Мой парень вампир

Эл странно поглядывала в его сторону, когда он спустился вниз некоторое время спустя. Уилл не хотел говорить, шея все еще болезненно покалывала из-за чужой хватки. К счастью, следов не было и не нужно было ничего скрывать.

Ему нужно было все прекратить. Так больше продолжаться не могло. Майкл был опасен, и чем дольше Уилл держал его здесь, прикрывал, тем сильнее он подвергал семью опасности. Сегодня же он все расскажет Хопперу.

И тут раздается хлопок входной двери, и у порога оказывается Хоппер. Уилл слегка опешил, увидев его так неожиданно. В последний раз они видели его в то утро, когда завтракали вместе, а затем ему позвонили и он уехал. Вид мужчины настораживал, казалось, будто он не спал несколько ночей. Мама тут же подошла к нему, нежно сжав его плечи.

— Ты в порядке, дорогой? — спросила она, внимательно разглядывая бледное лицо мужа. Хоппер коротко кивнул, сжав ладони Джойс.

— Дни выдались непростыми, но я в порядке.

Когда мама отошла в сторону, Хоппер направился дальше по коридору, где находилась еще одна гостиная, но поменьше. Они с Эл переглянулись.

— Хочешь подслушать, о чем они говорят? — спросила Эл, на что Уилл покачал головой. Она была слишком любопытной.

— Может, они будут говорить не о его работе. Мы не можем просто....

Но Эл уже не слушала его, направляясь в ту же сторону. Черт возьми. И последовал за ней.

— И в итоге пришли к выводу, что на него напало животное, — приглушенно он слышит усталый голос Хоппера. Он сидел на диване, откинув голову назад, а его шляпа лежала рядом.

— Это так? — спросила Джойс, расположившись рядом с ним.

— Не знаю, сегодня поеду в морг, посмотрю сам. Все эти дни я был завален другой работой и просто не мог поехать туда. Есть пара подозреваемых, так что...мы уже работаем. Черт, мне бы поспать пару часов, — мужчина издал тяжелый вздох, прикрыв глаза.

Мама снова сжала его плечо.

— Поднимись наверх и прими душ, а затем ложись и поспи несколько часов. Тебе это нужно.

Удивительно, что Хоппер не стал сопротивляться и как-то пререкаться. Эл тоже удивилась. Хоппер был тем еще упрямцем.

— Ладно, наверное, так и сделаю. Разбуди меня через два часа, ладно?

— Обязательно, — и чмокнула его в губы, они с Эл с отвращением отвернулись.

— Так, значит вся эта суматоха из-за какого-то зверя? — уныло произнесла Эл, пока они бродили по саду на заднем дворе. Отсюда хорошо было видно кладбище, но Уилл пытался игнорировать молчаливых гостей.

Погода была пригодной для прогулок на улице, солнце едва выглядывало из густых облаков. Казалось, они никогда не рассеивались, окутывая этот город, словно кокон. Мрачно. Уныло. То, что вытягивало из Уилла жизненные силы.

После ситуации в его комнате Уилл чувствовал себя подавленно. На секунду ему показалось, что Майкл...не так жесток. Он был интеллигентен с ним, вежлив. Но он понимал, что это были его ложные представления об этом человеке. Просто уловка, чтобы заманить его в ловушку.

— Видимо так и есть, — спустя некоторое время сказал он, проведя рукой по алым розам, которые практически завяли. У матери не было времени ухаживать за ними, а их садовник...ну, он не занимался цветами. — А ты думала, в городе завелся убийца? — усмехнулся Уилл, посмотрев на задумчивую сестру. Ее яркий фиолетовый шарф выделялся среди этой пасмурной атмосферы.

Эл усмехнулась, пожав плечами.

— Наверное. Я думаю, что это может быть кто-то из горожан, — она поправила шарф и шмыгнула красным носом.

— Я надеюсь, ты шутишь, — Уилл поежился на месте. Он не хотел думать о том, что где-то там бродит настоящий убийца.

— Всякое может быть.

