Читая "Сумерки"

Глава тринадцатая

Признания

– Признания, – прочитал Карлайл.

Эдвард в свете солнца выглядел ошеломляюще. Я никак не могла привыкнуть к этому,–

– Черт, – уныло пробормотал Эдвард.
– Она не сказала, что ты выглядел ужасно, всего лишь ошеломляюще, – заметила Элис.
– Она не может к этому привыкнуть, – прошипел Эдвард.
– И это может быть в хорошем смысле, – пожала плечами Элис.

хоть и не сводила с него глаз почти весь день. Его кожа, белоснежная, вместо того, чтобы быть чуть загорелой после вчерашней охоты, сверкала как тысячи маленьких бриллиантов, вкрапленных в идеально гладкую поверхность. Он лежал на траве совершенно неподвижно, рубашка была расстегнута, открывая взгляду его скульптурный сияющий торс и словно искрящиеся на солнце руки. Его блестящие светло-лавандовые веки были прикрыты, хотя, конечно, он не спал. Совершенная скульптура, выточенная из какого-то неизвестного камня - гладкого, как мрамор, и сверкающего, как горный хрусталь.

– Видишь, кажется, ей понравилось, – сказала Элис, и Эдвард даже позволил себе понадеяться на это, но все равно он не расслабится, пока она не скажет или не подумает об этом.

Иногда его губы шевелились, так быстро, что казались, будто они дрожат. Но когда я его спросила, он сказал, что напевал себе под нос, звук был слишком тихим, чтобы я могла его услышать.
Я наслаждалась солнцем, хотя воздух, на мой взгляд, не был достаточно сухим. Мне бы тоже следовало лечь на спину, как и он, и позволить солнцу ласково греть кожу. Но я продолжала сидеть, опираясь подбородком на согнутые в коленях ноги, не в силах отвести от него глаз.

– Видишь? – повторилась Элис.
– Да, кажется да, – улыбнулся Эдвард.

Ветерок был легким и нежным, спутывал мои волосы и покрывал рябью траву вокруг его неподвижного силуэта. Полянка, так восхитившая меня сначала, бледнела по сравнению с его великолепием.

– Теперь, точно вижу, – рассмеялся Эдвард.

Неуверенно, как всегда боясь - даже сейчас - что он исчезнет, как мираж, слишком красивый, чтобы быть реальным…неуверенно я протянула руку и коснулась пальцем тыльной стороны его мерцающей ладони. Я вновь была восхищена идеальной текстурой его кожи – атласно-гладкой, холодной, словно камень. Когда я снова взглянула на его лицо, его глаза были открыты, наблюдая за мной. Сегодня – цвета карамели, светлее и теплее после вчерашней охоты. Легкая улыбка мелькнула на его лице, приподнимая уголки безупречных губ.
- Я тебя не пугаю? – шаловливо спросил он, но я смогла расслышать настоящее любопытство в его голосе.
- Не больше, чем обычно.
Он улыбнулся еще шире, белоснежные зубы сверкнули на солнце.
Я осторожно подвинулась ближе, уже смелее очерчивая кончиками пальцев его предплечье. Я видела, что мои пальцы дрожали, и знала, что это не ускользнет от его внимания.
- Ты не против? -

– Совсем нет, – улыбнулся Эдвард, казалось, он был бы не прочь оказаться там в данный момент.

спросила я, когда он снова прикрыл глаза.
- Нет, - ответил он, не открывая глаз. – Ты не можешь представить себе, каково это чувствовать, - он вздохнул.
Я легонько провела рукой по идеальным мускулам его руки, следуя рисунку голубоватых вен до сгиба его локтя. Я протянула другую руку, чтобы перевернуть его ладонь. Поняв, что я хочу сделать, он перевернул кисть одним неуловимо быстрым движением. Я вздрогнула, мои пальцы на секунду замерли на его руке.
- Прости, - пробормотал он. Я взглянула на него как раз в тот момент, чтобы увидеть, что его золотистые глаза снова прикрыты. – С тобой мне слишком легко быть собой.
Я приподняла его руку, поворачивая так и этак, наблюдая, как солнце играет на коже. Приблизив его ладонь к своему лицу, я пыталась увидеть незаметные россыпи бриллиантов на коже.
- Скажи мне, о чем ты думаешь, - прошептал он. Я подняла глаза и увидела, что он сосредоточенно смотрит на меня. – Это все еще так странно для меня, не знать этого.

– Все же… не думаю, что я смогу к этому привыкнуть, – сказал Эдвард.
– И чем ближе вы станете, тем тяжелее тебе будет, – злобно улыбнулась Элис. – Всегда будешь задаваться вопросом, о чем она думает и не получать ответа.
–Хм, – пропыхтел раздраженный Эдвард.

- Ты знаешь, все остальные чувствуют себя так все время.
- Это тяжело, - мне показалось, или я услышала в его голосе намек на сожаление? – Но ты мне не ответила.
- Я жалела, что не могу знать, о чем думаешь ты…, - дальше я заколебалась.
- И?
- Я надеялась, что смогу поверить, что ты реален. И надеялась, что не буду бояться.

– Ей не следовало говорить, что она боится, – вздохнул Эдвард. – Особенно, учитывая тот факт, что я опять всё не так пойму.

- Я не хочу, чтобы ты боялась, - его голос сейчас был лишь мягким бормотанием. Мне показалось, что он сказал то, что не было искренней правдой – что мне не нужно бояться, что бояться нечего.
- Ну, я имела в виду не совсем страх, хотя здесь есть, о чем задуматься.
Так быстро, что я не успела этого заметить, он приподнялся, опершись на локоть правой руки, ладонь его левой руки все еще была в моих пальцах. Его ангельское лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего. Я могла бы – и мне следовало бы –

– Ее человеческие инстинкты, кажется, совсем затихли, – сказал Джаспер.

отпрянуть из-за его неожиданной близости, но была не в состоянии двигаться. Его золотистые глаза завораживали меня.
- Тогда, чего ты боишься? – настойчиво прошептал он.
Но я не могла ответить. Как и когда-то, я ощутила его холодное дыхание на моем лице. Сладкий, вкусный, ни на что не похожий запах. Инстинктивно, не задумываясь, я наклонилась еще ближе, глубоко дыша.

– Так не честно, она наслаждается моим запахом, в то время как ее запах причиняет мне боль, – надулся Эдвард.
– Тебе ее запах тоже должен нравиться, – сказал Карлайл. – Он вызывает выделение яда и жжение в горле, но сам запах, наверняка, тебя притягивает.
– Значит мука и счастье… моя любимая комбинация, – мрачно усмехнулся Эдвард.

