Кондитерская «Танхулу»

На следующий день Лянь Жэнь был очень задумчивым, отстранённым и очень невнимательным. Настолько невнимательным, что даже не обращал внимания на недовольные взгляды посетителей в его сторону. Мало улыбался и всё время путал заказы, хотя, казалось бы, что можно перепутать, если в кондитерской на этой неделе, как и всегда, был лишь один вид сладостей. Но Лянь Жэнь каким-то образом умудрялся приносить меньше сладостей, забывать про чай или приносить его холодным. Забывал принести сдачу или приносил её слишком много. В общем, был сам не свой, и все в кондитерской это заметили.

— Лянь Жэнь, ты опять заболел? — серьёзно спросил господин Тянь Ши, который подозвал его к себе, поставив на прилавок табличку, что гласила о перерыве, чтобы ни один надоедливый покупатель им не помешал.

— Нет, не заболел, — ответил Лянь Жэнь, всё боясь посмотреть господину Тянь Ши в глаза.

— Может быть, чувствуешь себя плохо? — беспокойно спросил тот, — Если это так, можешь взять перерыв и пойти отобедать куда-нибудь.

— Нет, я не хочу обедать, не волнуйтесь, со мной всё в порядке, — сказал Лянь Жэнь и, коротко поклонившись, убежал на кухню.

Господин Тянь Ши удостоверился, что по крайней мере в физическом плане с Лянь Жэнем всё было в порядке. Однако то, что его что-то волновало, было предельно ясно. Он продолжил об этом раздумывать во время обслуживания гостей, и в один момент ему пришла идея. Он вспомнил о том, что цзян дуй любимая сладость Лянь Жэня — может быть, его непонятное состояние было вызвано именно этим. Любимая сладость так близко, но он не в состоянии её отведать.

Под конец дня, когда на прилавке остался лишь один серебряный поднос, господин Тянь Ши взял два маленьких блюдца, на каждое положил по пять цзян дуй и спрятал их под прилавком.

Распродав остальное, он подошёл к двери кондитерской и запер её изнутри, после чего вернулся на своё место и подозвал к себе помощника, который всё это время мыл посуду на заднем дворе.

— Сегодня осталось больше сладостей, чем я предполагал. Как насчёт того, чтобы отведать их вместе? — спросил господин Тянь Ши, как только Лянь Жэнь оказался напротив прилавка, как будто был настоящим посетителем кондитерской.

Лянь Жэнь удивлённо посмотрел на два блюдца, которые господин Тянь Ши вытащил из-под прилавка. Один из них тот подтолкнул прямо под нос Лянь Жэню который растерянно разглядывал кунжутные шарики так как будто впервые в жизни их видел.

Цзян дуй был любимой сладостью Лянь Жэня, и случись это раньше, он бы не раздумывая набросился на предложенное лакомство, но сейчас он стоял перед господином Тянь Ши с опущенной головой, думая о том, что не заслужил такой заботы.

— Господин, у меня будет к вам просьба, — тихо сказал Лянь Жэнь, чем даже слегка напугал своего начальника.

— Внимательно тебя слушаю, — обеспокоенно ответил тот.

— Вы помните, что обещали мне дополнительный выходной за поездку за кунжутом? Я ещё тогда попросил отложить этот выходной до тех пор, пока он мне по-настоящему не понадобится. Вот это время, кажется, пришло.

— Я правильно понимаю, что ты хочешь взять этот выходной завтра?

— Всё верно, я бы хотел им воспользоваться именно завтра, если это, конечно, возможно.

— Я обещал дать тебе этот выходной, когда ты о нём попросишь, поэтому, конечно же, ты можешь взять его и завтра. Только скажи мне, что случилось? Ведь что-то непременно случилось, иначе бы ты не был таким весь день.

Лянь Жэнь продолжал стоять, склонив голову и когда услышал вопрос господина Тянь Ши позволил себе лишь коротко на него посмотреть, после чего отойдя на шаг назад тихо сказал:

— Меня пригласили на работу в «Зелёном Императоре». Я хочу пойти и поработать там один день, чтобы понять, нужно мне это или нет. Такая возможность выпадает лишь однажды в жизни, поэтому...

— Ох, конечно, ты не должен упускать такую возможность! — рассержено воскликнул господин Тянь Ши, — Действительно, она выпадает лишь единожды в жизни!

— Я знаю, что вы недолюбливаете это место, но...

Не успел он договорить, как почувствовал лёгкий удар в лоб, и Лянь Жэнь, который всё это время продолжал смотреть себе под ноги, с удивлением обнаружил упавший на пол цзян дуй.

— Убирайся отсюда! — крикнул господин Тянь Ши и бросил следующий кунжутный шарик.

Тот врезался Лянь Жэню прямо в грудь, после чего упал на пол и покатился рядом с прилавком.

Лянь Жэнь сделал несколько шагов назад, растерянно глядя на рассерженного начальника, который продолжал бросаться в него кунжутными шариками.

