Разбитое стекло

Прошло относительно много времени, хотя на самом деле Хейли нравились долгие поездки. Когда можно сидеть у окна, смотреть на проносящиеся пейзажи, которые теперь она будет видеть не один раз. Вообще с родителями они много куда ездили, особенно летом. Было тепло, интересно и, самое главное, спокойно. Ключевое слово — спокойно. Её новая знакомая Элис была слишком громкой. Иногда Хейли инстинктивно отстранялась от её резких движений, но та будто не замечала, перескакивая с темы на тему с такой скоростью, что уследить за ходом её мыслей было невозможно. Теперь Хейли начинала понимать Миранду и Молли, которая до сих пор спала.

Если честно, она узнала об Элис за минуту больше, чем о Луисе за две недели от сестры, которая, как выяснилось, ещё и умолчала половину информации. В итоге Хейли пришлось следить за ним самой — так, на всякий случай.

— Кстати говоря! — вдруг воскликнула Элис, хлопнув в ладоши так громко, что Молли пошевелилась во сне, но так и не проснулась. — В нашем вагоне находится сам Гарри Поттер!

Миранда закатила глаза и слегка сморщила нос, выражая всем своим видом глубочайшее безразличие. Хейли удивлённо подняла брови и тихо протянула:

— О-о-о?

Миранда оторвалась от книги, и в её голосе зазвенели холодные нотки:

— И что в этом такого? — она передразнила интонацию Элис: — «Гарри Поттер»! Если честно, не вижу здесь ничего сверхъестественного. Никто толком даже в глаза его не видел, а уже в ноги бросаться готовы. По-любому, какой-нибудь высокомерный выскочка с золотой ложкой во рту.

Элис вспыхнула:

— Вообще-то, Тот-чье-имя-нельзя-называть убил его родителей, когда он был маленьким! И тоже пытался убить его, но он выжил. Это... это... это...

— Что «это»? — перебила Миранда, снова закатывая глаза. — Неудачно сложилась жизнь. Но это не повод сходить с ума из-за одного мальчишки.

Элис покраснела ещё сильнее, её щёки приобрели оттенок спелого помидора.

— Кто это ещё сходит с ума? Я? Да с чего ты взяла? Я просто сказала!

Миранда подняла бровь и скрестила руки на груди, всем видом показывая, что ни секунды не верит подруге. Хейли тихо хихикнула.

— Элис, даже я не верю, — сказала она, и Миранда одобрительно хмыкнула, бросив на новую знакомую короткий благодарный взгляд.

— Кстати, откуда ты знаешь? — не унималась Миранда. — Неужели уже следила за ним?

Элис залилась краской до корней волос.

— Ты вообще... что ты говоришь?!

Хейли рассмеялась. Кажется, ей уже нравилась эта компания.

---

Поезд наконец остановился. Хейли, уже переодетая в мантию, вышла на платформу вместе с новоиспечёнными подругами. Вокруг царила суматоха: дети прощались с родителями, тащили багаж, окликали друг друга. До самого замка добирались на маленьких лодках, которые плыли сами по себе по бескрайнему чёрному озеру. Вода была тёмной и гладкой, как зеркало, а в её глубине иногда мелькали силуэты гигантских существ, которых Хейли предпочла не разглядывать.

Их сопровождал Хагрид — огромный мужчина, под три метра ростом, с густой бородой и добрыми глазами. Он отвечал на вопросы первокурсников так терпеливо и тепло, что даже самые нервные начали успокаиваться.

— Не боись, — прогудел он, когда лодки причалили к берегу. — Хогвартс вас ещё ни разу не подводил.

Хейли подняла голову и замерла.

Замок возвышался перед ней — огромный, древний, величественный. Он был сложен из тёмного камня, который светился в лунном сиянии каким-то внутренним, таинственным светом. Башни уходили высоко в небо, и в их окнах мерцали огоньки — тысячи свечей, которые, казалось, горели сами по себе. Шпили устремлялись вверх, как копья, а стены помнили столько веков, что от одного взгляда на них захватывало дух. Хейли почувствовала, как внутри разливается тепло — не от плаща, а от осознания, что она сейчас войдёт туда, куда мечтала попасть всю жизнь.

