Эпилог: Самое упрямое опровержение
Бальный зал в поместье Малфоев был полон гостей, цветов и смеха. Где-то в углу Рон Уизли горячо спорил с кем-то из дальних родственников Малфоев о квиддиче, а Гарри Поттер, улыбаясь, слушал какую-то цветистую речь Люциуса. Нарцисса Малфой с непривычки улыбалась так широко, что, казалось, вот-вот заболит челюсть.
Но Драко ничего этого не замечал. Он видел только её. Гермиону. В своём не белом, а платье цвета тёплого золота — просто потому, что он как-то обмолвился, что этот оттенок напоминает ему о солнце в библиотеке Хогвартса. Она что-то оживлённо говорила Тео Нотту, жестикулируя, и тот, невозмутимый как всегда, лишь слегка кивал, но в уголках его губ пряталась улыбка.
«Миссис Малфой», — мысленно произнёс Драко, и от этих слов у него до сих пор перехватывало дыхание. Всё ещё казалось нереальным.
Подошёл Блэйз Забини, слегка пошатываясь от шампанского. Он хлопнул Драко по плечу.
— Ну что, Малфой, поздравляю! Ты это сделал. Без моих гениальных советов, заметь. Хотя, признаю, твой последний ход был неплох. Прямота — это, оказывается, сильнее любого зелья.
— Я до сих пор сам не верю, — честно признался Драко, не отрывая глаз от Гермионы.
— Не верь. Просто наслаждайся, — философски заметил Блэйз и отправился к столу с десертами.
В этот момент Гермиона поймала его взгляд через всю комнату. Её глаза блеснули, и она, извинившись перед Тео, направилась к нему, мягко скользя между гостями. Когда она подошла, Драко без слов протянул ей руку. Она взяла её, и её пальцы сплелись с его.
— Устала? — тихо спросил он.
— Ужасно, — ответила она с сияющей улыбкой. — Но это лучшая усталость в моей жизни. Твоя тётя только что попыталась прочесть мне лекцию о семейных ценностях XVII века. Я начала цитировать ей соответствующий параграф из «Истории магического права», и она внезапно вспомнила, что ей нужно поздравить кого-то ещё.
Драко рассмеялся.
— Значит, всё идёт по плану. По нашему плану.
— По плану «отсутствие плана», — поправила она, прижимаясь к его плечу. — Помнишь?
Он помнил. Как же он мог забыть тот вечер в библиотеке, своё отчаянное предложение и её ошеломлённое лицо. Это было всего четыре года назад, но казалось, что прошла целая жизнь. Счастливая, насыщенная спорами, общими проектами, бессонными ночами над книгами и тихими утрами, когда они просто молча пили кофе, наслаждаясь присутствием друг друга.
Из кармана жилетки Драко что-то мягко звякнуло. Он вытащил это — маленькое, треснувшее фарфоровое блюдце с прилипшими к краю тёмными пятнами.
Гермиона подняла бровь.
— Ты пронёс это с собой на свадьбу? Драко, это уже патология.
— Это талисман, — с деланной серьёзностью сказал он. — Напоминание о том, как сильно можно ошибаться. И как важно иногда не слушать никого. Даже... особенно кофейную гущу.
Он повертел блюдце в руках, а потом, посмотрев на неё, со вздохом протянул.
— Ладно. Выбрось. Или разбей. Я шучу. Почти.
Она взяла блюдце, повертела в пальцах, а потом неожиданно подняла руку. Драко на мгновение замер, думая, что она и правда швырнёт его об пол. Но вместо этого Гермиона просто аккуратно поставила его на ближайший подсвечник, где оно и замерло, жалкое и бесполезное, среди роскоши.
— Пусть побудет тут, — сказала она. — Как артефакт. На тему «не верь всему, что видишь, особенно если это абсурд».
— Исключая меня, — тут же добавил Драко.
— Особенно тебя, — парировала она, но её глаза смеялись.
Потом она потянула его за руку в сторону от основных толп гостей, к высоким дверям, ведущим в зимний сад. Там было тихо, пахло влажной землёй и цветами.
— Я рада, что мы сделали это здесь, — тихо сказала Гермиона, обнимая его за талию. — Да, это поместье Малфоев, со всей его историей. Но теперь это и наш дом. Мы наполнили его другим... содержанием. Смехом, спорами, нашими книгами, которые твой отец с ужасом называет «маггловским хламом»...
— ...и которыми он тайно интересуется, я видел, как он вчера листал твой экземпляр о квантовой физике, — закончил Драко.
Она рассмеялась, и этот звук был для него лучше любой музыки.
— Значит, план по завоеванию мира, или, по крайней мере, семьи Малфой, идёт успешно?
— Полная победа, — подтвердил он, целуя её в макушку. — И всё благодаря тому, что одна умная и очень упрямая девушка когда-то решила, что странное, честное признание идиота заслуживает хотя бы чашки кофе.
— Самого отвратительного кофе в её жизни, — напомнила она.
— Зато он сработал, — парировал он.
Они стояли, обнявшись, слушая доносящуюся из зала музыку и смех. Никакой философии. Никаких глубокомысленных размышлений о судьбе. Просто два человека, которые нашли друг друга самым нелепым и самым правильным путём.
— Знаешь, о чём я подумал? — спросил Драко, глядя, как свет из зала падает на её каштановые волосы, теперь свободно лежащие на плечах.
— О том, что тебе пора написать благодарственное письмо той кофейной гуще? — предположила она.
— Нет. О том, что мне совершенно неважно, что будет завтра. Потому что завтра ты проснёшься рядом. И, возможно, начнёшь спорить со мной ещё до завтрака.
— Это не «возможно», — улыбнулась она. — Это гарантировано. У меня уже есть как минимум три тезиса, с которыми ты будешь яростно не согласен.
— Идеально, — сказал Драко Малфой и поцеловал свою жену. Всё было просто. Всё было ясно. И это было самое лучшее опровержение на свете.