Hidden [ Russian Translation ]

Слова слетают с его губ, и мое сердце буквально переполняется чувствами. Всю ту боль, которую я ощущала последние пять месяцев, успокаивает сладкий звук его грубого голоса. Я закрываю глаза на несколько секунд и закусываю губу, улыбаясь как идиот.

Зейн все еще говорит свою речь, и я чувствую себя неловко из-за того, что отвлеклась, но все, о чем я могу думать это: «Гарри здесь, он сидит за мной, он дышит».

Элизабет совсем не обращает внимания на то, что со мной происходит. Она слишком растрогана речью Зейна, но, насколько я знаю, она просто понятия не имеет, что Гарри сидит прямо за нами.

Зейн заканчивает свою речь, и Перри начинает произносить свой обет. Широкая улыбка играет на ее лице.

Я нетерпеливо покачиваю ногой. Полнейший шок.

Может быть, мне показалось?

Я снова оглядываюсь через плечо просто для того, чтобы удостовериться.

Он смотрит на меня в упор, когда наши взгляды встречаются. Все та же ухмылка на его лице. Он обводит языком губы и подмигивает мне. На его щеках появляются ямочки. Точно такие же, какими я их помнила, и, клянусь перед Богом, он подмигивает мне. Подмигивает.

- Черт, - я выдыхаю, поворачиваясь обратно.

- Что? - шепчет Элизабет.

- Ничего.

Я действительно стараюсь сфокусироваться на свадебной церемонии, но после произошедшего я просто не могу. На самом деле, я даже не виню себя в этом. Гарри сидит позади меня. С его глупой ухмылкой на его глупом лице.

Черт побери. Гарри.

Наконец, Перри заканчивает обеты, и они обмениваются кольцами. Я широко улыбаюсь, когда они целуются, рука Перри покоится на шее Зейна. Все хлопают и кричат «ура».

Мы с Элизабет встаем, когда жених и невеста идут по дорожке к выходу из-под тента.

Церемония началась в шесть часов вечера. Немного необычно, но все равно потрясающе. Предполагаю, все дело в том, что они хотели полюбоваться на прекрасный закатный вид, который открывается в Центральном Парке.

- А теперь банкет, верно? - спрашивает Элизабет.

Я киваю, следуя взглядом за Гарри, когда все перемещаются из-под одного тента под другой. Он идет рядом с Лиамом и Найлом, его руки спрятаны в карманы.

- Ты в порядке? - уточняет сестра, когда мы идем вслед за толпой.
- Нет, - признаюсь, - совсем нет.

- Почему? Что не так?

Я тяну ее за руку, заставляя остановиться, и указываю на Гарри.

Она украдкой бросает взгляд на него.

- Это что.... О господи.

- Он сидел позади нас, о мой...

- Роуз, он...

- Жив, черт меня дери.

- Я удивлена, что черт тебя все еще не дерет.

- О Господи.

- А теперь иди и поговори с ним!

- Что? Что я скажу? Боже!

- Поцелуй его прямо в губы!

- Нет, он слишком многое должен объяснить, я не собираюсь просто...

- Черт, он посмотрел на нас, он смотрит на тебя!

- Элизабет, о Боже...

Мы выходим из-под тента и пересекаем небольшой участок газона, отделяющий один тент от другого. Мое сердце колотится с сумасшедшей скоростью, я едва ли в состоянии идти. Гарри заходит под другой тент.

- Если это дневной кошмар, то я сойду с ума, - бормочу себе под нос.

- Что такое «дневной кошмар»?

Я подавляю смешок, вызванный придуманным мною словосочетанием, когда мы заходим под навес. Он так красиво оформлен. Здесь преобладают бежевые и голубые тона. В центре установлен танцпол, на котором стоит радиопульт. Диджей уже ставит музыку. Столики расставлены возле главной сцены. В поле моего зрения попадают фотобудки, стоящие вдоль стены.

- Мы должны будем зайти в фотобудку позже! - говорю я Элизабет. Мое настроение значительно поднялось просто от осознания того, что Гарри не мертв и не исчез бесследно.

Мы присаживаемся на предназначенные для нас места. Я немного огорчена тем фактом, что Гарри сидит в другом конце зала. Но я стараюсь не обращать на это внимания и слушать Элизабет, но это оказывается довольно сложным.

Я смотрю на свои колени и киваю на ее реплики, пытаясь выглядеть настолько заинтересованной, насколько это возможно.

- Банкет начнется в семь сорок пять, ре...

Кто-то присаживается рядом со мной, и я поворачиваюсь, для того, чтобы повесить свой жакет на стул.

