Союз против судьбы

Я вышла на платформу 9¾, и летний воздух Лондона ударил мне в лицо после прохлады Хогвартс-экспресса. Свобода! Целых два месяца без уроков, Снейпа и этой вечной напряжённости. Я радостно огляделась, ища отца среди встречающих родителей. Роузи уже заметила своих — её мама махала ей с другого конца платформы. Мы переглянулись, она улыбнулась, махнула мне рукой и побежала к ним. Я осталась одна, с чемоданом, полным книг и летних платьев.

Тогда я заметилa вдалеке, у колонны, крупную чёрную собаку. Она сидела неестественно неподвижно, и её умные глаза смотрели прямо на меня. Сириус? Но прежде чем я успела сделать шаг, увидела, как к собаке направляются Гарри Поттер и Рон Уизли. Пёс завилял хвостом, увидев их, а затем его взгляд снова упал на меня. Поттер, заметив мой интерес, нахмурился.

— Что, Блэк, потерялась в толпе? Или просто не знаешь, как самостоятельно добраться домой? — бросил он через головы проходящих учеников.

Я подняла подбородок.
— Нет, просто проверяю, не сбежали ли из зоопарка редкие экземпляры. Ты, кстати, очень похож на один — такой же взъерошенный и невоспитанный.

Рон что-то проворчал, но Сириус (а это определённо был он) прервал нашу перепалку, тронувшись с места и явно показывая, чтобы мы шли за ним. Мы обменялись последними колкими взглядами и, волоча чемоданы, последовали за чёрным псом через вокзал к выходу.

На улице, у старой магловской машины невероятных размеров и ярко-синего цвета, ждали миссис Уизли и мой отец. Увидев его, я забыла о всей своей сдержанности и бросилась к нему, крепко обняв.

— Папа!
— Дженнифер,— он мягко обнял меня в ответ. — Как доехала? Всё в порядке?

— Всё хорошо, — я отстранилась, всё ещё улыбаясь, и из вежливости кивнула миссис Уизли. — Здравствуйте.

— Здравствуй, Дженнифер, — ответила она сдержанно, её взгляд уже бегал по лицам Гарри и Рона, проверяя, целы ли они.

Я оглядела машину — магловское изобретение мистера Уизли. Внутри уже сидели Фред, Джордж и Джинни, которые смотрели на меня с таким же неодобрением, с каким я смотрела на них. Сириус, уже принявший человеческий облик, стоял рядом с отцом. Я снова подбежала и обняла его.

— С возвращением, кузина, — он улыбнулся, но в его глазах была усталость.

К нам подошёл Гарри, и они тоже обнялись — как дядя и племянник, с той лёгкостью, которой у нас с отцом никогда не было. Мне стало щемить в груди от чего-то похожего на зависть. Я отвернулась и полезла в машину, устраиваясь на свободном сиденье как можно дальше от Уизли.

Мистер Уизли сел за руль, и машина тронулась. Я с надеждой смотрела в окно, ожидая знакомых улиц, ведущих к Гриммо-плейс. Но когда мы свернули не туда, сердце упало. Мы ехали к особняку Блэков. ВСЯ эта орда — к нам. Я посмотрела на отца, который сидел на переднем сиденье. В его профиле читалась непреклонность. Когда мы остановились у мрачного фасада, я выпрыгнула из машины и подошла к нему.

— Они все... останутся здесь? — прошептала я, не веря.

— Это необходимо, Джейн, — он тихо сказал, сжимая мою руку. — На время.

— Я не хочу их здесь! — вырвалось у меня, и я не смогла сдержать голос. Рядом стояли и Уизли, и Поттер, но мне было всё равно. — Это наш дом! Они мне не нужны под боком!

Отец резко повернулся ко мне, и в его гладах вспыхнуло что-то острое.
— Так будет, Дженнифер. И это не обсуждается. — Он повысил голос впервые за многие годы, и от этого стало ещё больнее.

Я смотрела на него с разочарованием и обидой. Потом развернулась, схватила свой чемодан (Кричер тут же засуетился, пытаясь помочь, но я отстранила его) и почти побежала к входной двере. Я поднялась на второй этаж, в свою комнату, и захлопнула дверь. Сердце бешено колотилось от злости. Как он мог?

Спустя некоторое время, когда я немного успокоилась, сошла на кухню — пустота в желудке напоминала о себе. Отец ждал меня у стола.

— Нам нужно поговорить, — сказал он спокойно.

Я подошла, надеясь на извинения. Очень зря.

— Мне нужно уехать по делам Ордена. На первые две недели лета. — Он сделал паузу. — Ты поедешь в «Нору» к Уизли.

— Что? НЕТ! — я отшатнулась, как от удара. — Я не поеду к ним! Я лучше буду одна здесь!

— Всего на неделю, Джейн. Сириус будет здесь, но... ему нельзя показываться. Безопаснее тебе будет у Молли.

— Я ненавижу их! — выкрикнула я, и слёзы предательски выступили на глазах. — Я не хочу жить в их дурацком доме, есть их еду, спать в их комнатах!

— Я постараюсь вернуться раньше, — сказал он, и в его голосе прозвучала усталая мольба. — Пожалуйста.

Я смотрела в пол, стиснув зубы. Выбора не было. Я кивнула, не в силах говорить.

— Ещё одно, — добавил он. — Мы не успели подготовить все комнаты. С тобой будет спать Джинни.

— Что?! — я снова подняла на него взгляд. — В моей комнате?

В дверях кухни как раз появилась Джинни.
— Будто я хочу! — фыркнула она, скрестив руки. — Тебе вечно что-то не нравится!

Я открыла рот, чтобы ввернуть что-то по-настоящему ядовитое, но отец резко поднял руку.
— Хватит, договорились.

Вечером за ужином в столовой собрались все. Я сидела рядом с отцом и не притронулась к еде, хотя была голодна. Было невыносимо есть за одним столом с этой толпой. Гарри тоже сидел, уставившись в тарелку. Сириус тихо разговаривал с ним, пытаясь подбодрить, но без особого успеха. Я встала и вышла из-за стола, не дожидаясь конца.

Позже отец заставил меня принести в комнату запасной матрас.
— Ты будешь спать здесь, — сказал он, указывая на пол рядом с моей кроватью.
— Вы с ума сошли?! — возмутилась я. — Я не буду спать на полу в своём же доме!

Но через десять минут я лежала на этом матрасе, уставившись в тёмный потолок. В комнате воцарилась тяжёлая тишина, которую нарушила Джинни.

— Знаешь, ты ведёшь себя как испорченная принцесса, — тихо сказала она с кровати.
— А ты как назойливая муха, которую не могут выгнать из чужого дома, — не осталась в долгу я.
— По крайней мере, моя семья не прячется в своём особняке, боясь собственной тени!
— Зато, моя семья в достатке и не нуждается ни в чём!— выпалила я, мгновенно пожалев о сказанном. Но было поздно.
— Хоть мы не предатели и не трусы! — её голос дрогнул от обиды.
— Заткнись, дура! — прошипела я и резко отвернулась к стене.

Тишина снова упала между нами, теперь натянутая и враждебная. Я лежала, чувствуя, как бесит меня всё: отец, Уизли, Поттер, эта дурацкая война. Все они были невыносимы. С этими мыслями я наконец-то погрузилась в сон.