Глава 4
И я пыталась сохранить свои секреты глубоко внутри,
Мой разум будто бы смертельно болен.
Halsey — Control
Глаза Юнги расширились, когда наши взгляды встречаются. Не ожидал меня увидеть, да? Что ж, я тоже немного в шоке. И не особо-то рада тому, в каких именно условиях пришлось встретиться. Но, стоит признать, пришла вовремя. Запах крови стал весьма ощутимее, от этого второе «Я» хочет взять надо мной верх.
Они хотят веселья — они его получат.
Специально наступаю на осколки стекла, что валяются под ногами будто бы специально, тем самым привлекая внимание. Противники оборачиваются, вижу плотоядные улыбки на их мерзких рожах и горящие глаза. Даже не нужно быть телепатом, чтобы понять мысли этих людей. Слишком же очевидно, что увидели во мне одноразовую «игрушку» для удовлетворения потребностей.
Что ж, это они зря, потому что я не намерена быть добренькой девочкой. Они даже не догадываются, кто сейчас перед ними и какие будут последствия нашей встречи.
Юнги с тихим стоном опустился на землю, когда хватка ослабляется, а бандиты начинают подходить ко мне, обступая плотным кольцом. Бросаю на него быстрый взгляд, отмечая, что он держится за плечо, стараясь зажать рану рукой. Только вот крови от этого становится всё больше, раззадоривая мой голод сильнее.
— Что такая куколка здесь забыла? — противно тянет один из них, переглядываясь с остальными.
— Да так, потерялась, — стараюсь сделать свой голос жалостливее. Надо выиграть немного времени и отойти чуть подальше. Нельзя позволить себе ранить Юнги. И раскрыть себя тоже.
— Мы можем помочь, но только за отдельную плату, — ухмыляется второй, кажется, предводитель сей шайки. В его руке мелькает нож, а я понимаю, что только что нарвалась на ту самую банду, орудующую здесь по вечерам. — Обещаю, больно не будет.
— А кто поможет вам, если я сделаю так? — с этими словами подпрыгиваю высоко вверх и, развернувшись, ударяю одного из них ногой. Мужчина падает на землю, держась рукой за щеку, а я, грациозно приземлившись на носочки, вижу в глазах оставшихся троих непонимание и злобу.
— Вот дрянь! — увернувшись в сторону, сжимаю чужую руку до тех пор, пока не слышу характерный хруст кости. Незнакомец кричит от боли, нож вываливается из рук, падая на землю. Краем глаза вижу, как ещё один подкрадывается сзади, тут же наваливаясь на меня и пытаясь заломить руки за спину, судя по всему.
Чувствую, что терпение заканчивается, а капелька дружелюбия, что была во мне до этого, уходит, сменяясь злостью. Нападать со спины? Слишком подло и грязно. Впрочем, неважно.
Хватаю мужчину за грудки, резко повернувшись к нему, и с нечеловеческой силой поднимаю над землёй одной рукой. Растягиваю губы в широкой улыбке, обнажая клыки, блеснувшие в свете Луны. Знаю, что в этот момент мои глаза становятся красными подобно крови. Теперь в чужих же глазах читается неприкрытый страх, смешанный с шоком.
— Жалкий смертный! — рычу, глядя противнику в глаза, второй рукой отражая атаку единственного оставшегося бандита, более-менее способного наносить удары, которые, кстати, боли никакой не доставляют. Почти. Похожи на укусы комаров. Что-то мелькает сбоку, разрезая прохладный воздух. Вскрикиваю, ощущая, как в бок вонзилось холодное лезвие. Чёрт. Пора с этим заканчивать.
Отбрасываю первого противника в сторону и, схватив второго за плечи и наклонив его ниже, поднимаю колено. Тот хватается за разбитый нос, из которого фонтаном хлещет кровь, и медленно оседает на землю, громко проклиная меня на чем свет стоит. С шипением хватаюсь за собственный бок и резко вытаскиваю нож за рукоятку. Регенерация вступила в силу, рана затягивается, а вот запах крови, не моей, к слову, усиливается.