— Простите меня, — ещё раз жалобно сказал Лянь Жэнь, пятясь к выходу.

— Ты не должен просить у меня прощения, а то ведь это такая возможность! Ты должен поскорее пойти домой и выспаться, чтобы завтра в «Зелёном Императоре» показать всё, на что ты способен!

Сказав это, господин Тянь Ши бросил последний цзян дуй и, схватив мирно висящий на стене меч, направился прямо к Лянь Жэню.

Видя его такого рассерженного, Лянь Жэню только чудом удалось открыть входную дверь и выйти на улицу. Но господин Тянь Ши помчался за ним и бросил припрятанный в руке очередной цзян дуй, который ударил бежавшего вниз по улице Лянь Жэня прямо в затылок, и зло прокричал ему вслед:

— Катись на все четыре стороны!

***

На следующий день на двери кондитерской висела бумага со следующим текстом:

«Кондитерская «Танхулу» сегодня работать не будет, никаких извинений за причинённые неудобства мы не приносим»

Люди, подойдя, весьма нелестно отзывались о подобной грубости владельца кондитерской, даже не подозревая, что тот стоит с обратной стороны и слышит каждое их слово.

Господин Тянь Ши, в одеждах для сна и с растрёпанными распущенными волосами, огромными мешками под глазами и чёрным котом на руках, сейчас бы с лёгкостью мог быть принят за злого духа, который обитал в стенах кондитерской. Выглядел он неважно и чувствовал себя также. Всю ночь не спал несмотря на то, что с собой в кровать взял Тянь-Тяня, который до этого прекрасно помогал ему уснуть. Но, видимо, даже ему не было под силу успокоить вспыхнувший в сердце господина Тянь Ши пожар.

Когда ему надоело слушать гневные возгласы посетителей, которые не смогли отведать сладостей, господин Тянь Ши, крепко прижимая к своей груди Тянь-Тяня, стал расхаживать туда-сюда по главному залу.

Он не находил себе места с прошлого вечера, и, видимо, именно поэтому левая нога начала болеть сильнее обычного.

Тогда господин Тянь Ши осторожно подошёл к прилавку и сел на высокий стул, чтобы в следующее же мгновение с него слезть. Он внезапно вспомнил, кто же именно сделал его, поэтому быстро направился к одному из столиков для посетителей, желая больше никогда не садится на тот стул. Но и стол был полон воспоминаний — именно за ним он, в качестве гостя, и Лянь Жэнь сидели и наслаждались чаем со сладостями, строя далёкие планы на будущее.

Господин Тянь Ши нервно огляделся по сторонам. Всё в кондитерской напоминало ему о Лянь Жэне, и, не зная, куда ещё спрятаться от собственных воспоминаний, господин Тянь Ши присел прямо на грязный пол, опираясь спиной об прилавок, начиная слегка нервно качать Тянь-Тяня на руках, словно тот был грудной ребёнок, которого нужно было раскачивать, чтобы он поскорее уснул.

Глядя на встревоженного хозяина, Тянь-Тянь жалобно мяукнул. Господин Тянь Ши перестал его раскачивать и, понимающе кивнул, сказал:

— Знаю, знаю, ты прав, Тянь-Тянь, придётся выбросить тот стул, несмотря на то, каким удобным он оказался. Ничего, мы найдём мастера и закажем у него похожий стул. Даже лучше.

Господин Тянь Ши осторожно погладил Тянь-Тяня по загривку, глядя на столики для посетителей.

— Эти зелёные вазы тоже придётся выбросить. Совсем они не сочетаются с нашим интерьером и не подходят для кондитерской. И твую зелёную подушку тоже придётся выбросить, вместе с корзинкой и блюдцами для еды и воды. Ничего страшного, я куплю тебе новые и намного лучше. Гораздо лучше.

Господин Тянь Ши молчал, уткнувшись носом в макушку Тянь-Тяня, а через несколько мгновений вскинулся, будто ему в голову пришла гениальная идея.

— Мы всё тут поменяем, Тянь-Тянь! Поменяем кухонный стол, кухонные шкафчики тоже, потому что они довольно старые, выбросим к демонам эти проклятые чашки — они явно приносили неудачу. После этого... После этого... — несколько раз повторил господин Тянь Ши, шаря беспокойным взглядом по кондитерской и пытаясь понять, что же ещё напоминает ему о человеке, который решил так внезапно его оставить, — Поменяем эти проклятые столики для посетителей и стулья, конечно же. Посуду поменяем, ведь она и так вся в трещинах. И прилавок поменяем непременно, потому что он слишком часто об него облокачивался, вместо того чтобы заниматься работой. И этот пол поменяем, — дрожащим голосом продолжил господин Тянь Ши, глядя на грязный пол рядом с собой, — он такой грязный, и его никто никогда нормально не убирает. И фартуки те белые поменяем... Нет, выбросим ... И колодец... Хотя его поменять будет сложнее. Лучше и вовсе продать эту кондитерскую и купить новую в другом месте...