Они поднялись по каменным ступеням, миновали тяжёлые дубовые двери, и оказались внутри. Вестибюль был огромным — потолок терялся где-то в темноте, а факелы на стенах отбрасывали пляшущие тени. Лестницы двигались, медленно перестраиваясь, и где-то вдалеке слышался приглушённый гул голосов.

Их встретила высокая женщина в изумрудном платье. На голове у неё красовалась остроконечная шляпа, из-под которой был виден туго зализанный пучок. Её лицо было строгим, но в глазах мелькнуло что-то тёплое, когда она посмотрела на испуганных первокурсников.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — сказала профессор Макгонагалл. — Через несколько минут вы войдёте в Большой зал, где состоится церемония распределения по факультетам. Пока же рекомендую привести себя в порядок.

Она коротко объяснила правила, после чего оставила детей ждать. Где-то впереди послышались голоса — обрывки фраз долетали до Хейли:

— …Гарри Поттер…

— …Малфой…

— …друзья? Нет…

Хейли навострила уши, но понять, о чём именно идёт речь, не успела.

---

Большие дубовые двери распахнулись, и первокурсники двинулись вперёд.

Большой зал оказался ещё великолепнее, чем она представляла. Свечи парили под потолком, отражаясь в золотых тарелках, а сам потолок был зачарован — он показывал небо, усыпанное звёздами. Четыре длинных стола тянулись вдоль зала, и за каждым сидели ученики в мантиях своего факультета. В конце зала, на возвышении, расположился учительский стол, а в центре стоял старый табурет, на котором лежала потрёпанная шляпа.

Распределительная шляпа.

Хейли перевела дыхание и попыталась унять сердце, которое колотилось где-то у горла.

Профессор Макгонагалл развернула свиток и начала вызывать имена:

— Браун, Лаванда!

К столу подбежала девочка с блестящими волосами. Шляпа едва коснулась её головы, как тут же крикнула: «Гриффиндор!»

Стол взорвался аплодисментами.

Хейли слушала имена, впитывая каждое движение. Кто-то уходил к столу в слезах радости, кто-то — с каменным лицом. Шляпа размышляла над одними подолгу, а других определяла в секунду.

— Джонс, Хейли!

Девочка расправила плечи. Она заставила себя идти уверенно, хотя колени предательски дрожали. Со стороны стола Гриффиндора послышались тихие хлопки и приглушённые выкрики:

— Давай, Хейл!

Это была Анна. Какая же она всё-таки колючка, но поддержка сейчас не помешает. Хейли выглядела уверенной — и внутри всё тряслось от страха.

Она села на табурет. Шляпа мягко опустилась на её голову, скользнув почти до самых глаз. На секунду стало темно, а потом в голове раздался тихий, вкрадчивый голос:

— Ох, вижу много храбрости…

Хейли улыбнулась и чуть приподняла подбородок.

— Но также преобладает хитрость, — продолжила шляпа. — Я бы сказала, слишком много.

Хейли широко распахнула глаза. Она никогда не задумывалась о других факультетах, кроме Гриффиндора. Родители — гриффиндорцы, сестра — гриффиндорка. Значит, и она будет там же. Но сейчас… почему-то появились сомнения. Неужели она может попасть куда-то ещё?

— Гриффиндор, — прошептала она едва слышно. — Гриффиндор, Гриффиндор, Гриффиндор…

— Вы уверенны? — голос шляпы звучал почти насмешливо. — Нашлись мне… на мои поля вы… И что ты, и твоя мать? Надеюсь, ты не будешь такой же ненормальной, как Сьюзан.

Раздался тяжёлый выдох, будто шляпа вспоминала что-то давнее и неприятное.

А потом, уже не в голове Хейли, а на весь зал, прозвучало:

— ГРИФФИНДОР!

Стол разразился аплодисментами. Хейли вскочила, сдёрнула шляпу с головы и, сияя от счастья, бросилась к сестре. Анна обняла её и потрепала по макушке:

— Умница, сестрёнка! Я так и знала.

