Ген 20

Мэйн бежал, бежал, что есть сил. Зачем он вышел из дома? Почему не взял ничего с собой, кроме телефона? Страх охватывает всё тело, но разум говорит не останавливаться. Обувь встречалась с лужами, и брызги летели в стороны. Были ли это лужи после дождя или лужи крови, оставленные монстрами, — не разобрать. В конце октября должно быть так холодно? От всех этих мыслей болела голова, а лёгкие ныли от нескончаемого бега. Они будто отекали изнутри и пульсировали. Перед глазами стоял образ новы. Он не похож на тех, которые напали на город. Немного похож на человека. Этот человек был готов разорвать его в клочья и съесть. Будет ещё хуже, если побег окончится встречей с волкоподобным новой. Тревога. Она растекается по всему телу, охватывая каждую частичку кожи, и расходится дрожью. Шум в ушах, спиралью закручиваясь, поникает в голову, в мысли. Дом Мэйна находится рядом с радиобашней, и назойливое объявление вызывало лишь нарастающее раздражение. Если бы он только знал, куда именно ему идти. Где будет проходить эвакуация? Мэйн остановился на пустующей улице и обернулся. Будет ли вообще эта эвакуация?

Битые окна. Их стёкла повсюду. Пусто, но слышится шорох. Или же это разум играет в свои злые игры? На глаза попался магазин с целыми витринными окнами. Что находилось внутри рассмотреть не удавалось. Мэйн дёрнул за ручку, и дверь легко открылась. Это оказался обычный магазин одежды, но внимание мальчика привлекла вторая дверь. За ней может быть что или кто угодно. Мэйну было интересно, почему же магазин остался нетронут. Никто не пытался поникнуть сюда? Возможно, кто-то, как и сам Мэйн, укрылся, решив переждать. Квартира мальчика осталась цела только потому, что он спрятался. Поэтому ему в голову приходил только этот вариант. Он открыл дверь и замер. Ноги окаменели, они будто вросли в пол. Глаза не хотели видеть этого, но Мэйн никак не мог отвести взгляд.

Прямо на входе, за этой самой дверью, висел человек. Это уже был второй человек за день, который сам ушёл из жизни. Поэтому монстры не стали ломиться сюда, ведь труп не издаёт звуков. Запах был приторно-сладкий, вызвавший тошноту. Правда не такой сильный, как от человека напротив квартиры Мэйна. Из-за отсутствия света Мэйн не стал сильно вглядываться в человека. Но он преграждал путь к лестнице, что вела в подвал. Лестница шла справа, даже если сильнее прижаться к стене, парень не протиснется. Нужно отодвинуть преграду в сторону. От этой мысли дрожали руки. Мэйн положил руку на бедро мужчины. Холодное, а само тело напоминало ствол дерева. Оно тяжёлое. Мысль, что придётся использовать обе руки вела за собой поднимающийся к горлу ком. Резким движением он оттолкнул от себя человека и проскочил к лестнице. Раздался сильный грохот: верёвка, что крепилась к чему-то спрятанному тени на потолке, оборвалась. Обездвиженный манекен скатился вниз по лестнице, задев Мэйна, и он проехался плечом по стене. Не устояв на ногах, мальчик подался вперёд, и его рука ударилась о металическую дверь. Колено упиралось в твёрдый, холодный «ствол дерева». Грохот был довольно громким, он надеялся, что новы не придут на источник шума. За дверью были слышны шорохи и тихий шёпот.

— Там кто-то есть? — Мэйн решил постараться выйти на контакт с неизвестным шёпотом.

— Это ребёнок? — прозвучал женский голос.

— Закрой свой рот! — кто-то ругнулся следом.

— Вас заперли или вы сами? Можете открыть дверь? — Мэйн несколько раз дёрнул за ручку. Обычно слова о том, что он ребёнок, его бы оскорбили, и он начал бы возмущаться, но сейчас совсем не до этого.

— У нас нет ключа, дверь была заперта когда мы пришли! — этот голос не был похож на тот, что ругался. — Мы проникли сюда через окно.

