Свободный слуга

Будний день. Утро. В чистенькой булочной в центре Сеула никого нет, кроме студентов, прогуливающих учебу. За прилавком стоит уставший парнишка и смотрит на пончик, посыпая который, он использовал всю фантазию, которая рвалась из него. Покупатели брали обычную булку, как они думали, не замечали ничего особенного. Внутри парня все горело, потому что он сочетал цвета, которые контрастируют друг с другом: светло-синий, почти сиреневый, и персиковый. Он смешивал цвета для глазури ранним утром, чтобы в спешке никто не оценил его искусства? Несправедливо.

Вообще весь мир, в котором он жил, он считал несправедливым. Всего четыре года назад он был известным артистом и вместе со своей группой собирал стадионы по всему миру. Теперь он снимается в рекламе булочной, в которой работает, и фотографируется с верными фанатами.

Почему все так вдруг обернулось? Каждый сам решает, что для него причина, из-за которой весь мир в один миг стал таким: поделенным на бедных и богатых.

Однажды страшный вирус, который разъедал легкие и очень легко распространялся, вышел в «свет». Весь мир заразился, а чтобы уменьшить распространение болезни, все страны закрылись на карантин. Появилось дистанционное образование, просела экономика стран, государства стали развиваться внутри своей территории только за счет себя, практически исчез малый и средний бизнес, а большие корпорации разошлись по барским рукам.

Постепенно стали пропадать иностранные продукты. В сеть больше не заходили пользователи из других стран. Появлялся медиа-материал только с Корейского полуострова. Все иностранные сайты перестали быть доступными. Это очень обеспокоило население страны, но и правительство не знало причину такого положения дел, поэтому экспедиция ученых отправилась в несколько стран: Китай, США, Япония, Индонезия, Россия, Германия.

Результаты оказались ужасающими. Все эти страны и государства вокруг них умерли. Они не справились с вирусом. Их больницы были заполнены трупами больных, дома и улицы наполняли трупы горожан. Там больше ничего не осталось. Вирус ничто не остановило. Ученые не вернулись из той экспедиции.

Та земля стала запретной зоной, поэтому максимум живой территории – это Корейский полуостров. Пришлось мириться с северными соседями, ведь они теперь были одни на этой планете. Такой маленький кусочек земли должен был стать теплицей для новой жизни, которая заселит всю Землю, но до этого времени еще далеко. Тот воздух и земля должны были очищаться несколько веков, чтобы вирус там умер, и лишь потом будет возможность ступить на ту землю.

Боясь, что то же самое рано или поздно произойдет и с последним островом жизни на этой планете, правительство ввело обязательную вакцинацию и чип с растворяющимися иглами, который был бы доказательством того, что человек не заразен. Без чипа человека не пускали в общественный транспорт, места массового скопления. Поэтому рано или поздно всем пришлось получить чип и прилагающиеся удобные особенности, как бесконтактная оплата и паспорт, который всегда с собой.

Когда вопрос здоровья людей был решен, правительство пришло к выводу, что положение граждан стало катастрофическим за год. Тогда в качестве гуманитарной помощи людям предложили устроится в сто крупнейших компаний, которые выжили к тому моменту, безо всякий условий. Высокая зарплата, престижное место и отсутствие условий заманили всех, а потому 97% населения страны стало числиться в крупнейших компаниях. Оставшиеся три процента были либо основателями крупнейших фирм, либо индивидуальными предпринимателями, которым были выделены средства на продолжение бизнеса, либо их преданными работниками. В такое сложное время, когда выросла безработица, бедность и преступность, это было воспринято как манна небесная.

Спустя год, когда споры на счет чипов прекратились и все были уверены в их полезности и безопасности, истинное предназначение чипов было раскрыто. Через чипы в голове каждого был зачитан новый указ, проект, который менял их жизнь к лучшему: разделение нового мира на опекунов и подопечных. Все работники оказывались под протекцией директоров своих компаний. Каждый начальник теперь сам выдавал кредиты с лучшими процентами и сроками, поддерживал матерей-одиночек, многодетные семьи и инвалидов.

Казалось, все должно было пойти в гору, стать лучше, чем было раньше. Но ожидание всегда не равно реальности. Каждому работнику платилась средняя зарплата, с которой взимались налоги, что шли на содержание бюджетных учреждений, которые все также оставались платными.

Да и ведь помимо не соблюдённых плюсов были и минусы. Вся жизнь теперь лежала в руках директоров. Они назначали людей на какие-то должности, могли перевести в другую компанию, не спрашивая. Сам человек делал выбор однажды: в какую из компаний, куда приняли, зачислиться после окончания университета. Без высшего образования было сложно подняться по карьерной лестнице, а университеты стали очень дорогими. Были случаи, что никуда не принимали, и такие люди чаще всего становились бездомными или домработницами, уборщиками. Если ты толковый деятель искусства, но больше ни в чем не разбираешься, то тебя нанимали в соответствующую компанию. Если в обычное время ты хотел бы стать бизнесменом, то в новое время ты будешь работать в отделе продвижения и сам будешь быстро достигать больших результатов для своего директора.

