!!!Жизнь - цикличная и однообразная шутка!!!
Пока мне нечем заняться,
Я будто сам себе враг.
Нам нужно крепко обняться,
Я покажу тебе, как.
Я никогда не болею
И никогда не грущу,
Я всё могу и умею,
Я всё пойму и прощу.
Я сочиню новых песен,
Пересчитаю овец
И усну. Мир чудесен,
Как трезвый отец.
Оплачено - Дайте танк(!).
_____________________________________________
Сегодня Джисон проснулся, на удивление в хорошем настроении. В воскресенье он пригласил Минхо погулять и подарил ему подвеску. Ли естественно был удивлен, но тем не менее улыбнулся и сразу же надел на шею подвеску, которая к слову ему очень понравилась. Не зря Хан потратил целую субботу на выбор подарка вместе с Крисом и Чанбином, с которыми, к слову он успел хорошо сблизиться за тот день. Несмотря на то, что проснувшись утром в понедельник он выглядел бодрым и на удивление живым, Хан все равно вернулся к голодовкам, которые начались с утра воскресенья. Хоть сейчас и был уже пятый по счёту урок, есть ему совершенно не хотелось, что не могло его не радовать. Феликс и Хенджин вернулись с дачи и уже во всю рассказывали, как за Хваном погналась соседская собака, ведь она оказалось не привязана. А узнал высокий парень об этом, только после того, как кинул в собаку какую-то небольшую палку. Палка в собаку, слава Богу ее попала, но это, естественно, привело ее в ярость и она, пробравшись через дырку в заборе стремилась оставить на жопе парня несколько дырок от её зубов. К счастью Хенджина, он умел лазать по деревьям, который в деревне было полным-полно. Джисон смеялся, утыкаясь лбом в парту, слушая рассказы парней о двух днях в деревне. Сейчас все будто вернулось в сентябрь. Тогда у Хана ещё не было постоянных перепадов настроения, к которым парни уже привыкли, поэтому сейчас, видя, что друг улыбается целый день и активно проявляет свою тактильность, они тоже улыбались, ведь если друг счастлив, значит у него точно все в порядке. Так же, несмотря на то, что ещё не прошло даже первое полугодие, в классе уже случилась внеплановая пересадка. А все потому что их компания пополнилась на три человека. Чанбин перетащил Сынмина с первой парты на пятую парту второго ряда и теперь парни сидели сбоку от Хана и Минхо. Бан Чан же гордо занял последнюю шестую парту третьего ряда, так что теперь видел всех ребят и даже мог дотянуться до близсидящих парней, чтобы что-то им сказать или положить свою большую руку им на плечо, во время смеха. Их задние парты стали уголком счастья, о котором так мечтал на протяжении всей жизни Хан. Он понимал, что ему несказанно повезло, что он встретил каждого из этих парней. Ну не могло ему так повезти в жизни. Но Джисон просто обажал, уже ставших ему семьей ребят. Парень часто говорил парням, что любит их и те улыбались в ответ, обнимая его. Естественно Хан говорил про любовь на полном серьезе, но эта были именно та любовь, о которой он всегда мечтал, ведь Джисон не верит в любовь как отношения между двумя людьми, для парня высшей степенью любви были именно дружеские отношения. И он был рад, что он нашел эту любовь:
- Как же я вас всех люблю, - в очередной раз сказал Хан, кладя голову на стоженные на парте руки:
- Не расклеивайся, а то я сейчас заплачу, - с улыбкой отозвался Бан Чан, приобнимяа его сзади за плечи:
- Мы тоже тебя любим, - улыбнулся Минхо, потрепав друга по голове. На шее Ли все ещё висел кулак, который вчера подарил ему Хан. Парня это только радовало, отчего он улыбнулся в ответ, неосознанно прокручивая керамическое кольцо на указательном пальце. Если дома у него уже есть семья, хоть и не полноценная, то теперь он кажется нашел второю половину своей семьи, заполнявшую пустоту в сердце. Джисону хотелось улыбаться, смеяться и без умолку говорить с друзьями, да только он не чувствовал, как в сердце, которое он, как он думал наконец-то собрал по частям, в самом центре оставалась зияющая пустота. И Хан так же не чувствовал, что из этой пустоты с каждым днем разрастается его собственная черная дыра, медленно засасывающая его в неизвестном направлении.