— «Ключ?», — подумав, Мэйн опустил глаза на труп под своими ногами. Мало было прикасаться к нему, теперь нужно облапать его карманы. Несколько секунд он просто раздумывал, не сводя глаз с мужчины. Приложив рукав к лицу, закрыв тем самым нос и рот, он резко опустился и провёл рукой по карману брюк спереди. Он был пуст. Тело вдруг шевельнулось, и Мэйн дёрнулся, подняв руку над головой. Оказалось, оно просто немного сдвинулось с верхней ступени. Мэйн добрался до второго кармана, но ничего не нашёл. Остались задние карманы. Парень встал на ноги. От чего-то начинали слезиться глаза. Возможно, из-за запаха пота, смешанного с трупной горечью. Осадок этого запаха сладкий, как стухшие овощи. Шмыгнув носом, он быстро вернулся к неприятному делу. Мэйн попытался перевернуть тело, пнув ногой, но безуспешно. Пришлось воспользоваться руками. Входная дверь оставалась открытой, подавая хотя бы немного солнечного света из помещения магазина. Прозвучал звон, и Мэйн крепко сжал в ладони в ключи от двери.

— Я нашёл их! — сказал он и поспешил открыть замок.

— Стой, не открывай! — незнакомый голос попытался его остановить. Дверь открылась, и Мэйн, вместе с телом, оказался внутри. На него наставили ствол ружья и сердце замерло. Новы не поймали, так убьёт человек?

— Мэйн! — прозвучал голос Роджера сквозь сон, и Мэйн распахнул глаза. — Ты весь потом покрылся!

— А? Это... — он поднялся и сел, одеяло медленно сползло до поясницы. — Сон неприятный приснился.

— Оратор? — Роджер сел на край кровати, вытянув ноги. — Часто же он тебе снится. Может думаешь о нём перед сном?

— Ни о чём я не думаю. С того времени пять лет прошло.

— Амалия и Фин покинули наш отряд утром, — потемневшие глаза Роджера опустились в пол, но он не выглядел грустным. — Они вернутся в свои родные города, — на лице появилась улыбка.

— Плевать, — Мэйн сбросил с себя одеяло. — Удивлён, что они вообще продержались два месяца.

— Им было тяжело, — Роджер человек, что знает обо всех всё. Вернее, ему так кажется. Он хранит много секретов других людей и умеет забираться под кожу, пробираясь всё глубже с каждым слоем. Следующие часы ночи прошли тихо. Утром была назначена встреча в общем зале. Роджер едва успел подойти к двери зала, как оттуда вышел Остин. Их взгляды встретились на несколько секунд.

— А вот и второй явился! — Остин натянул уголок губ. — Надеюсь, ты наконец-то получишь своё, чёртов выскочка! — он задел его плечом и скрылся в коридоре. Роджер выдохнул и вошёл в общий зал. Жизель стояла около сцены, а на диванах можно было разглядеть лица участников отряда Эс.

— Сядь рядом с Мэйном, — заговорила Жизель. Роджер понял, что их места находятся напротив Мирай.

— Вы у нас самые умные, — Жизель стукнула каблуком. — Было решено покинуть область зачистки, но вы отделились от группы.

— Мы бы и сами могли справиться. Без поджога! — Мэйн встретился взглядом с Мирай и замолчал.

— Мэйн, что за самодеятельность? — Мирай поднялась с дивана и подошла ближе. — Если ты считаешь, что можешь вести себя как Сэм, то ошибаешься. Ты не он.

— Мэйн ни при чём, это была моя идея! — Роджер вскочил на ноги и получил пощёчину.

— Пока мы вылавливали вас набежали ещё новы! У нас не бесконечные средства, чтобы им противостоять!

— Мирай, как ведущая погибших людей из отряда новобранцев назначишь наказание, — Жизель не выглядела сердитой или раздражённой. Её лицо не проецировало какую-либо эмоцию. Мэйн старался избегать компанию этой женщины в повседневной жизни. Нельзя понять, о чём она думает в определенный момент.

Роджер пропал на сутки. Мэйн ждал его, не выходя из комнаты, но тот так и не показался. Какое наказание назначила ему Мирай? Она ненормальная девушка! Даже взглядом с ней пересекаться жутко, а Роджер часто не следит за языком. Мэйн вскочил на ноги. Чего ждать в одиночестве, если можно спросить? Кто-нибудь из отряда может знать, где сейчас Роджер.

Мэйн решил наведаться в общую комнату. Присутствовали в ней лишь Остин и Элиот.

— В чём дело? — Остин сидел в компьютерном кресле, закинув ноги на стол, а в руках у него была книга с красной обложкой. — Ты ведь пришёл сюда с какой-то целью?

