26.
От лица Егора:
Я помог Наде перебраться назад, предварительно соорудив там удобное место, где можно расположиться и отдохнуть. Из-за повысившейся температуры тела, она беспрекословно выполнила мое настояние, и уже через несколько минут я четко слышал, как она сопит, находясь под несколькими тёплыми пледами, которые нам одолжил Миша перед отъездом. Видя ее усталый вид и взгляд, полный разочарований и обид на окружающий ее мир, мне почему-то стало ее жаль и впервые я усомнился в правильности своих действий. Мне действительно показалось, что начатый мною разговор, на который меня вывела Надя, был завязан чересчур рано, когда она не была к этому подготовлена в моральном плане. Я прекрасно владел информацией о ее характере и смело предполагал о такой реакции, но нечто непонятное сподвигло меня на это, и всё-таки я дал себе волю ей все рассказать. Но, не взирая на это я находил плюсы в том, что со спокойной душой могу быть рядом, не скрывая от неё ничего, за исключением незначительных деталей. Эта ночь оказалась одной из тяжелых за все это время, что мы проводим вместе. Но несмотря на это, я был рад, что именно сейчас и при таких обстоятельствах она узнала правду, которая, возможно, изменила ее мнение о окружающих.
Дождавшись, когда непогода стихнет, и оставшуюся дорогу мы проведём в окружение ясного неба, я завёл автомобиль и мы покинули это место. Ведь нам оставалось преодолеть совсем небольшое расстояние до места назначения, и по моим подсчетам уже к вечеру мы будем на месте. С учетом всех препятствующих нам обстоятельств, мы к моему сожалению, движемся не так быстро, как было запланировано изначально. И наверное, это заставляло меня начинать сомневаться в нашем, возможном, удачном прибытии к назначенному месту. Я действительно начинал опасаться того, что дальнейшая дорога пройдёт небезопасно без всяких неожиданных поворотов. Но где-то внутри я чувствовал, что эта дорога несёт за собой ещё много сюрпризов.
К полудню я точно осознал необходимость в временной остановке, чтобы, как минимум: умыться, заправить машину и немного перекусить. Ведь я, в отличие от Нади, успел выпить немного кофе, а бедная девочка не ела со вчерашнего дня. Поэтому я смело остановил автомобиль на парковке одной из заправок, которая попалась на нашем пути. Благо, в наше время заправки наделены всеми необходимыми благами для повседневной жизни человечества.
— Надя, просыпайся, — произнёс я, когда не взирая на острую боль в плече, появившуюся в результате моего резкого поворота телом, я аккуратно прикоснулся ладонью к ее лбу и шумно выдохнул, когда удостоверился во все ещё повышенной температуре.
— Егор, пожалуйста, я плохо себя чувствую, — охрипшим голосом проговорила она, после того, как я вновь ее легонько начал трясти за правое плечо. По ее голосу можно было понять, что ей совсем не лучше, а напротив, становится хуже, и виной этому служит не наше уединение.
— Ну-ка, подползи ко мне, — вынув из кармана телефон, в настройках я быстро нашёл фонарик. Пока Надя, тем временем, приняла сидячее положение, и смотрела на меня своими сонными и красными глазами. — Открывай рот, чего смотришь на меня, — она вновь непонимающе на меня посмотрела, явно думая не о том, о чем надо, но увидев в моей руке телефон с включённым фонариком, в мгновение покраснела и всё-таки открыла рот. Мои предположения оправдались, когда я увидел полностью красное горло. И сейчас я сосредоточенно думал над тем, как ее лечить дальше. — Так, ладно, придумаем что-нибудь. А сейчас пойдём, надо умыться и перекусить, потому что ехать ещё долго, — четко проговариваю я перед тем, как открыть дверь и покинуть тёплый салон автомобиля.