Гарри снова ухмыляется и ставит табличку со своим именем перед собой.

- Добрый вечер, - приветствует он меня с самодовольной улыбкой на лице.

- Я... думала, ты сидишь не здесь, - заикаясь, произношу я.

- Господи, пять месяцев разлуки, и это первое, что ты говоришь мне.

Залившись румянцем, я делаю вдох и снова перевожу взгляд на колени.

- Давай, я дразню тебя, - он прижимает свое колено к моему, и я чувствую, как горячая лава проникает в мое тело, разжигая тысячи огней.

- Но как же человек, который должен сидеть здесь?

- Как насчет того, что ему придется найти другое место?

Снова его находчивость, по которой я так сильно скучала.

- Ты знаешь, тебе придется объяснять гребанную тонну всего.

Он хмурится и собирается что-то ответить, но в этот момент кто-то начинает говорить в микрофон.

- Добрый вечер! - произносит Лиам. Он улыбается, и его улыбка распространяется на толпу. - Похоже на то, что все готовы начать, поэтому давайте поприветствуем Мистера и Миссис Малик!

Все кричат «ура», Зейн и Перри заходят под тент с широкими улыбками на лицах. Они идут в сторону танцпола, где начинает играть медленная музыка. Это их первый свадебный танец.

Нога Гарри постукивает в такт музыке рядом с моей, и я просто не могу даже на секунду перестать думать о нем.

У меня так много вопросов, на которые я так жажду ответов.

- Я не понимаю, что ты имеешь в виду под объяснениями, - шепчет Гарри в тот момент, когда Зейн наклоняет Перри в поддержке, и она заливисто хохочет, - разве ты не получила посылку?

- Ты послал ее?

- Да, ты не прочитала?

- Обратный адрес был соскоблен.

- Нет, я имею в виду...

Кто-то из сидящих рядом людей шипит на Гарри, и он посылает на этого человека уничтожающий взгляд. Я подавляю смешок.

Достаточно скоро танец подходит к концу, и Зейн объявляет, что банкет официально начался, поэтому люди могут пройти за столики, дабы избежать столпотворения.

К счастью, наш столик четвертый, и Элизабет идет со мной в сторону шведского стола.

- Святое дерьмо, - шепчет она, и я лишь киваю в ответ.

- Это не может быть реальностью, - шепчу я, положив курицу на тарелку.

- Я могу ущипнуть тебя. Хочешь?

- Нет, я...

- Я ущипну тебя в любом случае.

- Ау! Элизабет!

Она заливисто смеется.

Мы возвращаемся обратно за наш столик. Гарри не разговаривает со мной в течение всей трапезы. Я, честно говоря, не знаю с чего начать и что сказать.

Вечеринка начинается, когда все заканчивают с едой, и я выхожу из-за столика, чтобы поздороваться со своими старыми приятелями.

Луи, Найл и Лиам затягивают меня в по-медвежьи крепкие объятия, а Вайолет извиняется за то, что не перезвонила. Я с удивлением вижу Джемму.

- Роуз, без тебя было просто адски, - бурчит она, - Гарри был невыносимым мудаком, но, по крайней мере, мы решили парочку наших проблем.

- Правда?

- Да, я извинялась снова и снова, и он сказал, что хочет оставить это в прошлом.

- Джемма, это замечательно! - мы снова обнимаемся.

Мне очень хочется узнать у них, чтобы было после той ночи, но мы на свадьбе, и я не хочу никому портить настроение. Кстати, здесь работает бар.

Перри подходит к нам и обнимает каждого по очереди.

- Ты выглядишь изумительно, - произношу я, и она снова обнимает меня. Я очень рада видеть ее счастливой с человеком, которого она любит.

Я так рада снова увидеть всех этих людей, так рада тому, что они остались лучшими друзьями. Несмотря на то, что произошло двадцатого декабря.

Я просто надеюсь, что у Гарри была чертовски важная причина на то, чтобы не звонить мне так долго и не давать о себе никаких вестей.

Представляю им Элизабет, и они с Джеммой и с Вайолет неплохо спеваются. Судя по всему, Элизабет была огромной поклонницей мелодрамы, в которой снималась Вайолет, о чем она и сообщает ей, добавляя, что без нее смысл смотреть пропал.

Я заказываю напиток в баре и в нетерпении постукиваю пальцами по стойке, ожидая появления Гарри.

- Яблочное мартини, да?

Я поворачиваюсь к Гарри, который стоит рядом со мной, опираясь на стойку.

- Да.

- Помнишь, каким был наш последний совместный поход в бар?