Тянь-Тянь ещё раз мяукнул, привлекая к себе внимание господина Тянь Ши. Тот обеспокоенно посмотрел на Тянь-Тяня осторожно дёргая того за белую лапку.

— Тебе не стоит волноваться. Я тебя не брошу... Я не такой, я твой хозяин и всегда буду о тебе заботиться... Мне не важно, кто тебя принёс в эту кондитерскую, теперь я твой хозяин и только я буду заботиться о тебе.

Тянь-Тянь облизнул умную мордашку, извернувшись в руках, и начал довольно урчать от поглаживаний.

Сам же господин Тянь Ши ещё долго стоял на холодном полу рядом с прилавком, раздумывая о том, как много нужно поменять в кондитерской, чтобы больше ничего в ней не напоминало о человеке, который в неё больше не вернётся.

***

Уставшему от переживаний господину Тянь Ши удалось заснуть только под утро. Сегодня он также не намеревался открыть кондитерскую для посетителей, но какой-то ненормальный продолжал долбиться в дверь, как будто не видел надпись на ней. Этот громкий стук и разбудил господина Тянь Ши, который с закрытыми глазами подхватил под мышку Тянь-Тяня и, схватив висевший на стене меч, направился открывать дверь.

На пороге он появился в одеждах для сна, с растрёпанными волосами и смачным отпечатком подушки на левой щеке. Он протянул вперёд руку, намереваясь обнажить острое лезвие своего меча, но так и застыл, поскольку напротив него стоял Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши несколько раз медленно моргнул. Ему казалось, что он всё ещё пребывает в царстве сна. Как иначе Лянь Жэнь мог оказаться на пороге его кондитерской?

— Доброе утро, господин Тянь Ши, — сказал Лянь Жэнь и поклонился.

Только тогда господин Тянь Ши заметил, что у его помощника, точнее бывшего помощника, за спиной находилось нечто непонятное, обёрнутое в ткань и привязанное к спине верёвками

— Я войду?

От такой наглости у господина Тянь Ши перехватило дыхание. Ладно Лянь Жэнь заявился на пороге его кондитерской, но, чтобы иметь наглость попросить войти?

— Не удалось впечатлить «Зелёного Императора» своими умениями? — съязвил господин Тянь Ши, но отчего-то сделал шаг назад, пропуская парня внутрь.

— Я пришёл, поскольку отпросился у вас только на вчерашний день, — ответил Лянь Жэнь, проходя в главный зал и закрывая за собой дверь.

Пока он снимал со спины свою ношу и аккуратно ставил её у стены, господин Тянь Ши подошёл к прилавку, опуская на него Тянь-Тяня. Он всё ещё был не в лучшем расположении духа, поэтому считал, что нужно быть предельно осторожным.

Крепко сжимая в руках меч, он думал о том, что с этого момента Лянь Жэня нужно начать воспринимать как недруга.

— Что насчёт «Зелёного Императора»? — с нажимом произнес господин Тянь Ши, развернувшись так, чтобы смотреть Лянь Жэню прямо в глаза.

Тот приблизился к нему, останавливаясь на расстоянии нескольких шагов, и поднял виноватый взгляд на господина Тянь Ши.

— Я знаю, вы злитесь на меня. Я понимаю, что поступил глупо...

— Наоборот, мне кажется, ты поступил довольно умно. Ты не должен заботится ни о ком другом, кроме самого себя. И конечно же не должен упускать такой шанс, — сказал господин Тянь Ши, понимая, что на этот раз его слова шли от чистого сердца.

Он действительно считал, что Лянь Жэнь должен воспользоваться этим шансом стать великим поваром. Если уж ему удалось впечатлить владельцев столь знаменитого места.

— Простите меня, господин Тянь Ши, — ещё раз повторил Лянь Жэнь, — простите за то, что заставил вас волноваться. Я поступил глупо, приняв чужие желание за свои собственные. Позавчера я не понимал того, что тот факт, что все повара этого города мечтают работать в «Зелёном Императоре», не означает, что и я должен мечтать о том же.

— О чем же ты мечтаешь?

— Два месяца назад, после того как я поговорил с вашим бывшим помощником, я мечтал о том, чтобы продержаться у вас как можно дольше и успеть приготовить вместе с вами все десять блюд. И стоило мне забыть о своём желании, как оно исполнилось. Когда я только приехал в этот город и услышал о таком знаменитом месте как «Зелёный Император», я мечтал о том, чтобы однажды получить там работу. И, знаете, как только я забыл об этом желании, оно исполнилось. Вчера я даже не осмелился пойти туда. Я дошёл до нужной улицы и стоял как вкопанный напротив уродливого здания, понимая, что оно не имеет ничего общего с тем, о чём я мечтаю сейчас.

— О чём же ты сейчас мечтаешь? — осторожно спросил господин Тянь Ши, боясь, что он вновь лишь себе напридумывал.