— Соскучился, Мэйн? — Элиот дружелюбно махнул рукой.

— Мне нужно найти Роджера.

— Ай... — Элиот переглянулся с Остином.

— Жди. Он придёт сюда, — Эхо уставился в книгу. Он точно что-то знал.

— Эхо, что с Роджером?

— Не знаю.

— Ты не умеешь врать.

— Да не знаю я, блядь! — он громко хлопнул книгой по столу.

— Что за шум? — в кабинет вошёл пропавший Роджер. Мэйн радостно вскочил с дивана, но, повернувшись к другу, замер. Бинты тянулись вокруг головы и закрывали левый глаз. Одна рука тоже была перебинтована, но больший их слой ложился на указательный палец.

— Что случилось, Роджер? — Мэйн едва смог открыть рот.

— Это моё наказание, — он улыбнулся, будто этот жест не приносил ему ноющей боли. Остин резко поднялся на ноги и направился к двери. — Остин, тебе ведь жаль меня, так? Не стоит.

— Делать мне нечего, кроме как жалеть такого придурка... — он произнёс эти слова перед уходом, сквозь зубы.

— Роджер, дружок, досталось тебе, конечно, — Рэд подошёл ближе и хлопнул его по плечу. От чего тот зажмурился.

— Ай-яй...

— Упс, извиняюсь, — Элиот виновато выставил руки перед собой. — Если что-то нужно, мы готовы помочь. Я с радостью бы ускорил твоё выздоровление.

— Вы готовы помочь... — Роджер от чего-то усмехнулся. — Не говори за всех, ты ведь по-прежнему избегаешь Дану? Не отвечай за неё, — После его слов лицо Элиота заметно переменилось: уголки губ приспустились и улыбка стала менее искренней. Он прищурил глаза и выдохнул через нос.

— Можешь обращаться ко мне за помощью, Роджер, — Рэд легонько похлопал его по тому же плечу и решил направиться вслед за Остином.

Мэйн наконец-то смог прийти в себя, но такой вид Роджера казался ему нереальным. Даже после возвращения с миссий Роджер был целее всех.

— Зачем ты соврал? — Мэйн повысили голос. Почему он начал разговор именно с этого? — Для чего выгородил меня перед Мирай?

— Тогда бы наказали тебя.

— Плевать!

— Мне не плевать, — Роджер говорил спокойно, в отличие от своего друга. — Я бы расстроился, если бы тебе было больно.

— А теперь, значит, ты счастлив?!

Роджер не ответил, он лишь широко улыбнулся, закрыв здоровый глаз. Что в голове у этого парня? Никто в этом месте не важен. Мэйн знал, что они лишь расходный материал. Просто ты можешь быть более полезным материалом, чем другие. Главное — стараться сохранить большее количество именно полезных «вещей».

— Мэйн, уходи! — Роджер оттолкнул его от себя. — Эти монстры придут сюда! Я специально заманил их! Зачем ты пошёл за мной?

— Ты не знаешь сколько их! Они убьют тебя!

— Я не дамся этим тварям, Мэйн, — Роджер протянул ему руку. — Доверься мне, — Мэйн понял, что должен пожать руку в ответ: Роджер уже делал так не раз. Он крепко сжал пальцами его ладонь. — Теперь уходи, — Роджер был совершенно спокоен, и это вселяло уверенность. Он всегда выбирался целым и невредимым. Грохот нескольких одновременно разрушившихся зданий заставил Мэйна очнуться.

— Уснул, что-ли? — Оливия помахала рукой перед его лицом. Мэйн выпрямился и посмотрел на стол перед собой: он заснул в кабинете. — Юнона спрашивает, едешь ли ты в Альт...

— Нет, — он покачал головой медленно и задумчиво. — Чувствую себя паршиво, — Мэйн отодвинулся от стола, сидя в кресле, и встал на ноги. Вытянув руки над головой, он потянулся. — Пойду разомнусь, — хоть он и улыбнулся перед уходом, но было заметно, что его что-то гложет.

— Едем вдвоём? — Лив обернулась к Остину, и тот пожал плечами. Он копался в ноутбуке, который принёс из комнаты Даны. — Тебе точно можно трогать ноутбук?

— Мои файлы также хранятся здесь. Дана разрешает мне им пользоваться, — Остин громко ударил пальцем по кнопке на клавиатуре.

