи за труды.
Он сунул ей купюру,намного превышающую стоимость десяти рыбок. Девушка, покраснев, кивнула. Санзу выиграл ту самую рыбку и лично отнес её к пруду, аккуратно выпустив в воду.
Санзу -Глупо, да? Но по тебе было видно, не нравится, когда что-то живое сидит в банке, да? Даже рыбка.
Такемичи не ответил. Он никому не желал такой участи, что провол он.
Они сидели на берегу того же пруда, окружённые горой плюшевых трофеев. Уже стемнело, и парк зажёгся миллионами огней. Отражения гирлянд дрожали в воде. Было тихо.
Санзу -Ну что, королева? Не слишком сегодня?
Он смотрел на него, и в его глазах, обычно таких насмешливых, была тень неуверенности. Он выложился на полную — шумно, ярко, громко — но боялся, что это не то, чего хотел Такемичи.
Такемичи -Нет. Было... здорово. Я так давно не смеялся. И не чувствовал себя таким... живым. Спасибо.
Санзу -Пф, ерунда. Я просто хотел, чтобы ты улыбался. Настоящей улыбкой. Не той, что из вежливости. Я же вижу разницу.
Он замолчал, смотря на воду. Потом тихо, почти шепотом, сказал:
Санзу -Тот вечер, когда я под наркотой обнял тебя, я боялся что ты меня оттолкнёшь. Но ты этого не сделал, не поменялся местами к королём. Я благодарен тебе за точно не отстранился от меня.
Такемичи -Все хорошо
Ханагаки улыбнулся, а после у того заурчал живот.
Санзу -Хах, пошли я тебя накармлю, а то моя королева изголодалась~
Такемичи покраснел от смущения, после кивнул. Санзу помог встать Такемичи и встал за ним слежом.
Они нашли уютное кафе на окраине парка, стилизованное под старинный вагончик. Санзу буквально завалил столик едой: тарелки с жареными осьминожками, якитори, огромные порции картошки фри, два вида рамена и три разных десерта «на пробу». Он смотрел, как Такемичи ест, с таким же сосредоточенным восхищением, с каким раньше целился в мишени.
Санзу -Ешь, ешь. Ты худой как тростинка. Надо откармливать.
Он сам почти не притрагивался к еде, предпочитая крутить в пальцах палочки и наблюдать. Когда Такемичи наелся и откинулся на спинку стула, Санзу вдруг спросил неожиданно:
Санзу -Слушай, а что там с этими... правилами? Не слишком я их сегодня ломал? Руку схватил, не спросив... на горках ты аж вцеплялся в меня...
В его голосе сквозила неподдельная тревога. Он, Санзу, который привык брать что хотел, теперь боялся нарушить пункт договора.
Такемичи -Нет... все было хорошо. Я... я сам разрешил. И на горках... я сам держался. Это не в счет.
Санзу облегченно выдохнул, и его лицо снова озарила ухмылка.
Санзу -Фух. А то я уже думал, Какучо мне завтра лекцию прочитает про «несоблюдение параграфа 3.1».
Они оба тихо рассмеялись. Санзу заплатил, несмотря на протесты Такемичи, и они снова вышли в ночной парк. Огни стали ярче, народ поредел. Они медленно шли к выходу, и Такемичи вдруг почувствовал странную, тёплую тяжесть на плече — Санзу осторожно, почти невесомо, положил на него свою голову.
Санзу -Устал. От счастья. Редко бывает.
Такемичи замер, но не отстранился. Шли так несколько шагов в тишине, нарушаемой только их шагами и далекой музыкой. У мотоцикла Санзу снова стал тем самым «бешеным псом», ловко упаковав все игрушки в сетки по бокам байка. Но когда он протянул Такемичи шлем, его движения были медленными, почти нерешительными.
Санзу -Обратно... можно помедленнее? Если хочешь.
Такемичи -Да. Можно.
Они ехали почти пешеходной скоростью. Санзу вёл мотоцикл одной рукой, а другой... осторожно, давая время отпрянуть, обнял Такемичи за талию, прижимая его к своей спине. Это был не захват, а скорее просьба о близости. Такемичи прикрыл глаза, чувствуя тепло его руки и биение сердца сквозь кожаную куртку. У подъезда Санзу заглушил двигатель. Тишина после рёва мотора показалась оглушительной. Он слез, помог слезти Такемичи и стал развязывать сетки с игрушками.
Санзу -Вот... твоя добыча. Королевская.
Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, вдруг неуклюжий и смущенный. Его зелёные глаза в свете уличного фонаря казались огромными.
Санзу -Я... я сегодня не под кайфом. Совсем. Хотел быть... для тебя нормальным, для тебя
Это признание стоило ему большего, чем все выигранные тигры.
Такемичи -Я знаю. Я вижу
Санзу кивнул, глядя в асфальт. Потом резко, будто собравшись с духом, шагнул вперёд.
Санзу -Такемичи. Можно... обнять?
Он стоял навытяжку, как солдат, ожидающий приказа. В его позе была вся та дикая, необузданная нежность, которую он так яростно скрывал под маской баловства и силы. Такемичи, не говоря ни слова, сделал шаг навстречу и обнял его. Санзу замер на секунду, словно не веря, а потом его руки обвились вокруг Такемичи с такой силой, что тому на миг перехватило дыхание. Но это не было больно. Это было... как попасть в эпицентр урагана, который внезапно решил стать твоим домом. Санзу уткнулся лицом в его шею, и его дыхание было горячим и неровным.
