Жажда..

Роб переступает порог вслед за мной, затем с громким стуком захлопывает за нами дверь.

Освещение здесь тусклое, еще более тусклое, чем в коридоре, и мои глаза приспосабливаются к нему не сразу.

Больше всего это помещение похоже на тюрьму. Впереди располагается несколько камер, в каждой из них стоит койка и при ней - ручные и ножные кандалы. Ну, нет - пусть это и замок, пусть он и находится на Аляске, все равно этот номер не пройдет. Точно не пройдет.

- Мы должны повернуть назад, - говорю я, безуспешно дергая ручку двери. - Как открыть эту дверь? - На этой ее стороне нет кнопочной панели, нет ничего, что могло бы помочь мне выбраться отсюда.

- Она открывается только с той стороны. - Похоже, Роб позабавлен. - Не беспокойся, секунда - и это место останется позади.

- Я думала, мы войдем в туннель, Роб. Мне же надо на урок по изобразительному искусству.

- Это и есть вход в туннели. Успокойся, Ханна.

- Какие туннели? Это же подземная тюрьма! - Меня охватывает тревога, мой мозг шепчет мне, что я знаю этого парня не так уж хорошо. И что здесь может случиться все, что угодно. Я делаю глубокий вдох, пытаясь подавить захлестнувший меня панический страх.

"Уберайся от сюда"

Опять этот голос в голове,что за фигня здесь происходит?

- Доверься мне. - Роб кладет ладонь мне на поясницу, и мы идем вперед. Мне не хочется идти, но, похоже, выбор у меня небольшой. Я могу начать молотить в дверь, надеясь, что меня кто-то услышит, или же могу поверить, что Роб доведет меня до нужного мне туннеля. Он всегда был ко мне добр, говорю я себе и позволяю ему вести меня дальше, надеясь, что я не совершаю ошибку.

Мы проходим мимо четырех камер, и я иду молча. Но когда Роб останавливается перед пятой камерой и пытается провести меня в ее дверь, моему доверию и терпению приходит конец.

- Что ты делаешь? - вопрошаю я. Вернее кричу. - Я туда не пойду.

Он смотрит на меня так, будто я веду себя совершенно неадекватно.

- Вход в туннели находится там.

- Я не вижу никакого входа, - резко бросаю я. - Я вижу только решетку. И кандалы.

- Честное слово, это не то, чем кажется. Это потайные туннели, и когда замок строили сто лет назад, вход в них хорошо замаскировали.

- Не слишком ли хорошо? Я хочу вернуться назад, Роб. Лучше я опоздаю на урок и придумаю какую-нибудь отговорку, но...

- Все в порядке. - На его лице впервые отражается беспокойство. - Мы пользуемся этими туннелями постоянно, и уверяю тебя, я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое.

- Да, но... - Я осекаюсь, когда дверь на другом конце помещения открывается и входит Лия.

- Не закрывай дверь! - кричу я ей и со всех ног кидаюсь к единственному выходу из этого жуткого места, который могу разглядеть.

Но она, похоже, не слышит меня. Дверь захлопывается за ней.

Черт.

- Ханна! - Она удивленно смотрит на меня, вынимая из ушей наушники. - Что ты здесь делаешь?

- Я веду ее в туннели. - Роб, подойдя, бросает на меня досадливый взгляд. - У нее урок по изобразительному искусству.

- Да? С Кауфман? - На лице Лии отображается интерес.

- Да.

- Хорошо. У меня тоже. - Она холодно смотрит на Роба. - Я беру ее на себя.

- Это необязательно, - возражает он. - Я тоже иду в ту сторону.

- Не трудись.

- Мне это нетрудно. Верно, Ханна? - Он улыбается мне, причем на сей раз показывает все зубы.

И как его можно винить? Он пытался помочь, а я психанула ни с того ни с сего.

- Если ты уверен, - говорю я.

- Конечно, уверен. - Он берет меня под руку. - Я с удовольствием провожу вас на урок, дамы.

- Как же нам повезло. - Лия улыбается приторной улыбкой и, взяв меня под другую руку, ведет нас обратно в другой конец помещения. Между ними двумя я чувствую себя как застрявший шарик для пинг-понга.

Лия не отпускает мою руку, пока мы не доходим до последней камеры. Зайдя внутрь, она хватает один из браслетов ручных кандалов - то же самое собирался сделать Роб, когда я психанула, - и резко тянет его на себя.