И он исчез, выдернув свою руку из моих ладоней. За то время, что мне потребовалось, чтобы снова четко видеть окружающие предметы, он уже стоял шагах в 20 от меня, на самом краю маленькой поляны, в густой тени огромной пихты. Он смотрел на меня, в тени его глаза казались темными, выражение лица было нечитаемым.

– Она снова была слишком близко, – сказал Эдвард, закрыв глаза, и начал массировать переносицу. – Я надеялся, что мы уже это прошли.
– Эдвард, думаю, после этого дня все будет хорошо, – высказалась Эсме. – Как Белла говорила в предыдущей главе, после этого дня все станет проще.
– Если я выдержу этот день, – сказал Эдвард сквозь зубы.

Я чувствовала, что на моем лице сейчас боль и шок. Пустые руки словно жгло.
- Мне…жаль…Эдвард, - прошептала я. Я знала, что он услышал.
- Дай мне секунду, - ответил он, достаточно громко, чтобы я могла услышать. Я сидела, не двигаясь.
Через 10 невероятно долгих секунд, он медленно подошел ко мне, слишком медленно для него. Он остановился, все еще на расстоянии нескольких шагов, и грациозно скользнул на землю, скрестив ноги, не сводя с меня глаз. Он сделал два глубоких вдоха и затем улыбнулся мне извиняющейся улыбкой.
- Мне очень жаль, - он поколебался. – Ты поймешь, что я имею в виду, если скажу, что в этот момент был всего лишь человеком?
Я кивнула, не в силах улыбнуться его шутке. Адреналин бежал по моим венам, пока ощущение опасности медленно исчезало. Он мог почувствовать это оттуда, где сидел. Его улыбка стала фальшивой.
- Я самый опасный хищник на планете, не правда ли? Все во мне привлекает тебя – мой голос, мое лицо, даже мой запах. Как будто мне это необходимо!
Неожиданно он уже стоял на ногах, затем исчез из виду, появившись под тем же деревом, что и ранее, меньше, чем через полсекунды.

– Что ты делаешь, идиот? – спросила потрясенная Элис.
– Я… я не знаю, что я делаю, – сказал Эдвард, выглядя таким же пораженным так и Элис.
– Ты пугаешь ее, – сказала Эсме, нахмурившись.

- Как будто ты могла бы сбежать от меня, - он горько рассмеялся.
Он протянул одну руку и с оглушительным треском отломил от ствола ели ветку полуметровой толщины, покрутил ее в руке, а затем с невероятной скоростью бросил в другое громадное дерево, которое задрожало от удара.
А затем он снова оказался передо мной, в двух шагах, неподвижный, словно скала.
- Как будто ты смогла бы меня победить, - мягко произнес он.
Я сидела, не двигаясь, боясь его больше, чем когда-либо.

– Идиот, – пробормотал Эдвард сам себе.

Я никогда не видела его таким, не скованным внешним утонченным фасадом. Никогда еще он не был настолько не похожим на человека… или настолько красивым. С бледным лицом и широко распахнутыми глазами, я сидела словно птенчик, застывший под взглядом кобры.
Его прекрасные глаза сияли от лихорадочного волнения. Затем, несколько секунд спустя, они погасли. Его лицо медленно превращалось в маску невыразимой печали.

– Наконец-то ты понял, какой ты дурак, – прошипела Элис.

- Не бойся, - пробормотал он, его бархатный голос непреднамеренно был все также притягателен. – Я обещаю…, - он заколебался, - Я клянусь, что не причиню тебе боли, - казалось, что он больше старался убедить меня, чем себя.
- Не бойся, - прошептал он снова, делая ко мне шаг с преувеличенной медлительностью. Он сел, слегка наклонившись вперед, двигаясь обдуманно медленно, пока наши лица не оказались на одном уровне.
- Пожалуйста, прости меня. Я могу контролировать себя. Ты застала меня врасплох, но сейчас я полностью себя контролирую.

‘Тебе лучше контролировать, потому что боже тебя упаси, Эдвард, если мы не встретим Беллу, тебе будет очень больно,’ подумала Элис, злобно свернув глазами.

Он ждал, но я все еще не могла говорить.
- Я сегодня не голоден, честно, - подмигнул он мне.
Я не могла не рассмеяться, только звук был дребезжащим и слабым.
- Ты в порядке? – нежно спросил он, медленно, осторожно касаясь своей мраморной рукой моих ладоней.
Я взглянула на его гладкую, холодную кисть, а затем посмотрела ему в глаза. Его взгляд был нежным, раскаивающимся. Я снова посмотрела на его руку, а затем снова занялась изучением линий на его ладони кончиками пальцев. Подняв на него глаза, я робко улыбнулась.

– Тебе повезло, что она такая великодушная, – сказала Элис.
– Я знаю, – облегченно улыбнулся Эдвард.

Ответная улыбка была ослепительной.
- Так о чем мы говорили до того, как я так грубо прервал нашу беседу? – спросил он с певучими интонациями предыдущего столетия.
- Честно, я не могу вспомнить.
Он улыбнулся, но его лицо было пристыженным.
- Думаю, мы говорили о том, почему ты боялась, кроме очевидных причин.
- О, верно.
- Итак?
Я опустила глаза и очертила пальцами линию на его гладкой переливающейся ладони. Секунды продолжали тикать.
- Как легко меня разочаровать, - вздохнул он.

Эдвард и Эммет усмехнулись.
– Я уже и правда не могу дождаться, когда она приедет, – сказал Эммет. – Эдди не помешает немного разочарований в жизни.

Я посмотрела ему в глаза, неожиданно осознав, что все это, каждое мгновение, было для него так же ново, как и для меня. После стольких лет такого непостижимого опыта, который у него был, ему тоже было трудно. Эта мысль придала мне храбрости.

– Опыт, – рассмеялся Эммет. – Он может и прожил больше ста лет, но в этой области у него совсем нет опыта.
– Заткнись, – прорычал Эдвард. Спустя несколько секунд он помрачнел и прошипел, – Хватит.
Эммет усмехнулся.

- Я боялась…потому что, ну, кроме очевидных причин, я не могу остаться с тобой. И я боюсь, что хочу быть с тобой намного сильнее, чем следовало бы, - я смотрела вниз на его руку, пока говорила. Мне было трудно сказать это вслух.
- Да, - медленно согласился он. – Этого действительно стоит бояться. Желать быть со мной. Это точно не в твоих интересах.

– Прекрати быть таким идиотом, – простонала Элис, страстно желая ударить его, но улыбка на лице Эдварда подсказала ей, что он будет готов к этому.

Я нахмурилась.
- Мне нужно было уйти еще очень давно, - он вздохнул. – Мне следует уйти сейчас. Но я не знаю, смогу ли.
- Я не хочу, чтобы ты уходил, - жалко промямлила я, снова глядя вниз.
- Именно поэтому мне следует это сделать. Но не беспокойся. Я – в высшей степени эгоистичное создание.