Санзу -Спасибо
Прошептал он хрипло.
Санзу -За сегодня. За всё.
Он держал его так ещё мгновение, потом резко, почти оттолкнув, отпустил. Его глаза блестели подозрительно влажно.
Санзу -Ладно. Вали уже, а то замёрзнешь. Куртку мою носи, пока не вернёшь. Она... она будет пахнуть мной. Чтобы помнил.
Он сел на мотоцикл, не глядя на него, и рванул с места, оставив Такемичи стоять в облаке выхлопных газов, обняв огромного плюшевого тигра и сжимая в руке край чужой кожаной куртки.
Такемичи -И свитер Майки у меня, и куртка Санзу... думаю под конец у меня будет кучу вещей Бонтена....
Интересно когда свидание с Коко и Инуи? Они же следующие идут.
Такемичи ушёл домой, сел там на кровать, обнимая куртку на себе.
Такемичи -Ээх...
Ханагаки взял телефон, нашел номер Коко, хотелось написать, но после отказался от идеи. Такемичи разделся до гола и ушёл в ванную, отдыхая там в теплой воде.
Через пару дней пришло сообщение от Инуи.
"Такемичи, пойдет завтра на свидание? Ты свободен? Мы не помещаем? Если что мы с Коко будем вместе"
Такемичи улылнулчя и согласился.
На следующее утро Такемичи получил два сообщения одновременно.
Коко: «14:00, я за тобой. Будь готов к шопингу»
Инуи: «Возьми удобную обувь. И аппетит»
В 13:55 Такемичи вышел из подъезда. У тротуара стоял не бронированный лимузин, а элегантный серебристый седан. Из него вышел Инуи в простых чёрных брюках и сером свитере, а следом – Коко в бежевом тренче и с планшетом в руках.
Инуи -Привет. Ты как?
Такемичи -Все хорошо, куда мы?
Коко -Сначала в ТЦ, там позакупаемся, после в книжный, ты же вроде комиксами увлекается? После же в кафе.
Такемичи -Оу.. столько денег у меня нету.
Коко -Я заплачу
Такемичи -Но... договор
Коко -Там про подарки говорилось, а не про то что я не могу платить за тебя.
Хаджиме улыбнулся.
Такемичи -Ладно, поехали.
Инуи улыбнулся и открыл дверь на заднее сиденье. Такемичи сел назад, Инуи и Коко же вперёд сели.
Машина тронулась с места. Такемичи смотреть окно, наблюдая за пейзажем за окном.
Такемичи -Так торговый центр в другой стороне, или мы в другой едем?
Инуи -В другой. Тот дешевый.
Такемичи -А... ладно...
Дальше они ехали молча. Такемичи смотрел в окно, пока они не остановились перед большим зданием. ТЦ "Жаворонок" работающий с 4 утра до 23 вечера. Дорогой центр, которой не каждый себе позволит.
Коко -Все бутики на -2 этаже, на -1 больше обуви и сумок, так же пару увелирных изделий. На первом продуктовые, на 2 есть пару бутиков, но они не такие хорошие как на -2, на третьем кафешки и на 4 фастфуд.
Инуи -Чтод, сначала -2 потом 2, потом на -1 за обовью, никаких украшений, я помню, не любишь украшения, и не хочешь женские вещи мерить, хотя мы и не планировали их дарить, но может ты померешь каблуки? Просто померить.
Такемичи -Ладно.. померю
Взгляд Ханагаки опустился на ноги Инуи. Чёрные каблуки. Пять сантиметров в длину. Тот так изящьно шёл на них.
Такемичи последовал за старшими, те на эсковаторе спустились сначала на -1, потом на -2. Инуи сразу повёл Такемичи по магазинам, то в один, набрав кучу вещей и заставил мереть Такемичи, и купив ему три пакета с одеждой, один свитеров, другой кофте и футболок, третий джинсов и шёртов. Потом повёл во второй магазин, накупив кучу красивых кофточке.
Инуи -Во! Такемичи! Ты посмотри! Салатовая, думаю тебе подойдет, ещё можно голубые и синни посмотреть футболки.
Такемичи молча кивнул, беря то что давал Инуи. Тот даже не спрашивал, просто Сувалкской, ведь знал что Ханагаки начнёт отказываться и смущённо отворачиваться взгляд. Так бы и было, ведь Такемичи был смущён и не привык получать в таких количествах и за столько денег.
Инуи -Так. Ну мы прошли весь этаж. Коко не тяжело?
Коко -Нет, все окей
Произнёс черноволосы держа 6 пакетов одежды
Инуи -Так, это последний бутик, после мы полнимаиимся отнесем пакеты в машину, и пойдем к обуви, на 2 этаж к бутикам не пойдем, тебе думаю столько хватит, да?
Такемичи -Мне старые вещи придется выкинуть чтобы 2 пакета поместить у себя. И придется купить ещё шкафы чтобы остальное уложить..
Коко -Хорошо, мне заказать тебе шкаф-гардероб?
Такемичи -А?! Нет! Хватит денег на меня тратить!
Коко -А на кого мне тратить свои деньги? Я зря что-ли зарабатываю? Зачем мне на кого то тратить свои деньги если у меня есть ты, Такемичи
Инуи -Вот именно. Раньше то Коко зарабатывал на мою сестру, чтобы помочь ей.. но после пожара её не стало.
Такемичи -Я.. слышал что Коко был влюблен в твою сестру, но удивился как Коко полюбил меня?
Коко -Ты очень добрый, Такемичи, это важное качество.
