Союз против судьбы

Идя по коридору, лёгкие шаги эхом отдавались по территории. В какой-то момент я заметила, что меня начало трясти, но уже не от страха, а от холода. Я чувствовала, как из носа идёт горячее дыхание, глаза ныли от боли и от того, что высыхают, голова трещала, а в висках пульсировало. Пазл сложился. Я заболела.

Открыв дверь кабинета, взгляды учеников упали на меня. Смутившись, я отвела лицо в другую сторону и села за свою парту. Кашлянув в кулак, повернулась к Роуз и тихо прошептала:

— После этого урока иду к Помфри. Кажется, заболела,— предупредила я хриплым голосом, чувствуя, как горло саднит при каждом слове.

Пшеничка обеспокоенно оглядела меня взглядом и, прикусив губу, кивнула, соглашаясь. В её глазах читалась тревога, но она промолчала — знала, что я не люблю, когда меня жалеют.

На удивление, урок прошёл спокойно. Я почти не слушала профессора — мысли путались, перед глазами всё плыло. С его окончанием я медленно собрала учебники в сумку и вместе с Роуз вышла из класса. Но не пройдя и метра, меня окликнул голос:

— Дженнифер!

Я обернулась. Сзади стоял.. конечно же Поттер. Мне уже плохо. Голова кружилась, в горле першило, и единственное, чего хотелось — завалиться в кровать и проспать до завтра. Но он смотрел так серьёзно, что я заставила себя сосредоточиться.

Я собиралась сделать шаг, чтобы подойти ближе, но он опередил меня. Встав рядом, чтобы никто не услышал, произнёс:

— Нужно поговорить, это срочно. В библиотеке после уроков,— натягивая сумку на плечо, он ждал ответа, хотя уже знал его.

— Хорошо,— выдавила я, стараясь не кашлянуть в его сторону.

Он кивнул и поспешил вперёд к уходящему Рону. Я глупо смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом. Только в этот момент меня осенило, что я болею. Температура поднималась, лоб горел, а руки оставались ледяными — верный признак начинающейся лихорадки. Но я не могу не пойти. Срочно же.

— Что он хотел?,— заинтригованно спросила Роуз.

Меня будто из мыслей выдернули. Я обернулась.

— Да так. Ничего особенного..

Она не поверила, но спрашивать не стала — только вздохнула и покачала головой.

***

Уже после уроков я на ватных ногах направлялась в библиотеку. Мне и правда делать нечего, чем больной шататься тут. Каждый шаг давался с трудом, сумка казалась неподъёмной, а коридоры — бесконечными. Я почти жалела, что согласилась.

Проходя через стеллажи с книгами, я глазами искала, где может быть Гарри. И нашла. Он сидел, облокотившись на руку, и сонно зевал. Увидев меня, сразу напрягся.

— Эй, привет,— сказала я, садясь за стол и кидая сумку на ближайший стул.

Он сразу оживился и, поприветствовав, начал без лишних предисловий:

— Хочу поговорить о том, что сегодня несла Трелони. Ты понимаешь, как это важно? Нам нужно решить эту проблему. Думал, мы справимся и ничья помощь не понадобится, но ошибся. Как всегда.

— О чём ты? — переспросила я.

Он выдохнул и, посмотрев прямо в глаза, ответил:

— Надо рассказать Дамблдору. Он поможет.

Сердце застучало с удвоенной силой, я почувствовала лёгкую тошноту, руки нервно теребили край кофты. Я опустила взгляд, рассматривая потертый стол, лишь бы не смотреть на него.

— Может, не стоит? — жалобно произнесла я. — Мы найдём решение и без его помощи. Я..

Он резко перебил:

— Нет. Не найдём. Знаю, что ты боишься. Знаю, что не хочешь рассказывать. Я тоже. Мог бы соврать, сказать: «Найдём решение. Всё будет хорошо». Но мне от этого не легче, понимаешь? У меня и своих проблем хватает. Хочу решить хотя бы эту. Поэтому надо рассказать,— твёрдо ответил он, и в его глазах я увидела неподдельную решимость.

Я кивнула, понимая, что он прав. Придётся. Ну, либо я умру от рук Хранительницы. Дышать стало тяжелее, я чувствовала ком в горле. Мне страшно.

Поттер, видимо, почувствовав это, положил руку мне на плечо:

— Дамблдор поможет, и мы забудем об этом как страшный сон. Обещаю.

Я кивнула и начала дышать глубже, чтобы успокоиться и не расплакаться при первом же слове. Плачу я крайне редко, и только по веским причинам. Это одно из моих лучших качеств.

— Слушай, Дженнифер..,— он убрал руку и вздохнул сквозь зубы. — Ещё хотел поговорить о том, что было на вечеринке.

Зрачки расширились, мне сразу стало жарко от напряжения. Я даже забыла про свою простуду.

