Problem Child

Хоть и с Костей все начало налаживаться, в семье все ухудшалось с каждым днём все больше и больше.

День 24 июля был не самым лучшим днём моей жизни.

С утра папа врезал мне так, что я потом блевала кровью. А из-за чего? Все потому, что ему не нравится моя радостная с утра рожа.

Настроение испорчено на весь день.

Постоянная ругань и оскорбления.

Вечером я хотела свалить в саб, раз папа дома, но он не отпустил. С горя я легла спать.

Проснулась я в час ночи от стука в дверь.

"25 июля 2015, суббота, 1:11"

В дверь стучала мама, в одной руке у неё была подушка, в другой - телефон.

Они снова с папой поругались. По его словам, она тварь, мразь, использует его, а он белый и пушистый.

Мама планировала подавать на развод в сентябре-октябре, но пойдёт 26 июля.

Мама хочет уехать. В Нижневартовск. Там он нас не найдёт. Но сначала нужно слетать на разведку - работа, жильё.

Нужно искать квартирку. Пусть и маленькую и страшную, но все же квартирку. Там, где только мы втроём.

Дина перестанет говорить всякие гадости, мама станет уделять нам больше времени, несмотря на то, что график работы прежний.

Но, если мы уедем, то у меня нет никаких шансов встречаться с Костей... Я буду слишком далеко, да и в Лазаревское вряд ли приеду. Он так же не сможет навестить меня в Нижневартовске.

Когда мама улетит (или уедет) на разведку, я позову его с ночевкой. Возможно, это наш последний шанс...

Мне будет тяжело расстаться с ним. Для его же блага было бы разумно разорвать нашу близкую связь и уехать. Он бы забыл меня. Я бы забыла его. Мы оба будем мучиться от того, что далеко друг от друга. Я не вынесу такой долгой разлуки. Я неделю без него если пробуду, то на стены полезу, как сейчас. А что, если как минимум три года без него?

Беда не приходит одна. Когда ночью я возвращалась из туалета (той же ночью), дверь в проходную комнату сёстры была открыта. Я ведь закрыла ее... Стоило мне войти...

- Что за... - Я еле сдержалась, чтобы не ругнуться.

Папа стоял перед телевизором и розеткой и... Писал туда. Ссал. Твою мать...

Из моей комнаты вышла мама.

- Какого хуя? Иди в комнату, какого хуя ты тут ссышь?

Папа был сонным и пьяным. Он все же ушёл. Мы с мамой, лёжа в кровати, пускали шуточки на эту тему.

Но было ли мне до смеха, когда я понимала, что наши с мамой жизни идут под откос.

Мама сильная, она справится. И я тоже должна закалиться. Я не единственный ребёнок, у кого родители в разводе.

Костю воспитывает мать. Дашу, хоть ее отец в тюряге сидит. Настины родители в разводе, хоть у неё есть отчим. У Альбины в разводе, хотя продолжают жить вместе.

Надо справиться с этим и жить дальше.

Вечером мама приехала вместе с папой. У мамы в руках был букет цветов (каких именно, я не поняла, очень похожи на розы, но не розы и не пионы тоже), в пакете куча сладостей.

Я вынырнула из комнаты и сказала, что пойду пройдусь и буду в десять вечера.

Я пришла в саб. Сергей отчаянно тер полы тряпкой. Мы перебросились парой шутливых фраз до того момента, как...

- Общаешься с Дарьей? - Этот вопрос вспыл совершенно неожиданно. Мне было интересно, общается ли он и теперь с моей былой лучшей подругой, к которой я теперь за километр не подойду, даже если к моей голове приставят дуло кольта 45 калибра. Удивительно, что всем остальным она писала обо мне "я не хочу, чтобы ей было больно, потому что я к ней очень привязалась и не могу отпустить", а сама игнорировала мои сообщения, которые я ей катала в тщетных попытках помириться.

- Редко. Я ее позвал на проводы, с компанией моего класса, она удачно влилась. Извини, что не позвал тебя, просто на той вписке... Да и класс не захочет прийти, если там будешь ты...

Дальше слушать я не желала. В ушах стало противно звенеть. Мне было больно слышать подобное. Я отвернулась, чтобы не выдать своё состояние. Я прямо таки почувствовала (шестое чувство?), как он выпрямился и замер, уставившись на меня в упор. Он стремительно приблизился ко мне и положил свою голову на моё плечо, несмотря на то, что он был выше меня и стоял передо мной, сидящей на диванчике из кожзаменителя. Он все же сел рядом.

- Извини, если я тебя обидел. - Если? Серьёзно? Он обнял меня и прижался щекой к щеке. - Мур-мур-мур.

