Глава 27
Чонгук
Часы показывали два часа ночи. Я осторожно пошевелился, чтобы не разбудить Джен. Она оставалась здесь, или я ходил к ней последние две недели, не теряя ни секунды, которую мы провели вместе, зная, что у нас мало времени. Я запустил пальцы в ее волосы, позволив им упасть мне на грудь, и она прижалась ближе. Я нежно поцеловал ее в макушку и вдохнул ее ванильно-цитрусовый аромат. Только поздно ночью я позволил боли от того, что надвигалось, овладеть мной. Чем ближе мы становились, тем больше я понимал, что не могу ее отпустить. Что я должен был понять это, пока не стало слишком поздно.
Ее рука медленно переместилась ко мне, обвилась вокруг моей шеи, и она подняла голову, все еще с закрытыми глазами, потянув меня вперед. Мой язык погрузился в ее рот в медленном поцелуе, и я наслаждался каждой секундой, проведенной с ней.
Она отстранилась, и мои руки задрожали, обхватив ее лицо, когда ее пристальный взгляд искал мой, глазами, обрамленными неограненным серебром. Я знал, что мои глаза смотрели в ответ, умоляя ее. Ее тонкие пальцы прошлись по линиям моего лица, изгибу носа, краю скулы. Один уголок ее рта приподнялся в улыбке, но легкое колебание выдало ее.
Ты моя, Дженни, и ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что я отпущу тебя.
Она пристально посмотрела мне в глаза, прочитав все, что там было написано, и кивнула.
В моей голове повторялось одно слово. Моя.
Она прижалась своими губами к моим, и я позволил ей убаюкать меня своим телом, теряя себя в ней.
***
Солнце прокралось в мою комнату, когда я проснулся, все еще запутанный в ней. Ее мягкие волосы обвили нас, и мое сердце заныло в груди. Я бы никогда не попросил Джен отказаться от ее мечты, но я бы сделал все возможное, чтобы убедить ее рискнуть. Что мы стоили всего. Дженни, с ее заразительным смехом и дерзким ртом, создала гравитационное притяжение, которого я никогда не хотел избегать. То, как она смеялась, как она наклоняла голову, когда собиралась с мыслями, а теперь то, как она прижималась к моим рукам. Все это напоминало мне о доме, в который я хотел возвращаться. Я чувствовал, как заполняется пустота, и я был ошеломлен приближающимся к нам падением. Она стоила любого компромисса или жертвы. Теперь я должен был доказать ей, что стою того же. У меня была она, у нее был я, и этого было достаточно. Все остальное не имело значения. Мы могли бы со всем справиться, верно? Должен был быть способ. Если бы она не была такой чертовски упрямой, возможно, мы могли бы.
— Доброе утро, — голос Джен звучал приглушенно, когда она глубже уткнулась лицом мне в грудь. Она растянулась на мне всем телом, открывая мне превосходный обзор. Прежде чем я успел что-либо предпринять, зазвонил ее телефон. Джен ожила, когда увидела имя на своем экране. Укол ревности пробрался в мое нутро, задаваясь вопросом, кто заставлял ее так улыбаться. Я быстро понял, что мне не о чем беспокоиться, когда она ответила на звонок.
— Привет, папа, как дела? — ее тон повысился от волнения.
Я придвинулся ближе, и она одарила меня любопытной усмешкой, но я был достаточно близко, чтобы разобрать его ответ.
— Привет, малышка. Как поживает мой любимый ребенок?
— Я твой единственный ребенок.
— Я знаю, но даже если бы ты не была, ты все равно была бы моим любимым. Ш-ш-ш... не говори другим, — смех Джен наполнил комнату, пока она слушала ее отца.
— Я в порядке, — сказала она, — Все по-старому, все по-старому. Учеба, тесты и еще раз учеба.
— Ты всегда слишком много работала, — сказал он.
Часть радости покинула ее лицо. Слова ее отца были неосторожными. Усердная работа не была чем-то, что она должна была делать. Достижение ее целей было частью того, кем она была. Она пожала плечами, словно пытаясь избавиться от его слов.
— Где ты сейчас? Такое чувство, что прошла целая вечность с тех пор, как я тебя видела, — ее голос был достаточно легким, но в ее тоне был скрыт намек на грусть.
