26 глава
Это был обычный школьный день — если бы не внеклассный час, посвящённый известным личностям. Учитель рассказывал об учёных, спортсменах, политиках, но Широ внезапно вздрогнула, когда прозвучало:
— "…а также Мэрилин Монро, икона кинематографа и символ эпохи..."
Эти слова будто вспыхнули в её голове. Необычное имя, мягкое и звонкое одновременно. Что-то в нём зацепило её душу.
После уроков, пока остальные разбрелись по домам, Широ… свернула к городской библиотеке. Она пробыла там до самого закрытия — зачитанная, уставшая, но с горящими глазами. Фотографии, статьи, биография, цитаты… Она узнала о женщине, которая сумела стать голосом целого поколения, несмотря на страхи, потери и одиночество.
"Она была не просто актрисой. Она была сильной. Одинокой. Непонятой. Но всё равно сияла." — подумала Широ, прижимая к груди книгу.
Когда она наконец вернулась домой, всё внутри неё бурлило. Ей хотелось с кем-то поговорить, поделиться. И как раз в этот момент она заметила Сэнку, возившегося у стола с каким-то опытом.
Он даже не успел что-то сказать, как Широ вылетела с порога:
— Сэнку!! Ты знаешь, кто такая Мэрилин Монро?!
Он обернулся, не скрывая удивления:
— ...Хм? Ты-то откуда о ней узнала?
— Ты не поверишь! Это была женщина-легенда! Я читала о ней весь день! Она была такой яркой, но внутри… внутри она была одинока. Умная, тонкая… Я не знаю, почему, но я чувствую, как будто понимаю её!
Сэнку на секунду замолчал, изучая пылающие глаза Широ.
— Психология, история, культура… Широ, ты взялась за всё сразу. Но мне это нравится. — он снова вернулся к пробиркам. — Только не забудь — не все кумиры были счастливы. Монро — сложный образ.
— Я и не говорю, что она идеал, но… — она опустила глаза. — Иногда хочется тоже блистать… несмотря ни на что.
Он мельком улыбнулся, не поднимая головы:
— Ты уже сияешь, Широ. Даже когда не пытаешься.
Поздним вечером, когда Сэнку был погружён в свои химические опыты, Широ ворвалась в его поле зрения со сверкающими глазами и книгой, которую она держала перед собой, как сокровище. Она подошла ближе, едва не подпрыгивая от нетерпения.
— Хочешь, я тебе расскажу про неё? Хочешь-хочешь?! — воскликнула она, прижимаясь ближе к столу.
Сэнку продолжал возиться со своим аппаратом, но краем глаза уже смотрел в её сторону.
— Ну, валяй уже, — сдался он, — всё равно ты не уйдёшь, пока не расскажешь.
Широ засияла. Она опустилась рядом, разложила свои записи и начала:
— Президент и его брат Бобби Кеннеди... через три месяца после одного её выступления — её находят мёртвой. Джона Кеннеди убьют через год. Её брата — через пять лет. Смерти всех троих породят множество загадок и тайн. Что произошло на самом деле? Кто или что убило самую знаменитую актрису Соединённых Штатов в 36 лет, почти на пике карьеры? Спойлер: на 100% не знает никто. Но я тебе сейчас расскажу всё. Слушай!
Широ вдохновлённо перелистывала страницы:
— От застенчивой девочки из детдома до сокровища американской культуры. Мэрилин Монро — актриса, модель, символ. Даже те, кто не видел ни одного её фильма, знают её лицо. Её походку. Её голос. Её жизнь — как открытая книга, полная блеска и боли. В 1953 году — её прорыв: «Как выйти замуж за миллионера», «Джентльмены предпочитают блондинок». Так мир узнал: лучшие друзья девушек — это бриллианты. Но она была не просто блондинкой с формами.
