Чертовка

Вампир удивился, услышав свое полное имя из уст девушки.

- Что-то случилось?

- Да...Кто-то.

- Кто?

- Элайджа. 

- А теперь подробнее. - Он нахмурился. - Я знаю, ты ему не очень нравишься.

- Я не деньги, чтобы всем нравится. Мне плевать, как он ко мне относится.

- В чем же тогда дело?

- Твой брат сказал, что это пора заканчивать.

- Заканчивать что?

- Не смешно. Ты знаешь, о чем я!

Клаус понял. Очень хорошо понял и сосредоточил свое внимание на дальнейших словах вампирши:

– Элайджа хочет, чтобы я выбрала одного из вас двоих. – Девушка дернулась. – Боже, звучит так, словно я вещи перебираю...Фу!
Ей самой стало противно от этой фразы. Гибрид увидел в глубоких карих глазах столько сожаления, что не сдержал вздоха.

– И что же ты решила? – Сердце его замерло в ожидании.

– Кол успел стать мне другом. А ты...

Он ждал. Чувствовал, что ей было не по себе.  Девушка с усталым вздохом разлеглась на кровати и  теперь смотрела в потолок.

- Я не всегда понимаю твои действия, Клаус, потому что далека от этого. От того, что ты порой совершаешь.  Но я готова принять вас такими, какие вы есть. Тебя - в первую очередь. Потому что я знаю, что внутри ты гораздо мягче, чем хочешь казаться. Для тебя превыше всего не жажда крови и убийств. Семья. Вот твоя истинная ценность, Ник. Я видела тебя с дочерью... И это самое очаровательное, что я видела за всю свою жизнь! 

- Она - единственное, что у меня осталось...

- Хоуп - твоя дочь, Клаус. Сейчас - только твоя. И она нуждается в тебе сейчас. Не оставляй ее одну, уходя в мир воспоминаний и причиняя себе боль. Пожалуйста. 

- Я знаю, что не должен этого делать, но никак не выходит прекратить...

Мужчина вздохнул и прилег рядом, повернувшись к ней боком. Виктория поступила так же и несмело протянула к его лицу руку. Едва коснулась бледной кожи кончиками пальцев, и Клаус, не выдержав, прижал ее ладонь к своей щеке. Быстро, но как можно более осторожно. Тори улыбнулась.

- Я тебе помогу. Обещаю. Вместе мы сможем все.

- С тобой я смогу даже больше. - Улыбнулся гибрид в ответ.

Девушка смущенно отняла руку, но Клаус поймал ее на полпути и прижал к своим губам тыльной стороной.

- Клаус!...Что ты делаешь?

- Ты так и не ответила...Сказала, что Кол - твой друг. А я?...Кто для тебя я?

Она молчит. Молчит и смотрит на него: рассматривает лицо, всматривается в глаза, изучает. Любуется. Так странно, но еще больше - приятно. Ее взгляд такой теплый и приятный...Хочется утонуть в карих глазах и забыть все и вся: прошлое, боль, обиду, проблемы.

- Я готова принять тебя.  Готова, потому что...Потому что я  верю - ты любишь меня. Я хочу в это верить, понимаешь?

- Да. Да, ты права. Когда ты впервые поцеловала меня, я... Я чуть с ума не сошел. Это было...

- Восхитительно. - Закончила за него девушка.

- Да...Просто удивительно. Я не думал, что девушки умеют такое... А теперь знаю. И мне нравится. Не только это, нет, ты...Ты вся мне нравишься. Понимаешь? И я...Я давно не чувствовал такого. Если не сказать "никогда". Мне нужна помощь, и я это понимаю. И я верю, что ты сможешь мне помочь. Мне нужна ты. Но если то, что я чувствую, не взаимно...

Она заставила его замолчать, вновь касаясь лица и фокусируя его взгляд на себе. Затем мягко придвинулась чуть ближе и замерла. Он тоже не мог решится на это. Девушка выдохнула:

- Давай.

Никлаус накрыл её губы своими, не сдерживая наслаждения. Он не пытался перейти грань между поцелуем и чем-то большим, просто хотел, чтобы она была рядом. И он знал - его чувства полностью взаимны. 

- Ребята, у вас все хорошо?...Ник?...

Голос Ребекки привел их в чувства.

- Эй, все в порядке? Не пугайте меня!

- Да...Да!

- Мне стоит переживать за психику Виктории, братик?

Мужчина рассмеялся, едва заметно облизывая губы. Его дорогая сестренка обожает появляться в самые неподходящие моменты, но она прекрасна в своей непредсказуемости. Блондинка говорила так, будто собиралась ломиться в дверь:

- Ник, тронешь ее, и я тебя убью, клянусь! 

- Какая ты жестокая, моя милая Бекс.

Клаус стоял на пороге, но выходить не спешил.

- КЛАУС, НЕ ЗАСТАВЛЯЙ МЕНЯ ВХОДИТЬ!

...

- Я в порядке, Ребекка! - Тори слетает с кровати и бросается к двери. - Мы уже идем, дорогая!

За дверью тихо. Ребекка отступила! Ник смеется: - Ты такая очаровательная, когда смущаешься, любовь моя. Я ведь могу теперь звать тебя так?

- Можешь. - Рассмеялась она. Затем вышла из комнаты, зовя его следом.

- Не серчай, сестрица.

- Что вы там делали? Отвечай, Клаус!

Она ловит на себе его заговорщицкий взгляд.

- Расскажем ей, mi amor?*

- Ох уж эти твои шутки!.. - девушка пихнула его в плечо, смеясь.
О картинах оба благополучно забыли.

– Ты слишком хорошо целуешься, чтобы оставить меня время насладиться искусством.

Он вновь хохочет, теперь уже в открытую. Надо же, какой приятный у гибрида смех: хрипловатый, но добрый, без злобы или насмешки. наконец они выходят из комнаты.

– Дорогуша, что с тобой? Ты такая смущенная!
Девушка закричала со страху, не сразу заметив Кола.

– Кол, зачем так пугать меня?!

– Прости-прости,я не специально!

Тори улыбнулась. Клаус отошел.

– Так вы...Ну...

– Кол, мне...Нам нужно обсудить это наедине. Хорошо?

Он кивнул и слегка улыбнулся, но она видела в его глазах тень осознания и печали.

/"моя любовь"(испанский)