— Я знаю. Собственно, поэтому я и звоню. Я собираюсь приехать в город на следующие выходные, и я надеюсь, что мы сможем встретиться за ранним ужином, — огромная улыбка Джен стала заразительной, когда они с отцом назначали встречу. Прошло всего несколько минут, прежде чем она попрощалась с ним.
Она посмотрела на меня, все еще улыбаясь, но ее глаза расширились, когда она вспомнила.
— Дерьмо, предложение, — ее искренний разочарованный взгляд заставил меня обнять ее и прижать к себе.
— Не беспокойся об этом. Приятной встречи с отцом. Я даже оставлю тебе немного торта, — я игриво подмигнул ей и был вознагражден, когда ее губы изогнулись в сексуальной усмешке. Мы целовались, пока у нее не заурчало в животе, — Завтрак?
— Черт возьми, да.
Мы провели утро в маленьком кафе дальше по улице. Она слизывала шоколад с кончиков пальцев, доедая круассан.
— На что ты смотришь? — улыбка Дженни отчетливо слышалась в ее голосе.
— Я просто подумал о том, что еще ты могла бы пососать.
Ее лицо стало ярко-красным, и она зажала мне рот пальцами. Мило, так чертовски мило.
— Боже мой, прекрати. Даже ты не можешь заставить это звучать горячо.
Моя улыбка стала шире под ее рукой, когда я лизнул ее ладонь. Она дернула ее обратно, танцуя в сторону, но я перехватил ее в воздухе и притянул к себе на колени.
— Что? Ты упустила момент, — сказал я, одарив ее своей лучшей невинной улыбкой.
— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, какой у тебя длинный язык?
— Тем лучше, чтобы съесть тебя, — мой член затвердел, когда ее глаза потемнели от понимания.
Она наклонила голову ко мне и нежно прикусила мою нижнюю губу.
— У тебя столько проблем, Чон Чонгук.
— Вот как? — я недоверчиво посмотрел на нее. — Какое наказание? Я прикованный к своей кровати? — ее руки скользнули в мои волосы на затылке, когда она уютнее устроилась на моем быстро твердеющем члене. Я осмотрел других посетителей, но никто не смотрел в нашу сторону. Мы были зажаты в углу, и там были люди постарше, вряд ли узнавшие меня. Она провела пальцами по моим волосам и наклонилась, губы нависли над моими.
— Могу я предложить вам что-нибудь еще? — официантка стояла рядом с нашим столом. Ее глаза были прищурены, а рот поджат, она смотрела прямо на Джен.
— Нет, у нас все в порядке, спасибо. Только счет, — Джен попыталась встать, но я оттащил ее обратно.
— Как ты думаешь, куда ты собралась? — мой голос был легким, но мои пальцы сжались, удерживая ее на месте.
— Помнишь, мы не делаем это публично.
— Ты могла бы одурачить меня, — я ущипнул ее за челюсть, заставив ее прижаться ко мне. Я ничего так не хотел, как остаться здесь, но, взглянув на часы на моем телефоне, она должна была идти на занятия, а я поехать на тренировку.
Оставив деньги на столе, чтобы оплатить оба наших счета, я последовал за ней к двери. Мы остановились возле кафе. Она запрокинула голову, чтобы посмотреть на меня, и я запечатлел легкий, как перышко, поцелуй в уголок ее рта.
— У меня для тебя сюрприз.
Ее голова склонилась набок, глаза искрились озорством, в голосе звучала дерзость.
— Я не уверена, что хочу знать, что это.
Мне пришлось сдержаться, чтобы не прикусить ее нижнюю губу.
— Тебе понравится, я обещаю, — играя на ее грязных мыслях, я наблюдал, как она еще больше наклонилась ко мне, привлеченная моими словами, — Будь готова в пятницу вечером в шесть, — мой голос был требованием, а не просьбой.
— Я не уверена, что мне нравится этот новый властный Чонгук, — ее скрипучий голос и полуприкрытые глаза выдавали ложь.
Она повернулась и прошла несколько шагов, прежде чем я окликнул ее.
— И, Джен?
— Да? — она оглянулась на меня.
— Надень что-нибудь красивое.