– Не могу не согласиться, – ухмыльнулась Розали.

Я слишком сильно жажду твоего присутствия, чтобы сделать то, что должен.
- Я рада.
- А не должна бы, - он высвободил руку, на сей раз более нежно. Его голос звучал жестче, чем обычно – для него, но все равно намного красивее любого человеческого голоса. Это было сложно уловить – неожиданные перемены его настроения всегда в изумлении оставляли меня на шаг позади.

– Кому ты рассказываешь, – сказал Джаспер. – А мне еще пока даже не пришлось столкнуться с эмоциями книжного Эдварда… будет еще хуже. А когда-то ты был таким уравновешенным вампиром.
– Заткнись, – прорычал Эдвард.

- Я жажду не только твоего присутствия! Никогда не забывай этого! Никогда не забывай, что я более опасен для тебя, чем для кого-либо еще, - он замолчал, и я подняла глаза, чтобы увидеть, как он невидящим взглядом смотрит в лес.
Я подумала пару секунд.
- Я не думаю, что точно понимаю, о чем ты говоришь – по крайней мере, твои последние слова.
Он обернулся ко мне и улыбнулся, его настроение снова изменилось.
- Как мне объяснить? – задумчиво протянул он. - И не напугать тебя снова, хм-м-м…, - кажется, даже не замечая, он снова положил свою руку на мою ладонь. Я крепко сжала ее обеими руками. Он посмотрел на наши ладони.
- Это удивительно приятно - так тепло, – он вздохнул.
Прошло еще несколько секунд, пока он собирался с мыслями.
- Ты знаешь, что всем нравятся разные вкусы? – начал он. – Некоторые люди любят шоколадное мороженое, другие предпочитают клубничное?

– Кажется, теория с запахом скоро подтвердится, – улыбнулся Карлайл.

Я кивнула.
- Извини за аналогии с едой – не могу придумать другой способ, чтобы объяснить.
Я улыбнулась, он с сожалением улыбнулся в ответ.
- Видишь ли, каждый человек пахнет по-разному, имеет свой аромат. Если ты запрешь алкоголика в комнате, заполненной бутылками с прокисшим пивом, он с радостью его выпьет. Но он сможет устоять, если захочет, если пытается избавиться от зависимости. Теперь предположим, что ты оставляешь в той же комнате бокал бренди столетней выдержки, редчайшего, изысканного коньяка – и комната заполняется его теплым ароматом – как ты думаешь, он сможет с этим справиться?
Мы тихо сидели, глядя друг другу в глаза, пытаясь прочесть мысли друг друга.

– Не думаю, что она понимает, – сказал Джаспер.

Он нарушил тишину первым.
- Возможно, это не самое удачное сравнение. Возможно, отказаться от бренди слишком легко. Возможно, мне следовало вместо этого сделать нашего алкоголика героинозависимым.
- Значит, ты пытаешься сказать, что я - твой сорт героина? – поддразнила я, пытаясь улучшить настроение.

– Эта антология получше, – сказал Джаспер. – И она объясняет твои перепады настроения и постоянную нужду находиться рядом с ней.

Он улыбнулся в ответ, словно оценив мои усилия.
- Да, ты абсолютно мой сорт героина.
- И часто такое случается? – спросила я.
Он смотрел на верхушки деревьев, раздумывая над своим ответом.
- Я говорил об этом со своими братьями, - он все еще смотрел вдаль. – Для Джаспера все вы в основном кажетесь одинаковыми. Он совсем недавно присоединился к нашей семье. Ему сейчас очень тяжело сдерживаться. У него не было времени, чтобы начать улавливать различия в запахах и вкусах, -

– Вот это да, спасибо Эдвард, – пробормотал Джаспер, выглядя подавленным.
он бросил на меня быстрый взгляд, выражение лица было извиняющимся.

- Прости, - сказал он.
- Ничего не имею против. Пожалуйста, не волнуйся, что можешь меня задеть, или напугать, или что-либо еще. Просто ты так привык думать. Я понимаю, или могу попытаться, по крайней мере. Объясняй так, как можешь.
Он сделал глубокий вдох и снова посмотрел на небо.
- Так что Джаспер не уверен, что когда-либо встречал кого-то, что был бы так же, - он поколебался, подбирая подходящее слово, – притягателен для него, как ты для меня. Так что думаю, что с ним такого не было. Эммет более опытен, и он понял, что я имею в виду. Он сказал, что с ним такое случалось дважды, из которых один раз это было сильнее, чем когда-либо.

– Эти были потрясающими, – сказал Эммет, явно вспоминая о них, но не выглядя весёлым.

- А с тобой?
- Никогда.
Слово на секунду повисло в теплом воздухе.
- Что сделал Эммет? – спросила я, чтобы нарушить тишину.

– Снова неправильный вопрос, – простонал Эдвард.

Вот это был неправильный вопрос. Его лицо помрачнело, рука в моих ладонях сжалась в кулак. Он отвернулся. Я ждала, но он не собирался отвечать.
- Кажется, я знаю, - наконец сказала я.
Он поднял глаза – взгляд был задумчивым, умоляющим.
- Даже сильнейшие из нас оступаются, не так ли?
- Чего ты просишь? Моего разрешения? –

– Черт, это не то, что я имел в виду, – сказал Эдвард, потрясенный ее словами. – Я бы никогда об этом не просил… я защищал Эммета.

мой голос прозвучал резче, чем я хотела. Я постаралась говорить мягче – могу представить, чего стоила ему эта откровенность. – В смысле, никакой надежды, верно? – как спокойно я могу обсуждать собственную смерть!

– У вас есть надежда, – ответил Эммет заметив, каким подавленным становится Эдвард с каждой минутой. – Эдвард намного сильнее меня в этом смысле… если учесть, что она до сих пор жива. К тому же, я не относился к этим девушкам так, как Эдди к Белле.
– Спасибо Эм, – сказал Эдвард, немного расслабившись.

- Нет! Нет! – тотчас сокрушенно возразил он. – Конечно, надежда есть! В смысле, конечно я не буду… - он не закончил предложение. Его глаза не отрывались от моих. – Для нас все по-другому. Эммет… Это были незнакомцы, которых он случайно встретил. Это было очень давно, и он не был так…натренирован, так осторожен, как сейчас.

– Ничего бы не изменилось, – сказал Эммет и потом поспешно добавил. – Для меня.