— Сейчас я мечтаю о том, чтобы проработать в «Танхулу» ещё десять лет. А потом ещё десять, и ещё, и так до бесконечности.

— То есть...

— Если вы позволите, я бы хотел остаться вашим помощником как можно дольше, — сказал Лянь Жэнь, ярко улыбаясь.

— Ты хочешь сказать, что мне не придётся выманивать тебя из «Зелёного Императора» обещаниями, что удвою твоё жалование, если ты вернёшься в кондитерскую? — спросил господин Тянь Ши, всё ещё глядя на него с недоверием.

— Нет конечно! — тут же воскликнул тот.

По правде говоря, Лянь Жэнь никогда не видел господина Тянь Ши таким растерянным. Казалось, скажи ему хоть одно неправильное слово, и он либо расплачется на месте, либо выхватит свой меч и начнёт кромсать всех вокруг.

Но его слова растрогали Лянь Жэня. Лишь представив, как он стоял бы напротив «Зелёного Императора» и посылал через мальчишку-посыльного Лянь Жэню записки, в которых непременно говорилось бы о том, что если он не вернётся в кондитерскую, господин Тянь Ши оторвёт ему голову, и даже не подумает увеличить его жалование, если Лянь Жэнь не поторопится, ему стало очень тепло на душе. Получается, господин Тянь Ши и впрямь переживал за него и волновался, что Лянь Жэнь перестанет быть его помощником.

— Так ты не собираешься уходить из нашей кондитерской? — всё ещё слегка неуверенно спросил господин Тянь Ши, пристально разглядывая Лянь Жэня.

— Нет конечно, что за глупости вы говорите? Я собираюсь остаться вашим помощником так долго, как только смогу и буду надоедать вам своим присутствием день ото дня, пока вы сами меня отсюда не выгоните.

— Куда же я тебя выгоню... — ворчливо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши.

— Господин... Вы такой замечательный, — сказал Лянь Жэнь, после чего преодолел расстояние между ними и крепко обнял господина Тянь Ши.

Тот от неожиданности замер и не смог выдавить из себя ни слова. В медвежьих объятиях Лянь Жэня господин Тянь Ши ощущал себя маленьким и уязвимым, несмотря на то что по-прежнему держал в своей руке меч.

— Как я могу уйти и оставить вас с Тянь-Тянем одних? Вон, за день, пока меня не было, вы даже успели похудеть, — сказал Лянь Жэнь и, крепче прижав к себе господина Тянь Ши, слегка приподнял его над полом, дабы точно убедиться, что тот несколько похудел, пока Лянь Жэнь отсутствовал.

На это господин Тянь Ши сдавлена ойкнул и свободной рукой крепче вцепился в плечо Лянь Жэня испугавшись что тот может его уронить. Но Лянь Жэнь держал его крепко и кажется не собирался отпускать, в то время как господин Тянь Ши чувствовал себя до невозможности неловко и желал как можно быстрее отстраниться.

— Поставь меня обратно, — сказал господин Тянь Ши, пытаясь придать своему голосу серьёзности.

Он услышал тихий смешок Лянь Жэня, после чего тот очень бережно поставил его обратно на пол и сделал несколько шагов назад, чтобы в случае, если господин Тянь Ши всё-таки решится применить свой меч Лянь Жэнь успел благополучно увернуться от его ударов.

но ударов конечно же не последовало, поскольку сам господин Тянь Ши быстро отвернулся к прилавку понимая, что его лицо горит огнём.

Он не привык к таким проявлениям нежности и в такие моменты всегда чувствовал себя очень неловко, желая как можно быстрее сбежать.

— Что там у тебя? — тут же решил перевести тему господин Тянь Ши.

— Сейчас покажу!

Осторожно размотав всю ткань, Лянь Жэнь положил на маленький столик для посетителей нечто великолепное.

Это была вывеска. Вывеска для кондитерской, которую самолично смастерил Лянь Жэнь.

— Когда только успел? — поражённо спросил господин Тянь Ши и подошёл ближе, чтобы её рассмотреть.

Огромный прямоугольный кусок красного дерева без изъяна, что служил основой, переливался киноварью в лучах солнца. По бокам, формируя своими туловищами своеобразную раму, располагались два дракона. Золотисто-жёлтые, они огибали всю вывеску, а сверху их морды сталкивались так, что они смотрели прямо друг на друга. Языки извергаемого ими пламени перемешивались, образуя чудесный узор.

Господин Тянь Ши осторожно прикоснулся худыми тонкими пальцами к чешуе одного из драконов и, проведя по его туловищу, заметил, что внизу драконы переплели свои хвосты в причудливую форму, которая сильно напоминали мучную петельку, махуа.

Господин Тянь Ши не смог скрыть восторга и широко улыбнулся. Вывеска была настолько великолепной, что он стал сомневаться в том, что её сотворила рука человека ведь всё было проработано до малейших деталей. Даже глаза были красными с чёрной точкой посередине, отчего драконы казались живыми. И очень похожими на те, что были нарисованы на купленных им ранее фарфоровых чашках.