Уилл решает сменить тему, поинтересовавшись у сестры насчет чирлидинга.

— Через час меня заберет Макс, и мы поедем на тренировку.

С каких пор они с Макс стали лучшими друзьями, Уилл не знает, да и не успевает спросить, потому что их отвлекает хруст сухих веток где-то позади них, отчего они вздрагивают.

Их пожилой садовник стоял там и пристально за ними наблюдал. Рука Эл тут же сжимает рукав его толстовки, и она ближе подходит к нему. Неужели Эл испугалась его?

Секунда, две, старик уходит, не промолвив ни слова. После его ухода стало легче дышать, а давящее чувство исчезло. Он посмотрел на Эл, она выглядела такой же. Напряженной.

— Он меня пугает, — признается она, все еще сжимая его рукав. Она всегда так делала, когда чего-то пугалась – хватала его за рукав. Это было...приятно. Уиллу было приятно, что он был тем, за чьей спиной Эл могла спрятаться.

— Все в порядке, он безобидный, — успокоил ее Уилл.

— Откуда ты знаешь? — она ослабила хватку, а затем и вовсе отпустила его. Они оба направились в дом. — Может, это он убийца?

— Не неси чепуху, Эл, — проворчал Уилл.

Он тут же расслабился, когда оказался внутри. Здесь было теплее, чем на улице. Ему нужно было подняться к себе и закончить картину. Из-за...кое-кого он совсем забыл про нее. Он получил еще одно сообщение по поводу заказа, и Уилл понимал, что сегодня точно не ляжет спать.

— Дети, помогите перенести пару коробок, они скоро свалятся прямо на меня! — крикнула их мама из своего кабинета, и они с Эл тут же бросились на помощь.

Они нашли ее посреди настоящего хаоса. Здесь было столько вещей, книг и антиквариата, что ее стол едва был виден. Мама стояла возле стены, придерживая коробки. Она не могла двинуться, иначе эти коробки свалились бы прямо на нее. Эл подошла с одной стороны, Уилл с другой, и они помогли их расположить на полу. Места не было, но им удалось как-то их положить, чтобы ничего не упало и не повредилось.

— Спасибо, — она издала облегченный вздох, уперев руки в бока. — Не нужно ничего говорить, знаю, что нужно прибраться. Я была слишком занята бумагами этого дома, реставрацией и еще кучей дел.

Мама села за свой стол, проверив, что ничего не упало, не сломалось и не пропало.

— Посмотрите на это, — с восхищением промолвила она, аккуратно взяв в руки кулон с красивым бордовым камнем.

Овальный камень глубокого бордового оттенка мягко переливался в свете лампы. Его обрамляла тонкая серебряная оправа с мелкими узорами, придавая кулону старинный, почти королевский вид. Ажурное крепление цепочки выглядело хрупким и изящным.

— Красиво, правда? — она бросила взгляд на них.

— Это очень красиво, — восхищенно пробормотала Эл, аккуратно касаясь серебряной цепочки.

— Мне прислали его по почте, чтобы я его отреставрировала. Он был в плачевном состоянии, особенно цепочка, — она положила его обратно в мягкую коробочку. — По моим подсчетам – этому кулону может быть почти сто лет. Он также мог принадлежать влиятельной семье. О, еще вот, — мама осторожно открыла коробочку поменьше, где лежало кольцо.

Такой же бордовый камень, как у кулона. Металл оправы был тёплого золота, слегка потёртый, с едва заметными гравировками на внутренней стороне.

Внутри Уилла что-то сжалось.

Нет. Это не могло быть то самое кольцо. Этого просто не могло быть. Но в голове кричала мысль, что это было оно. То, что принадлежало Майклу. Кольцо, которое он искал.

И тогда он будет свободен. Вампир сможет покинуть этот дом. Они будут свободны. Никто из семьи не пострадает. Только вот, что будет снаружи, когда это существо сможет гулять под солнцем.

Его больше ничто не остановит.

Но Уилл знал, что это не могло длиться вечно. Терпение вампира иссякнет, и тогда Уилл ничего не сможет сделать.