- А я умею мурчать лучше, чем ты... Дай своё ухо. - Я наклонилась к нему и замурчала. Он сразу отскочил и свернулся клубком. - Сережа, ты в порядке?

- Я просто услышал мурлыканье кошки. Для меня это обычная реакция.

- Хорошо это или плохо?

- Это очень хорошо.

Я обрадовалась на доли секунд, но после этого снова вернулась к мрачным мыслям. Костя может бросить в любой момент из-за любой моей выходки. Отец не перестаёт докучать, даже не подозревая о том, что мама подает на развод. Возможно, я уеду в Нижневартовск и больше никогда не увижу столь ненавистное мне место, а точнее, место, где я родилась. И хоть я терпеть не могу свой город, мне больно с ним расстаться. Столько воспоминаний... Как плохих, так и хороших. Хотелось умереть. Забыться. Исчезнуть.

Он закончил смену (последнюю свою в этом городе, ведь не факт, что он не пойдет в другой Subway, верно?), я пошла на задний двор. Мы сидели и курили, а лично я захлебывалась слезами. Почему я такая? За что мне все эти муки? Почему Сергей так жесток со мной? Сколько же боли он мне причинил...

Он сказал, что был дураком. Я была совершенно согласна с данным утверждением, потому что вести себя так, как себя вел он (да и сейчас он себя так ведёт), может только конченный идиот.

Часы показывали четверть одиннадцатого. Странно, что мне ещё никто не звонил. Мы покурили, и он пошёл меня проводить. Мы разговаривали на разные темы - от кармы до машин. Мы сели напротив моего дома на бордюр. Сидели и курили. Половина одиннадцатого. Я пела песню Марии Чайковской "Целуй меня", а он, оказывается, записывал это на диктофон. Я злилась, ведь я терпеть не могу свой голос. Он ужасен, а он его ещё и записал.

Мы посидели немного, а потом он пошёл куда-то (точно не домой), оставив мне в качестве презента презерватив. Ребристый, мать его, презерватив.

Так как осталось несколько дней до его отъезда, я предложила такое дело - я остаюсь у него с ночевкой в следующий день. Он великодушно согласился, попросив взять с собой Витю. Когда я сказала о своих планах маме, она довольно резко ответила, хотя должна была меня понять.

- Нет! Забудь об этом! Ты ещё не в том возрасте, чтобы ночевать с парнями.

А что мне остаётся, мама? Ты лишила меня всех подруг, подвергала их жестокой критике. У меня два друга - и те парни. Один из них - гей, другой как в девушке во мне не заинтересован. Неужели ты не видишь, мама?

Я обязана добиться. Я выклянчу у неё разрешение пойти к нему. В конце концов, это наши с ним личные проводы.

Что в итоге? На следующий день я поехала с родителями на море в "Янтарь". Меня папа заставил собирать мидии. Я собирала их гребаных 2,5 часа. И не съела ни грамма.

Часов в десять вечера состоялся семейный разговор. Выяснилось, что я должна быть всегда виновата, потому что я последняя тварь и не заслуживаю хорошего отношения к себе - так сказал папа. У меня случилась истерика. До полуночи я не могла успокоиться.

В полночь я прошла в свою комнату и начала собирать вещи. В свой зелёный рюкзак я уложила две футболки, нижнее бельё, носки, две юбки, скетчбук, паспорт, аттестат, кошелёк, пенал. Накрасилась, оделась, с рюкзаком на спине вышла из комнаты.

Родители спали, но дверь в их комнату была открыта. Я медленно и тихо закрыла ее и подошла ко входной двери. Когда я зашла домой в полночь, я забыла закрыть входную дверь на щеколду. И сейчас дверь тоже была не заперта. Я начала тихо и медленно открывать дверь. Я могла бы сделать это за считанные секунды, если бы дверь не издавала оглушительный рев времён юрского периода. Едва я открыла дверь меньше, чем на четверть, как из комнаты вышла мама.

- Ты куда?

- Мне надо выйти.

- Зачем?

- За трусами.

- Сейчас?

- Да.

- Ну хорошо, зайдешь и закроешь дверь.

Мастер я отмазок, аж дальше некуда.

Я сняла свои трусы с карусели, постояла с тридцать секунд, схватила кроссовки и в носках побежала по острым камням. На улице тёмно, ни одного фонаря, хоть глаза выколи.

Я стремительно скрывалась дворами, боясь, что мама уже подняла папу, а тот выехал на своей белой ниве и теперь может заметить меня.

Попутно я кидала Сереже бесплатную смс-ку с просьбой перезвонить.

Он все же позвонил мне. Я пришла к нему - на часах 2:36. Он предоставил мне номер в гостинице и ушёл в свой номер, объяснившись присутствием гостей. Я постелила выданное им бельё, разделась до длинной Костиной футболки и поставила рюкзак в угол.