— Да, слушаю,— невинно улыбнулась я, будто это не я засосала его там.

Он взлохматил волосы, провёл рукой по лицу:

— Не хочу сейчас глупых разговоров о том, что было. Врать, что всё равно. Просто выслушай.

Я кивнула, готовясь к худшему. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели.

— Знаешь, я начал чувствовать к тебе что-то кроме ненависти перед началом пятого курса. Радовался, что удалось наладить контакт, но это не так. Думал, вижу тебя как подругу, но понимал, что это неправда. Мне трудно говорить, ведь чувствую себя идиотом, когда произношу о чувствах.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

— Блять,— он хлопнул себя по лбу. — Не могу быть сопливым, скажу прямо. Ты мне нравишься, но я..,— он закрыл лицо руками и, выдохнув, продолжил. — Не могу принять этого. Ты для меня останешься всё той же вредной и избалованной слизеринкой, а не объектом симпатии. То есть.. Я..

Я уже хотела сказать, чтобы он сформулировал речь и потом уже говорил, как вдруг он притянул меня за затылок к себе и поцеловал. Тело пронзил ток. Я не ожидала, поэтому застыла на мгновение. Поняв, что к чему, я ответила и положила руки ему на плечи. Поцелуй был робкий, исследующий, но такой желанный. От него пахло мятой и почему-то осенней свежестью. Мы оба понимали, что потом будет стыдно смотреть друг другу в глаза, но это не остановило его.

Отстранившись, я уставилась на него, не зная, как начать разговор. В голове шумело — то ли от температуры, то ли от поцелуя.

Поттер вдруг стыдливо улыбнулся и засмеялся:

— Для меня это очень неловко, но ладно. Будешь..,— он прикусил губу, чтобы заглушить смех, а я невольно улыбнулась, наблюдая за происходящим. — Будешь моей девушкой?

— От кого я слышу? — саркастично подразнила я. — Ладно, если так хочешь. Согласна.

Мы оба улыбнулись, и я поняла, что забыла про всё — даже про Хранительницу, даже про свою больную голову.

Он выдохнул и, устало почесав глаза, ответил:

— Думал, ты меня пошлёшь нахер. Ну, или засмеёшься.

Я хмыкнула, но быстро ответила:

— Я вообще думала, что ты будешь делать вид, будто ничего не было.

— Ненавижу так делать.

Я взяла сумку и, встав со стола, заметила, что Поттер глупо улыбнулся, а затем спросил:

— Теперь можно называть твоего отца папой?

В следующую минуту в него полетела моя сумка, а он залился смехом:

— Шучу! Шучу! Шучу!

— Убью, Поттер,— прошипела я, но улыбка не сходила с лица.

— Только попробуй, Блэк,— парировал он.

Я ухмыльнулась, а потом спросила:

— Завтра пойдём к Дамблдору?

— Да, после уроков.

— Если я не умру от температуры к тому времени.

Он посмотрел на меня внимательнее, будто только сейчас заметил, как я бледна.

— Выглядишь паршиво.

— Спасибо, ты сама нежность,— съязвила я.

Я застыла, а затем тихо призналась:

— Слушай, забыла сказать: я болею, теперь ты заразишься.

Поттер лишь потёр лицо и, зевнув, ответил:

— Зато на уроки не пойду.

Он посмотрел на часы и добавил:

— Скоро отбой, пойдём, провожу до гостиной. Мало ли какие-нибудь Дарки до тебя докопаются.

— Дарк — это фамилия, между прочим,— пробурчала я, но спорить не стала.

Усмехнувшись, мы поплелись к выходу, не зная, что наш разговор с самого начала подслушали..

***

Я с глупой улыбкой зашла в комнату, перебирая события сегодняшнего дня. Но из раздумий меня вывел голос Роуз:

— Ты сходила к мадам Помфри? — она подняла глаза на меня. — Чего такая радостная? Зельеварения завтра не будет?!

— Нет. Но кое-что другое.

Кинув сумку на кровать и оглядевшись — нет ли кого в комнате, кроме нас, — я тихо сказала:

— Мы с Поттером встречаемся.

Лицо Беннет надо было видеть! Глаза распахнуты, рот открыт в шоке. Она даже книгу выронила.

— Вы что?! Как это случилось?! Мне нужны все подробности!

***

Остаток вечера мы провели в разговорах и сплетнях о сегодняшнем «инциденте». Роуз задавала сто вопросов, на десятый у меня начало кружиться голова, но я терпела. К счастью, она понимающая и только рада за нас. Однако сказала: если он меня обидит, ему не жить.

Думаю, этого не произойдёт. Хотя бы в ближайшее время.

Закрыв глаза, я улыбнулась своим мыслям и, несмотря на температуру, заснула с лёгким сердцем.