Оказавшись на улице, я тут же помогаю выбраться Наде и вижу, как она ёжится от холода и пытается прижаться ко мне. Своей правой рукой я обхватываю ее плечо, и мы спешим зайти в тёплое помещение, где по всей видимости, будет минимальное количество людей, что я понял благодаря лишь нескольким машинам, которые увидел на небольшой стоянке. Но как только мы оказываемся в тёплом помещение, Надя тут же вырывается из моих объятий и поспешила скрыться за дверьми уборной, что находилась в незаметном углу помещения. Сообщив ей, что буду ждать ее у выхода, направляюсь к кассе, где собираюсь купить несколько напитков и еды.
— Два кофе и чай чёрный, — уверенно произношу я, оказавшись у кассы, где мое внимание привлекает небольшой телевизор, что висел надо мной, — и ещё зелёный чай, пожалуйста, — добавляю я, спрятав правую руку в карман, ведь с левой такие махинации практически невозможны из-за раны.
— Желаете ещё чего-нибудь? — интересуется девушка, которая ловко орудует с кофемашиной, пока я рассматриваю ассортимент продукции. На ее вопрос я лишь что-то мычу себе под нос, а после начинаю перечислять то, чем мы будем завтракать с Надей.
— Перейдём с главным новостям на сегодняшний день. — четко произнесла ведущая федерального канала, когда я успел отойти на несколько шагов назад, и внимательно уставиться в телевизор, — Сегодня ночью, предположительно в четыре часа утра, в одной из гостиниц у трассы М4 «Дон» на выезде из Липецкой области произошло покушение ... — после этих слов я заметно напрягся, ловя на себе неуверенный взгляд девушки, которая продолжала заваривать чай. Я сразу подумал о себе и Наде, но ведь с нашей стороны не было четкого покушения, тогда, быть может, речь идёт не о нас с Надей. Но я рано расслабился, ведь уже через несколько секунд она упомянула о двух полицейских, что скончались на месте. После этих слов я был точно уверен, что дальнейшая речь будет идти о нас. — Предполагаемый убийца — Булаткин Егор Николаевич девяносто девятого года рождения. По некоторым данным на месте преступления находился со своей сообщницей, личность которой установить не удалось. — из раза в раз я встречался с растерянным взглядом светловолосой, пытаясь не показывать своего внутреннего волнения. Но ведущая также упомянула и о показаниях владельца гостинцы, который так удачно успел покинуть это место перед тем, как мы убежали, — Лица девушки разглядеть не удалось, но предполагаемые приметы: синие джинсы и белая кофта с капюшоном, чёрная куртка и длинные волосы со светлыми концами: средний рост и худощавая фигура, — четко перечислила она после того, как также подробно описала мою личность, упомянув о приметах, по которым меня с лёгкостью можно узнать любому прохожему, одной из которых была моя левая рука, а именно, плечо.
— Милая, пойдём, дети в машине заждались, — как только из-за угла вышла Надя, я непременно оказался рядом, и невзирая на боль, левой рукой обнял ее за плечо. Ведь эта незнакомка смотрела на мою больную руку, о которой также не забыли упомянуть. Сейчас мне было необходимо скрыть ее своим телом, ведь о нас рассказали абсолютно все, упомянув о моей деятельности с самого ее зарождения. Поэтому я, не показывая того, как мне больно, продолжал прятать Надю. — Молча идёшь и не задаёшь вопросов. Лицо спрятать не забудь, — сквозь зубы, склонившись к ее ушку, прошептал я, а после, расплывшись в улыбке, оставил поцелуй на виске.
Я проводил Надю до самых дверей, и убедившись, что зеленоглазая накинула на голову капюшон и как можно скорей начинает передвигаться по направлению к автомобилю, я выдохнул, и развернувшись, подошёл к кассе с непринужденным видом. Я знал, что Надя не глупая девочка, и точно понимал, что не сразу, но она однозначно поймёт серьезность ситуации, поэтому, рискуя собственной свободой, я смело начал обыгрывать ситуации. Мои предположения оправдались, и по началу, она возмущённо и непонимающе глазела на меня, но после, уловив на себе мой тревожный взгляд, всё-таки все поняла.
