Письмо 10
« Здравствуй… Я даже не знаю, что написать. Точнее не знаю, как выразить словами все то, что твориться у меня на душе.
Я самая счастливая на свете и самая несчастная одновременно.
Ты скажешь, что это невозможно, что человек либо счастлив, либо нет, раньше я не задумываясь согласилась бы с тобой, но только не теперь.
Знаешь, каждая девушка, даже если она всеми силами это отрицает, хотя бы раз в жизни, но мечтает о том, какая у нее будет свадьба. Видит себя в белом платье, в случае девушек вашего мира — в золотом. Мне кажется, у всех девочек мечты о собственной свадьбе заложены подсознательно, каждая девочка с самого рождения мечтает, что будет самой счастливой в этот день, что с улыбкой пойдет к алтарю, где ее будет ждать прекрасный принц, любимый всей душой и любящий ее всем сердцем.
Мне кажется, к пятнадцати годам идеальная свадьба у каждой девушки уже продумана до мелочей, начиная от цвета платьев подружек невесты и собственной клятвы, которую она частенько повторяет про себя глядя на того или иного парня, заканчивая каемочкой на тарелочках с праздничными капкейками.
Ты спросишь зачем все это? Я тебе отвечу, чтобы спокойно найти того, с кем можно будет осуществить эту мечту. Идеального парня, для идеальной свадьбы, для идеальной семьи.
Мужчины часто задаются вопросом, чего же хочет женщина, ответ банален и прост. Она хочет, чтобы все было идеально… И остается только одна проблема. Идеал - недостижим.
Естественно меня это все тоже не обошло стороной. Я мечтала о коротком, простеньком, и этим очень красивом, белом платье, я бы надела под него белоснежные кеды и не переживала бы, что у меня устанут ноги, о церемонии на ранчо у Люка, ты даже не представляешь себе, как сильно я люблю это место, как там красиво… На берегу небольшого пруда стояла бы арка, украшенная живыми цветами, а гости сидели бы прямо на земле, на ярких цветных одеялах, их не было бы много, только самые любимые и близкие, потом было бы праздничное барбекю, и никаких помпезных приемов скучной оркестровой музыки и ненужной праздничной шелухи…
Когда я попала в твой мир, все изменилось, и сейчас мечты о свадебной церемонии на берегу пруда мне кажутся такими детскими, далекими, а девочка в платье и кедах совсем не знакомой. Как будто это была не моя, а чья-то чужая мечта.
Хотя это не удивительно, ведь вся моя жизнь по большому счету была чужой…
Когда я попала в Сумеречный мир и стала охотником, я начала думать, как охотник, чувствовать, как охотник, и мечтать, как та, что родилась и выросла в этом мире. За такой короткий срок он стал мне родным.
Тысячу и один раз я видела тебя в золотом костюме, стоящего у алтаря… Помнишь, когда-то ты нарисовал руну на моей груди? В тот момент, я представляла, как эта руна соединит наши сердца, мое воображение нарисовало настолько реальную картину, что, открыв глаза, я захотела заплакать… И слезы потекли из глаз, тогда ты решил, что я плачу от боли с непривычки, и в который раз назвал меня примитивной. Да, это были слезы боли, но не руна мне их принесла…
И вот через три дня я больше не буду Клэри Фрэй.
Тысячу и один раз я мечтала, как ты подойдешь ко мне, как тогда, на крыше института и тихо, почти шепотом, без пафоса, не становясь на одно колено, не ища какой-то особенный повод, просто скажешь, - Выходи за меня… - а после наденешь мне на палец серебряное кольцо, обязательно с ведьминым огнем, вместо положенного бриллианта…
И это было бы, самое красивое на свете предложение, и я конечно сказала бы, - да.
Знаешь, я не поверила своим ушам, когда ты позвал меня на крышу, сказав, что у тебя серьезный разговор. Ты долго рассказывал мне о том, сколько лет твоя семья управляет этим институтом, о том, как твоим родителям пришлось нелегко, о том, что институт могут отнять, о том, что ради своей семьи ты готов на все, а потом, потом все было в точности как в моей мечте, в части отсутствия пафоса, повода и бриллианта на кольце… Собственно самого кольца тоже не было. Ты попросил помочь твоей семье и стать твоей женой, хотя бы ненадолго, хотя бы до тех пор, пока не утрясутся проблемы, ты обещал найти весомую причину для развода… Ты говорил, говорил, говорил… А у меня просто звенело в ушах, я ничего не слышала и слышать, если честно не хотела… Но отказать тебе я не смогла.
Моя мечта сбылась. Через три для, я стану Клариссой Лайтвуд. Женой человека, которого безгранично люблю, того, кому уже давно отдала свое сердце, душу, любовь, что уж там говорить о руке.
Наверное, ты думаешь я счастлива? А вот и нет. Когда я соглашалась на эту авантюру, то даже не подозревала, что это будет так больно. Ты просто не представляешь себе, какая это адская, просто невыносимая боль, обрести тебя, зная, что придется тебя потерять. Что ты делаешь это, только чтобы помочь своей семье, знать, что я всего лишь средство в достижении цели. Наверное, я не достойна любви, раз жизнь поступает со мной вот так…
Это как подарить ребенку то, о чем он давно мечтал и тут же сказать, что через пару месяцев, все придется вернуть. Или как подобрать на улице котенка, принести его в дом, обогреть, дать надежду на то, что теперь все будет хорошо и вышвырнуть на улицу, как только он надоест.