В моем сознании вырисовывается образ злого лица Джереми, которого мы так замучили в баре, и я улыбаюсь, кивая.

- Я помню, как он флиртовал со мной, - лукаво произношу я, делая глоток.

- Чертов мудак. Ты ведь была не одна.

- Вообще-то, это было до того, как мы начали встречаться.

- Я по-прежнему хочу ударить его.

Я тихо смеюсь, опуская взгляд.

Выражение лица Гарри меняется, когда он переводит взгляд на меня.

- Не хочешь прогуляться?

- Где? - я оглядываюсь по сторонам.

- По парку.

- Зачем?

- Нам есть о чем поговорить, не так ли?

Он прав, но мы находимся на свадьбе, и я хочу насладиться вечеринкой.

- Я не...

- Пожалуйста, пройдись со мной, - Гарри вздыхает.

Я закусываю губу и киваю головой.

Он кивает в ответ, я разворачиваюсь и иду за ним к выходу из-под тента, надеясь на то, что Перри и Зейн этого не заметят. Они попадают в поле моего зрения, болтающие с кем-то. Предположительно с родителями Зейна.

Они не спохватятся.

Воздух поразительно теплый. Мои каблуки постукивают по длинной парковой дорожке.
Я влюблена в ночной Центральный Парк. Особенно когда так живописно и тепло.

- Прекрасная ночь, - вставляет Гарри.

- Я не могу поверить в то, что ты жив, - слова непроизвольно срываются с моих губ.

- Спасибо, - Гарри заливается смехом, пряча ладони в карманах.

- Нет, я имела в виду...

- Я знаю, что ты имела в виду, Рози, я просто дразню тебя.

Я слышу его фирменное «Рози». Мое сердце тает.

Внезапно во мне просыпается желание снова заплакать. Он здесь. После всех этих месяцев. И я буквально могу коснуться его. Смотреть на него. Почему я чувствую себя так?

Всему вина - шок. Я шокирована.

- Ты в порядке?

Я качаю головой, отворачиваясь. Так он не сможет заметить моих слез.

- Я в порядке.

- Итак... как ты поживала?

Вопрос настолько ироничен, что я почти смеюсь.

Я готовлюсь произнести «в порядке» снова, но вместо этого останавливаюсь и делаю вдох. Гарри тоже останавливается, оборачиваясь. Он в смятении.

- Отвратительно, - наконец выдыхаю, - я была в абсолютно отвратительно состоянии.

- Если быть честным, я тоже, - его лоб нахмурен, глаза исследуют мое лицо.

- По какой причине это было ужасным для тебя? Ты мог позвонить в любое время.

- Ты читала...

- Да, я прочитала этот чертов дневник, но последняя запись была сделана девятнадцатого декабря, в ночь перед вечеринкой. Как я должна была узнать...

- Что насчет других записей?

- Каких других записей?

- В посылке?

- Оу, они были намокшими. У меня не было возможности прочитать их.

- Черт, - Гарри запускает руки в волосы. - Я предполагаю, мне нужно все тебе объяснить.

- Зачем? Что такого было в тех записях?

Гарри открывает рот, но тут же спешно смыкает губы.

- Пошли. Присядем, - произносит он и направляется к ближайшей парковой скамейке с видом на огромное зеленое поле.

Мы садимся. Между нами расстояние всего в несколько сантиметров.

- Что было в тех записях? - я повторяю свой вопрос. - И как, черт возьми, ты узнал мой адрес в Нью-Йорке?

Гарри делает глубокий вдох.

- Именно я отправлял тебе зарплату, - признает он, - однажды, когда я должен был отправить тебе почту, я сунул туда еще и свою посылку.

- Почему тебе для этого потребовалось пять гребанных месяцев? - я скрещиваю руки на груди.

Гарри снова наклоняется вперед и ставит локти на колени.

- Я... - он закусывает губу, подбирая слова.

- Ради всего святого, говори уже.

Он переводит взгляд на меня, и с его губ срывается смешок. Я едва ли могу скрывать свою улыбку.

- Может быть, мне стоит начать сначала?

Я киваю.

- В ночь вечеринки, двадцатого декабря, ублюдок Алек выстрелил в меня.

- Я в курсе.

- Я просто напоминаю, придержи нахальство, Розали.

Я закусываю губу, пытаясь сдержать улыбку.

- Как я уже говорил, - продолжает Гарри, - Алек выстрелил. Это была свинцовая пуля. Но Алек такой же меткий, как дерьмо, поэтому он ранил меня в правую руку.

