Свободный слуга

– Кем? – переспросил Чимин.

– Мне говорили, что вас посвящали в новую структуру общества. Разве нет?

– Мы не знаем, кто такие свободные слуги, госпожа, – сказали они одновременно.

– Наше общество поделилось на хозяев и работников. А есть промежуточное состояние – свободные слуги. Эти люди служат непосредственно хозяевам, но при этом становятся свободнее, чем работники.

– В чем разница, если они все также принадлежат хозяевам? – Чимин потерял надежду.

– Убирается чип, близкие отношения с хозяином. У тебя есть возможность зарабатывать большие деньги и однажды самому стать хозяином. Да и выйти из круговорота постоянных забот, социальных потрясений – настоящее счастье.

– А вы что нам предлагаете?

– Стать моими свободными слугами и заниматься любимым делом. Вы любите создавать музыку, петь и танцевать, так верните себе работу мечты.

– Я бы согласился, но какие условия? – спросил Юнги, и Чимин тут же его ударил.

– Будете жить в моем доме, есть мою еду. Я буду покупать вам одежду, оборудование, какие-то вещи. В общем, полностью обеспечивать вас. Дам возможность снова выступать по всему миру, а также перед высшим классом.

– Но нас всего двое... – Юнги поник. – Вдвоём мы ничто.

– Для работников. Для высшего класса ты, Юнги, прекрасный композитор и пианист. А ты, Чимин, потрясающий певец и балерун. Но тем не менее, я обещаю, что найду остальных участников вашей группы и выкуплю их.

– Что? Правда? –Чимин тут же оживился.

– Госпожа, вы правда сделаете это для нас? – Юнги ослаб и схватился за стол.

– Да.

– Один из нас... очень дорогой, – сказал Чимин, смотря на Минерву с недоверием.

– Я занимаю 33 место в тысяче самых богатых людей мира. Поверь, мне это по карману.

Парни никогда не интересовались рейтингом хозяев по богатству, но сейчас это очень простимулировало их, так как эти несметные богатства будут тратиться на них. Они многозначительно переглянулись.

– В тысяче? А разве в мире сейчас не сто крупных компаний? Как мы можем выступать по всему миру, если все люди умерли? – не выдержал Чимин.

– Я отвечу на твои вопросы, если ты согласишься стать моим свободным слугой. Вообще, мне казалось, что это мечта любого работника.

– Поэтому согласие работника не спрашивается, – пояснила ей хозяйка.

– Мне казалось, оно в принципе не нужно нигде. Ай, что-то мы заговорились. В общем, молодые люди, деньги есть! Видишь, цитатами Медведева говорю.

– Не дай Бог, когда-нибудь сказать его главную фразу, – усмехнулась хозяйка.

– Да если мы печенегов победили, то финансовые проблемы вообще нам ни о чем. Правильно я говорю? – подключился хозяин.

– Смех да и только! Сейчас, спустя тридцать лет, это еще сильнее звучит! Кстати, я слышала, что какая-то бабулечка опять всё на ноль свела. Ой, что-то мы снова заговорились. Что вы решили? – Минерва обратилась к парням.

– Что требуется от нас? – спросил Юнги, сделав деловой стиль.

– Участвовать в концертах, но пока что помогать мне по дому, ходить со мной на разные мероприятия. Когда вы снова будете все вместе, то вернёте себе привычную жизнь.

– Я не об этом. Нам надо что-то подписать?

– Вы согласны, значит.

Прежняя хозяйка перекинула по телефону договор своей сестре, отпечатком пальцев они подписали дарственную на обоих парней.

– Я заеду за вами около восьми часов, – сказала Минерва, ставя где-то ещё отпечатки пальцев. – Можете идти домой собираться.

– А как же булочная? – спросил Юнги. – Она закроется? Мы можем доработать сегодня.

– Мерида, пришлёшь сюда кого-нибудь к вечеру? Все равно днём клиентов нет.

– К четырём здесь уже кто-нибудь будет, не беспокойся. Можете идти.