Коко подошёл чуть ближе, но коснуться парня не мог, да и не посмелее нарушить договор. Они купили вещи и поднялись на -1 этаж.
Инуи -Так, Такемичи, ты подожди нас а мы быстро до машины сходим, положим пакеты, ладно?
Такемичи кивнул, а Коко вручил тому черную карту.
Коко -Мой тебе подарок. Карта стоит всего 1500 Йен.
Такемичи кивнул
Коко -Ну а на счету карты там всего то 5 миллиардов Йен.
Глаза Такемичи на лоб полезли.
Такемичи -Что?!
Коко -Не злись, карте всего неделя. В течении времени мы с ребятами будем кидать туда по 800 тысяч, или по миллионам чтобы ты не в чем себе не отказывал. Отказы от карты так же не принимаются.
Коко улыбнулся и ушёл с Инуи. Такемичи же замер в руках с картой
Такемичи -Я же вводится могу.. там столько денег. Капец..
Прошептал Такемичи. Подняв взгляд, Такемичи увидел небольшой зоо-магазин. Среди вещей и ювелирных изделий, тут было такое. Не выдерживает, Такемичи зашел туда. Проходя мимо клеток и аквариумов с животными и рыбками, Такемичи остановился напротив вальера с морскими свинками.
Продавец -Вас что то заинтересовало?
Такемичи вздрогнул от резкого появления продавца.
Такемичи -Да.. сколько стоят морские свинки?
Продавец -Смотря какие вы хотите. Стоимость от 2000 Йен до 6000 Йен. И лучше брать сразу двух. Морские свинки очень социальные животные, им всегда нужно быть с кем-то, с ними нужно разговаривать общаться. А пока вы на работе они могут быть друг с другом.
Такемичи -Можно вон того бежево-чёрного малыша и коричнево-белово
Продавец -Отличный выбор, эти малыши с рождения в двоем. Для них нужны вальерв или же довольно большие клетки, так же нужны будут домики. Наполнитель должен быть или древесины или бумажным. Кормушка, поилка. Сегодня им чтобы зубы точились, овощи, огурци, следкий перец и другие, корм, вода.
Такемичи кивал на каждое слово. Женщина взяла свинок, положила их в небольшую переноску
Продавец -Пока в такой вам ему дам их, но надо будет купить вам для них все в ближайшее время.
Такемичи кивнул, купив немного сена, корма для свинок и вышел из магазина.
Свинки(представьте что они маленькие) :
Вернувшись на место, его уже ждали Инуи и Коко
Инуи -Такемичи! Ты где был? Мы уже перепугались и что это у тебя?
Такемичи -Я купил.. морских свинок, они были такими милыми..
Коко -Зачем тебе эти крысы?
Такемичи -Они не крысы! Они очень даже милые! И мне они понравились. Ещё раз такое скажешь и я уйду от вас.
Такемичи отвернулся и пошел к эсковаторе. Ему уже не хотелось смотреть обувь или есть. Хотелось домой вернутся и заказать все для своих милых малышей, которым надо бы дать имя. Коко и Инуи побежали за Ханагаки.
Коко -Такемичи! Прости, прости пожалуйста. Не уходи от нас.
Такемичи -Ладно. Поехали домой, у меня дела.
Коко -Ладно(
Такемичи -Коко, а когда будет пополнение на моем счету?
Коко -А? А! Завтра же я скину туда деньги.
Коко улыбнулся, видя что Такемичи пользуется его подарком.
Доехав до дома Такемичи, Инуи и Коко занесли пакеты с одеждой и попрощавшись уехали, а Такемичи сел сразу покормил свинок и стал заказывать для них всё что нужно.
Сначала пришла клетка и миски.
Клетка:
Такемичи сделал все что нужно, снизу был деревянный наполнитель, покрытый небольшим пледом, миски с водой, стоги сена, миски с кормор. Месяца Такемичи занимался со свинками.
Ханагаки дал им имена. Бело-коричневого назвал Бусинкой, а бежево-чёрного назвал Крошкой. Обе свинки были мальчикоми, и кострированными. Такемичи проводил каждый день с ними, играя и лаская их, общаясь с двумя.
Прошёл второй месяц, Хавтан не выдержали и пр ехали к Такемичи домой. Им уже не терпелось на свидание пойти. А то два месяца ждали.
Такемичи открыл им дверь, сонный, и в ночнушке.
Такемичи -Хайтани?
Ран -Наконец то. Сегодня, в 15:00 свидание. Отказы не принимаются. Мы и так два месяца ждали.
Такемичи -А.. ну.. ладно, хорошо, понял я..
Риндо -Приведи себя в порядок, мы заедем в пятнадцать ноль-ноль.
Ран -Не опаздывай, плакса, а то обидимся!
Дверь захлопнулась. Такемичи остался стоять в прихожей, с одной свинкой на плече (Бусинка любила там сидеть), с изумлением глядя на захлопнутую дверь. Он почесал за ухом Крошки, который ворковал у него в руках.
Такемичи -Им и правда не терпелось... целых два месяца. Интересно, что они придумали?
В 14:55 Такемичи был готов. Он выбрал простые темные джинсы и тот самый салатовый свитер, который выбрал ему Инуи. На пороге, ровно в три, стояли оба Хайтани. Но не в своих привычных «бандитских» прикидах. Ран был в узких черных штанах, косухе поверх серой футболки с принтом какой-то метал-группы. Риндо — в элегантных брюках цвета хаки и свитере с V-образным вырезом. Оба выглядели… стильно. И немного нервно.