Он замолчал и внимательно смотрел на меня, пока я обдумывала эту мысль.
- Значит, если бы мы встретились на темной аллее или вроде того…, - я умолкла.
- Мне понадобились все силы, чтобы не подскочить в середине того урока в кабинете, полном детей и…, - он резко остановился и отвернулся. – Когда ты прошла мимо меня, я мог разрушить все, что Карлайл создал для нас, прямо здесь и сейчас. Если бы я не отрицал свой голод последние…ну, слишком много лет, я бы не был в состоянии остановить себя, - он замолчал и хмуро уставился на деревья.

– Это не единственная причина, – ласково сказал Эсме. – Ты сильнее, чем думаешь.

Затем мрачно посмотрел на меня - мы оба вспоминали.
- Должно быть, ты подумала, что я ненормальный.
- Я не могла понять, почему. Как ты мог возненавидеть меня так быстро…
- Для меня, ты была чем-то вроде демона, явившегося прямо из моего личного ада, чтобы уничтожить меня. Аромат, исходивший от твоей кожи… Я думал, что он сведет меня с ума в тот самый первый день. За тот час я придумал сотни различных способов выманить тебя из комнаты, остаться с тобой наедине. И боролся с каждой из этих мыслей, думая о своей семье, о том, что могу сделать с ними. Мне пришлось бежать, исчезнуть, прежде чем я смогу сказать хоть слово, которое заставит тебя последовать за мной…
Он смотрел на мое меняющееся выражение лица, пока я пыталась собрать воедино все его горькие воспоминания.

– Не могу поверить, что ты так спокойно говоришь о ее убийстве, – сказал Джаспер, качая головой. – И она все так спокойно воспринимает.

Золотистые глаза сияли из-под ресниц, гипнотические и смертоносные.
- Ты бы пошла за мной, - уверенно сказал он.
Я старалась говорить спокойно.
- Вне всяких сомнений.
Он нахмурился, опуская глаза, освобождая меня от плена своего взгляда.
- А потом, когда я пытался изменить свое расписание в безнадежной попытке избежать тебя, ты была там – в этой закрытой маленькой теплой комнате, запах сводил меня с ума. Я был так близок к тому, чтобы сорваться. Кроме тебя там был только один слабый человек – такая легко устранимая помеха.
Я задрожала на теплом солнце, увидев свои воспоминания его глазами, только сейчас осознавая грозившую мне опасность. Бедная мисс Коуп. Меня снова затрясло от того, как близка я была к тому, чтобы непреднамеренно стать причиной ее смерти.

Эдвард усмехнулся, хотя и горько.
– Что такого смешного? – спросил Карлайл.
– Что она бы винила себя, – сказал Эдвард. – Это была бы моя вина, но она бы обвиняла себя.

- Но я выдержал. Не знаю как. Я заставил себя не ждать тебя, не преследовать тебя после школы. Снаружи стало легче, ведь я больше не мог чувствовать твой запах, чтобы четко подумать, чтобы принять верное решение. Я высадил всех остальных у дома – мне было слишком стыдно признаться им, как я слаб – и направился прямо к Карлайлу, в больницу, чтобы сказать ему, что уезжаю.

– Ты и правда уехал, – вздохнула Эсме.

Я удивленно смотрела на него.
- Я поменялся с ним машинами – у него был полный бак бензина, а я не хотел останавливаться. Я не посмел идти домой, чтобы столкнуться там лицом к лицу с Эсме.

– И даже не попрощался со мной, – злобно сверкнула глазами Эсме.

Она не дала бы мне уйти, не устроив сцену. Она бы постаралась меня убедить, что в этом нет никакой необходимости…

– Ну, в этом не было необходимости, – сказала Эсме.
– Честно, думаю, была, – сказал Эдвард. – Мне нужно было собраться с силами, если бы я собирался находиться рядом с ней.

- К следующему утру я был на Аляске, -

– Значит, ты поехал к Тане, – сказала Эсме, кажется, ей стало легче оттого, что он поехал навестить семью и был неподалеку.

его голос звучал пристыжено, словно он признавался в величайшей трусости. – Я провел там два дня с несколькими старыми знакомыми…но скучал по дому. Я ненавидел осознание того, что расстраиваю Эсме и всех остальных, мою приемную семью. В чистом воздухе гор было трудно поверить, что ты была так неотразима. Я убедил себя, что это было слабостью – этот мой побег. Я сталкивался раньше с искушением, пусть и не такой силы – и близко нет, – но я был силен. И кем была ты - незначительно маленькая девочка, -

– Она не незначительная, – пробормотал Эдвард.
– Споришь сам с собой брат? – ухмыльнулся Джаспер.
– Заткнись, – простонал Эдвард.

он неожиданно улыбнулся – чтобы изгнать меня из места, где я хотел быть? И я вернулся… - он смотрел в сторону.
Я не могла сказать ни слова.
- Я принял меры предосторожности, охотился, ел больше, чем обычно, прежде чем увидеть тебя снова. Я был уверен, что достаточно силен, чтобы игнорировать тебя так же, как и любого другого человека. Я был самонадеян.
- Безусловной сложностью было то, что я не мог просто прочесть твои мысли, чтобы знать твои чувства ко мне. Мне бы не пришлось идти такими обходными путями, слушая твои слова в мыслях Джессики… Ее разум довольно примитивен, и раздражало то, что приходится до такого опускаться. Кроме того, я не мог знать, действительно ли ты говоришь то, что думаешь на самом деле. Это все ужасно раздражало, - он нахмурился своим воспоминаниям.
- Я хотел, чтобы ты забыла о моем поведении в тот первый день, если это возможно, и потому попытался поговорить с тобой, как говорил бы с любым другим человеком. Вообще-то, мне было любопытно, я надеялся, что смогу понять некоторые твои мысли. Но ты была слишком интересной, я поймал себя на том, что слежу за выражением твоего лица… и каждый раз – как тогда, так и сейчас – когда ты взмахиваешь в воздухе рукой или волосами, твой запах снова меня завораживает…
- Конечно, затем тебя чуть не сбило насмерть прямо на моих глазах. Позже я придумал идеально хорошее извинение своим действиям в тот момент – потому что если бы я тебя не спас, если бы твоя кровь пролилась здесь, передо мной, я не думаю, что смог бы остановить себя, не выдав того, кем мы являемся на самом деле.

– О, это довольно хорошее оправдание, – сказал Эдвард. – Почему я не подумал об этом?
– Ну, ты подумал, – сказала Элис. – Просто у тебя не было времени дойти до этого заключения сейчас.

Только я придумал это позже. В тот момент, все, о чем я мог думать: «Только не ее».
Он закрыл глаза, сделав это мучительное признание. Я жадно слушала. Знакомое чувство говорило мне, что я должна быть испугана. Вместо этого, я чувствовала облегчение, что, наконец, все поняла.