***
У меня перехватило дыхание, когда Дженни вышла из своего здания, и я тихо присвистнул. На ней было короткое черное платье, открывавшее ее длинные ноги, и я сделал три глубоких вдоха, пытаясь замедлить биение своего сердца. Ее кошачья улыбка сказала мне, что она точно знала, что делает со мной, и использовала это в качестве наказания за мою скрытность. Ее глаза блуждали по мне, отмечая мои уложенные волосы, черные брюки и сшитую на заказ рубашку. Язык Джен высунулся, облизнув ее нижнюю губу, и меня наполнило вожделение — это будет долгая ночь, если я не смогу взять себя в руки, и я сомневался, что она одобрит, если я потащу ее обратно наверх.
Открывая перед ней дверь машины, я вспомнил, как мы встретились.
Я должен был знать, что мы неизбежно окажемся здесь.
— Ты выглядишь прекрасно, — мой голос был ниже, чем я намеревался, и я сократил расстояние между нами, прижимаясь губами к ее рту. Когда мы наконец оторвались друг от друга, ее глаза были полны любопытства, и она отстранилась.
Я не подавал виду ни на секунду о том, что планировал на сегодняшний вечер. Я планировал это неделями, и предвкушение увидеть ее лицо, когда она поймет, куда мы едем, заставило мое сердце биться быстрее. После того, как Джен практически попросила подсказку в сообщении, она, похоже, в конечном итоге отказалась от попыток испортить сюрприз.
— Поторопись и садись. У нас плотный график, — сказал я, усаживая ее на сиденье, и усмехнулся, услышав ее тихий визг.
— Что мне с тобой делать? — ее голос был хриплым от раздражения, но на ее лице была улыбка.
— Люби меня вечно, оставайся со мной навсегда? — подмигнув на ее удивленное выражение, я закрыл дверь, прежде чем она успела ответить, и поспешил обойти вокруг машины.
После получаса езды в комфортной тишине я свернул на платную дорогу Амбассадор-Бридж.
Джен с любопытством посмотрела на меня.
— Мы едем в Детройт?
— Да, Джису подсунула мне твой паспорт, — сказал я, акцентируя на букве «п», как она любила это делать.
— Ты все еще не собираешься мне ничего рассказывать?
— Нет.
Она слегка фыркнула, но вернулась к тому, чтобы смотреть в окно в поисках подсказок. Я забронировал место на парковке в нескольких кварталах от места нашего назначения.
— Даже не думай об этом, — сказал я, когда рука Джен потянулась, чтобы открыть дверь. Я обошел машину с ее стороны, открыл дверь и помог ей выйти.
— Чонгук, что мы здесь делаем? — она вздрогнула. Даже весной ночной воздух был прохладным. Я накинул куртку ей на плечи. Я не мог сдержать улыбку, которая пересекла мое лицо, когда она фыркнула и последовала за мной.
— Мы идем куда-нибудь в центр города? — ее взгляд обшаривал местность в поисках чего-то знакомого.
— Да, — мы были достаточно близко, чтобы я мог дать ей несколько намеков.
Ее догадки стали ближе.
— Мы идем на шоу?
— Почти, — я улыбнулся, когда она недоверчиво посмотрела на меня из-за моего отсутствия ответов.
По мере того, как мы подходили ближе, собиралось все больше и больше людей, некоторые из которых пели от волнения. Она повернула голову, чтобы лучше слышать, как раз в тот момент, когда мы завернули за угол. Она замерла и уставилась на большую театральную вывеску. У нее вырвался пронзительный визг, и она прыгнула в мои объятия. Она сияла, глаза сияли, и широкая улыбка взяла над ней верх.
— Поздравляю, Дженни, с отличной промежуточной аттестацией, — я сжал ее крепче, глаза все еще блуждали по ее лицу. Ее улыбка дрогнула, прежде чем она обняла меня, спрятав голову глубоко у меня на груди. Она сделала глубокий вдох, и я опустил ее ноги обратно на землю, обнимая ее. Стеснение сдавило мою грудь, зная, с какими эмоциями она боролась. Я надеялся, что она проиграет. Я надеялся, что она уступит им и позволит этому случиться.
Я обхватил ее лицо руками и нежно вытер слезы большим пальцем.
— Это была не совсем та реакция, которую я ожидал, — я старался говорить непринужденно, чтобы она поняла, что я шучу. Ее удивленный смех окружил нас.
Она посмотрела на меня и нежно поцеловала в губы.
— Спасибо. Миллион раз спасибо тебе.
— Для тебя все, что угодно, — игриво коснувшись ее подбородка костяшками пальцев, я схватил ее за руку и повел внутрь, чтобы посмотреть ее любимый мюзикл. Гамильтон.