— Когда ты успел? — вновь спросил господин Тянь Ши, поднимая свой взгляд на Лянь Жэня.

Тот, как будто только и ждал, когда господин Тянь Ши обратит на него своё внимание, поскольку тут же начал тараторить, рассказывая, как именно ему удалось сотворить такую красоту.

— Я дерево купил ещё в тот день, когда вы сказали, что я могу заняться вывеской. Как только вернулся из того проклятого места, так и начал. Мне казалось, если я приду без неё, вы меня не пустите в кондитерскую.

— Что за глупость, Лянь Жэнь, — усмехнулся господин Тянь Ши, возвращаясь к любованию прекрасной вывеской, подмечая, что сама надпись с названием была тоже золотой, как и драконы и, смотрелось это очень изящно.

Заметив, что господин Тянь Ши обратил своё внимание на надпись, Лянь Жэнь тут же поспешил рассказать, как же именно она была сделана:

— Я закончил вчера поздно ночью, вы не представляете, с каким трудом мне удалось разбудить моего соседа. Он получил высший балл на экзамене по каллиграфии, и я знал, что нет человека искуснее него, но даже не предполагал, что он лёгким движением руки тут же начнёт порхать прямо на дереве. Я ожидал, что он сначала несколько раз потренируется на бумаге, а потому немного испугался, что он всё испортит, ошибившись. Но вы не поверите! Он не ошибся, нарисовал эти иероглифы с первого раза! Я проверял, мои соседи проверяли и в конечном итоге сказали, что никогда не видели надписи великолепней.

— Это действительно великолепно. — тихо сказал господин Тянь Ши, благодарно улыбаясь, — Спасибо тебе, вывеска прекрасна.

Господин Тянь Ши не пожалел о своих слова, поскольку его помощник тут же засиял, как яркое солнце.

— Вам нравится? — как будто сам не веря в то, что сделанная им вывеска может понравится слегка смущенно спросил Лянь Жэнь.

— Нравится, — коротко кивнул в подтверждение своих слов господин Тянь Ши.

— Я очень рад, что вам понравилось, значит, я не зря старался, — сказал Лянь Жэнь, собирая куски тряпья, в которые до этого обернул своё изделие.

Господин Тянь Ши, который внимательно на него смотрел, заметил в кусках ткани кончик чего-то зелёного.

— У тебя там ещё что-то есть? — удивлённо спросил он.

Смущённо глядя на него в ответ, Лянь Жэнь несколько раз кивнув, после чего отвернулся. Господин Тянь Ши с удивлением наблюдал за тем, как один за другим на пол падают куски ткани. Лянь Жэнь что-то разворачивал, но было сложно сказать, что именно. Закончив, он неловко спрятал предмет за спину, будучи не вполне уверенным, стоит ли показывать.

— Ну же, Лянь Жэнь, что у тебя там? Ты опять натворил какую-то глупость, что ли? — непонимающе на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Как вы угадали, — неловко улыбаясь, ответил тот, после чего выставил руки вперёд, показывая, что же он так долго прятал.

Это была трость.

Господин Тянь Ши осторожно принял её из рук Лянь Жэня. Пока тот отходил на безопасное для него расстояние, дабы ненароком не стать жертвой гнева своего начальника, который, по всей видимости, недолюбливал такие вещи, сам господин Тянь Ши любовался прекрасной вещью в своих руках.

Трость ощущалась достаточно тяжёлой, но не тяжелее самого меча. Она была деревянной и была покрыта краской ярко-зелёного цвета, напоминающим молодую листву. И, как будто этого было мало, на самой трости были аккуратно вырезаны маленькие листики продолговатой формы, среди которых то тут, то там были спрятаны серебряные полумесяцы. Господин Тянь Ши восхитился умелой рукой мастера, который с тщательностью вырезал это на дереве, а также очень кропотливо покрыл краской. Но самым впечатляющим были не серебряные полумесяцы, а ручка трости, которая была сделана в форме головы дракона и покрыта той же краской. Лишь маленькие глаза бусинки были серебряного цвета с крошечной чёрной точкой прямо посередине.

— Почему именно драконы? — недоумённо спросил господин Тянь Ши.

— Мне казалось, они вам нравятся, — сказал Лянь Жэнь, но его голос прозвучал слегка неуверенно.

— Всё верно. Нравится.

— Вы не сердитесь, пожалуйста. У меня остался кусок дерева от вывески, я решил, что нужно сделать что-то не только для кондитерской, но и лично для вас. Я прекрасно знаю, что вы наотрез отказываетесь использовать трость, но вы можете пользоваться ею, когда никто не видит, например, в те дни, когда идёт дождь, а ваша нога особенно сильно болит. Я обещаю никому не рассказывать и, если вы хотите, могу даже закрыть глаза, чтобы не видеть этого.

— Я непременно ею воспользуюсь как-нибудь, — очень тихо ответил господин Тянь Ши, Лянь Жэню даже пришлось напрячься, чтобы его расслышать.