Вскоре Эл уезжает вместе с Макс, и Уилл чувствует себя неуютно из-за ее отсутствия. Благодаря сестре он мог легко отвлечься и не думать о том, чтобы подняться наверх и встретиться лицом к лицу с ним. Но у него не было выбора.

Когда он оказывается в своей комнате, Уилл чувствует холод по всему телу. Казалось, будто окна были широко распахнуты, впуская осенний холод. Но нет, окна были закрыты. Его кровать смята, а его гостя нигде не было. Комната была пуста. Но Уилл знал, что это было лишь иллюзией безопасности. Майкл появится в любую секунду. Он до сих пор не мог понять, как он так незаметно подкрадывался, что не было слышно ни единого звука.

Запрокинутый контейнер все также лежал на полу, а кровь испачкала бежевый ковер.

— Черт, если мама это увидит... — проворчал он, думая, как все это будет убирать.

Неблагодарный придурок. Он ради него незаконно проник в магазин и совершил кражу, а тот решил носом воротить.

Уилл больше не чувствовал страха, а сильное раздражение. Пусть хватает его за шею, пусть шипит, демонстрируя свои клыки, Уиллу плевать. Но он не станет прислуживать ему.

Это его дом и Майкл не имел никакого права угрожать ему.

Спустя почти час, Уиллу удалось кое-как убрать пятна на полу, но ковер все еще выглядел испорченным. Он надеялся, что мама не заимеет желание устроить уборку. Пятно можно было просто спрятать. В итоге Уилл сдвинул ковёр так, чтобы оно оказалось под кроватью. Идеально.

Устало выдохнув, Уилл сел на край кровати, положив ладони на колени. У него кружилась голова, он почти нормально не ел, а чужие прикосновения зудели. Он оглядел комнату. Майкла нигде не было, он не появился. Куда он ушел?

Голова приподнялась, взгляд замер на потолке с трещинами. Вампир был на чердаке. Его личная тайна, которая медленно пожирала его изнутри.

В конце концов, Уилл подошел к окну и распахнул шторы, чтобы позволить солнечным лучам осветить его и так мрачную комнату. Вампира здесь не было, и он мог это сделать. И это также означало, что он не потревожит его, если комната не будет погружена во мрак.

А после подошел к забытому холсту, чтобы закончить заказ. Он должен был закончить его сегодня. И Уилл ушел в работу, полностью погрузившись в нее, медленно водя кистью по холсту, исправляя недочеты и добавляя последние штрихи.

К вечеру картина была готова, стояла в центре комнаты, а последние остатки солнечных лучей касались холста. Он надеялся, что заказчику понравится картина.

— Что ж, ты готова ехать к хозяину? — проговорил он вслух, не отрывая взгляд от картины. А затем принялся запаковывать ее. Понадобилось примерно тридцать минут, чтобы подготовить заказ к отправке.

И теперь запакованная картина стояла в углу комнаты, которую Уилл уже отвезет на почту завтра. Приятная усталость присутствовала в теле, но Уилл был удовлетворен.

Живопись всегда была частью его. Это было словно говорить с миром без слов. Когда кисть могла реализовать его чувства, мысли, и ему не нужно ничего не говорить, чтобы его поняли.

— Какого хрена ты такой, а? Ты девочка? Какого хрена ты рисуешь это? Я, блять, хотел сына, а не гребаного пидора. На меня смотри, сука!

Из мыслей выдергивает какой-то шум, и Уилл понимает, что все еще стоит перед запакованной картиной. Он делает шаг назад, а затем еще один, отступая. Он садится на край кровати, сжимая пальцы, разминая их. В некоторых участках засохла краска. Красное пятно заставило его вздрогнуть, и он тут же принялся вытирать его.

Это было похоже на кровь. Не та, что он принес, которая в итоге испачкала ковер. И это также не его собственная кровь.

Это может быть кровь матери, или Хоппера. Или Эл.

Они будут крепко спать в своих кроватях, а этот голодный зверь проникнет в их комнаты и сожрет до последнего кусочка.