Мой взгляд метнулся к правой руке. Даже несмотря на то, что она обтянута белой тканью рубашки, я осматриваю ее.

- Так или иначе, я потерял много крови, я провел в больнице добрых семь дней. Могу сказать одно, болеутоляющие препараты сделали свое дело. Теперь у меня на руке уродливый шрам.

- Что случилось с Алеком?

- Мы дойдем до этого, придержи лошадей, Роуз.

Я смыкаю губы, стараясь больше не задавать лишних вопросов.

- Если ты помнишь, Вайолет вышла из машины за тобой. Подъехали два автомобиля, в одном из которых были ребята из Айвори. У них все получилось. Им удалось вызвать копов и пробраться через подмогу. Алек бы выстрелил в меня еще раз и прикончил бы, не появись Джемма из ниоткуда и не ударь его прямо в лицо.

- Быть не может!

- Это было просто сумасшествие. Все это сохранилось очень расплывчато в моей голове. Я лежал на земле, когда Алек упал навзничь. Я отключился прямо после этого. Проснулся в больнице уже «зашитым». Но рука болела адски.

- Позже я узнал о том, что Алека посадили за покушение на убийство. Аарон тоже был в этом замешан. А Марион и всех остальных, кто был на его стороне, посадили за мошенничество.

- Что насчет альянса?

- Мы все получили по некоторому количеству часов общественной работы, но не так много. Потому что мы восстали, в конце концов.

- Ох.

- Итак, мы сделали это, мы победили. Мы свободны, - губы Гарри расплываются в глупой улыбке, и я тихо смеюсь.

- Во всяком случае, когда я вернулся из больницы, я постучал в твою дверь, но ответа не последовало. Как и любой здравомыслящий человек, я взял запасной ключ и вошел в квартиру, но тебя и твоих вещей там не было. Я знал, что ты вернулась в Нью-Йорк. Я не знал, откуда была такая уверенность, но я знал, что ты вернулась. И я был раздавлен. Я хотел найти тебя, но я вспомнил наши обещания, которые были даны перед тем, как Зейн нашел нас в шкафу в твоей квартире. И я вспомнил, что обещал сохранить тебя в безопасности...

- Вот почему ты не пришел за мной. Из-за глупого обещания? - моя нижняя губы дрожит.

Гарри качает головой.

- Я...

- Но еще ты обещал найти меня, не так ли? Ты никогда не вспоминал об этом обещании?

- Роуз, пожалуйста...

Я резко поднимаюсь. Слезы злости стоят в моих глазах.

- Я больше не могу говорить об этом. Мы на свадьбе. На свадьбе Зейна и Перри. Мы здесь для них, не для нас. Я больше не хочу говорить об этом.

- Пожалуйста, просто дослушай, - с болью произносит Гарри.

Я упрямо качаю головой, делая несколько шагов назад.

- Я не готова к этому. Не сейчас. Не на свадьбе.

Я разворачиваюсь и спешно удаляюсь по парковой дорожке. Температура моего тела стремительно растет от злости и тягучей тоски.

Я не знаю, почему отреагировала именно так, но я была в состоянии постоянного «дефицита» в последнее время. Слышать все это цунами информации - больно.

Я слышу, как Гарри выкрикивает мое имя и пытается догнать меня, но я проскальзываю обратно под тент и направляюсь прямо к Элизабет.

Она до сих пор сидит с Джеммой и Вайолет, смеясь над чем-то.

- Нам нужно идти, - бросаю ей отрывисто, - я хочу домой.

- Что? Почему? - она смотрит на меня, хмуря брови.

- Пожа... - я начинаю говорить, но чувствую, как чья-то рука обхватывает мое запястье.

Оборачиваюсь и вижу Гарри. Я удивлена тому, что его глаза слегка блестят.

- Пожалуйста, не сбегай от меня, - его голос слабый и приглушенный, такой, что я должна напрячься, чтобы услышать его на фоне музыки. - Я не могу позволить тебе просто так уйти. Снова.

- Что? - я хмурю лоб.

Он тащит меня через толпу, не отпуская моих запястий. Мы останавливаемся возле фотобудки, что окончательно сбивает меня с толку.

- Заходи, - произносит он.

- Что? Нет.

- Пожалуйста, зайди.

Я перевожу взгляд на него, шагая в будку и занимая место.

Гарри садится рядом со мной, часть его тела упирается в мое. Крошечное пространство.

- Ты выслушаешь меня, - произносит он, потирая глаза. - Ты выслушаешь меня. Ты поймешь меня.

Мне ничего не остается, кроме как кивнуть. Он делает глубокий вдох и начинает говорить.