Это было невероятно. Господину Тянь Ши понравилось трость. Однако через мгновение он погрустнел, отчего Лянь Жэнь встрепенулся.

— Думаю, ты зря растрачиваешь свой талант на эту кондитерскую. Если бы ты поменял бы свой род занятий и пошёл в ученики к знаменитому мастеру, что занимается резьбой по дереву, вскоре ты бы достиг небывалых высот.

— Что вы, господин Тянь Ши. Не говорите такого, это далеко не так красиво.

— Ты прав, это не красиво. Это просто великолепно, и ты не должен губить свой талант.

— Я не хочу! — тут же громко воскликнул Лянь Жэнь, — Несмотря на то, что мне очень нравится заниматься деревом, и подолгу с ним возиться на досуге, но я не представляю, как бы мог заниматься этим день ото дня. Понимаете, резьба по дереву — это нечто, что помогает мне привести мысли в порядок. Интересное увлечение на досуге, не более. Если хотите, считайте, что резьба по дереву для меня как работа для души, в то время как работа в кондитерской именно то, чем я хочу заниматься каждый день на протяжении долгих лет. Вы не поверите, но я даже готов этим заниматься без выходных, настолько сильно мне это нравится. Но только при условии, что работать я буду в вашей кондитерской и непосредственно под вашим чутким руководством.

— Конечно же я тебе не поверю. Ведь любой человек скажет, что для того, чтобы усердно работать, нужно также усердно отдыхать. Выходной даётся именно для того, чтобы восполнить силы. Ты не должен говорить, что предпочёл бы заниматься делом без единого выходного. Уверен, если бы это было так, работа в нашей кондитерской вскоре тебе надоела бы.

— Вы сказали «нашей кондитерской»? — проговорил Лянь Жэнь слегка смущённо.

Господин Тянь Ши сам растерялся.

— Получается, вы не собираетесь меня увольнять? — осторожно спросил Лянь Жэнь, глядя на господина Тянь Ши с сомнением.

Он понимал, что тот в самом деле не собирался его увольнять, но отчего-то всё же задал этот глупый вопрос, желая быть полностью уверенным в том, что его присутствие в «Танхулу» действительно важно для господина Тянь Ши.

— С какой стати мне тебя увольнять? — возмущённо вскрикнул тот.

— Я ведь вчера отсутствовал.

— Всё верно, ты ведь попросил у меня выходной. И вместо того, чтобы отдыхать и восполнять силы, ты потратил его на то, чтобы сделать эту прекрасную вывеску. Получается, ты, даже сидя дома работал на благо кондитерской. Это же просто неприемлемо. Такое отношение к делам мне не очень нравится, поэтому ты обязательно получишь ещё один выходной. А также, я, конечно, возмещу тебе все затраты. Сколько ты потратил на дерево? — спросил мягко господин Тянь Ши.

— Всё, что у меня было, — сказал с улыбкой Лянь Жэнь, всем своим видом показывая, что ни капли не жалеет о том, что потратил все сбережения на дорогущее красное дерево.

— Глупый мальчишка, — рассержено выдохнул господин Тянь Ши, морща лоб.

— Такой уж я уродился, и ничего с этим нельзя поделать! — весело воскликнул Лянь Жэнь.

Глядя на его улыбчивое лицо, господин Тянь Ши вспомнил, как некрасиво повёл себя тем вечером, и в его голову начали закрадываться мысли о том, что именно из-за этого Лянь Жэнь отказался от работы в «Зелёном Императоре».

— Я сожалею о том, что произошло тем вечером и хотел бы принести тебе свои извинения. Кажется, я своими необдуманными действиями повлиял на твой выбор. Я повёл себя, как старый дурак, вместо того чтобы поддержать тебя и помочь сделать правильный выбор. Прости... Это была очень хорошая возможность для тебя, как повара, и ты упустил её по моей вине. Но пойми меня, я разгневался, как только услышал о «Зелёным Императоре». Ты прекрасно знаешь, что одно лишь упоминание об этом месте заставляет меня терять самообладание. Я поступил так некрасиво с тобой тем вечером потому что мне показалось, что все эти месяцы... С самого начала, мне показалось, что это была всего лишь игра... В один момент я дал слабину и позволил себе засомневаться в тебе, и мне показалось, что тебя подослали ко мне, и, когда я уже успел к тебе привыкнуть, они решили нанести мне очередной удар и выманить тебя обратно... Я также сожалею о том, что кидал в тебя сладостями. Это был непростительный поступок с моей стороны. Я, наверное, заставил тебя пожалеть о том, что ты вообще поступил на работу ко мне. Даже не представляю, как ты вернулся после такого.

Его голос слегка дрожал, когда он произносил последние слова. Лянь Жэнь даже не думал, что тот вознамериться извиниться перед ним, ведь считал, что именно он поступил плохо по отношению к господину Тянь Ши.