Ран -Ну наконец-то! Думал, опять будешь копаться. Пошли, время дорого.
Он не стал ждать, развернулся и пошел к лифту. Риндо кивнул Такемичи и жестом пригласил следовать.
Риндо -Не обращай внимания. Он просто волнуется. Потратил два дня, выбирая, куда повести.
Ран -Рин-рин, заткнись!
Лифт ехал вниз под аккомпанемент барабанной дроби пальцев Рана по металлической стене. Они вышли к не ожиданной картине: у подъезда стоял не мотоцикл и не строгий седан, а ярко-фиолетовый, с иголочки новый, спорткар с затемненными стеклами. Ран по-хозяйски хлопнул по капоту.
Ран -Наш на сегодня. Садись, плакса. Покатаемся с ветерком.
Такемичи сел на пассажирское сиденье, Риндо устроился сзади. Ран завел двигатель, и низкий, хищный рокот заполнил улицу. Он тронулся с места так резво, что Такемичи вжался в кресло.
Ран -Расслабься! Покажу тебе, что значит настоящая скорость!
Они понеслись по улицам, ловко лавируя между машинами. Ран вел машину с бравадой и невероятным мастерством. Казалось, он чувствовал автомобиль как часть себя. Окна были опущены, и ветер свистел в ушах, забирая дыхание. Такемичи сначала боялся, вцепляясь в подлокотник, но постепенно страх сменился тем же острым, щекочущим восторгом, что и на мотоцикле у Санзу. Ран, заметив это, ухмыльнулся ещё шире.
Ран -Нравится? Это только разогрев!
Он вырулил на скоростную трассу, ведущую за город. Машина рванула вперед, и пейзаж за окном превратился в цветное мельтешение. Риндо сзади молча наблюдал, изредка бросая брату короткие замечания о дорожной обстановке, которые тот игнорировал. Через полчаса безумной гонки они свернули на узкую горную дорогу, ведущую к смотровой площадке на самой вершине. Ран мастерски вписался в очередной вираж и резко затормозил на пустой парковке. Внизу, под ними, расстилался весь Токио, уже начинавший загораться вечерними огнями.
Ран -Вот. Лучший вид в городе. И машин тут нет, чтобы мешали.
Они вышли. Воздух на вершине был прохладным и свежим. Риндо достал из багажника небольшую сумку-холодильник.
Риндо -Думал, проголодаешься после такой поездки.
В сумке оказались не бутерброды, а изысканные сэндвичи-клаб из дорогого ресторана, миниатюрные пирожные и бутылка холодного домашнего лимонада в стекле. Все было упаковано с неожиданной аккуратностью.
Ран -Не смотри так, это все Риндо заморочился. Я сказал — пиццу взять, а он со своим стилем...
Риндо -Пицца в машине — моветон. И крошки. Ты же хотел произвести впечатление, а не превратить салон в помойку.
Они уселись на бордюре с видом на город. Риндо разложил еду на салфетках. Было тихо, только ветер и далекий гул мегаполиса. Такемичи ел, а братья смотрели на него. Ран — прямо, жадно, не скрывая своего восхищения. Риндо — украдкой, мягче, но с той же интенсивностью.
Ран -Ну что, плакса? Прокатилась неплохо?
Такемичи -Да... Это было... сильно.
Ран -«Сильно»? Ха! Это я ещё не показывал, на что эта красотка способна на треке. Как-нибудь свозим. Если, конечно, не испугаешься.
Риндо -Он не испугается. Он храбрее, чем кажется. Всегда был.
Риндо сказал это тихо, но так, что Рана передернуло. Старший Хайтани нахмурился, откусив от сэндвича.
Ран -Да ладно тебе, Рин-рин. Не начинай.
Риндо -Я лишь констатирую факт. Он выдержал все эти годы в одиночку. После всего. Это достойно уважения.
Он посмотрел прямо на Такемичи. Его фиолетовые глаза были серьезны.
Риндо -Такемичи повёл 50 человек Тосвы на 300 человек Поднебесья, забыл? Не падал и всегда вставал, поднимая и остальных встать. Ханагаки Такемичи, командир первого отряда Тосвы, солнце Тосвы, Плакса, Плаксивый герой. Верно же я говорю?
Такемичи смутился, но кивнул. Его и правда так звали.
Риндо -Саиду слабак, но внутри ты сильный.
Такемичи улыбнулся, запивая сэндвичь лимонадом.
Ран -А эти твои крысы, они кусаются?
Такемичи -Они не крысы! Это свинки, и нет, они довольно пугливые создания, хотя наверное укусить они могли, но я не знаю, меня они и не кусали.
Ран -Ладно ладно, свиньи так свиньи.
Ран улыбнулся, видя как Такемичи стал оживлённо рассказывать о своих свинках.
Когда стемнело окончательно и город внизу засверкал миллионами огней, Риндо аккуратно собрал остатки ужина.
Риндо -Пора. У нас остался ещё один сюрприз.
Они спустились обратно к машине. На этот раз за руль сел Риндо. Ран устроился на пассажирском сиденье, а Такемичи — сзади. Машина тронулась плавно, совсем не так, как под управлением Рана.
Риндо -Не волнуйся, я буду аккуратен. Наш маршрут не требует безумной скорости.
Они ехали обратно в город, но не к дому Такемичи. Вместо этого Риндо свернул в район старых улочек, где неоновые вывески соседствовали с традиционными бумажными фонарями. Он остановился у неприметной двери между книжной лавкой и магазином антиквариата.