Юнги смотрит на меня расширенными глазами, стоило мне подойти ближе, и пытается вжаться в стенку, шипя от боли. Бедный. Стискиваю зубы, задержав дыхание, чтобы не чувствовать запах крови, и, склонившись над парнем, осматриваю его. Внимание привлекает стремительно расползавшееся в районе плеча пятно.
— Не бойся, — стараюсь говорить мягко, чтобы не напугать парня ещё больше. Поднимаю рукав и вижу рассечённую лезвием кожу. Порез довольно глубокий, раз кровь не прекращает идти, тонкими струйками вытекая из раны.
— Что ты нахрен такое?!
Усмехаюсь, закидываю его руки себе на плечи и приобнимаю, чтобы помочь дойти. Я только что себя почти раскрыла, но, надеюсь на то, что Юнги хватит ума не болтать об этом на каждом углу. Впрочем, он так и не догадался, возможно, кто именно перед ним сейчас. Парень хватается за меня, прижимаясь ближе, когда проходим мимо постанывающих от боли горе-маньяков, а я мысленно делаю пометку попросить Юнги брать с собой шокер или перцовый балончик. И что он вообще в этом районе забыл?
Усаживаю Юнги на переднее сидение, а сама достаю аптечку и принимаюсь за обработку раны. Стараюсь не дышать при этом процессе, но сам вид крови привлекает моё внимание. Он будоражит моё второе «я», хочет, чтобы я опять проявила себя, показав свою тёмную сторону, но я не могу позволить сущности вылезти наружу. Хватит пугать людей своими «ненормальными» глазами.
Юнги забавно шипит, кривясь, когда поливаю рану антисептиком, а затем прикладываю вату, попутно дуя на порез для облегчения боли. Почему всё это выглядит таким знакомым? Почему, делая всё это, меня не покидает чувство, чем-то напоминающее дежавю? Будто подобное уже когда-то было. Может, и так. Не хочу сейчас копаться в прошлом, у меня ещё будет на это время.
Необходимо что-то сказать, но я даже не знаю, какие слова сказать и нужны ли они здесь вообще. Напряжение, царившее в воздухе, можно резать ножом, а в глазах Юнги начали мелькать нотки страха. Неосознанно отступаю назад, прекратив улыбаться и опустив голову вниз, чтобы не показывать своих настоящих эмоций сейчас.
Злость на саму себя и осознание собственного поступка давят слишком сильно, погребая под бетонной плитой. От этого хочется рвать на себе волосы, а затем и сделать сэппуку.
Но это глупо. Сама себя я точно не убью, да и Тэхен не позволит этого сделать. И на том свете, если такой для нас имеется, достанет. А он мастер выносить мозги, поэтому стоит перестать думать о самоубийстве и решать возникшую проблему.
К сожалению, память стирать я не умею, но зато можно внушить, что якобы ничего из этого не было. Эта способность есть у всех ночных хищников, то есть нас, и я не исключение из правила. Осталось только выждать нужный момент.
— Всё в порядке? — вопрос застаёт врасплох, от чего удивлённо вскидываю бровями и пожимаю плечами.
В порядке ли я? Да нет, уже давно не в порядке. Крышей поехала лет так семьсот назад. Но это всё мелочи по сравнению с тем, что происходит сейчас. Данный случай удостоен премии «Самой идиотской ситуации, в которую вообще можно липнуть». Я всё это время жила мирно, свои способности используя так, чтобы их никто никогда не замечал, даже следов не оставляла за собой, когда срывалась и голод брал верх над разумом. Видимо, растеряла все свои навыки.
— Лучше подумайте о себе, Юнги-ши, — достаю бинт и перетягиваю ранение, неотрывно глядя на парня. Глаза постепенно сменяют цвет на привычный карий, от этого становится немного легче. — Вам не стоит перенапрягать себя некоторое время и таскать тяжести тоже. Для начала стоит отвезти вас домой, если не хотите повторной встречи с теми неприятными личностями.