— Знаете, я жалею лишь об одном, — очень серьёзным голосом сказал Лянь Жэнь, пытаясь посмотреть прячущему свой взгляд господину Тянь Ши прямо в глаза.

— О чём же ты жалеешь? — тихо пробубнил тот себе под нос, буравя носки своих домашних тапочек.

— О том, что вы так метко бросали в меня цзянь дуй! Если бы вы целились чуть ниже, я бы непременно сумел бы их поймать ртом и съесть, а так столько сладостей пропало зря.

Лицо Лянь Жэня озарила яркая улыбка, и господин Тянь Ши не смог не улыбнуться в ответ.

Этот глупый мальчишка всегда так прилежно следовал всем его правилам и в тоже время каждый раз так ловко их обходил.

— Ты неисправим, Лянь Жэнь, — тихо выдохнул господин Тянь Ши, наконец чувствуя облегчение.

— Может, ещё раз обнимемся? — невинно хлопая глазами, спросил тот, и лицо господина Тянь Ши тут же стало серьёзным.

— Хватит на сегодня обниманий! — воскликнул тот, выставив перед собой руку.

— К чему такая спешка, господин Тянь Ши? — полюбопытствовал Лянь Жэнь.

— Хочу чтобы все соседи обзавидовались, глядя на нашу новую вывеску! И я категорически запрещаю тебе делать такие же прекрасные вывески для кого-либо ещё.

— Даже если меня попросит кто-нибудь из ваших соседей?

— Конечно, ты можешь делать им вывески, но только сделай их чуточку менее красивыми, чем эта, — слегка смущённо сказал господин Тянь Ши, пряча свой взгляд и чувствуя при этом себя до невозможности неловко, поскольку его поведение было слишком схоже с поведением маленького ревнивого ребёнка.

— Только при одном условии, — хитро на него глядя, сказал Лянь Жэнь.

— И какое же у тебя условие?

— Что вы хоть время от времени будете использовать трость, что я для вас изготовил. Иначе получается, что я смастерил её зря. Мне не хотелось бы, чтобы она пылилась в углу, лучше бы трость помогала вам — так же, как помогаю вам я.

— Хорошо, но на улицу с ней выходить я не обещаю.

— Это и не нужно, для прогулок на улице у вас есть я.

— Глупости какие... — пробурчал себе под нос господин Тянь Ши, — Хватит этих разговоров, нам ещё предстоит куча дел. Нужно вызвать рабочих, чтобы они повесили вывеску, а также приготовить цзян дуй.

— Мы будем принимать сегодня посетителей? — удивился Лянь Жэнь, отправляясь на кухню вслед за господином Тянь Ши, — Ведь уже довольно поздно.

— Нет, мы приготовим маленькую порцию для нас с тобой. Нужно ведь отметить твоё возвращение и стереть из твоей памяти неприятные воспоминания о цзян дуй.

— Вам кто-нибудь говорил, что вы самый лучший? — спросил Лянь Жэнь, слегка пританцовывая от радости, — Если нет, скажу я. Вы самый лучший!

— Вздор!

***

— Какая прекрасная вывеска, я никогда не видела такого раньше

— Я тоже. Наверняка именно поэтому кондитерская не работала несколько дней.

— Оно того стоило, теперь мне захочется чаще здесь гулять. Может быть, даже отважусь отстоять у них в очереди.

— Верно, я тоже об этом подумала, давай прямо завтра.

— Давай!

Весело болтая, и восхищаясь новой вывеской кондитерской «Танхулу» две девушки и не заметили двух мужчин на пороге таверны напротив, что так же, как и они ею любовались.

— Получилось просто замечательно, — сказал господин Тянь Ши.

— Рад, что вам нравится, — улыбнулся в ответ на его слова Лянь Жэнь.

Им невероятно повезло, поскольку владелец таверны напротив, которая была знаменита своими пельменями из мяса гуся, как раз сегодня затеял маленький ремонт на кухне. И Лянь Жэню удалось его уговорить одолжить двух рабочих на некоторое время.

Вооружившись длинной лестницей, которую любезно им одолжил всё тот же хозяин таверны напротив, Лянь Жэнь вместе с рабочими сначала снял старую и пыльную вывеску, после чего повесил новую.

Господин Тянь Ши стоял слегка поодаль и руководил процессом, подсказывая, какой угол нужно слегка приподнять, а какой опустить.

Когда они закончили, господин Тянь Ши щедро расплатился с рабочими и даже угостил их сладостями, что они успели приготовить сутра. Лянь Жэнь был удивлён такой щедрости с его стороны и верно предположил, что это вызвано хорошим настроением.

Этому свидетельствовала не только невиданная ранее щедрость, но и лёгкая улыбка, которая весь день не сходила с его лица. Желая, чтобы это продлилось как можно дольше, Лянь Жэнь предложил немного посидеть на пороге таверны напротив, чтобы полюбоваться проделанной работой. Господин Тянь Ши, который раньше ни за что бы не согласился сесть на холодный грязный камень прямо посреди улицы, в этот раз не имел ничего против.