***
Парень сидит в комнате, дописывая домашнюю работу, чтобы быстрее приступить к дополнительным урокам. Минхо сидит, закинув ногу на стул, держа в левом кулаке светло-розовую подвеску. Ли сам не понимает, почему улыбается, продолжая решать пример по математике. Внезапно парень быстро закидывает подвеску в пенал, закрывая его, убирая с лица улыбку, начиная изображать полную занятость, ведь услышал шаги по направлению к его двери. Минхо уже давно научился распознавать по шагам кто именно идет к нему и в каком настроении, поэтому парень не удивился, когда спустя пару минут на пороге стоят оба опекуна. Минхо продолжает изображать полное погружение в уроки, стараясь игнорировать внутренний страх, который никогда не показывал. Парень про себя лишь просит, чтобы они ушли как можно быстрее, но его просьбы никто не услышал, потому что спустя пару секунд тяжелые шаги быстро преодолевают остаточное расстояние и мужчина за ворот футболки поднимает пасынка со стула. Минхо не почти не слышет, что тот ему говорит из-за звона в ушах, когда на щеку прилетает тяжелая пощечина. Но Ли и не надо знать за что, ведь что бы он ни сделал, он все равно получит, поэтому просто смирился. Парень лишь надеется, что это закончится как можно быстрее, когда мужчина как обычно заставляет снять с себя футболку. Минхо теряет счет времени, лишь пытаясь сконцентрироваться на мыслях, которые сейчас почему-то направлены только на одного человека. И пусть тяжелый ремень опекуна продолжает опускаться на его спину, перед глазами Минхо стоит его друг и он улыбается. Улыбается ярко, как сегодня. Хан улыбается, но Ли видит то, что, кажется не видит никто. С каждым днем друг все больше улыбается и шутит, все больше пьет кофе и курит сигареты. Джисон вообще перестал говорить о том, что его что-то беспокоит, он лишь старается изо всех сил помочь остальным ребятам, подбадривая их. Минхо даже не замечает, в какой момент он вновь остаётся один в комнате. Парень так и не подтирает футболку с пола, он встает и достает из пенала, ранее спрятанную подвеску. Ему не хочется даже думать, что произойдет, если хоть один из его опекунов узнает об этом. Минхо, морщась от боли, застегивает подвеску на шее и, кое-как натянув на себя футболку, падает на кровать, пытаясь сжаться как можно сильнее, чтобы исчезнуть или спрятаться там, где его не найдут. Парень все ещё пьет свои таблетки, но очень скоро ему придется вновь идти к психотерапевту, чтобы пытаться с них слезть. Антидепрессанты - это не то, что Минхо хочет пить всю оставшуюся жизнь.
***
Картинка перед глазами сменяется значительно быстрее, чем мозг успевает её обработать. Причудливые черви, которые больше похожи на шмелей подхватывают парня, так что он еле удерживается за одну из двадцати лап насекомого. Парень ненавидит высоту, но именно сейчас он поднимается все выше и выше. Когда червошмель попадается в поток холодного ветра, которые больше напоминает течение воды, Минхо не успевает схватиться по крепче, поэтому срывается вниз. Парень чувствует себя осенним лиском, поэтому плавно пикирует на лужу воды на асфальте, рассыпая волну мелких брызгов вокруг себя. Парень чувствует себя кленовым лиском, потому что через пару минут какая-то девочка с тремя глазами поднимает Минхо, и приближает к своим глазам, чтобы получше рассмотреть красивый листик. Когда девочка собиралась запихнуть его в рот, Минхо резко вырвался и, почувствовав, что имеет крылья как у ласточки, взмыл в небо, спасаясь от угрозы быть съеденным. Парень, будучи птицей залетает в окно четырнадцатого этажа и оказывается в кабинете физики. Ли перестает хлопать крыльями и снижается на парту, где сидит Феликс, у которого почему-то волосы высветлены в пепельный и достают до пола:
- Как хорошо, ты как раз во время! Нам нужна твоя помощь, потому что игры начинаются уже через несколько секунд! - парень не стал возражать, пока друг начал выводить его из кабинета. Они оказались на открытом полигоне, где в самом центре стояла скала, на которой было разложено оружие. Феликс куда-то делся, но вдалеке Минхо увидел макушку Бан Чана, который почему-то был в ковбойской шляпе и, активно жестикулируя что-то говорил Чанбину, после чего поцеловал Ян Чонина, который выглядел как принцесса из диснеевских мультиков. Спустя несколько секунд прозвучал голос какой-то женщины:
- Удачных вам голодных игр и пусть удача всегда будет с вами, - после её слов раздался звуковой сигнал и из кустов начали выбирать люди, спеша подобраться к скале. Минхо тоже побежал за всеми, краем глаза видя, как Сынмин резко повалил учителя физики на траву, крепко обнимая и, схвавив первое, что попалось под руку, чем оказались ножи для метания начал убегать обратно, чтобы спрятаться в лесу. Сзади стало слышно крики и выстрелы, но Минхо не оборачивался, пока не добежал до леса. Парень еле смог забраться на дерево и, сев на ветку, начал переводить дыхание. Внезапно к его горлу приставили что-то острое похожее на мачету, но буквально через пару секунд девушка, которая собиралась его убить упала с дерева, ударившись головой об камень, в ее шее торчала стрела с забавным наконечником, который выглядел как китайский фонарик. Минхо повернул голову и оказалось, что на соседней ветке сидел Хан, держа в руках лук со стрелами. Друг тут же улыбнулся и перепрыгнул с ветки, на ветку Ли. Парень ничего не говорил, но явно был рад видеть друга. Минхо хотел было что-то сказать другу, но внезапно почувствовал что-то теплое на губах. Чувствовался привкус земли и крови, но Ли не мог понять, почему сейчас Хан сжимает его волосы, продолжая целовать. Его глаза были карими, но отливали оттенком горького шоколада, который так сильно любит Минхо.