– Ее любопытство важнее ее жизни, – проворчал Эдвард.

И меня наполняло сострадание к его мукам, даже сейчас, когда он признался в том, что хотел забрать мою жизнь.
Я наконец-то смогла говорить, хотя мой голос и был слаб.
- В больнице?
Он посмотрел мне в глаза.
- Я был шокирован. Я не мог поверить, что подверг всех нас такой опасности, что поддался твоей силе – из всех людей именно тебе. Как будто мне требовался еще один мотив, чтобы тебя убить, - нас обоих передернуло, когда прозвучало это слово. – Я поругался с Розали, Эмметом и Джаспером, когда они сказали, что теперь придется…

– Мы же не…? – открыл рот от удивления Эммет.
– Не думаю, что тебя это волновало, – сказала Розали своему на вид спятившему мужу. – Ты, наверное, всего лишь поддерживал меня… В любом случае тебе было все равно.
– Вау, мне от этого легче, – пробормотал Эммет.
– А вот я… – уныло сказал Джаспер. – Я даже не думал об этом, когда мы читали — думаю, я знал, что она никому ничего не скажет — но я сделаю все чтобы защитить семью… интересно, что меня остановило?
– Наверное, я сказал тебе, что не позволю, – сказал Эдвард.
Джаспер задумался, – Не уверен, что этого хватило бы.
– Я сказала тебе не трогать ее, – догадалась Элис.
Джаспер повернулся к ней. – Может.
– Никаких может… я увидела, что мы с ней подружимся, и попросила тебя не причинять ей боль, – победоносно улыбнулась Элис, с нею всегда так (увидев подобные вещи, она воспринимает их как реальность, которую не избежать).
– Ты же знаешь, я никогда не сделаю чего-то, если ты меня не попросишь, – улыбнулся Джаспер, счастливый что не навредил девушке.

самая ужасная ссора из всех, что у нас когда-либо были. Карлайл был на моей стороне, и Элис тоже, - он сделал странное выражение лица, когда произнес ее имя.

– Я была на твоей стороне, почему ты гримасничаешь? – спросила разъяренная Элис.
– Понятия не имею, – пожал плечами Эдвард.

Я не могла понять, почему. – Эсме сказала мне делать все, что захочу, лишь бы я остался, - он снисходительно покачал головой.
- На следующий день я прослушивал мысли всех, с кем ты разговаривала, шокированный тем, что ты сдержала свое слово. Я совершенно не мог тебя понять. Но я знал, что не могу еще больше увлечься тобой. Я делал все возможное, чтобы держаться от тебя подальше настолько, насколько это вообще возможно. И каждый день аромат твоей кожи, твоего дыхания, твоих волос…это поражало меня так же, как и в самый первый день.
Он снова встретился со мной взглядом, выражение его глаз было удивительно нежным.
- И все же, после всего этого, я бы чувствовал себя намного лучше, если бы мне пришлось раскрыть всем то, кем мы являемся в тот самый первый миг, чем сейчас здесь – без свидетелей, когда меня ничто не может остановить – причинил бы тебе боль.
Я все же была достаточно человеком, чтобы спросить:
- Почему?

– Почему? – повторил Эдвард, качая головой. – Потому что ты важна для меня… очень важна… я не могу представить, каково это потерять тебя… особенно таким образом.

- Изабелла, - он очень осторожно произнес мое полное имя, а затем шаловливо коснулся моих волос свободной рукой. Шок пробежал по всему моему телу от его простого прикосновения. – Белла, я не смогу жить, если когда-либо причиню тебе боль. Ты не знаешь, как эта мысль мучительна для меня, - он посмотрел вниз, снова стыдясь. – Мысль о тебе – неподвижной, бледной, холодной…

– Ты имеешь в виду мертвой? – спросила Элис.
– Конечно, – ответил Эдвард, выглядя озадаченным вопросом, ответ на который очевидный.
– Просто по описанию кажется, что ты говоришь о нас, – продолжила Элис. – Как будто, ты боишься ее превращения в вампира.
– Этого я тоже не хочу, – сказал Эдвард, содрогнувшись.
– Но, это единственный логический… – начала Элис.
– Нет! – выкрикнул Эдвард. – Она останется человеком и точка! Я не уничтожу ее душу.

Никогда не увидеть, как алый румянец заливает твои щеки, никогда не увидеть блеск понимания в твоих глазах, когда ты видишь меня сквозь все мое притворство… это было бы невыносимо, - он поднял свои потрясающие, полные муки глаза на меня. – Сейчас ты для меня дороже всего. И всегда будешь для меня дороже всего.
Моя голова закружилась от того, какое направление принял наш разговор. Начав с веселого обсуждения моей грядущей смерти, мы вдруг открыли друг другу свои чувства.

– Вторая часть ей кажется более пугающей, – вздохнул Эдвард.

Он ждал, и хотя я смотрела вниз на наши руки, я знала, что его золотистые глаза следят за выражением моего лица.
- Ты уже знаешь о моих чувствах, конечно, - наконец сказала я. – Я здесь, что означает, что я бы скорее умерла, чем решилась жить дальше, если тебя не будет рядом, - я нахмурилась. – Я - идиотка.

– Ты не одна такая, – усмехнулся Эдвард.

- Ты действительно идиотка, - со смехом согласился он. Наши взгляды встретились, и я тоже засмеялась. Мы смеялись над моим «диагнозом» и над абсолютной невероятностью этой секунды.
- Итак, лев полюбил ягненка…, - пробормотал он. Я отвернулась, пряча глаза, чтобы он не видел, как тронули меня его слова.
- Какой глупый ягненок, - вздохнула я.
- И какой глупый, лев-мазохист, -

– Ты и правда любишь себя помучить, не так ли? – рассмеялся Эммет. Эдвард пожал плечами и усмехнулся.

он долго смотрел вглубь тенистого леса, и мне стало интересно, какая мысль его занимает.
- Почему…, - начала я и остановилась, не решаясь продолжить.
Он посмотрел на меня и улыбнулся, солнце засверкало на его лице.
- Да?
- Скажи мне, почему ты отскочил от меня до этого?
Его улыбка исчезла.
- Ты знаешь почему.
- Нет, я имею в виду, что именно я сделала неправильно?

– Она ничего не сделала, – сказал Эдвард. – Это тоже будет раздражать… ее вечная привычка винить во всем себя.

Я должна быть сама себе телохранителем, так что мне лучше заранее выучить, чего делать не следует. Например, вот это, – я провела по его руке, – кажется, проблемой не является.
Он снова улыбнулся.
- Ты не сделала ничего неправильного, Белла. Это была моя вина.
- Но я хочу помочь, если смогу, чтобы не делать ничего, что было бы еще тяжелее для тебя.