Раздумья о Роджере всегда растягивались, словно резина. Но чем дальше ты отойдешь, тем сильнее будет удар, когда отпустишь. До сих пор Роджер бесцеремонно врывается в мысли Мэйна, его сны и влияет на настоящее из прошлого. Каждое воспоминание, словно кусок стекла и каждое последующее режет глубже, больнее и сильнее. Прогулка Мэйна закончилась тем, что он добрался до лаборатории. Юноны внутри не было, стоит ли входить? Внимание парня упало на телефон, что висел на стене.

— «Почему бы и нет?», — он снял телефон и принялся набирать заученный номер. Мэйн услышал до приятного знакомую тишину. Гудков не было. Ни разочарования, ни печали следом не последовало. Он нахмурился, сжав трубку телефона в руке. Какой же номер у его матери? Как только он попал в Завтра, то смог его набрать и звонил каждый день. Стоило начать делать это реже и номер будто стал медленно выцветать в памяти. Мэйн начал нажимать кнопки из обрывков воспоминаний. Последние две цифры никак не удавалось вспомнить и парень бросил эту затею.

— Мэйн? — прозвучал голос Даны. Девушка только что вошла в лабораторию. — Почему ты здесь? Юноны ведь нет.

— Точно, — он повесил телефон на место. — Нельзя входить в лабораторию, когда Юноны здесь нет, — Мэйн улыбнулся, но не из дружелюбия или радости. Наоборот, он почувствовал лёгкую злость, что его поймали. — Как твоё ухо?

— Не сказать, что лучше.

— Болит?

— Не слышит.

— Дана, мы должны были... — Мэйн не знал, что сказать. Ему неизвестно, каково это лишиться одного органа, который с рождения был здоров.

— Не страшно, Мэйн, — Дана, улыбаясь, опустила глаза в пол. — Я не переживаю на этот счёт...Правда, — Её глаза заблестели. — Ах, да что же это... — девушка прошлась ладонью по щеке, вытирая слёзы, но их становилось всё больше.

— Дана? — Мэйн подошёл ближе, и она внезапно шагнула вперёд, оказавшись в его объятиях.

— Я не справилась? — она прижималась лбом к его груди.

— Ты спасла нас.

— Остин, сказал, что это была напрасная жертва...

— Остин часто говорит, не подумав, — Мэйн задумался, а разве в этом они не схожи с Роджером? Кстати о Роджере...Он что-то говорил об Остине.

— Наверное, я его разочаровала, — Дана от чего-то рассмеялась и отшагнула, вытирая слёзы. — Веду себя так...

— Эхо не станет так легко разочаровываться, потому что понимает человеческую натуру, — парень вздохнул. — Проще говоря, он в курсе, что люди ошибаются.

— Попались! — в лабораторию вошёл Сэм и тихо рассмеялся. — Я знаю, вы сейчас придумываете себе оправдание, но я ничего не скажу Ноне, если сделаете мне обезболивающий укол.

— Хорошо, что это всего лишь наш куратор, — Дана, с раскрасневшимися от слёз щеками, улыбнулась.

— Ага, как бы теперь по гроб жизни не быть ему обязанными, — Мэйн скрестил руки на груди, пока Сэм снимал ботинок с левой ноги. Дана открыла ящик со шприцами и принялась искать анестетик.

— Юнона, я хотел узнать... — Остин ворвался в лабораторию и замер. Его глаза распахнулись, а брови подпрыгнули. — Какого чёрта?

— Мы собираемся сделать Сэму укол, — Дана продолжала копаться в ящиках шкафов.

— Да? Ты в курсе, как это делается? — Остин быстрыми шагами направился к ней. Мэйн заметил, что парень сегодня выглядит нездорово. — «Что за мешки под глазами?».

— Это оно, Остин? — девушка протянула Эхо бутылёк с белой мутной жидкостью, и он кивнул. Набрав обезболивающее в шприц, Остин опустился на одно колено перед Сэмом, который отстегнул часть штанины в области колена. Не ясно, сам ли он сделал этот элемент одежды или «Завтра»? Но казалось это удобным.

— Вот это место. Видишь? — Остин увлечённо объяснял Дане принцип проведения инъекции. Он выглядел серьёзным, но Мэйн знал, что этого парня легко вывести из себя. Пока Дана обрабатывала место введения инъекции Мэйна вдруг осенило. Взгляд Остина на девушку был не совсем обычный. То, с какой тоской он смотрел на лицо Даны, которая с головой ушла в процесс, вызвало чувство сдавливания в области сердца. Мэйн не мог назвать себя очень уж жалостливым человеком, но глаза Остина блестели, словно были нарисованы масляной краской. Он как уличный щенок. Осознание ударило в голову резко, будто два магнита сцепились между собой. Тот секрет Роджера, о котором Мэйн, как он думал, моментально забыл.