И все же, несмотря на все минусы, это дало людям веру в стабильность, в светлое будущее, так что никто не вдумывался в суть проекта. Всем хотелось кушать.

Только вот наш парнишка глядел на эту ситуацию с другой стороны. Четыре года назад, когда его группе предложили рекламировать эти чипы, они с радостью согласились, потому что считали это долгом законопослушного гражданина. После окончания съемок они попросили сотрудников нацепить им чипы. Как сейчас, этот парнишка помнил эти главные слова в его жизни, объясняющие его обычную работу: «Эти чипы вживляются низшему и среднему классам. Низший класс будет работать на своих начальников до конца жизни и не сможет открыть свой бизнес. Средний класс будут представлять те предприниматели, что смогут остаться на плаву после монополизации. Они будут ограничены в своих правах и возможностях. А высший класс – это, собственно, владельцы фирм. Сотня самых богатых людей Кореи. У вас есть возможность запрыгнуть в уехавший поезд: отказаться от чипов, стать представителями шоу-бизнеса высшего класса, но и отказаться от своих семей. Они уже записаны в списки низшего класса, а этого не отменить. Вы можете стать высшим классом и выкупить свою семью, сделать их свободными, но они никогда не будут высшим классом. Они всегда будут ограничены».

Любя свои семьи, все парни из группы отказались от счастливого билета и добровольно надели круглую железку на шею. В тот же день их группа распалась, они записались в работники и разбежались кто куда, обещая видеться.

Прошло всего четыре года, но эта реформа уже успела навести свои порядки. Низший класс хвастался богатством своего директора и благами, которые ему доставались. Подростки и молодежь осуждали эту реформу, говоря, что ненавидят владельцев этих компаний за их несметное богатство, за неравенство прав и свобод, а старшее поколение запрещало им, потому что хозяева давали им все блага.

Вскоре стало известно, что все владельцы крупных компаний живут в одной из зараженных стран, в месте, куда никто не может добраться. Они заперли себя там и управляют компаниями удаленно. Но эти слухи быстро рассеялись присутствием владельцев на ежегодном отборе новых сотрудников. Однако люди быстро заметили, что у хозяев нет чипов, свидетельствующих о вакцинации.

Тогда народ стал выходить на митинги против чипов и хозяев, обвиняя начальство и правительство в несправедливости и неравенстве, в утаивании правды. Писались сотни статей о возможном назначении чипов, сотнями выпускались книги на те же темы, а в один момент все стихло, будто все разом об этом забыли, хотя никто не выступил с речью в защиту чипов и хозяев. Кого ни спроси об этом, все говорили, что это нелепые слухи, что все верят в праведность владельцев и чиновников. Будто по щелчку люди забыли про демонстрации, мятежи, митинги и заговоры, о которых говорили даже дети во время сонного часа.

Об этом всем думал парнишка, смотря на свой пончик, слишком красивый для людей, которые не видят никого вокруг.

– Что грустишь, Чимин? – спросил нашего парнишку юноша в фартуке и с заляпанным мукой лицом, выйдя из кухни.

– Никто не оценил новый дизайн пончика.

– Только из-за этого? Круто.

– Что крутого?

– То, что я могу это исправить, чтобы порадовать тебя. Чимин, эти оранжевый и синий цвета отлично смотрятся вместе. Они делают друг друга ярче.

– Юнги, ты единственный ценишь мое искусство.

Надев тогда чип, Юнги последовал за Чимином в булочную, хотя ему это совсем не нравилось и он совершенно не умел ничего печь. Спустя годы и в нем проявился кондитерский талант, но его руки были созданы, чтобы играть сложнейшие мотивы на фортепиано, вибрировать на скрипке, приводя сердца людей в движение, а не чтобы замешивать тесто. Юнги всегда, казалось, скрывал свои чувства и был холоден, но это было до того, как он стал присутствовать рядом с Чимином круглосуточно. Их группа была много лет вместе до распада, поэтому Юнги должен был раскрыть свою добрую натуру раньше, но так уж сложилось, что в группе он был самым тихим.

Юнги никогда не опаздывал, всегда старательно выполнял свои обязанности и не боялся работать без сна. Безусловно, ему нравилась кричащая тысячная толпа на стадионе, которая скандировала его имя, но он выказывал больше восторга к тому, что сделали те люди, чтобы посмотреть на него вживую. Деньги. Он и сейчас их любил. С фанатами он практически не фотографировался, потому что был убежден, что плохо выходит на фотографиях. А вот упрашивать купить что-то дорогое в булочной он любил. Ему приносило радость то, что затраты хозяина булочной окупятся, так что он даже не думал о том, что ему могут дать премию, хотя его часто награждали за его рекламные ходы.

Студентки ушли, и булочная вновь опустела.