– А это не плохая идея, – сказал Карлайл. – Любая помощь не помешает.

- Ну, хорошо, - он поразмышлял пару секунд. – Дело было в том, как близко ты находилась. Большинство людей инстинктивно сторонятся нас, их отталкивает наша непохожесть на остальных… Я не ожидал, что ты подойдешь настолько близко. И запах твоего горла, -

– Был аппетитным, – ухмыльнулся Эммет.
– Эммет, – прорычал Эдвард, казавшийся в этот момент по-настоящему безумным. – Не шути об этом.

Он быстро остановился, пытаясь понять, не расстроил ли меня.
- Хорошо, - небрежно сказала я, пытаясь смягчить неожиданно напряженную атмосферу. Я опустила подбородок. – Никакой демонстрации горла.

Эммет попытался сдержать смех, и был рад, когда Эдвард сам рассмеялся, значит, теперь ему безопасно рассмеяться самому.

Это сработало – он засмеялся.
- Нет, честно, это было скорее от неожиданности.
Он поднял свободную руку и осторожно коснулся моей шеи. Я сидела, не двигаясь, холод его прикосновения был предупреждением – предупреждением о том, что мне следует бояться. Но во мне не было страха. Зато были другие чувства…
- Видишь, - промолвил он, – все просто прекрасно.
Кровь быстрее побежала по моим венам, и я страстно желала замедлить ее бег, чувствуя, что сейчас это может все намного усложнить – это учащенное биение моего пульса. Наверняка он мог это слышать.
- Румянец на твоих щеках просто чудесный, - пробормотал он. Он мягко высвободил вторую руку. Мои ладони безвольно упали на колени. Он нежно провел кончиками пальцев по моей щеке, затем взял мое лицо в свои мраморные руки.
- Не двигайся, - прошептал он, как если бы я и так не застыла на месте.

– Оооооо, что ты собираешься сделать? – взволнованно спросил Эммет.

Медленно, не отводя взгляда своих глаз от моих, он наклонился ко мне. Затем резко, но очень нежно прижался своей холодной щекой к ямочке в основании моей шеи. Я была не в состоянии двигаться, даже если бы и захотела этого. Я слушала звук его неровного дыхания, и смотрела, как ветер и солнце играют в его волосах. С неторопливой медлительностью его руки скользнули по моей шее. Я задрожала, и услышала, как он на секунду задержал дыхание. Но его руки продолжали двигаться, медленно соскальзывая к моим плечам, и затем остановились.
Он наклонил голову, его нос легонько коснулся моей ключицы. Он соскользнул еще ниже и нежно прижался щекой к моей груди.

– Эдвард, на первом свидании? – усмехнулся Эммет.

Слушал мое сердце.
Не знаю, сколько мы сидели так, не двигаясь. Возможно, прошли часы. Наконец, биение моего пульса почти пришло в норму, но он все еще не двигался и не говорил ни слова. Я знала, что в любой момент этого может оказаться уже слишком, и моя жизнь может закончиться —

Эдварда передернуло.

так быстро, что я, возможно, даже не успею этого понять. И я не могла заставить себя бояться. Я не могла думать ни о чем, кроме его прикосновения ко мне.
А затем, слишком быстро, он меня отпустил. Его взгляд казался умиротворенным.
- Теперь уже не будет так тяжело, - удовлетворенно сказал он.
- Для тебя это было очень трудно?
- И близко не так ужасно, как я себе это представлял.

– Хорошо, – улыбнулся Эдвард.

- Нет, это не было трудно…для меня.
Он улыбнулся над интонацией моего голоса.
- Ты понимаешь, о чем я.
Я улыбнулась в ответ.
- Вот, - он взял мою руку и приложил ее к своей щеке. – Чувствуешь, какая теплая?
И она действительно была почти теплой, его обычно ледяная кожа. Но важнее для меня было то, что, касаясь его лица, исполнилось то, о чем я постоянно мечтала с первого дня, когда его увидела.
- Не двигайся, - прошептала я.
Никто не мог бы быть таким же неподвижным как Эдвард.

– Эрр… вообще-то любой вампир может замирать подобно Эдварду, – заметил Джаспер смеясь.

Он закрыл глаза и застыл, словно камень под моей рукой.
Я двигалась даже медленнее, чем он, стараясь не сделать ни одного неосторожного движения. Я подгладила его по щеке, нежно коснулась век, фиолетовых кругов под глазами. Обвела контур его идеального носа, а затем с чрезвычайной осторожностью дотронулась до безупречных губ, которые приоткрылись от моего прикосновения, и я почувствовала его холодное дыхание кончиками пальцев. Мне захотелось склониться к нему, вдохнуть его запах.

– Не думаю, что это хорошая идея, – сказал Эдвард немного взволнованно.
– Не волнуйся, она умнее этого, – сказал Карлайл. – Она не сделает ничего, чтобы причинить тебе боль…

И потому я опустила руку и отодвинулась, не желая, чтобы он снова отдалился от меня.
Он открыл глаза, и взгляд был голодным. Не настолько сильный, чтобы напугать меня, но достаточный, чтобы свело живот, и пульс снова молоточком застучал в венах.

– Смотрите, Эдди наконец-то хочет кого-то в этом смысле! – обрадовался Эммет.

- Если бы…, - прошептал он. – Если бы ты могла почувствовать то смятение…замешательство…, которое чувствую я, тогда ты бы поняла...
Он поднял руку и осторожно коснулся моих волос, убрав упавшие на лоб пряди.
- Так объясни мне, - выдохнула я.
- Не думаю, что смогу. Я говорил тебе, с одной стороны – голод – или жажда, которую я, прискорбное создание, испытываю по отношению к тебе. И думаю, ты можешь это понять, до определенной степени. Хотя, - он слегка улыбнулся, - раз уж ты не имеешь зависимости от каких-либо нелегальных веществ, возможно, ты не можешь полностью этого понять. Но…, - его пальцы слегка коснулись моих губ, и меня снова пробрала дрожь, - есть и другое желание. Желание, которого я даже не понимаю, которое незнакомо мне.

– Да удовлетвори ты их, наконец, – рассмеялся Эммет.

- Я могу понять это лучше, чем ты думаешь.
- Я не привык чувствовать что-то настолько человеческое. Это всегда так?
- Именно со мной? – я замолчала. – Нет, такого никогда не было. Никогда до этого.
Он держал мои ладони в своих руках. Они казались такими слабыми по сравнению с его стальной мощью.
- Я не знаю, как быть ближе к тебе, - признался он. – Не знаю, смогу ли.
Я очень медленно приблизилась, предупреждающе глядя ему в глаза, и коснулась щекой его каменной груди. Я могла слышать его дыхание – и ничего больше.
- Этого достаточно, - вздохнула я, закрывая глаза.