— Сколько с меня? — как ни в чем не бывало поинтересовался я, вынув из кармана пятитысячную купюру. — И шоколадку можно, пожалуйста, — улыбнулся я, наблюдая за тем, как неуверенно она кладёт сладость рядом, — дети сладкое обожают просто, — рассмеялся я, наблюдая за тем, как она неуверенно отсчитывает мне сдачу и начинает натянуто улыбаться в ответ. — Спасибо. Хорошего вам дня. — подмигнув девушке, я взял в руки все то, за что заплатил несколько секунд назад и с легкой улыбкой направился прочь, подсознательно надеясь, что моя актерская игра будет оценена по должному достоинству.
Я быстро сажусь в машину и как можно скорей мы покидаем это место, пока я параллельно наблюдаю за непонимающим взглядом Нади. Уверен, что за эти несколько минут у неё скопилось невообразимое количество интересующих ее вопросов, которые уже совсем скоро посыплются в мою сторону. Но это было сделано во благо нашей свободы и спокойной дальнейшей дороги к месту, где нам в спокойствии и тишине предстоит провести чуть больше месяца.
— Сейчас мы отъедем и надо будет быстро переодеться. — четко проговариваю я, когда это напряженное молчание начинает меня настораживать. — Там в новостях говорили о нас и эта девушка явно что-то заподозрила, поэтому я и прикинулся заботливым мужем и отцом. К счастью, тебя никто не видел, а вот меня видели прекрасно, но все равно, переодеться нам надо, — резко остановив автомобиль у обочины, выкладываю я, и не дождавшись ее ответа, быстро покидаю авто. Безусловно, мы не единственные в такой одежде, но избежать косых взглядов и подозрений в нашу сторону сейчас будет правильней всего.
В багажнике я нахожу для Нади чёрные, свободные, но суженные к низу джинсы с потёртостями и свободный свитшот розового цвета; также беру ремень, ведь сразу вижу, что джинсы ей будут велики, так как Миша не умеет смотреть на бирки и различать размеры. Для себя же выбрал тёмные джинсы и серую толстовку, которые лежали ближе всего ко мне. Все происходит в спешке, поэтому половина вещей просто вываливается из пакетов, в которых они лежали, и ненароком я замечаю красивое белье. Не знаю с какими намерениями Миша выбирал это для неё, но явно, не просто так, чтобы она могла насладиться своей красотой. У этого парня есть жена, от которой он без ума, следовательно, вариантов здесь несколько, один из которых, кажется самым правдивым. А именно, выбирал он комплект не самостоятельно, ведь ничего в этом не понимает, а также, все было сделано только для того, чтобы в один прекрасный момент я увидел ее в нем, а дальше повторилось то, что происходило относительно недавно. Надеюсь, мои предположения в скором времени оправдаются.
— Держи, переодевайся, — проговариваю я, вручая зеленоглазой скомканные вещи. Она с непониманием и стеснением смотрит на меня, но уловив на себе мой строгий взгляд, молча оголяет своё тело, демонстрируя мне свою красивую грудь, прикрытую аккуратным ажурным бюстгальтером.
— Тут бирка, помоги, пожалуйста, — не успев скрыть своё тело кофточкой, она возвращает мне ее с просьбой, оторвать бирку, что я несомненно выполняю, разрывая леску зубами. — Спасибо, — натянув вещь на себя, благодарит Надя, и тут же стягивает с себя джинсы, которые непременно аккуратно складывает, перед этим прикрывая свои худые ножки пледом.
Мы наскоро переодеваемся и уже через несколько минут наконец-таки я достаю недавно купленную еду, которая все еще остаётся тёплой. Надя предпочитает выпить чай, поэтому я протягиваю ей картонный стаканчик и несколько пакетиков с сахаром, а также несколько сандвичей, температура которых остаётся максимально тёплой, в отличие от нескольких других.
— Возьми, — протянув ей плитку молочного шоколада, в мгновение замечаю, как она перестаёт пережёвывать и ее глазки загораются. Никогда ранее не замечал за ней такой страсти к сладкому, ведь она резко выхватывает сладость из моих рук, и пряча за спиной начинает звонко смеяться, продолжая сидеть в позе лотоса. Никогда не понимал людей, у которых так ловко получается сгибать ноги и довольно продолжительно держать их в одном положение. Но в данный момент меня интересует ее редкая, но до безумия красивая улыбка, и приятный, звонкий смех, который в одночасье заполонил салон авто.