— Её харизма была уникальна. Походка, голос, мимика — ничего подобного не было. Она говорила тихо, почти шептала — и этим подкупала. Даже цензура кодекса Хейса не могла скрыть ту сексуальность, которую она излучала. В пятидесятые в США идеалом была женщина с формами: пышной грудью, бёдрами и тонкой талией. Мэрилин была воплощением этого образа. Но внутри неё жила совсем другая женщина...
Сэнку отложил пробирку, начиная слушать по-настоящему.
— Её мать страдала психическими расстройствами. Мэрилин родилась как Норма Джин. Была отдана в приёмную семью. Её бабушка пыталась её задушить. Мать — в психлечебнице. Детдом. Насилие. Одиночество. Она страдала всю жизнь: заниженная самооценка, ночные кошмары, чувство вины. Её первый брак — фикция. Ей было 16, ему — 21. Потом — модельная карьера. Потом — Голливуд. Смена имени. Контракты. Постель ради ролей. Депрессии. Таблетки. Одиночество.
Широ увлечённо продолжала:
— В 1951 году она снималась в эпизодических ролях. А в 1953-м — взрыв. Ниагара. Миллионер. Блондинки. Сексуальный символ Америки. На обложке первого Playboy — она. Фотосессия на красном фоне. Скандал. Но она не отступила. Сказала правду: "Это я. У меня не было денег в те времена и мне приходилось продавать даже такие фотки"
Сэнку был ошарашен и немного смущён ведь а таких вещах разве можно читать 11 летний девушки? Широ — неумолима:
— Она стала легендой, но страдала. Её гонорары были ничтожны. Она опаздывала. Делала десятки дублей. Сложный характер. Но работала неустанно. Выйдя замуж за Джо Ди Маджио, поехала с ним в Японию и Корею. Для солдат в холод — в платье. Она была нужна. Любима. Но не счастлива.
— Потом — развод. Роман с Артуром Миллером. Карьера актрисы падала. Таблетки. Алкоголь. Страх сцены. Её находили в полуразбитом состоянии. Она теряла проекты. Скандалы. Звонки в ФБР. Последняя ночь. Найдена мёртвой. Загадка навсегда.
Широ посмотрела на Сэнку, как будто ища ответ:
— Видишь, Сэнку? Это была не просто актриса. Это была женщина, которую весь мир любил и не слышал. Я… я не знаю. Что-то в ней есть. Что-то, что я чувствую.
Сэнку кивнул.
— И ты рассказала это так, будто сама её знала. Ты молодец, Широ.
Широ улыбнулась. И где-то в её глазах вспыхнула мечта — стать не просто учёным, а человеком, которого услышат.
Она получила творческую свободу. Монро могла выбирать проекты и утверждать режиссёров — немыслимая роскошь для актёров того времени. Тот самый фильм с Синатрой так и не был снят. Однако новые проекты обещали намного больше успеха.
В 1955 году на экраны вышла картина «Зуд седьмого года» — одна из главных работ в карьере Мэрилин Монро. История мужчины среднего возраста, одержимого фантазиями о своей привлекательной соседке, и знаменитое пылающее платье, стало легендой. Фильм понравился критикам и собрал огромную кассу.
В том же году Мэрилин переехала в Нью-Йорк. Она присоединилась к легендарной Актёрской студии Ли Страсберга. Там обучали по системе Станиславского — искусству перевоплощения через глубокое понимание эмоций. В Нью-Йорке она основала свою студию «Marilyn Monroe Productions». Это доказывало — она не просто легкомысленная блондинка, а умная и целеустремлённая женщина.
В этот период Монро начала посещать психотерапевта. Он выявил её ключевые проблемы: заниженную самооценку, страх быть ненужной, зависимость от одобрения. Всё это резко контрастировало с образом, который видела публика.
У неё начался роман с драматургом Артуром Миллером. Через год они поженились, и Монро вернулась в Лос-Анджелес. Но её психологическое состояние ухудшалось. Съёмки становились невозможными: таблетки, алкоголь, нестабильное поведение. Бывали дни, когда она не могла произнести даже одну фразу.