Часть каменной стены, к которой прикреплены кандалы, раздвигается. Лия оглядывается на нас с Робом, подняв брови:

- Вы готовы?

Роб смотрит на меня, вопросительно склонив голову набок.

Я чувствую, что краснею.

Мне стыдно.

- Простите. Я психанула, притом без всяких причин.

Роб пожимает плечами:

- Да ладно. Я прихожу сюда так часто, что забыл, какой жутью веет от этих стен.

- Да, жуткое местечко, - говорю я, входя в камеру. - А когда ты взялся за эти кандалы...

Он смеётся:

- Не могла же ты в самом деле подумать, что я собираюсь тебя приковать?

- Разумеется, могла, - отвечает Лия, когда мы входим в потайную дверь и она закрывает ее за нами. - На месте Ханны я тоже не стала бы тебе доверять. На вид ты точь-в-точь извращенец, наедине с которым не стоит оставаться ни минуты.

- Извращенец какого рода? - спрашивает Роб, глядя то на нее, то на меня.

Я вдруг вспоминаю, что сказала Авани о Джейдене, когда предостерегала меня против него и убеждала обходить его десятой дорогой.

Несколько дней назад...

- Тебе надо знать только одно, помнишь того кто был в самом начале, самый первый из них.
У него были черные кучеряшки?- говорит Авани.

- Ага.

Наконец я узнаю его имя.

-Это Джейден Хосслер.

Сказала она шёпотом.

-Почему шепотом?

-Потому что он опасен,не связывайся с ним.

-Поэтому вы так его шарохались,и почему он опасен?
Он простой парень,а ты так говориш будто он маньяк какой-то.

-Проста пожалуйста,некогда не пересекайся с ним,это хорошем не закончится.

-Да он нормальный вроде.

Авани сразу остановилась и уставилась на меня.

- Я это в слух сказала?

-Только не говори что ты с ним разговаривала.

-Ну а что таково.

-Ханна,дорогая ты мне ещё нужна,ты только приехала, пожалуйста послушай меня он тебе навредит,он не такой каким кажется.

- Хорошо,хорошо я постараюсь с ним больше не разговаривать,но не обещаю.

-Ладно,пошли дальше.

...

Наше время...

- Ну, знаете, вроде того, который морит девушек голодом, чтобы потом сшить себе платье из их кожи.

Они оба воззряются на меня так, будто я не в своем уме. Лия ошарашена, но также позабавлена, а вот Роб... Роб, похоже, до чрезвычайности обижен. Повод для этого совершенно неподходящий, но я не могу удержаться от смеха. Потому что кто же не смотрел это кино - или хотя бы не слышал о нем?

- Извини, что? - говорит он через секунду, и в голосе его сейчас больше льда, чем на всей территории школы.

- Это из «Молчания ягнят». Это проделывает со своими жертвами серийный убийца, которого ловит Джоди Фостер. Для этого ей и нужен Ганнибал Лектер.

- Я не смотрел этот фильм.

- Ну, он похищал девушек и...

- Понятно. - Он отпускает мою руку - впервые после того, как появилась Лия. - Вообще-то одежда, сшитая из человеческой кожи, - это не мой стиль.

- Само собой. Поэтому я и выдала эту шутку. - Когда он не отвечает, я толкаю его плечом: - Брось, Роб, не сердись. Я просто прикалывалась.

- Не трать слов понапрасну, - говорит Лия. Мы идем по туннелю все дальше. - Он же драк...

- Выкуси, - рычит Роб.

Она презрительно смотрит на него:

- Размечтался.

- Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься это сделать. - Он глядит на нее с не меньшим презрением.

Надо же, как быстро все произошло.

- Разве нам не надо идти на урок? - спрашиваю я, желая прекратить эту перепалку, пока не стало хуже. - Через минуту прозвенит звонок.

- Не бери в голову, - говорит Лия. - Кауфман знает, что добираться на ее урок - это еще тот геморрой, а потому не заморачивается по поводу опозданий.

Но она все-таки ускоряет шаг - и смотрит на Роба, ощерив зубы в самодовольной ухмылке.

Я иду за ней, решив, что нам всем будет лучше, если я сыграю роль буфера между нею и идущим сзади Роба.