Вот тебе Клэри счастье. Вот тебе свадьба с тем, кого ты любишь больше всех на свете, вот тебе семья, но помни, дорогая, это не навсегда. Вот такая паршивая получается сказка.
Иногда мне кажется, что все происходящее вокруг, - какой-то глупый сон. Что в настоящей жизни так не бывает. Что вот сейчас, забрезжит солнце, и я проснусь в своей постели, радуясь тому, что это просто сон…
Когда я представляю, что по прошествии нужного времени, ты подойдешь и скажешь, что все обошлось и можно развестись, то мне становится так больно, словно в грудь вогнали ржавый зазубренный клинок, и не просто бросили меня умирать, истекая кровью, а проворачивают его, медленно, как будто наслаждаясь процессом…
Конечно же, я понимаю, что ты это не со зла, что ты пытаешься спасти то, что дорого твоей семье, что я сама на это согласилась, но, черт возьми, так больно мне еще никогда не было.
Через три дня Кларисса Фрэй исчезнет и не вернется больше никогда. Даже когда Клариса Лайтвуд станет больше не нужна.
Когда-то я говорила, что зависима от тебя, что ты словно наркотик, теперь я понимаю, что брак с тобой - это смертельная доза. Передозировка тебя. А после передоза, шансов выжить нет.
Сумеречные охотники не произносят брачных клятв, но я клянусь, что буду любить тебя сильнее с каждым днем, что все то время, которое отмерено нашему браку, я буду стараться сделать каждый твой день счастливее предыдущего, клянусь, что ты никогда не пожалеешь о принятом решении. Пусть ты не любишь меня, но в моем сердце столько любви, что ее хватит на нас двоих. Я буду самой лучшей женой, и, может быть, ты не захочешь никуда уходить…
Ты скажешь, что это слишком романтичный бред, и будешь прав. Я поклянусь в другом, что не обременю тебя своей любовью, что сыграю свою роль до конца, что не доставлю тебе проблем и с улыбкой приму твою благодарность за помощь при нашем разводе, а после я уйду, просто исчезну из твоей жизни навсегда, потому что жить рядом с тобой, после всего, я просто не смогу.
Ты скажешь, что еще не поздно отказаться, что ты поймешь, что не надо так мучить себя… Я хочу. Пусть ненадолго, пусть не по-настоящему, но все-таки я хочу быть твоей женой. Твоей. Через три дня исполнится еще одна моя мечта – узнать каков твой поцелуй на вкус, и пусть потом я сдохну от боли, но это будет стоить того, ведь я знаю, что в этот момент я буду по-настоящему счастлива.
И это будет самое счастливое воспоминание, которое я буду бережно хранить. Когда все закончится, и я уеду куда-нибудь далеко, я буду знать, что ты счастлив со своей семьей, частью которой я хоть и не долго, но была, что у тебя все хорошо, что наконец-то ты обрел покой, а собственное счастье - не такая уж большая цена за счастье любимого человека.
Клянусь, что ты никогда не узнаешь о том, как сильно я тебя люблю.
Кларисса «Пока еще» Фрэй.»
Алек еще долго сидел словно каменное изваяние, уперев взгляд в исписанный лист и не веря всему, что там было написано. На какое-то время он даже забыл, как дышать. Из ступора его вывел луч солнечного света, скользнувший по письму. Алек бережно сложил его и убрал обратно в коробку.
Сегодня, через несколько часов, он женится на Клэри Фрэй. Девушке, которая, спасая благополучие его семьи, согласилась выйти за него. Он был уверен, что из чувства сострадания и благородства, он даже представить себе не мог… На какой-то момент, ему показалось, что он почувствовал всю ту боль, которую хранили письма. Словно невысказанные слова ледяным водопадом обрушились на него.
Все еще не веря в происходящее, он принял душ, надеясь, что шум воды заглушит его всхлипы. Да, Александр Лайтвуд не смог сдержать слез. Выйдя из ванной, он окинул взглядом вещи Клэри, перенесенные в его комнату накануне, ведь пока гости из Идриса будут тут, им придется жить в одной комнате. Затем он бросил взгляд на свое отражение в зеркале, и ему сделалось противно от того, что он был так слеп и глуп. Он понимал, что, если бы почувствовал хотя бы половину того, что чувствует Клэри, его сердце просто разорвалось бы от боли.
Алек бессильно упал на кровать.
- Какой же ты идиот… Непроходимый тупица, настоящий кретин.
Бессонная ночь дала о себе знать, его разбудили истошные вопли Изабель.
- Какого черта, Алек, церемония начнется через час! Просыпайся немедленно. – Алек открыл глаза, растерянно оглядев сестру при полном параде. На мгновение, ему показалось, что это все просто сон, но коробка с инициалами Дж.К., стоящая на столике у кровати доказывала обратное.
Пока он собирался, прибирая в голове содержимое каждого письма и кляня себя за то, что так и не успел поговорить с Клэри, Изабель заглядывала к нему в комнату каждые пять минут, треща о том, что он бессовестный засранец, каждые пять минут.
Алек оглядел себя в праздничном костюме.
- Так плохо ты не выглядел никогда… - сказал он своему отражению.
- Не говори ерунды, ты стал похож на приличного человека, а если ты поторопишься, то через пять минут, ты станешь приличным женатым человеком.
Алек еще раз бросил взгляд на коробку и, вздохнув, пошел вслед за сестрой, ведь неприлично опоздать на собственную свадьбу. Тем более жениху.
Он сам заварил эту кашу, и он пройдет через все это до конца. Впервые в жизни он не боялся ничего и точно знал, что ему нужно делать.