Ран -А, это то самое место? Здорово!
Они вошли внутрь. За дверью оказался маленький, уютный джаз-клуб. Небольшая сцена, где трио музыкантов играло спокойную, меланхоличную мелодию, приглушённый свет, несколько столиков. Запах кофе, старого дерева и коньяка.
Риндо -Я знаю, это не совсем... наше. Но я подумал, тебе может понравиться спокойная атмосфера.
Он выбрал столик в углу, в полутьме. Ран, к удивлению Такемичи, не стал шуметь или привлекать внимание. Он устроился поудобнее, закинув ногу на колено, и стал слушать музыку, слегка покачивая головой в такт.
Официант подошёл неслышно. Риндо заказал для всех горячий шоколад с маршмеллоу.
Риндо -Здесь лучший в городе.
Когда напитки принесли, Ран неожиданно заговорил, не отрывая взгляда от сцены.
Ран -Знаешь, плакса... я в такие места обычно не хожу. Шумно, людно — это да. А тут... тихо. И как-то... не по-нашему. Но Рин-рин сказал, что тебе может быть комфортнее. Так что... ладно.
Он сделал глоток шоколада и поморщился.
Ран -Сладко. Но ничего.
Риндо улыбнулся про себя.
Риндо -Мы не всегда должны быть теми, кем нас привыкли видеть. Иногда можно просто... быть.
Они сидели и слушали музыку. Такемичи чувствовал странную смесь неловкости и комфорта. Рядом с ним двое самых опасных и непредсказуемых людей из его жизни, а они вели себя как... обычные парни на свидании. Ран даже не пытался его трогать или говорить что-то двусмысленное. Он просто был там.
Через какое-то время Риндо тихо спросил:
Риндо -Тебе нравится?
Такемичи -Да. Спасибо. Это... неожиданно.
Ран -Да уж, неожиданно. Я сам в шоке, что высидел тут столько.
Но в его голосе не было раздражения. Было скорее... любопытство. Как будто он открывал для себя что-то новое не только в Такемичи, но и в себе самом. Когда музыка сменилась на более живую, ритмичную, Ран не выдержал и начал слегка отбивать такт пальцами по столу. Риндо покачал головой, но не стал его останавливать. Перед уходом Риндо расплатился, а Ран внезапно потянулся к Такемичи — но остановил руку в сантиметре от его плеча.
Ран -Можно? Там... у тебя что-то.
Такемичи кивнул. Ран осторожно снял с его свитера несуществующую пылинку. Его прикосновение было быстрым, лёгким, почти невесомым.
Ран -Вот... готово.
Они вышли на улицу. Ночь была прохладной. Риндо повёл машину к дому Такемичи. На этот раз в салоне царило молчание, но не неловкое, а задумчивое. У подъезда Риндо вышел из машины вместе с Такемичи. Ран остался внутри, наблюдая из окна.
Риндо -Спасибо, что провёл этот день с нами.
Ран -Ага, спасибо.
Такемичи улыбнулся.
Такемичи -Мне тоже понравилось, что немного удивило.. хехе... я вас помнил совершенно другим. Чифую. Многое тогда рассказал о вас, да и Ямагиши тоже очень интересовался гопниками, рассказывал о вас, но сегодня... вы были совершенно другими, нормальными так скажем. Как простые парни на свидании.
Ран -Хех, рады что смогли произвести хорошее впечатление
Такемичи -Добрый ночи
Такемичи убежал, помахав парням. Ран и Риндо дождались пока в квартире Такемичи включится свет и уехали.
Такемичи разделся, помыл руки, вял огурец(Бусинка любит огурцы) и сладкий перец(Крошка любит) и понёс их к клетке. Такемичи сел рядом и аккуратно открыл дверцу, просунул руку, сначала достал Крошку и дал тому тарелку с перуем, а после постал Бусинку и дал тарелку с огурцами. Такемичи лёг на живот, и стал рассказывать как прошло свидание, поглаживая то одну свинку, то вторую. Через время пришло сообщения от Какучо.
Какучо: "Таке, привет. Я бы хо ел устроить свидание, пойти в кино на фильм. А пятницу, в 17? За тобой заеду. Поедем сначала в кинотеатр, после можем погулять по вечером улицам Токио, зайти в какую-нибудь ккофешкуну или в круглосуточный магазин. Если у тебя конверт нету планов."
Такемичи улыбнулся, и ответил
"Привет Кокосик, нет планов нету, идея с кино хорошая, я согласен."
После Такемичи положил свинок в клетку и переоделся в пижаму, уснул. Пятничный вечер выдался прохладным, с лёгкой изморосью, заставлявшей уличные огни расплываться в золотых ореолах. Ровно в 17:00 под окном Такемичи остановился неброский тёмно-серый седан. Из машины вышел Какучо, одетый сдержанно, как всегда: чёрное пальто, тёмные брюки. Он не звонил и не писал, просто поднял голову к окну квартиры Такемичи, словно зная, что тот уже смотрит вниз. Такемичи быстро накинул куртку и вышел. Какучо кивнул, открыв перед ним дверь пассажирского сиденья.
Какучо -Всё в порядке? Не замёрз?
Такемичи -Нет, всё хорошо. Ты долго ждал?
Какучо -Нет, только подъехал.
Машина тронулась. В салоне пахло свежестью и лёгким, почти неуловимым ароматом сандала. Музыки не играло. Тишина между ними не была неловкой — она была привычной, почти уютной, как между старыми друзьями, которым не нужно заполнять паузы словами.