Мы идем быстро, так что я не могу рассмотреть туннель, как мне бы того хотелось. Но свет встроенных светильников, каким бы тусклым он ни был, все-таки позволяет мне видеть, куда я иду. И надо сказать, что, каким бы жутким ни был вход в туннели, сами они классные.

Стены тут сложены из разноцветных камней - в основном черных и белых, но попадаются среди них и цветные. Даже в слабом свете они блестят - красные, синие, зелёные, - и я невольно протягиваю руку, чтобы дотронуться до одного из самых крупных цветных камней. На ощупь он прохладный, гладкий, полированный, словно драгоценный камень. Может, это и впрямь драгоценные камни? Да нет, это абсурд, ведь разве может школа, даже такая элитарная и богатая, как Кэтмир, иметь столько денег, чтобы вставлять в стены драгоценные камни?

Пол здесь сделан из белого кирпича, как и колонны, мимо которых мы идем. Но больше всего меня поражают скульптуры, похожие на костяные, которые свисают с потолка и стоят на пьедесталах в нишах.

Это явно дань уважения парижским катакомбам, где либо покоятся, либо служат зловещими украшениями семь миллионов скелетов. Интересно, эти «костяные» статуи изваяли ученики, изучающие здесь изобразительное искусство? И что представляет собой этот материал, так похожий на кость?

Но с поиском ответов на эти вопросы придется подождать, если у меня еще есть хоть какая-то надежда не очень опоздать на урок.

Мы доходим до круглого зала с куполообразным потолком - и от изумления у меня перехватывает дыхание. Похоже, здесь сходятся все туннели - кроме нашего, тут есть еще одиннадцать других. Но меня ошеломляет не это, хотя я понятия не имею, по какому из них мы должны пойти теперь.

Глаза у меня вылезают из орбит, а челюсть ошарашенно отвисает из-за висящей в центре зала огромной люстры со свечами. Но меня поражают не размеры люстры и не то, что в ней горят настоящие свечи (нормы пожарной безопасности, где вы?), а тот факт, что люстра, как и скульптуры, выглядит так, словно она изготовлена из человеческих костей.

Я понимаю, что это просто искусство и свисающие кости сделаны из пластика или чего-то в этом роде, но выполнены они так реалистично, что меня мороз продирает по спине. Это явно нечто большее, чем простая дань уважения парижским катакомбам, - впечатление такое, словно кто-то в самом деле попытался их воссоздать.

- Почему ты остановилась? - спрашивает Роб, проследив за моим взглядом.

- Все это так странно, ты не находишь?

Он ухмыляется:

- Да, есть немного. Но это еще и классно, что, скажешь нет?

- Очень классно. - Я выхожу в центр зала, чтобы рассмотреть люстру получше. - Интересно, сколько времени ушло на ее изготовление? Ведь наверняка это было коллективно произведение всей группы, а не одного-единственного ученика.

- Коллективное произведение? - в недоумении переспрашивает Роб.

- Мы не знаем, - вступает в разговор Лия. - Здешний декор был изготовлен за много лет до того, как сюда прибыли мы, - за много лет до того, как здесь появились твой дядя и другие нынешние учителя. Но да, наверняка это было коллективное произведение всей группы. Один человек никак не мог изготовить все это за семестр и даже за год.

- Это потрясающе. Все выполнено так искусно и так реалистично - ты понимаешь, о чем я, да?

Она кивает:

- Да.

Над входом в каждый из туннелей красуются еще кости, а также таблички с надписями на каком-то незнакомом мне языке. Я уверена, что это язык одного из коренных народов Аляски - хотелось бы знать какого. И я достаю телефон и делаю фото ближайшей таблички, рассчитывая погуглить этот текст вместе с названиями здешних флигелей.

- Нам надо идти, - спешно говорит Роб, когда я пытаюсь снять на телефон еще одну табличку. - Сейчас начнется урок.

- А, ну да. Извини. - Я оглядываюсь по сторонам и засовываю телефон в карман блейзера. - По какому из этих туннелей мы пойдем?

- По третьему слева, - отвечает Лия.

Мы идем ко входу в туннель, но когда мы подходим совсем близко, зал начинает трясти. Поначалу мне кажется, что у меня просто разыгралось воображение, но когда свисающие с люстры кости начинают жутко стучать друг о друга, я понимаю, что воображение тут ни при чем.

Мы стоим посреди старинного подземного хода в то время, как землю трясет....

___________________________________________

🖤🖤🖤