Дыхание оборвалось где-то в глотке, а рука стала сильнее надавливать на пятно. В конце концов, оно исчезло, а на ее месте появилось покраснение из-за того, как сильно Уилл пытался стереть его.

Он подвергает родных опасности. Он рискует.

Глаза невольно останавливаются на прикроватной тумбочке, и он, не задумываясь, тянется к ящику и открывает его. Его фото лежит там, нетронутое и спрятанное от лишних глаз. Там также лежит блокнот, внутри которого нарисован знакомый профиль, который он не может забыть.

Уилл сошел с ума с того самого дня, как забрал это фото, думая, что это хорошая идея. Или, может, он сошел с ума с той ночи, как оказался в том склепе.

Уилл часто думает об этом. Доказательство тому блокнот и кошмары, преследующие его. Пальцы обхватывают шею, и ему кажется, что он снова чувствует его пальцы.

Длинные пальцы сжимают шею, перекрывая воздух. Глаза дикие, клыки острые.

— Ты не можешь указывать мне, жалкий человечишка. Я не отброс, чтобы питаться этим. Не смей шутить со мной, иначе...

— Черт, — шипит он, прикрыв глаза.

Во что он, блять, ввязался.

***

Уилл резко распахивает глаза, чувствуя, как что-то давит на грудь. Трясущая рука сжимает грудную клетку, пытаясь унять эту тяжесть. Он дышит тяжело и быстро, в комнате полумрак, за окном ливень. Он приподнимается, и бросает взгляд на часы. Три часа ночи. На нем также вчерашняя одежда, что означало – он так и уснул, даже не переодевшись.

Ему что-то приснилось, но Уилл не помнил. Но отвратительное чувство осталось. Под кожей что-то зудело, и это не прекращалось. Он просто не мог дышать в этой комнате. Поэтому Уилл решает покинуть эту комнату.

В коридоре темно и тихо. Все давно крепко спят в своих комнатах, и Уилл старается шагать как можно тише. Телефон ярко освещает путь, пока Уилл направляется в другой конец дома, где находится библиотека.

Уилл не был любителем чтения книг, но иногда приходил сюда, чтобы сменить обстановку.

Это было огромное помещение. Потолки тянулись вверх, теряясь в полумраке, а высокие стеллажи, заполненные книгами, казались бесконечными. Тяжёлые шторы почти не пропускали свет, и воздух здесь был густым, пыльным, с едва уловимым запахом старой бумаги. Шаги Уилла звучали слишком отчётливо. Он остановился.

Он не искал чего-то конкретного, и даже не знал, будет ли что-то читать. Он просто медленно ходил среди стеллажей, вчитываясь в корешки книг.

Книги были в идеальном состоянии, хозяин, видимо действительно ценил их. Уилл невольно задумался, читали ли люди, кому когда-то принадлежал этот дом, все эти книги? Наверное, нет. Одной жизни не хватило бы.

Уилл дошел до конца помещения, все еще рассматривая книги. И тут же остановился перед предпоследним стеллажом. Уилл нахмурился, невольно заметив, что она чем-то отличалась от остальных, но не мог понять, чем именно.

В глаза бросалось странное расположение книги, а еще сам стеллаж был...не древесным, а холодным на ощупь, словно сделан из тёмного камня. Это было странно. А один из книг, которая находилась на уровне глаз выглядела потертой. В корешке не было названия.

Он уже хотел потянуться к ней, как услышал тяжелые шаги. Уилл дернулся и сделал несколько шагов назад.

— Уилл? Что ты здесь делаешь в такое время?

Хоппер прищурил глаза, когда Уилл нервно направил в его сторону фонарик. Мужчина выглядел так, будто вовсе и не спал. Потрепанный с темными синяками под глазами.

— О, я просто...мне не спалось, и я решил прийти сюда. А ты?

Медленными шагами Хоппер приблизился к нему, сложив руки на груди.