Какучо -Билеты я взял на тот новый фильм, детектив. Думал, тебе может быть интересно. Если нет, можем выбрать что-то другое на месте.
Такемичи -Нет, детектив — хорошо. Спасибо, Кокосик.
Уголок губ Какучо дрогнул в подобии улыбки. Так он всегда реагировал на это старое прозвище. Они припарковались у большого мультиплекса. Какучо купил не только билеты, но и стандартный набор: попкорн и два напитка. Он молча протянул Такемичи стакан с колой. В полумраке зала они сидели рядом. Какучо не пытался заговорить во время фильма, не комментировал сюжет. Он просто смотрел, изредка беря горсть попкорна. Такемичи украдкой наблюдал за ним. Его профиль в свете экрана казался резким, сосредоточенным. Красный глаз, казалось, следил за каждым движением на экране с аналитической холодностью, но Такемичи знал — этот же взгляд мог быть невероятно тёплым.
После фильма, выйдя на улицу, Такемичи не удержался.
Такемичи -А ведь преступник был очевиден с первой половины. Слишком старался быть незаметным.
Какучо -Согласен. Логические нестыковки в его алиби проявились на 37-й минуте. Сценарист поленился.
Говорил он без тени высокомерия, просто констатируя факт. Потом спросил, глядя на Такемичи:
Какучо -Проголодался? Есть одно место неподалёку. Тихое.
Местом оказалась крошечная, почти секретная кофейня в переулке, которую легко было пройти мимо. Внутри было тепло, пахло свежемолотым кофе и ванилью. За стойкой стоял пожилой мужчина, который лишь кивнул Какучо, узнав его. Они взяли столик у окна, за которым дождь рисовал узоры на стекле.
Какучо заказал для Такемичи горячий шоколад с корицей, для себя — чёрный кофе. Когда напитки принесли, он достал из кармана пальто небольшую коробочку и положил её на стол между ними. Она была размером с ладонь, обёрнута в простую тёмно-синюю бумагу.
Какучо -Это не подарок. Вернее, подарок, но его стоимость — ноль иен. Поэтому он не нарушает договор.
Такемичи настороженно посмотрел на коробку, потом на Какучо. Тот молча кивнул, разрешая открыть. Внутри, на мягкой чёрной ткани, лежал старый, слегка потёртый брелок. Маленькая, искусно вырезанная из тёмного дерева фигурка дракона. Такемичи замер. Он узнал его. Это был точно тот брелок который Такемичи подарил Какучо когда они расстались. В детстве, когда родители Хитто погибли, и тот сообщил Ханагаки что уезжает в детский дом, Такемичи выпросил деньги, дабы купить другу подарок на прощение, вручил его со словами "Когда мы встретимся, ты его подаришь мне, а если снова растанимся, я его тебе подарю снова! Он будет нашей связью!".
Такемичи -Ты.. его столько хронил?
Какучо -Да. Мы встретились в 16 лет, я его вернул, мы расстались, ты его отправили мне по почте. Теперь мы снова встретились, и я его возращяю.
Такемичи улыбнулся, достав брелок.
Такемичи -Я думал ты его выкинишь.
Какучо -Это же память.
Ханагаки улыбнулся. После перекуса они вышли из кофейни, и дождь окончательно прекратился. Ночь была прохладной и чистой, воздух звенел от свежести. Улицы, промытые дождём, блестели под фонарями, отражая неоновые вывески в тысячах лужиц. Какучо молча предложил руку, и Такемичи, после секундного колебания, взял её под локоть. Не как влюблённые, а скорее как два человека, не желающих потерять друг друга в ночной толпе. Шли они неспешно, без определённой цели.
Какучо -Хочешь на набережную? Там сейчас должно быть тихо.
Такемичи -Давай.
По пути они зашли в круглосуточный магазин. Какучо купил два горячих банчей со сладкой бобовой пастой и маленький термос с зелёным чаем. Покупка была дешёвой, практичной, и Такемичи не стал протестовать. На набережной реки, действительно, почти никого не было. Они сели на парапет, спиной к редким огонькам машин на мосту. Вода внизу была чёрной, лишь кое-где подёрнутой отсветами города.
Какучо -Держи. Согреешься.
Он протянул Такемичи один из булочек и налил чаю в крышку-стаканчик термоса. Они ели молча, наблюдая за течением. Это молчание было не пустым, а наполненным. В нём жили все годы, что они не виделись, все их детские тайны и взрослые страхи.
Такемичи -Кокосик... Тот сон. Ты думаешь, он мог быть... какой-то альтернативной реальностью? Или просто моим страхом?
Какучо отхлебнул чаю, подумав.
Какучо -Не знаю. Но знаю, что страх – хороший советчик. Он показывает худший сценарий. Сон, каким бы он ни был, уже изменил что-то к лучшему.
Он повернулся к Такемичи, и в свете далёкого фонаря его гетерохромные глаза казались почти магическими.
Какучо -Ты не должен жить в ожидании этого кошмара, Такемичи. Ты должен жить, зная, что мы боимся его так же сильно, как ты. Даже не зная что тебе тогда приснилось, мы боимся что это сбудиься.
Такемичи кивнул, чувствуя, как ком в горле понемногу рассасывается. Он откинулся назад, опершись локтями о холодный камень парапета. Небо над Токио было затянуто облаками, звёзд не было видно, но городское сияние само по себе было другим созвездием.
Такемичи -Знаешь, иногда я думаю... а если бы мы не расстались тогда? В детстве? Всё было бы по-другому?