Говоря всё это, я чувствую себя странно. Будто отпускать Юнги сейчас — ошибка, о которой я чуть позже пожалею. А стоит ли вообще эта игра свеч? Действительно ли так необходимо внушать что-либо? Хотя... При мысли о том, что с нами сделают, когда об этом узнают Высшие, а там и князь, меня бросает в дрожь, а ужас волной прокатывается по телу. Нет, этого никак нельзя допустить. Юнги не должен пострадать из-за моей неосторожности.
— Вы правы, Виён-агаши, — кивает Юнги, опуская взгляд вниз. — Я бы не хотел повторения сегодняшней сцены. Надеюсь, понимаете, о чём я, — вздохнув тяжело, всё же сажусь за руль, ведь намёк здесь не услышал бы только глухой.
Сжимаю руль до побелевших костяшек пальцев, внимательно глядя на дорогу. Слишком напряжена происходящим. Даже скоростная езда не приносит облегчения как раньше. И тишина слишком давит на мозги. Всё же несколько раз кидаю взгляды на Юнги, отмечая, что его постепенно начинает клонить в сон. Видимо, обезболивающие, которые я дала перед этим, начали действовать.
А вообще вся эта ситуация с нападением напрягает. Что каким-то мелким сошкам, выразимся так, понадобилось от будущего наследника курорта? А самое интересное: что Юнги вообще забыл в столь убогом местечке? Пожалуй, ответы на эти вопросы я или не получу вообще, или же всё будет известно чуть позже.
— Так кто вы всё же такая? — как-то с опаской интересуется Юнги, а я не могу не ухмыльнуться. Что-то у меня какая-то ненормальная реакция на происходящее вокруг.
— Если скажу «вампир», поверишь? — глупый вопрос, за которым точно последует вполне чёткий ответ нормального человека, далёкого от мистики.
— Что-то не особо верится, — скрещивает руки на груди парень. Что ж, было близко. Но так даже легче будет внушать.
Смотри, Ви, не пожалей о том, что сделаешь. Отпустишь Юнги просто так, хотя за такое убивают. Вспомни, как наказывали в то время, когда ты была человеком. Сейчас всё гораздо хуже.
От представленной картины, когда на спину обрушивались хлёсткие удары, оставляя после себя глубокие следы, порой образующие шрамы, невольно передёргивает. Пару раз и мне доставалось, но то было лишь недоразумением. Нужно было кого-то обвинить, а главной наложнице без разницы кого наказывать. Если бы не вмешательство наследника, я бы умерла от болевого шока гораздо раньше...
— Агаши. Агаши! — вздрагиваю от повышенного тона, по инерции резко вдарив по тормозам. Юнги, к счастью, пристегнулся, иначе бы вылетел через лобовое стекло. Пытаюсь перевести дыхание, глядя на слегка ошарашенного от моей реакции парня.
— В чём дело, Юнги-ши?
— Мы на месте, — указывает рукой на дом, возле которого пришлось остановиться. Как же вовремя, просто здорово! Теперь дело за малым. Всего лишь внушить то, что ничего этого не было. Учитывая долгое отсутствие практики, я могу предположить, что всё пойдёт по причинному месту.
— Спасибо вам, Виён. Не знаю, кто вы такая, но я благодарен за спасение, — Юнги улыбается, обнажая белоснежные зубы, а моё «мёртвое» сердце, кажется, на миг замирает от этого простого действия. Сглотнув противный ком в горле, так не вовремя образовавшийся, понимая, что будет намного труднее, чем казалось, резко притягиваю Юнги за плечи и ловлю чужой взгляд, не позволяя отвести глаза в сторону.
Только бы сработало...
Чувствую, как внутренние барьеры, ограничивающие способности, слетают, а глаза Юнги, красивые, к слову, покрываются пеленой, становятся неживыми.
— Ты забудешь о том, что было в переулке. Забудешь нашу сегодняшнюю встречу и то, что видел собственными глазами, — тон моего голоса спокойный и убаюкивающий, но вот дремоту вызвать не способен, только если я сама этого не захочу.
Юнги медленно кивает и выбирается на улицу, идя, чуть покачиваясь, к дверям дома. Жду, когда он скроется за ними, и только потом еду обратно, переваривая случившееся.
Чон Хосок. Мне срочно нужен этот вампир, иначе я за себя не ручаюсь!