— Жизнь шерифа тяжкая ноша, — проговорил он, встав рядом с ним. Теперь они оба смотрели на книги, пока единственный источник света освещал их. — Каждый раз говорю себе, что возьму отпуск и отвезу вас всех куда-нибудь. Но каждый раз появляется новое дело, и эта затея откладывается на дальнюю полку.

Хоппер издал шумный вздох, почесал свою бороду, и бросил на него короткий взгляд.

— А тебя что терзает, парень? Из-за чего плохо спится?

Уилл замер от такого простого вопроса. Казалось, это был идеальный момент, чтобы всё рассказать Хопперу: о том, что в доме скрывается опасный хищник, голодный и готовый слететь с катушек; о том, что все они в опасности из-за него; и что Хопперу, как взрослому, пора было найти способ решить эту проблему.

Но он этого не сделал. Не смог. Его ногти впились в ладони, оставляя глубокие следы, пока стоял там, не решаясь раскрыть правду.

— Я просто...пытаюсь адаптироваться в новом месте, и это нелегко. Но я вижу, как мама счастлива здесь, среди своих антиквариатов и мне уже не так грустно.

Хоппер громко хмыкнул.

— Да, твоя мама такая. И я понимаю, что тебе нелегко выдались эти месяцы. Тебе и Эл. Я вижу, как вы стараетесь. Она очень это ценит.

Уилл кивнул, опуская взгляд. Иначе быть не могло. Она сделала слишком много, чтобы обеспечить их и защитить. Теперь Джонатан свободен и может сам строить свою жизнь.

— Уилл, я знаю, что не смогу заменить тебе отца, но ты должен знать, что всегда можешь прийти ко мне за помощью. Я всегда буду защищать вас с Эл. Потому что вы мои дети.

От слов Хоппера внутри Уилла что-то дрогнуло. Он снова вспомнил Лонни, его крики, оскорбления и унижения. Человек, который превратил их жизнь в ад. Как мама прижимала их с Джонатаном к себе, пока этот урод ломал мебель и угрожал, что зарежет их троих. Как он ушёл из дома, оставив на теле матери многочисленные шрамы. Как он вернулся спустя пять лет и засунул его в багажник, намереваясь увезти из города. Тёмное тесное пространство давило, маленький Уилл плакал, надеясь, что мама услышит его.

— Даже, если я окажусь за решёткой? — насмешливо спросил он.

Хоппер фыркнул.

— Маловероятно, что ты окажешься там, малыш. Я скорее поверю, что это будет Эл и её моментами бунтарская натура.

Уилл хотел бы возмутиться, потому что он тоже может быть бунтарём, но ничего не сказал. Это был хрупкий момент отчима с пасынком, и Уилл никогда не чувствовал себя настолько в безопасности рядом со взрослым мужчиной.

Он был рад, что в его жизни наконец-то появился тот, в чье плечо Уилл может опереться.

***

Когда он вернулся к себе в комнату, было уже четыре утра. Уилл чувствовал, как глаза слипались, ему нужно было лечь обратно и заснуть. Через несколько часов ему нужно будет проснуться и готовиться к школе. Несмотря на то, что Эл предоставила ему все конспекты, он даже толком не подготовился. Он точно провалит тест.

Дождь все также шел за окном, оставляя на стекле массивные капли.

Он лег в постель, укутавшись в толстое серое одеяло, отворачиваясь от окна. Он не сомкнул глаз, дышал ровно, пялясь в стену.

И тут он почувствовал.

Вампир находился в его комнате, позади него.

Уилл не обернулся, все еще неподвижно лежал в своей постели спиной к нему. Страха не было. Чужая хватка все еще горела на его шее, но отчего-то он...не боялся.

— Я хочу извиниться, — прохрипел он. В голосе Майкла он мог уловить нотки...усталости. Вампир раскаивался. — Я не хотел причинять тебе вред, Уилл. Я...вышел из себя.

Голос стал ближе. Каким-то образом ему удавалось двигаться без шума. Но звук его шагов также маскировал ливень за окном и гром.

— Я предпочитаю человеческую кровь. От крови животных мне становится дурно.

Уилл издал легкий смешок. Какой привередливый вампир.