– Нет, не достаточно, – сказал Эммет, выглядя раздосадованным.

В очень человеческом порыве он обнял меня и прижался лицом к моим волосам.
- У тебя получается лучше, чем ты себя оцениваешь, - заметила я.
- У меня есть человеческие инстинкты – возможно, они спрятаны где-то очень глубоко, но они есть.
Мы просидели так еще один бесконечный миг. Мне было интересно – ему также не хочется двигаться, как и мне?

– Определенно, – сказал Эдвард.

Но я видела, что солнечный свет начал понемногу исчезать, лесные тени подобрались к нам совсем близко, и вздохнула.
- Тебе пора идти.
- Я думала, что ты не можешь читать моих мыслей.
- Понемногу начинаю, - я слышала по его голосу, что он улыбается.

– Неправда, – сказал Эдвард.
– Ты можешь читать выражения ее лица, – предположила Элис.

Он взял меня за плечи, и я посмотрела в его лицо.
- Могу я тебе кое-что показать? – неожиданное веселье вспыхнуло в его глазах.
- Что показать?
- Я покажу тебе, как я путешествую по лесу, - он увидел выражение моего лица.

– Ты собираешься бежать с ней? – спросила Элис.
– Да, а почему бы и нет? – сказал Эдвард, улыбаясь идее… бег его любимое занятие.
– Ты же видел, как она реагирует на твое вождение машины, – ухмыльнулась Элис.
– О, – вздохнул Эдвард.
– Не волнуйся, ты будешь в абсолютной безопасности, и мы доберемся до твоего пикапа намного быстрее, - он снова улыбнулся своей коварной улыбкой – настолько красивой, что мое сердце чуть не остановилось.

- Ты превратишься в летучую мышь? – осторожно спросила я.
Все рассмеялись.
Он засмеялся громче и веселее, чем когда-либо.
- Такого у меня точно никогда не спрашивали!
- Тогда можешь приготовиться – теперь тебе придется повторять это постоянно.
- Давай, маленькая трусиха, забирайся ко мне на спину.

– Маленькая трусиха? – спросил Эммет с издевкой. – Она не трусиха.

Я ждала, что он возможно просто пошутил, но, похоже, он говорил серьезно. Он улыбнулся, заметив мою нерешительность, и протянул мне руку. Мое сердце тут же отреагировало. Хоть он и не мог слышать моих мыслей, мой пульс меня всегда выдавал. Он легко закинул меня к себе на спину, без каких-либо усилий с моей стороны. Я так крепко обвилась вокруг него ногами и руками, что нормального человека точно бы удушила. Но сейчас я словно цеплялась за камень.
- Я немного тяжелее, чем твой обычный рюкзак, - предупредила я.

– Как будто я замечу, – рассмеялся Эдвард.

- Ха! – фыркнул он. Я почти услышала, как он закатил глаза. Никогда не видела его в таком приподнятом настроении.
Он испугал меня, когда неожиданно схватил мою руку и, прижав ее ладонью к своему лицу, глубоко вдохнул.
- Все легче и легче, - пробормотал он.
А потом он побежал.
Если я когда-либо и боялась смерти, когда он был рядом, то с тем, что я чувствовала сейчас, это вообще не могло сравниться.

– Агрх, она всегда выбирает самые абсурдные вещи, чтобы бояться, – простонал Эдвард.

Он летел сквозь темные густые заросли леса словно пуля, словно призрак. Не было ни звука, ни намека на то, что его ноги касаются земли. Его дыхание не сбивалось и не учащалось. Но деревья летели на смертельной скорости, промахиваясь мимо нас буквально на сантиметры.
Я была слишком напугана, чтобы зажмуриться, хотя холодный лесной воздух хлестал по лицу и «жег» глаза. Ощущение было такое, словно я по глупости высунула голову в иллюминатор во время полета. И впервые за всю мою жизнь я почувствовала признаки «морской болезни».

– Агрх, – снова простонал Эдвард.

А потом все кончилось. Этим утром нам потребовались часы, чтобы добраться до поляны Эдварда, а сейчас буквально за несколько минут мы оказались у пикапа.
- Бодрит, не правда ли? - его голос был веселым, взбудораженным.
Он стоял не двигаясь, ожидая, пока я слезу. Я попыталась, но мои мускулы меня не подчинялись. Руки и ноги все так же крепко обхватывали его тело, пока моя голова продолжала кружиться.
- Белла? – спросил он, на сей раз обеспокоено.
- Я думаю, мне нужно прилечь, - с трудом выдохнула я.
- О, прости, - он ждал меня, но я все еще не могла двигаться.
- Я думаю, мне нужна помощь, - призналась я.

– Ах, бедная Белла, – рассмеялся Эммет.

Он тихо рассмеялся и мягко ослабил мертвую хватку на своей шее. Железной силе его рук сопротивляться было невозможно. Он осторожно провернул меня лицом к себе, качая на руках, словно маленького ребенка. Подержав меня пару минут, он осторожно опустил меня на пружинистый папоротник.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил он.
Я не была уверена насчет своего самочувствия, потому что голова кружилась просто ужасно.
- Голова кружится, наверное.
- Опусти голову на колени.

– Да, это должно помочь, и скажи ей дышать глубоко, – сказал Карлайл.

Я попробовала, и это немного помогло. Я медленно вдыхала и выдыхала, стараясь держать голову совершенно неподвижно. Я чувствовала, что он сидит со мной рядом. Время шло, и, в конце концов, я поняла, что могу поднять голову. В ушах звенело.
- Думаю, это была не лучшая идея, - задумчиво сказал он.
Я пыталась говорить оптимистично, но голос был слабым.
- Нет, это было очень интересно.

– Она непоправима, – рассмеялся Эдвард. – Никто этому не поверит.

- Ха! Ты белая, как привидение – нет, ты такая же белая, как я!
- Думаю, мне нужно было закрыть глаза.
- Вспомни в следующий раз.
- В следующий раз! – простонала я.

– Конечно, – сказал Эдвард. – Я не могу вечно ходить с твоей скоростью.

Он рассмеялся, его настроение было все таким же лучезарным.
- Хвастун, - буркнула я.
- Открой глаза, Белла, - тихо сказал он.
И он был здесь, его лицо было так близко к моему. Его красота ослепила мой разум – он был слишком красив, излишество, к которому я никак не могу привыкнуть.
- Я думал, пока мы бежали…, - он замолчал.
- О том, чтобы не врезаться в деревья, надеюсь.

Эммет заржал, и все к нему присоединились.