Ещё некоторое время мы провели в тишине, каждый поедая свой завтрак, а когда с этим было покончено, Надя приняла положенные таблетки и мы наконец сдвинулись с места. Почти сразу она погрузилась в сон, повернувшись ко мне спиной и вновь укрывшись несколькими пледами из-за одолевшего ее озноба. Я не пытался какими-либо способами препятствовать ее действиям, поэтому молча наблюдал за тем, как она спит, поджав под себя обе ножки.
Как ни странно, но в данный момент я четко размышлял о том, как мы проведём предстоящий месяц, находясь в одном помещение. Дом хоть и был большим, но уже несколько лет он пустует, и единственные, кого мы можем в нем встретить — различные букашки, а также груды мусора и огромное количества паутины с пылью. Чудесным образом Мише удалось раздобыть ключи от этого, на данный момент, не жилого дома, но также, не взирая на это, он пообещал в нем наличие горячей воды и электричества, что несомненно являлось главными благами для нормальной и повседневной жизни там. Раньше в этом доме жила большая семья, но владея огромными мечтами и желаниями о прекрасном будущем для своих детей и не только, было принято покинуть, ранее населяемую глушь и перебираться ближе к цивилизации. По историям брюнета стало ясно, что уже скоро семья оставила все, и прожив в городе несколько месяцев, всем своим составом перебралась заграницу. Продавать дом было действительно глупой затеей, и они это здраво осмысляли, поэтому оставили его на поедание времени.
Время пролетело настолько быстро и незаметно, что я не успел заметить, как небо затянулось небольшим количеством туч и в мгновение ока потемнело, покрываясь звёздами, которых, к сожалению, видно не было. Скорость автомобиля заметно снизилась из-за возникшего гололеда, поэтому на дорогах постоянно образовывались пробки, зачастую, именно в результате ДТП. Проезжая несколько машин, неудачно столкнувшихся, я заметил, как проснулась Надя, и непременно попросила остановить машину, так как резко почувствовала себя плохо.
— Лучше? — поинтересовался я, подойдя к ней с бутылочкой воды. Она продолжала стоять с согнутой спиной и руками, которыми опиралась о колени.
— Не очень, — тяжело дыша, ответила Надя, и я заметил, как жадно она глотает холодный воздух. По всей видимости, ее укачало, ведь температура в машине не низкая, и такое количество времени, проведённое в дороге всё-таки явно давали о себе знать в виде этого.
— Давай-ка ты садись вперёд теперь, — предложил я, понимая, что сидя на пассажирском сидении впереди, шанс ухудшения состояния здоровья в разы уменьшается, нежели, если бы она продолжила сидеть сзади.
После того, как состояние более-менее нормализовалось, то я помог ей дойти к автомобилю, и открыв дверь, начал наблюдать, как она поудобней устраивается на сиденье. Она тут же сняла с себя обувь и поджала под себя свои ножки, которые в последствии прикрыла привычной материей пледа. Оставшуюся дорогу я надеялся провести в более разряженной обстановке, ведь начинал чувствовать, что моя энергия заканчивается и понемногу я начинаю хотеть спать. Но моя цель была прибыть к месту, как можно скорей, и именно поэтому изо всех сил я старался не поддаваться провокациям собственного организма. Меня бы ничто не взбодрило, если бы неожиданно на нашем пути не попалась машина ДПС, около которой находилось два сотрудника, один из которых своим жезлом скомандовал остановиться у обочины рядом.
— Ты главное не выходи, а если начнут что-то предъявлять или просить выйти, то прикидывайся, что тебе очень плохо. — взяв в руки документы, я уже приготовился выйти, как неожиданно оставался, понимая, что на всякий случай мне следует проинструктировать Надю. Ситуации могут быть совершенно разными, поэтому, в данный момент мои действия были точно правильными. — И ничего им не говори, — напоследок выбросил я, а после наскоро покинул тёплый салон авто.