Он медленно обернулся, а затем лег на другой бок. В комнате было темно, и Уилл не мог разглядеть Майкла. Но он был здесь, стоял в нескольких шагах от него.

— Я принес то, что смог достать. Думаешь, легко пойти и просто найти тебе человеческую кровь? А еще ты чуть не задушил меня, — он привстал, отчего одеяло сползло с его тела.

— Я бы не сделал этого, — отрицал юноша, держа руки за спиной. — Я был...зол. Извини.

Он закатил глаза. Он не мог долго злиться.

— Хорошо, я тебя прощаю. А теперь я могу поспать?

Тень нависла над ним, отчего в груди что-то затрепетало. Лишь когда засверкала молния, Уиллу удалось разглядеть высокую фигуру и бледное лицо. Майкл выглядел неважно.

— Я вижу, как ты волнуешься за свою семью, боишься, что я наврежу им. Так давай облегчим нам обоим задачу, — голос низкий, хриплый. Уилл лег на спину, стараясь дышать ровно. — Принеси мне мое кольцо, Уилл. И тогда я сам позабочусь о себе.

— Как? Нападешь на людей? — заимел он смелость сказать это.

Это случилось за считанные секунды, Уилл даже не успел моргнуть, как его прижали к кровати, а запястья крепко сжали. Майкл нависал над ним, смотря на него раздраженным взглядом. Его тело дрожало от холодных пальцев и чужого веса на себе. Это было слишком резко и...близко. Уилл судорожно задышал, стараясь успокоить биение своего сердца. Майкл не мог вызывать у него такие чувства.

— Не играй со мной.

— Ты две минуты назад извинялся за то, что причинил мне вред, и вот мы снова здесь, — с дерзостью ответил он, смотря на вампира свирепым взглядом. — Сжимаешь крепко мои запястья, снова угрожая. Ты даже не можешь сдержать собственные обещания, — он томно дышал, чувствуя легкое возбуждение, смешанное со страхом и злостью.

Калейдоскоп эмоции.

— Как я могу доверять тебе, если ты даже не можешь сдержать собственные порывы. Хочешь есть, ешь то, что я приношу тебе.

— Ты не можешь указывать мне, — прорычал он. Он приблизил лицо, и когда засверкали молнии, Уилл увидел, как заблестели острые клыки. — Мое терпение не бесконечно, Уилл. Рано или поздно голод возьмет надо мной вверх, и тогда я не смогу остановить себя. Я перерою весь этот дом и все равно найду то, что мне нужно. И тогда пострадает твоя семья. Ты хочешь этого?

Нет, не хочет. Уилл не простит себя, если с ними что-то случится. От безысходности он невольно отвел взгляд, неосознанно открывая вид на его бледную шею.

Холодный нос медленно опустился к его коже, глубоко вдыхая его запах. А затем последовали губы. Холодные, слегка шершавые, они целовали каждый участок его кожи, царапая зубами родинки. Со рта сорвался тихий стон, он снова попытался вырвать запястья, но вампир приковал его к постели.

Это был словно сон. Уиллу нужно проснуться. Но хочет ли он этого?

Его спина выгнулась, глаза были прикрыты, пока он отдавался чужим прикосновениям.

— Я бы хотел испить твоей крови до последней капли. И даже тогда я бы не насытился, — горячо шептал он, упиваясь его уязвимостью. — Я так голоден, Уилл. Голоден тобой.

Клыки впиваются в его кожу, немного глубже, чем в первый раз. Рот Уилла широко распахнулся, он почувствовал такой экстаз, который не чувствовал никогда раньше.

Это как будто пережить оргазм, удвоенный в несколько раз. Три глотка, и клыки медленно его отпускают. Перед глазами все плывет, голова кружится, а запястья горят.

Он лежит в своей постели, глубоко дыша, наблюдая за вампиром. Он все еще нависает над ним. Уголки губ испачканы кровью, слегка приподняты вверх. Вампир удовлетворенно ухмылялся.

Он забрал то, что так сильно жаждал.