***
Несмотря на то, что в ночь с воскресенья на понедельник парень смог нормально отоспаться, сегодня он вновь неподвижно лежал на кровати, непрерывно пятлясь в потолок. Сегодня Хан не чувствовал ничего и, если вчера он искренне чувствовал себя счастливым, сейчас в голове крутилось навязчивое желание повеситься. Нет, Джисон никогда не в серьез не хотел умереть, но такие мысли посещали его чересчур часто. Но, несмотря на то, что он не чувствовал совершенно никаких эмоций, Хан как обычно улыбался, шутил и обнимал парней. Сейчас они все вместе шли с обеда с торону спорт зала. И хоть Джисон и ныл парням весь день, что голоден, что естественно все воспринимали в шутку и не особо серьезно, парень отказался от обеда, сказав, что перехотел есть, поэтому парням пришлось только улыбнуться и пожать плечами. Хенджин посадил Феликса себе на плечи и бегал с ним, вокруг остальных ребят, пока Кристофер бегал за ними, прося Хвана поставить друга на место, пока тот не упал на пол. Спустя несколько минут прогноз Чана оказался правдивым, потому что Хенджин не удержал Ён Бока за бедра и тот свалился жопой на кафель, но несмотря на боль парень ярко улыбался и смеялся, пока Сынмин и Чанбин помогали ему подняться. Джисон улыбался, продолжая рассказывать какую-то историю о том, как он сломал руку этим летом, когда ходил играть с младшей сестрой в волейбол. Хан шел рядом с Минхо, держа того за предплечье. Джисон держал друга за руку, крепче обычного и, если никто не придал этому значения (кроме самого Минхо), то Хан понимал, зачем это делает. Несмотря на то, что он продолжал строить из себя жизнерадостного дурочка, помимо апатии, из которой сегодня он не вылазил, его накрыла сонливость, ь отчего он на каждом уроке чуть ли не вырубался, не в силах держать голову прямо, отчего она дергалась, когда организм пытался хоть на пару секунд погрузиться в сон. Такой дружной компанией ребята завалились в раздевалку у спорт зала и сразу кинули свои вещи на лавочку. Пока Феликс сидел на лавочке, болтая ногами, начиная рассказывать второсортные анекдоты, которые из его уст звучали в триста раз смешнее, остальные под общий смех начинали переодеваться в физкультурную форму. Пока остальные парни переодевались, Минхо спорил с Феликсом, из-за какого-то анекдота. Хан был рад, что друг носит ту подвеску, которую он ему недавно подарил. Пока остальные смеялись со словечтной перепалки двух Ли, Хан начал переодеваться, повернувшись ко всем спиной. Нет, Джисон не то, чтобы стеснялся, но считал что ещё недостаточно похудел, поэтому переоделся в спортивные вещи достаточно быстро, вновь вливаясь в разговор ребят. Когда Хан вновь прятал зевок в кулак, продолжая что-то рассказывать, прозвенел звонок, оповещающий о начале урока. Крис, Со и Сынмин сразу начали выходить из раздевалки, подгоняя остальных. Феликс, которому и не надо было переодеваться из-за освобождения вышел следом вместо с Хенджином. Хан же хотел предложить подождать друга, но Минхо сказал, чтобы тот быстрее шел на урок, пока физрук не сказал, что тот опоздал:
- В коне концов - я сам виноват, что вместо того, чтобы переодеться с Феликсом болтал, - улыбнулся Минхо, следя за тем, как за Ханом закрывается дверь в раздевалку. Когда Джисон оказался один в коридоре, так как остальные парни уже зашли в физкультурный зал, где уже раздавался свисток учителя, с лица парня слезла перманентная улыбка. Хоть Хан голодает только с воскресенья, боль в животе уже преследует его. Парень ненадолго привалился головой к стене рядом с дверью в раздевалку, стараясь нормализовать внезапно сбившееся дыхание. Он устал. Но он не знает отчего. Джисон тихо выдохнул, опуская голову, после чего увидел на своих ногах все те же летние кроссовки. Блять, он опять забыл надеть кроссовки для физической культуры. Хан оторвался от стены и открывает дверь в раздевалку, сразу заходя в неё. Дверь за ним захлопывается, а перед глазами стоит замеревший на месте Минхо. Парень уже собирался надевать футболку, когда услышал открывающуюся дверь. На теле Ли россыпью находится множество синяков и гематом, которые уходят за спину:
- Блять, - тихо ругается Минхо, когда из его рук выпадает белая футболка. Джисон стоит молча, не отрывая взгляда от синяков друга. На шее Минхо все ещё висит молочно-розовая подвеска в форме кольца. Хан не чувствовал, как руки дрожали и даже не понял, как осел на стену, скатываясь на пол, продолжая цепляться взглядом за каждый синяк. Дрожащими руками парень попытался обнять себя за плечи, чувствуя, как боль в груди только нарастает. Сейчас он был похож на того маленького Джисона, который видел, как избивают его брата. Джисон понял, что плачет, только когда Минхо подбежал к нему, чтобы успокоить парня от нарастающей панической атаки.
***
- Ты что вообще ничего не понимаешь блять? Боже за что мне бог дал такого идиота! - раздраженно сказал мужчина, вновь замахиваясь на сына. На глазах мальчика уже давно наворачивались слезы:
- Любимый, хватит, пожалуйста, он уже все понял! - Юнджин попыталась заступиться за сына, но муж грубо оттолкнул её, вновь ударяя сероглазого мальчика по спине. Хан сидел в комнате напротив, сжимаясь в комок. Он не мог остановить слезы, видя, что отец вновь бъет его брата:
- Да что этот идиот поймет? Его же пока не ударить, от нихуя не понимает! - мужчина продолжал опускать кожаный ремень на спину сына, который уже громко плакал, пытаясь закрыться руками, лишь бы его больше не трогали. Маленький Джисон видел перед глазами лишь солрагающегося от каждого удара старшего брата, пока мама не взяла его за руку, закрывая за собой дверь, уводя в его комнату:
- Сон-и, смотри на меня, - улыбаясь сквозь слезы сказала женщина, дергаясь от каждого удара, который был слышен даже через дверь:
- Мама, Су Хо больно, скажи, чтобы папа перестал! - мальчик плакал, все ещё пытаясь вырваться из объятий матери, чтобы помочь старшему брату:
- Тш.. Сон-и, все будет хорошо.. Просто Су Хо вел себя неправильно.. Все будет хорошо, не переживай, солнышко, - успокаивала младшего сына женщина, гладя того по головке. Конечно все будет хорошо. Конечно он солнышко. Так было каждый гребанный раз. Каждый раз, когда старший ребенок приносил домой двойку или замечание в дневнике. Каждый гребаный раз Юнджин не могла ничего сделать, против мер воспитания ее мужа и была вынуждена успокаивать младшего сына. В первый раз Хан увидел, как наказывают Су Хо, когда старший брат был в начальной школе и учился уже три года. Маленьких Джисон в тот момент ещё не ходил в школу. Так как у него со старшим братом разница в возрасте как-раз и была три года. Именно из-за такого отношения отца к старшему сыну, Хан и боялся допускать ошибки. Именно поэтому он начинал плакать, когда получал плохие оценки. Именно поэтому парень ненавидел, когда мама пытается его погладить по голове или по плечам. Все это слишком напоминало о том, как страдал Су Хо. Самого Хана ни разу не били, но при этом Юнджин постоянно просила сына учиться хорошо и самостоятельно ругала его за плохие оценки. Джисон понимает, что она просто не хотела, чтобы гнев мужа перешёл ещё и среднего ребенка. Но легче от этого Хану не становилось. Все становилось только хуже. И даже после того, как Юнджин развелась с мужем, после смерти старшего сына, для Джисона ничего не изменилось. И, если мать до сих пор просит учиться его на отличные оценки и ругает за ошибки, так как просто привыкла делось это с детства, хотя сама же говорит, что оценки это не главное, Хан от каждой, даже малейшей ошибке, которая ни на что не влияет, представляет перед собой образ отца, который бьет его старшего брата.