- Глупышка Белла, - засмеялся он. – Бег – это моя вторая природа, мне не нужно об этом задумываться.
- Хвастун, - снова буркнула я.
Он улыбнулся.
- Нет, - продолжал он. – Я думал о том, что есть кое-что, что я хочу попробовать, - и он снова взял мое лицо в свои руки.

– Ах, слава богу, наконец, ты что-то сделаешь, – просияла Элис, а Эдвард казался взволнованным.

Я не смогла выдохнуть.
Он колебался – не так, как обычно, не так, как люди.
Не так, как может колебаться мужчина, прежде чем поцеловать женщину, чтобы проверить ее реакцию, чтобы увидеть, как она на это отреагирует; возможно, чтобы оттянуть момент, этот идеальный момент предвкушения, который иногда даже лучше, чем сам поцелуй.
Эдвард же колебался, чтобы проверить себя, чтобы понять, что это безопасно, чтобы убедиться, что все еще контролирует свою потребность.

– Да уж, звучит так романтично, – поддразнила Элис.

А затем его холодные мраморные губы коснулись моих.
Эсме просияла, но ничего не сказала.
К чему никто из нас не был готов, так это к моей реакции.

– О, чудесно, – простонал Эдвард, а Эммет зааплодировал.

Кровь кипела в венах под моей кожей, заставляла губы гореть огнем. Дыхание стало прерывистым. Пальцы запутались в его волосах, стараясь притянуть его ближе. Губы приоткрылись, вдыхая его пьянящий аромат.

– Она не контролирует себя рядом с тобой, – рассмеялся Эммет.
–Как раз то, в чем я нуждался, – вздохнул Эдвард, но он тоже улыбался тому, что происходило в книге.

И сразу же я почувствовала, как он превратился в бесчувственный камень под моими губами. Его руки мягко, но с непреодолимой силой оттолкнули меня. Я открыла глаза и увидела предупреждающее выражение на его лице.
- Упс, - выдохнула я.

– Все, что она сказала, – проворчал Эдвард. – После того, как подвергла себя такой опасности.

- Очень мягко сказано.
Его глаза блестели, челюсти были крепко стиснуты, хотя это никак не отразилось на его артикуляции. Он держал мое лицо в своих ладонях, всего в нескольких сантиметрах от моего. И он снова «ослеплял» меня.
- Мне нужно…? – я попыталась освободиться, чтобы дать ему немного свободного пространства, но его руки не давали мне двинуться ни на миллиметр.

– Вообще-то ей опасно двигаться, – сказал Карлайл. – Воздух наполниться ее запахом еще больше из-за движения.

- Нет, терпимо. Подожди минуту, пожалуйста, - его голос был вежливым.
Я продолжала смотреть на него, видя, как напряжение в его глазах исчезает и смягчается.
Затем он вдруг шаловливо улыбнулся.
- Ну вот, - сказал он, очевидно довольный собой.

Эдвард теперь по-настоящему улыбнулся, кажется, он боялся, что не сможет быть с ней настолько близок из-за запаха.

- Терпимо? – спросила я.
Он громко рассмеялся.
- Я сильнее, чем думал. Приятно это знать.
- Хотела бы я сказать то же самое. Прости.

– Не стоит, это очень забавно, – рассмеялся Эммет.

- Ты всего лишь человек, в конце концов.
- Спасибо огромное, - язвительно сказала я.
Одним коротким, почти невидимо-быстрым движением он уже был на ногах. Он протянул мне руку – весьма неожиданный жест. Я уже привыкла к нашей стандартной осторожности избегать прикосновений.

– Я справился с собой, – улыбнулся Эдвард.

Я взяла его холодную руку, нуждаясь в поддержке намного больше, чем думала. Мое чувство равновесия еще не вернулось.
- Тебе все еще плохо из-за пробежки? Или из-за моего владения искусством поцелуя? – каким спокойным, каким «человечным» казался он сейчас, когда улыбался, его ангельское лицо было таким непринужденным. Он отличался от того Эдварда, которого я знала раньше. И этот вскружил мне голову еще больше. Это бы причинило мне физическую боль, если бы мне пришлось расстаться с ним сейчас.
- Не могу сказать точно, голова все еще кружится, - я постаралась ответить. - Думаю, и то, и другое.
- Тебе следует дать мне вести машину.
- Ты с ума сошел? – запротестовала.

– Нет, но она, очевидно, сошла, – усмехнулся Эдвард.

- Я вожу намного лучше, чем ты в свой самый удачный день, - поддразнил он. – Твои рефлексы работают намного медленнее.
- Я уверенна, что это правда, но не думаю, что мои нервы, или мой пикап смогут это выдержать.
- Немного доверия, пожалуйста, Белла.
Моя рука была в кармане, крепко сжимая ключи. Я поджала губу, подумав, и затем решительно потрясла головой с легкой усмешкой.
- Нет. Никаких шансов.

– Она доверяет тебе свою жизнь, но это… твое вождение намного опаснее, – рассмеялся Эммет.

Он приподнял брови, все еще не веря.
Я направилась мимо него к водительскому сиденью. Он бы позволил мне пройти, если бы меня не зашатало. А может, и не позволил бы. Его рука неизбежным силком обвилась вокруг моей талии.
- Белла, я уже израсходовал множество сил, спасая тебя. И я не собираюсь давать тебе садиться за руль транспортного средства, когда ты даже идти прямо не можешь. Кроме того, друзья не позволяют друзьям вести машину в нетрезвом виде, - со смехом заявил он. Я чувствовала приятный сладкий аромат, исходивший от его кожи.
- Нетрезвом? – возразила я.
- Ты опьянена моим присутствием, - он снова шаловливо улыбался.
- Не могу с этим поспорить, - вздохнула я. В любом случае, я не могла ему сопротивляться.

– Агрх, и она единственная, кто мог тебя остановить, – сказал Эммет.

Я бросила ключи, чтобы увидеть, как его рука молнией мелькнула, бесшумно поймав их. – И полегче: мой пикап – почетный пенсионер.
- Очень благоразумно, - согласился он.
- А на тебя это совершенно не влияет? – утомленно спросила я. – Мое присутствие?

– Безвозвратно, – улыбнулся Эдвард.

И снова выражение его лица изменилось - смягчилось, потеплело. Он не ответил сразу. Он просто наклонился ко мне и провел губами по моей шее - от уха до подбородка и обратно. Я задрожала.
- Несмотря ни на что, - наконец пробормотал он, - мои рефлексы работают лучше.

– Это конец главы, – сказал Карлайл.
Возникла длинная пауза — ладно, пауза длилась пять секунд, но для них это все равно была длинная пауза — пока Эммет не сказал. – Думаю, теперь твоя очередь, малышка.
– Ладно, – закатила глаза Розали и взяла книгу.