Хейли улыбнулась, пряча облегчение за привычной дерзостью:

— Анна, а как иначе? Если даже ты попала сюда, то я и подавно.

Анна закатила глаза, но всё же обняла сестру ещё раз. Рядом тут же собрались её друзья — они хлопали Хейли по плечу, говорили, что она молодец, что шла увереннее всех, и даже «слизни» не выглядели так гордо.

Хейли рассмеялась и села рядом с Анной.

Элис присоединилась к ним чуть позже — шляпа отправила её в Гриффиндор с такой же уверенностью, с какой Хейли съехала по перилам этим утром. Миранда ушла на Когтевран, и это никого не удивило. Молли, та самая сонная девочка, оказалась на Пуффендуе, что тоже выглядело совершенно естественно.

За столом Гриффиндора Хейли заметила мальчика с ярко-рыжими волосами и веснушчатым лицом. Рон Уизли. Анна когда-то говорила, что Уизли — здесь чуть ли не хозяева, настолько часто их можно встретить в стенах замка. А рядом с ним сидел мальчик в круглых очках — тот самый Гарри Поттер. Он выглядел растерянным, но не высокомерным, вопреки словам Миранды.

Хейли перевела взгляд на другой конец стола, где Перси Уизли, староста, с важным видом поправлял мантию. Анна подошла поздравить его с назначением, и Хейли заметила, как тот густо покраснел, заикнулся, но всё же выдавил из себя «спасибо». Анна похлопала его по плечу — по-дружески, без всякого намёка, — и Хейли была уверена: ещё немного, и парень бы просто растаял на месте.

«Бедный Перси, — подумала Хейли, усмехнувшись про себя. — Совсем не ровно дышит. А она даже не замечает».

Праздник начался. Золотые тарелки наполнились едой, воздух наполнился смехом и звоном вилок. Хейли ела, слушала, смотрела по сторонам и чувствовала, как страх, который преследовал её весь день, медленно отпускает.

Она дома.

Хогвартс встретил её, и это было только начало.

***

Наконец можно было расходиться. Перси провожал первокурсников и рассказывал правила, хотя скорее повторял слова, которые сказал Дамблдор, но более подробно. Рядом с Хейли шла Анна, помогая Перси.

— Спасибо, Анна, я правда мог сам. Я же всё-таки староста, — сказал Перси, когда все уже зашли в гостиную Гриффиндора и разбрелись по своим комнатам.

Анна на самом деле просто шла рядом и обсуждала с Перси, как они ехали.

— Да ничего, Перси, я буквально ничего не делала. Ты всё сам. Кстати, ты отлично справился — даже мне было интересно слушать.

Они оба тихо рассмеялись. Хейли подмигнула сестре и направилась в свою комнату.

Там уже сидела одна девочка с пышными волосами цвета карамели и с немного крупноватыми передними зубами. Она раскладывала вещи, половину из которых составляли книги. Кажется, она очень любила читать. Звали её, вроде бы, Гермиона Грейнджер — Хейли припоминала, что та сидела рядом с ней во время церемонии.

Хейли улыбнулась:

— Привет. Я твоя соседка по комнате, меня зовут Хейли Джонс. Ты вроде Гермиона?

Девочка подняла голову и кивнула, улыбнувшись, показала зубы, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое и немного застенчивое.

— Привет. Очень приятно познакомиться. Надеюсь, мы подружимся.

— Взаимно, — ответила Хейли и тихо улыбнулась.

Она оглядела комнату: четыре кровати под алыми балдахинами, тяжёлые шторы на окнах, старые, но уютные кресла у камина, в котором уже потрескивал огонь. Гостиная Гриффиндора оказалась именно такой, какой её описывала Анна — тёплой, живой и немного величественной. Хейли вдруг почувствовала, что всё правильно. Что она здесь, и это только начало.

Она забралась на свою кровать, поджала ноги и с интересом посмотрела на новую соседку, которая аккуратно расставляла книги на полке у кровати.

«Кажется, у нас будет интересный год», — подумала Хейли, и на губах сама собой расцвела улыбка.