Я написала записку. Написала, что буду жить с девушкой, которая на 4 года старше меня, папа не имеет права мне звонить и общаться я буду только с мамой.

На самом деле все было не так. Я не знала, где спать следующей ночью.
Кирилл и Витя ушли, Сережа позвал в свой номер. Мы выпили литр вина (я выпила больше него), скурили пачку сигарет, съели миску селедки под шубой, приготовленной Ириной Ивановной - мамой Сергея, и в 4 утра я пошла спать к себе. Аркадьев был очень добр. Я проснулась в полдень, поговорила с мамой, а где-то около трёх дня ушла. Встретилась с Витей, с моим Витей - добрым и хорошим лучшим другом. Мы скитались по городу часов до 8 вечера. У мамы в магазине я взяла денег, еды и сигарет, плюс ещё и поговорила с ней.

Все же вечером я пришла к Саше Лолаевой, пусть ее и не было дома. Я объяснила ее маме всю ситуацию, мы сошлись на том, что папа - моральный урод и даже моей грязи под ногтями не стоит.

Я переночевала у неё, сходила в душ и в полдень ушла.

С полным рюкзаком ходить было тяжело. Тем более в такую жару.

В тот же день я снова пошла к маме, взяла у неё денег и кефира и сказала, что еду в Вардане (километров 50 от дома) вместо с Верой. Вера одинока, она не очень симпатичная и потому живёт одна. Мама далеко, а со мной хоть компания.

Никакой Веры нет. Это собирательный образ, служащий прикрытием. Поехала в Вардане я с Витей. Там я ночевала две ночи. Приходила часов в 11 вечера и вылазила через окно в 5 утра. Спать приходилось на покрывале в лесу.

Нам было весело. Я скучаю по этим дням. Мы ели, сидели в интернете, играли в "Правда или действие", шутили, слушали музыку.

Когда я приехала в свой район, то пошла к родителям в гости. "В гости". Приняла душ, посидела. О примирении с папой я не думала, да что уж там, я и здороваться с ним не стала.

Я взяла с собой ещё немного вещей и пошла жить к бабушке. Папу терпеть я не стану. Если я вернусь домой, то и часа не пройдёт, как сюсюканья будут заменены оскорблениями и нескончаемыми потоками грязи, проливаемыми на меня.

Так я жила. Костя не отвечал на сообщения, хоть и читал их.

Прошло несколько дней, как в моей жизни появился новый персонаж - Александр Кот. Он добавился ко мне сам, сказав, что я похожа на его знакомую. Как я поняла, он занимается косплеем. Красивый, очень даже. И стиль общения меня вполне устраивает.

Прошло ещё несколько дней, как я рассталась с Костей. 9 августа. Он бросил меня, сказав, что никогда не любил. Ещё несколькими днями позже он признался, что он гей. Единственный, кто поддержал меня в трудную минуту, - Витя. Я не знаю, что я бы сделала с собой, если бы не он.

В день расставания друг Кости - Сережа Сухомлинов предложил мне секс по дружбе. Я была удивлена, но, проревевшись вдоволь, поняла, что я теперь свободна, а потому имею право заниматься сексом, с кем хочу.

14 августа, в 4 часа утра я поехала на Голубую дачу - километров 10 от дома. Он расплатился за такси, но вот загвоздка - с нами был его друг Рома. Мы залезли через окно в какой-то дом. Сидели там и пили вино. После чего они оттрахали меня, оставили одну. Я устроила кровавое месиво в качестве мести. Порезала руку и везде накапала крови до состояния луж.

Вечером того же дня я пошла в клуб. Из одного меня выгнали из-за порезов, а в другом я сидела до 4 утра.

Бабушка стала ездить мне по мозгам. Она могла утешить и оскорбить меня одним предложением.

Саша вызывал у меня самые нежные чувства, я поняла, что полюбила его, если такое возможно на расстоянии.

Нда, только Саше не нравилось, что он может вызывать симпатию. Он не может поверить в то, что кто-то в нем нуждается, что он кому-то необходим как холодная вода в жаркой пустыне, что кто-то готов быть рядом каждую минуту и всегда придёт на помощь.

- У меня не может все быть настолько хорошо. Я привык, что я все сам, сам. Никто не смотрит на меня нежным взглядом, когда я сплю, и не перебирает мои волосы, не целует меня по утрам и не ждёт меня дома с ужином. Я хочу, чтобы этой девушкой была ты, но я боюсь. Я любил, но меня предавали. Ты меня не предашь?

От этого сообщения мне стало не по себе. Неужели он настолько одинок?