Какучо -Возможно. Я бы не встретил Изану, возможно бы ты научился драться. Ты бы не подружился с 5 Мизо. Не участвовал в боях на ставках у Киёмасы, не был бы его шестёркой. Не встретился бы с Майки и возможно бы мы бы были парой.
Такемичи смутился на последнем.
Такемичи -Возможно.
Какучо замолчал, дав словам повиснуть в прохладном воздухе. Он не стал развивать эту мысль, не стал давить. Он просто констатировал возможность, как факт, и оставил её Такемичи на размышление. Потом аккуратно собрал обёртки и пустую крышку от термоса, его движения были чёткими, почти ритуальными.
Какучо -Уже поздно. Тебе пора отдыхать. Отвезу тебя.
Такемичи -А ты? У тебя дела?
Какучо -Нет. Сегодня – выходной. Полностью.
Он подчеркнул это слово, и Такемичи понял: для Какучо «полностью» означало, что телефон выключен, мысли о бизнесе и клановых делах отложены в самый дальний угол сознания. Вечер принадлежал только им. Обратная дорога в машине снова прошла в тишине, но теперь она была насыщена не неловкостью, а усталостью и тем приятным, тяжёлым удовлетворением, что наступает после долгого, честного разговора. Такемичи смотрел в окно на мелькающие огни, чувствуя, как тепло от выпитого чая и от присутствия Какучо разливается по телу, согревая изнутри. У подъезда Такемичи вылез, но не сразу потянулся к домофону. Он обернулся. Какучо тоже вышел из машины, замкнув её, и стоял, засунув руки в карманы пальто, глядя на него вопросительно.
Такемичи -Спасибо за сегодня. За... за всё. За дракона особенно.
Какучо кивнул, коротко и просто. В свете уличного фонаря его лицо казалось высеченным из мрамора, но в уголках глаз таилась та самая, едва уловимая мягкость.
Какучо -Всегда пожалуйста, Такемичи.
Он сделал паузу, и в его позе, всегда такой уверенной, появилась тень нерешительности. Он словно взвешивал что-то. Такемичи видел, как его пальцы в карманах слегка пошевелились.
Такемичи -Кокосик...
Он сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию до минимума. Голос его звучал тише, почти шёпотом.
Такемичи -Ты сегодня... можешь остаться? На ночь? Если, конечно, у тебя нет срочных дел.
Какучо замер. Его глаза – красный и белый – на миг расширились, выдавая абсолютный, немой шок. Это было так непохоже на всегда контролируемого, предсказуемого Какучо, что Такемичи чуть не рассмеялся от неожиданности. Потом Какучо медленно, очень медленно выдохнул. Воздух вышел из его лёгких белым облачком в холодном воздухе. И когда он снова посмотрел на Такемичи, его взгляд был уже другим – тёплым, бездонно мягким, полным того самого понимания, которое не требовало слов.
Какучо -Никаких дел. Да. Я останусь. Если ты уверен.
В его голосе не было ни капли сомнения в своём решении, только забота о готовности Такемичи.
Такемичи -Уверен
Ответил он твёрже, чем ожидал сам от себя, и повернулся к двери, доставая ключи. Его пальцы слегка дрожали, но не от страха. От чего-то другого. От предвкушения? От облегчения? От простой, детской радости, что он не будет засыпать один в этой тихой квартире. Войдя внутрь, Такемичи первым делом щёлкнул выключателем, заливая прихожую тёплым жёлтым светом. Он почувствовал, как за спиной мягко закрылась дверь, и как тихие, уверенные шаги Какучо последовали за ним по коридору.
Такемичи -Проходи. Я... сейчас только свинок покормлю, они, наверное, уже беспокоятся.
Он поспешил в комнату, к клетке. Бусинка и Крошка, разбуженные светом и голосами, уже сидели у решётки, их чёрные бусинки-глазки блестели в темноте уголка комнаты. Они тихо похрюкивали, выражая нетерпение.
Такемичи -Простите, что разбудил,
Пробормотал он, открывая дверцу.
Такемичи -Это Какучо, Кокосик. Он... наш гость. Ведите себя прилично.
Он достал сначала Крошку, потом Бусинку, прижимая их к груди. Свинки обнюхали его шею и подбородок, их носы задёргались, улавливая новый, незнакомый запах. Такемичи обернулся. Какучо стоял в дверном проёме, сняв пальто и перекинув его через руку. Он наблюдал за сценой с тихим, почти научным интересом, не вторгаясь в пространство.
Какучо -Они тебя узнают по запаху?
Спросил он так же спокойно, как спрашивал о логике в детективе.
Такемичи -Думаю, да. И по голосу. Вот, смотри.
Он посадил Крошку на плечо, и та моментально устроилась, зарывшись носом в складки его футболки. Бусинка же, сидя на ладони, принялась методично умывать мордочку, совершенно игнорируя присутствие незнакомца. Какучо осторожно, почти неслышно, переступил порог и присел на корточки в метре от клетки, чтобы быть с ними на одном уровне. Его движения были плавными, нерезкими, будто он боялся спугнуть хрупкое равновесие этого вечера.
Какучо -А какой наполнитель лучше для их лап? Не слишком ли жёсткий этот древесный?
Вопрос был настолько практичным, неожиданным и лишённым всякой сентиментальности, что Такемичи фыркнул, и смешок сорвался с его губ сам собой.
Такемичи -Нет, этот хороший. Бумажный быстро промокает, а они не любят сырость. Могут простыть.