До самого вечера Чимин не мог сказать своим родителям, которые были на работе, что он уезжает. Он собрал вещи, убрал дом, приготовил ржаной хлеб и вот уже час смотрел на награды, которые он собрал за все годы работы в группе. Чимин пытался убедить себя в том, что поступал правильно.

Скрипнула дверь дома. Взяв свои вещи, он подошёл к двери и к своему удивлению увидел там родителей. У его мамы уже были заплаканные глаза. Бросив сумки, Чимин бросился в объятия своих родителей.

– Мама, папа, – он начал плакать. – Я должен сказать вам, что...

– Мы знаем, сынок, – мама стала гладить сына по голове. – Не беспокойся. Твоя начальница уже все нам рассказала. Она кажется хорошим человеком, так что слушайся ее. Хорошо кушай.

– А как же вы?

– С нами все будет хорошо. Езжай уже.

В дом тихо вошла Минерва. Женщина сразу отпустила Чимина, отдала ему его сумки и поклонилась девушке.

– Госпожа Минерва, спасибо, что вы дали шанс нашему сыну снова идти к своей мечте.

– Мама, я хочу остаться с тобой, – Чимин вытер слезы и сопли с лица, но оно скоро вновь стало мокрым. – Мне нравится печь для людей.

– Нет, твое место на сцене. Ты был таким подавленным, работая в булочной. Я хочу, чтобы улыбка никогда не сходила с твоего лица. Госпожа, пожалуйста, хорошо кормите его, несмотря на то что ему надо опять истощать себя, чтобы у него был пресс. Честно, он немного расслабился и набрал вес, из-за чего теперь пухленький, но все можно вернуть. Он будет стараться из-за всех сил похудеть снова, так что, пожалуйста, проследите, чтобы он кушал.

– Конечно, госпожа Пак. Я считаю, что он в прекрасной форме, так что не буду заставлять его худеть.

– Спасибо вам. Иди, сынок.

В последний раз он обнял родителей и вышел из родного дома. В машине его ждал Юнги, залипающий в новом телефоне. Они ехали молча. Парни слушали музыку в наушниках, а Минерва просто молча везла их куда-то. У нее был достаточно аккуратный стиль вождения. Она соблюдала все правила, не ехала на большой скорости, никого не подрезала, так сказать, была вежливым водителем.

Когда дорога стала бугристой, парни посмотрели в окно, чтобы понять, где ехали. По обеим сторонам дороги были рисовые поля. Но вскоре появились деревья с оранжевыми плодами. До веток можно было дотянуться из окна машины, так что парни смогли разглядеть в полумраке хурму.

– А куда мы едем? – наконец спросил Чимин, сгорая от любопытства и надеясь на то, что его предположения верны.

– На работу моей мамы.

– Но это ведь ферма хурмы и рисовые поля.

– Все верно. Это принадлежит моей маме – Рее Острожской.

– Я слышал, что она очень богата. Неужели засечёт аграрного бизнеса? – спросил Юнги, пытаясь увидеть в темноте очертания администрации фермы.

– Ее основной источник дохода – строительный бизнес, а ферма – ее хобби.

– Но у вас тоже не только шоу-бизнес, – Юнги показывал свою осведомленность.

– Верно. Ещё машиностроение. Это мой основной бизнес, хотя своему телевизионному каналу я точно посвящаю больше времени. Мы приехали. Выходите: подышите чистым воздухом.

Машина остановилась, и Минерва тут же ушла в неизвестном направлении. Парни вышли на улицу подышать вечерним воздухом, прохладным и свежим. Темное небо начинало покрываться звёздами, а кожа мурашками. Все как в старых песнях их группы: смотришь в глаза человеку, а видишь звёздное небо, галактику.

– Интересно, каково там? – спросил Чимин, стоя рядом с Юнги и глядя на небо.

– На небе? Не торопись узнать это, друг мой.

– Да нет же! В мире богатых.

– Там все сделано качественно. Там очень чисто и светло.

– Как думаешь, где это?

– В самом большом и дорогом городе. Может, в Сеуле или Пусане. Может вообще в Тэгу. А, может, на Чеджудо.

- Прохладно что-то. Куда Минерва пропала? – Юнги стал смотреть по сторонам.