— Как думаешь, что будет с нашей кондитерской через десять лет? — внезапно нарушил воцарившееся молчание господин Тянь Ши.

— Я думаю, ничего не изменится, — тут же ответил Лянь Жэнь.

— Почему ты так говоришь? Разве ты не хотел бы перемен?

— Перемены не всегда хорошая вещь. Иногда то, что есть сейчас, самое лучшее из возможного. Поэтому я надеюсь, что кондитерская останется точно такой даже через десять лет. Мы будем с утра готовить сладости, а люди будут выстраиваться в длинную очередь, чтобы их отведать.

— Ладно, тут я с тобой согласен. Я и сам бы желал, чтобы в нашей кондитерской ничего не менялось.

Лянь Жэнь повернулся к господину Тянь Ши и чуть дольше, чем обычно, задержал свой взгляд.

— Господин, хотите, скажу вам, почему именно мне так нравится у вас работать? — внезапно спросил он, чем заслужил довольно странный взгляд.

— Ну же, порази меня очередной глупостью, — слегка ворчливо согласился господин Тянь Ши.

— Вы с самого начала вместо того, чтобы говорить «моя кондитерская» говорили «наша кондитерская», и каждый раз, когда я слышал это, чувствовал себя незаменимым в этом волшебном месте под названием кондитерская «Танхулу».

Господин Тянь Ши, который до этого сосредоточенно слушал Лянь Жэня, мягко ему улыбнулся.

— Ты и есть незаменим. Мы все... Ты, я и Тянь-Тянь, который, если не будет вскоре покормлен, разнесет всю кухню.

— Точно! Тянь-Тянь! — воскликнул Лянь Жэнь и тут же вскочил на ноги, — Я забыл его покормить.

— Подожди, я с тобой — тихо рассмеялся господин Тянь Ши и, схватив трость, оперся на неё, чтобы встать с низкого порога таверны.

— Вы же говорили, что не будете выходить с ней на улицу! — пораженно воскликнул Лянь Жэнь, заметив свой подарок.

— Как же я ещё, по-твоему, смог бы отсюда встать? — ответил господин Тянь Ши, недовольно поморщившись и осторожно опираясь на трость следуя за Лянь Жэнем по направлению к их кондитерской, — К тому же, должен же был я её проверить, вдруг бы она противно скрипела или развалилась на кусочки в самый ответственный момент.

— И как? — встревоженно спросил Лянь Жэнь, останавливаясь прямо напротив.

— Неплохо, но ты в качестве трости нравился мне куда больше, — хитро на него глядя, сказал господин Тянь Ши.

— Тогда, пожалуйста, пользуйтесь почаще вашей тростью по имени Лянь Жэнь! — воскликнул сам Лянь Жэнь так громко, что несколько зевак в конце улицы даже обернулись на его возглас.

— Непременно, а теперь иди и покорми Тянь-Тяня, иначе перемены на кухне будут неизбежны.

Ярко улыбаясь, Лянь Жэнь побежал вперед и скрылся в здании кондитерской, в то время как господин Тянь Ши остановился и, высоко подняв голову, посмотрел на их новую вывеску.

Кажется, он больше не страшился перемен. Ведь они порою могут означать двух огнедышащих драконов, смотрящих друг на друга, иногда черного милого котика, а в очень редких случаях переменами был верный помощник, без которого теперь уж точно не справится. Перемены были неизбежными, поэтому господин Тянь Ши пообещал себе, что будет меньше волноваться на их счет и попробует сосредоточиться на тех значимых вещах, что окружали его. Он чуть шире улыбнулся, ведь громкие шаги надвигающихся перемен слышались совсем рядом.

— Господин, пойдемте быстрее, сегодня вечером я хочу приготовить для вас тыквенные пирожки. А они так долго готовятся, нужно сначала запечь тыкву, потом сделать из нее кашу и смешать с мукой, пока не получится твердое тесто. Потом раскатать маленькие шарики и добавить начинку. Вы какую начинку хотите? Ореховую или из сладкой фасоли?

— Ореховую.

— Вот значит, надо еще сделать ореховую начинку, спрятать ее в тесто, а потом всё это дело обжарить. И не забыть бы обвалять их в сухарях и кунжуте. У меня столько дел, столько дел, а вы тут застряли, пойдемте быстрее! — продолжая ярко улыбаться говорил Лянь Жэнь.

Господин Тянь Ши посмотрел на Лянь Жэня, а потом легким движением руки снял с шеи длинную цепочку, на которой висел ключ от всех кухонных шкафчиков, и протянул ее Лянь Жэню.

Тот настолько был поражен, что даже не вытянул руку, чтобы принять ключ. Тогда господин Тянь Ши лишь мягко улыбнулся, взял ладонь Лянь Жэня и вложил в нее ключ, после чего сказал:

— Ну же, Лянь Жэнь, поторопись, я очень голодный.

КОНЕЦ