С 1956 по 1958 год у неё было две беременности: внематочная и выкидыш. Но она быстро вернулась к работе. Начались съёмки комедии «В джазе только девушки» (в советском прокате — «В джазе только девушки»). Монро требовала, чтобы у всех актрис в кадре волосы были темнее её. Однажды, по словам режиссёра Билли Уайлдера, ей понадобилось 80 дублей, чтобы сказать одну фразу: «Где бурбон?» — вместо неё звучало что угодно: «Где бутылка? Где ликёр? Где бар?»
Но несмотря на всё это, фильм стал шедевром. До сих пор считается одной из лучших комедий. Мэрилин получила «Золотой глобус». Это был её последний большой успех.
В 1960–61 годах вышли последние фильмы: «Займёмся любовью» и «Неприкаянные». Они провалились. Ей было 35. Очарование юности исчезало. Работа с ней становилась невозможной. Развод с Миллером. Госпитализация. На короткое время она восстановилась: похудела, сменила образ, но не могла избавиться от роли блондинки.
В июне 1962 года она снялась для Vogue. Первые фото ей не понравились. Она потребовала новые — в другом образе. Несмотря на сложности, она всё ещё умела производить впечатление. У неё были романы с Брандо, Монтаном, и, как говорят, с Джоном Кеннеди. Потом с его братом Бобби.
— В те времена, — продолжила Широ, — не было телефонов, фотодокументов. Эти отношения остались слухами. Единственное фото с Кеннеди и Монро сделано на вечеринке в честь дня рождения президента. Именно тогда она спела «Happy Birthday, Mr. President».
Вскоре после этого Кеннеди стали избегать её. По слухам — настояла Жаклин Кеннеди.
Широ вздохнула:
— Увольнение с фильма «Что-то должно случиться» стало ударом. Ей было 36. 5 августа 1962 года — её нашли мёртвой. Домработница заметила свет в спальне. Не дождавшись ответа, вызвала психотерапевта. Он разбил окно и нашёл её мёртвой — с телефонной трубкой в руке.
В этот момент Широ задумчиво остановилась.
Сэнку насторожился:
— Что такое?
— Думаю, её психолог делал с ней что-то нехорошее… над мёртвыми так не шутят, — сказала Широ мёртвым голосом. У Сэнку по спине пробежал холодок.
— Кто ещё был в её доме? Где были Кеннеди? Джон был в Сан-Франциско, но были свидетели, что Бобби был в Лос-Анджелесе. Кто-то верит в заговор спецслужб. Расследование возобновляли. Но доказательств не было. Всё же, если смотреть на её жизнь — самоубийство кажется вероятнее.
— А ещё, — добавила Широ, — говорят, что у неё был роман с Альбертом Эйнштейном. Но никаких доказательств…
Она посмотрела на Сэнку вопросительно:
— А ты как думаешь, Сэнку?
Сэнку пожал плечами, посмотрел на Широ и, как всегда, с лёгкой усмешкой в голосе ответил:
— Хм. С научной точки зрения, это крайне маловероятно. Эйнштейн — теоретик, интеллектуал до мозга костей. Монро — актриса, но с тягой к философии и глубинному самопознанию. Встреча? Вполне. Симпатия? Возможно. Роман? Сомневаюсь.
Он чуть прищурился, будто рассчитывая формулу.
— Но... даже если бы это было правдой, подумай, Широ: символ сексуальности и гений науки. Это же идеальный пример того, что противоположности могут притягиваться. Был бы у них ребёнок — генетически один из самых непредсказуемых людей в истории.
Сэнку хмыкнул и добавил:
— Но, как и со всеми слухами — без верифицированных источников это просто байка. Хотя… такая, что в неё хочется верить. Потому что она красивая. А красивые истории — тоже часть человеческой культуры.
Он взглянул на Широ и мягко добавил:
— Главное — не то, что было на самом деле. Главное — чему это нас учит.
- знаешь.. Сэнку ты сейчас был похож на философа
- чего? меня за старика не держи!
