BITE

Утром к дворику бабушки подъехал небольшой грузовичок. Так как мебели и вещей у моей родной было не очень много, загрузили её добро довольно быстро.
Бабушка долго, очень долго прощалась со своим садом. Она попрощалась с каждым саженцем клубники, с каждой веточкой вишни...
Наконец, поручив именьишко и сад новому владельцу, мы съехали оттуда в новый, более просторный двор, где был, кроме сада, курятник. А это значило, что каждое утро, на столе будет свежая яичница!

Почти весь день прошёл в уборке, распределении вещей и подметании. Ближе к вечеру мы с бабушкой сидели на стульях посреди двора, похожие на тряпочных кукол.

-Ба.
-М? -бабушка даже не в силах была говорить членораздельно.
-Я кушать хочу! -захныкала я. - Но готовить не собираюсь.
Я, как самая избалованная внучка, скрестила руки на груди и надула губки. Бабушка начала смеяться от души.
-Ой, ой не могу. Да кто тебе велит готовить. Говоришь, будто замужем и нарожала детей.
Бабушка вновь начала смеяться. Вокруг глаз паутина морщин, эта женщина сияла аурой.

Вскоре начала хихикать и сама Йерим.
-Иди в душевую, потом сбегаешь за едой.

Последнее явно не понравилось девушке.
-Ээ, бабууль. -жалобно протянула та.
-Иди иди. Не то стемнеет, за пиццей не успеешь.

Бабушка ухватилась за живое.
Пицца - моя слабость. Ради этого круглого любимца я готова на всё!

Йерим взглянула на бабушку исподлобья и ехидно улыбнулась.
-Ты знаешь идеальный способ сдвинуть меня с места, ба.
-А как же?

Они дружно рассмеялись.
******

-Бабуль, я пошла. -я крикнула напоследок в пустой корридор. Так как мебель ещё не была расставлена, мой голос эхом прошёлся по гостиной и ударил об стены, раздаваясь в моих же ушах.
Из (более-менее прибранной) кухни выглянула бабушка.
-Да да. Иди. Смотри, не разгуливай, скоро стемнеет. Купи макси. Потом на домашний телефон деньги закинь.
-Ага. -я поспешила уйти.
-Ты деньги взяла? А телефон? Смотри, не заблудись. Это спальный район. Йерим...
-Да да, я пошла.

Не стала слушать её. Я поспешила лёгким полубегом в центр района.

-Таак.
Я по привычке приложила пальчик к губам. Дурная привычка...
-Что тут у нас? С пармезаном, грибами, мясом.... томат, индейка, курица... О! Говяжий!
Мне два нормального размера с говядиной.
Кассирша вежливо приняла заказ, предварительно сказав, что придётся ждать пол часа.

Уже темнеет! успело подметить подсознание.

Заплатив за счёт домашки, я вернулась в пиццерию и, расплатившись, взяла заказ. Аппетитные коробки так заставляли течь слюнки.
Положив их в пакет, я направилась домой.

Сумерки уже сгущались, но в воздухе кружила мошкара. Запах зацветших деревьев так и опьянял человека. В воздухе царила какая-то дымка. Вроде трудно дышать, атмосфера и влажность воздуха давит на лёгкие, но вроде как-то легко человеку. Именно это чувство и опьяняет...

Я на минуту прикрыла глаза, спокойно шагая по тротуару, по бокам которой росли деревья, одетые в розовое. Я полной грудью вдохнула...

И тут почувствовала резкую боль в области шеи, которая в сто раз увеличилась за следующее мгновенье. Я взвизгнула. Ухватилась за шею, и в тот же момент из-под моих пальцев выкрутился огромный шмель.
Боль усилилась в тысячи раз, заставляя мои глаза расширяться до предела, а губы раскрываться в беззвучном крике.

В голову ударило то лето. Оно пролетело как скоростная плёнка пред моим взором.
Эта боль...
Что заставило меня упасть коленами в асфальт и согнуться в экстазе, неподвижно, ухватившись за шею.
Я не могу вытерпеть эту боль. Она слишком сильная. Не та, когда ты мизинцем ударяешься обо что-нибудь. Нет...

Мой рот приоткрылся, давая вырваться стону невыносимой боли из моей гортани. Из глаз сами собой брызнули слёзы.
Шея начала пульсировать. Я ватными пальцами сильнее надавила на неё.

Бедная коробка с пиццей давно была раздавлена тяжестью моих коленей. А ручка пакета завернулась на моём запястье. Когда я машинально потянулась к ужаленному месту второй рукой, пакет сыграл заключающую роль, находясь под моим коленом.
Я упала на землю.

Я лежала, ухватившись за шею обеими руками.

Кто нибудь... Помогите!

Но на вечерней улице спального района ни души...
И тут в затуманенное болью подсознание ударило, что скоро мне будет нечем дышать, так как ужаленный участок кожи взбухнет, прикрывая доступ воздуха.

Я должна дойти до дому!

Мне удалось подняться с места. (Удивляюсь, как мне это вообще удалось. Думаю, подступивший адреналин - страх перед смертью, взял вверх над физической болью) Я начала медленно переставлять ноги, опираясь о кирпичные стены домов в пути.

Уже стало труднее дышать. Да и пальцами я чувствую, как укус набухает. Постепенно.
Оно хочет моей медленной удушки.

Я не умру! Надо позвонить бабушке! Теле...
Чёрт! Чёрт!!!