И он пошёл рассказывать. О том, как Крошка обожает сладкий перец и ненавидит кабачки, а Бусинка гоняется за вишнёвыми помидорками по всей клетке. О том, как они спят, сбившись в один пушистый комок, и тихонько похрапывают. Какучо слушал, не перебивая, изредка кивая. Его вопросы были точными и по делу: «А прививки им делали?», «Сколько раз в день кормишь?», «Не грызут ли прутья?». В его внимании не было ни тени снисходительности или скуки. Он вёл себя так, будто уход за морскими свинками был важнейшей стратегической задачей, требующей полной концентрации. Когда свинки были накормлены свежими овощами, напоены и водворены обратно в свою уютную, тёплую крепость, Такемичи выпрямился и вдруг осознал всю ситуацию. Он стоял посреди своей заставленной коробками и пакетами с одеждой комнаты, в старых спортивных штанах и растянутой футболке. Рядом, в полумраке, сидел на корточках Какучо – одетый во всё чёрное, с лицом профессионального убийцы и мафиози, только что с предельной серьёзностью обсуждавший достоинства разных видов сена.И его охватил приступ дикого, нелепого смущения.
Такемичи -Я... я могу дать тебе пижаму. Или хотя бы футболку. И... насчёт спального места...
Он жестом показал на единственную кровать.
Такемичи -Я на полу постелю, или...
Какучо поднялся. Его движение было плавным, беззвучным. Он посмотрел на узкий диван, заваленный вещами, потом на кровать, потом на Такемичи.
Какучо -Не нужно. Я посижу тут, в кресле. Мне и так нормально.
Он сказал это так же просто и бесстрастно, как говорил о наполнителе. Как будто провести ночь в кресле было для него обычным делом. Но Такемичи покачал головой. Нет. Он пригласил его не для того, чтобы тот мучился на неудобном стуле.
Такемичи -Нет, это... нечестно. Ты же гость. Кровать широкая. Мы можем... просто спать.
Он произнёс это, чувствуя, как жар поднимается от шеи к самым корням волос. Просто спать. Как в детстве, когда призраки и страхи темноты заставляли их забираться на один футон, и они засыпали спиной к спине, чувствуя, как тепло и ровное дыхание другого отгоняют всех монстров. Какучо смотрел на него. Его взгляд скользил по лицу Такемичи, по его нахмуренным бровям, по губам, сжатым в тонкую линию, по пальцам, бессознательно теребящим край футболки. Он считывал каждую микро-эмоцию, каждую тень сомнения. Потом, после долгой, тяжёлой паузы, он медленно, очень медленно кивнул.
Какучо -Хорошо. Как скажешь.
Он повернулся, снял свою чёрную футболку, оставаясь в простой серой майке. Такемичи на миг застыл, увидев знакомую картину: то же стройное, жилистое тело, те же старые, побелевшие шрамы на предплечьях, рёбрах, один – чуть ниже ключицы. Молчаливые летописи того дикого, жестокого мира, из которого они оба вышли, но который навсегда оставил на них свои метки. Какучо, заметив его взгляд, ничего не сказал. Он просто взял из предложенной стопки чистую, просторную футболку Такемичи и натянул её. Ткань серая, с выцветшим принтом какой-то группы, сидела на нём чуть свободно, и этот простой предмет чужой одежды вдруг сделал его уязвимым, почти домашним. Такемичи быстро переоделся сам, в свою самую обычную пижаму. Потом задул свечу (он иногда зажигал её для уюта) и щёлкнул выключателем.
Тьма была абсолютной, нарушаемой лишь слабым отсветом уличного фонаря из-за занавески и двумя красными точками – светящимися глазами Бусинки в клетке. Такемичи слышал каждый звук, усилиной тишиной: скрип пружин матраса, когда Какучо лёг на свой край, его ровное, но чуть более частое, чем обычно, дыхание, далёкий, приглушённый гул ночного города.
Он лежал на спине, уставившись в потолок, который в темноте был лишь чуть менее чёрным, чем всё остальное. Пространство между ними – шириной в пол-метра – вдруг показалось ему огромным, холодным каньоном. Его собственное сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухими ударами в ушах. Это не был страх. Это было что-то щемящее, острое, тёплое и одновременно пугающее своей новизной.
Такемичи -Кокосик?
Его голос прозвучал хрипло, громче, чем он хотел, и разорвал тишину, как стекло.
Какучо -Да?
Ответ пришёл мгновенно, без признаков сна.
Такемичи -Ты же... не спишь?
Какучо -Нет. Не сплю.
Пауза. Такемичи сглотнул, пытаясь прогнать комок, вставший в горле. Глаза его привыкли к темноте, и он видел теперь смутный силуэт Какучо, лежащего неподвижно, как на посту.
Такемичи -Можно... я чуть ближе?
В темноте он услышал, как дыхание Какучо на миг прервалось. Как его тело напряглось, превратившись в одну сплошную струну. Потом – тихий, почти невесомый выдох, полный такого облегчения и такой боли одновременно, что у Такемичи сжалось сердце.
Какучо -Можно. Но только если ты сам этого хочешь.
Такемичи приблизился, а после обнял Какучо, как когда то в детстве на Носовка у друг друга. Так они и уснули.
________________________________________________________________
Подпишитесь на мой тг канал, там вся информация о мои фф:SipYaoi
А так же кидайте донат на номер: 89773739289(Сбер)
Написано: 30.12.2025г-03.01.2026г
Опубликовано: 04.01.2026г
Слов: 7847