– «Остин, этот придурок, приревновал Дану к Элиоту! Ты бы видел, как он бесился.», — Показалось, что Роджер прямо сейчас говорит ему на ухо. — «Самое смешное, что он сам этого не осознает!».

— «Думаю, это совсем не смешно, Роджер».

— «Мэйн, я знаю много секретов Остина, которые он так тщательно хочет скрыть».

Мэйн задумчиво наблюдал за Эхо. Прошло несколько лет с того «секрета», чего же он заинтересовался этим сейчас? Да и к тому же, Элиот и Остин близкие друзья. Не похоже, будто между ними произошла неприятная ситуация.

— «Эхо, почему ты выглядишь сейчас так жалко?», — Вдруг подумал Мэйн и округлил глаза от собственных мыслей.

Был ещё один человек, который не мог перестать думать об Остине. Это была Оливия, ведь застала его не в лучшем состоянии утром. Едва наступил рассвет, как её разбудило бормотание Остина. Он сидел на кровати с мокрыми от пота волосами, его рука сжимала белую футболку на груди. Пальцы сжались так крепко, что, казалось, могли захватить вместе с тканью его кожу.

— ...Если бы только... — его голос стих, а губы продолжали сходится и расходиться.

— Остин, в чём дело? — Оливия прошлась тыльной стороной ладони по глазу.

— Я должен был быть рядом и тогда...Со слухом было бы всё в порядке! — он посмотрел на неё с широко раскрытыми глазами. Радужка была настолько тёмной, что казалась чёрной. Раньше Оливия не видела настолько тёмно-карих глаз, но сейчас было не до эстетических любований.

— Тебе что, кошмар приснился?

— Нужно было её остановить... — Остин сделал громкий вдох. — Нельзя, чтобы снова что-то случилось...С Роджером было так же!

— «Этот Роджер всех успел довести до нервного срыва?!», — она тут же поднялась на ноги и положила руку поверх сжатых на груди пальцев Остина. — Расслабь руку, Остин, — Кажется, ей перешла дрожь его тела. — Остин... — Оливия обхватила его щёки руками. — Давай приходи в себя! Я совершенно не умею успокаивать людей!

— Это заметно, — Даже в таком состоянии он умудрился съязвить.

— Пошли в ванную! — она схватила его за волосы, и ему пришлось послушно пойти следом в ванную комнату. Остин подумал, что она сильнее, чем кажется, после чего почувствовал резкий толчок в спину. — Лив, мне лучше, правда.

Девушка прервала его, пройдясь мокрой ладонью по лицу, а затем взяла за волосы на затылке и направила лицом к зеркалу.

— Глянь на себя! — от её тона парень зажмурил один глаз. — Что прикажешь мне делать с этим лицом?!

— Сам не знаю, что на меня нашло, — его тело заметно расслабилось, но глаза будто бы заблестели. Возможно, это из-за воды, но Оливия не была уверена. Прожив несколько лет с чёрствыми наёмниками, она впервые видит такого чувственного парня. Пожалуй, ей хотелось утешить его, но она понятия не имела, как это сделать.

— Эхо, ты не должен отвечать за нас всех.

— Да, но! — он прервался на мгновение. — Я не думал, что с Даной стучится подобное. Если бы я знал, что она может поступить так импульсивно, то предотвратил бы это! Мне кажется я ничего не знаю об окружающих меня людях...

— Видимо, тебе сложно строить отношения с людьми.

— Да? Это так выглядит? — он усмехнулся, заговорив в своей привычной манере.

— Тебе явно лучше, — Оливия так сказала, но вид у парня всё ещё был нездоровый. — Может сообщить Юноне? Ты болен.

— Моя психика расшатана. и это естественно. Здоровых людей в наше время с огнём не сыщешь, — Остин набрал в ладони воды и ударил их об своё лицо. — Всё под контролем, — Приподняв низ футболки, он прошёлся тканью по лицу и направился обратно в комнату.

— Тут есть полотенце... — Оливия произнесла эти слова слишком тихо, скорее всего, Остин её не услышал.