Битва за Скандинавию

«Those who adhere to principle above battle lust

Sing your songs with dying breath

For the kings of the raven realms

Battles, battles in the north»

Immortal «Battles in the north»

Верланд наполняли пессимистические настроения. Недавно Эрика вернулась домой вместе со своей армией. Но не с победой. Планы Эрики по объединению с Гросгоротом и разгрому Равенгарда сломались, как соломинки, которые попытались согнуть однажды.

Убив Акселя, она сама стала командовать армией. И первый её план был таков: собрать всё население в столицу, укрепить её, и попытаться таким образом вынудить Катарину оставить Верланд. Поэтому в достаточно короткие сроки столица сильно окрепла «стенами и людьми». Её население увеличилось до 1 100 000, причём армия увеличилась до 900 000 воинов. Им противостояла армия Равенгарда численностью 1 407 000 воинов.

Вся Скандинавия знала, что конец большой битвы двух королев близок, но каким он будет? К этому и сходилась вся эта история.

Эрика стояла на дворцовом крыльце, и наблюдала за суетой, происходящей вокруг. Она была обозлена тем, что у неё всё пошло прахом. Но одного она не теряла – надежды на хороший для неё исход предстоящей осады. Не без труда, но она сумела поселить эту надежду в сердцах своих воинов.

- К осаде всё готово, моя королева! – услышала она мужской голос, и посмотрела вниз. Перед ней стоял Вальдемар. После гибели Акселя Эрика назначила его своим помощником, и именно он руководил подготовкой столицы к осаде.

- Прекрасно, Вальдемар – Эрика слегка улыбнулась ему – этой сопливой девчонке не удастся сломить Верланд!

- Если она пойдёт по селениям, то наши шансы на победу увеличатся – сказал Вальдемар – мы оставили ей лишь пустые дома.

- Надо было их сжечь – сказала Эрика – ты оставил равенгардцам кров.

- Об этом я и не подумал – виновато сказал Вальдемар.

- Ладно, плевать на них – сказала Эрика – ступай. И не тратьте силы попусту!

Вальдемар кивнул головой и ушёл.

Тем временем Катарина вела свою армию по верландской земле. Её воины были настроены решительно. Они знали, что враг так просто не сдастся. Вскоре Равен сказал Катарине, что неподалёку находится селение. Она сформировала отряд в 100 000 воинов и отправила его туда. Остальные ждали на месте. Однако вскоре к Катарине подошёл один из воинов посланного ей отряда и доложил, что селение пусто.

- Интересно – задумчиво сказала королева, и пошла с воином в селение.

Оно встретило гостей пустыми глазницами окон и распахнутыми настежь дверями. Всё вокруг говорило о том, что жители этого селения покидали насиженные места в спешке. Повсюду валялся мелкий бытовой мусор, угли, частично обгоревшие поленья и тому подобные вещи.

- Что же их заставило покинуть селение? – Катарину смутило представшее зрелище, и она сильно задумалась.

- Вот и нам тоже интересно – сказал воин, постукивая тупым концом копья о землю.

- Эрика что-то задумала, клянусь Тором! – Катарина не знала, на кого ещё думать в такой ситуации.

- Может быть, она устроила нам засады в здешних лесах? – предположил воин.

- А женщины? Старики? Дети, наконец? – спросила в ответ королева – Куда они ушли?!

- Не знаю – ответил воин.

- Осмотрим другие селения. Если там будет также, будем искать столицу! Провизии осталось не так много – сказала Катарина озабоченно.

Они вернулись назад. Катарина поделилась новостями с Равеном. Тот тоже забеспокоился:

- Странно всё это – сказал он.

Армия двинулась дальше

Равенгардцам, привыкшим к лесисто-горной местности своей страны, равнины Верланда казались скучными. К тому же зима вступила в свою силу, и теперь окружающий пейзаж становился ещё более угнетающим. А вскоре пошёл густой снег. Равенгардцы замедлили продвижение, а затем и вовсе остановились из-за светло-серой пелены, скрывающей всё вокруг, словно туман. Пока шёл привал, Катарина постоянно думала над загадкой с пустым селением. Равен сидел рядом с ней. С тех пор, как он привёл своих воинов с морского похода к границам Верланда, Равен чувствовал что-то новое внутри себя. Но что это всё-таки было, он не мог сообразить. Одно он осознал, что только сейчас по-настоящему оценил красоту своей королевы. Это очень волновало викинга. Ему хотелось обсудить эту тему с Георгом, но разве до него достучишься? Наверняка он сейчас занят чем-то очень важным.

- Равен – позвала его Катарина.

Тот взглянул на неё, готовый выслушать.

- Я, кажется, знаю, что задумала Эрика – сказала она.

Равен оживился:

- Что же? – спросил он с нетерпением.

- Она, скорее всего, согнала всё население в столицу – ответила королева.

- Это самая верная мысль! – воскликнул Равен – после последнего сражения её армия стала намного меньше нашей.

- Всё равно ей это не поможет – сказала Катарина, вздохнув.

- Жаль, что у нас кончились стрелы – с сожалением сказал Равен.

- Я думала об этом ещё тогда, когда метнула в Эрику копьё – вспомнила королева, поджав губы.

- Снег ослабел – заметил Равен – пора идти к столице.

Катарина согласилась.

После полудня Эрика решила сама увидеть, как столица укреплена, и в сопровождении Вальдемара начала обход. Верландцы постарались на славу! Вокруг столицы были возведены ещё два ряда прочных стен с очень крепкими воротами и запорами на них. Между рядами и перед крепостью были вырыты широкие и глубокие рвы. В стенах были образованы места, с которых можно было метать копья, исключая возможность поражения самого метающего. Между третьей и второй линиями были бессистемно устроены ловушки, настолько искусно замаскированные, что даже сами верландцы не ходили там, боясь провалиться. Опасность этих ловушек была во врытых на их дне кольях, очень острых, и гарантировавших смерть угодившему в них человеку. Эрика осталась довольна обходом:

- Равенгард не пройдёт – сказала она, улыбаясь.

- Вопрос только в том, когда они придут – сказал Вальдемар.

- Не волнуйся, повоевать ты всегда успеешь – Эрика провела рукой по его плечу, и ушла во дворец.

Вльдемар расставил стражу на стенах, и тоже отправился во дворец.

Всё это время Катарина тщетно пыталась найти верный путь. К ночи она вывела свои войска к ещё одному селению. Оно тоже оказалось пустым. В нём викинги кое-как разместились на ночлег. Катарина видела тающие на глазах запасы провизии, и уже всерьёз обеспокоилась тем, что армия может оказаться не готовой к длительной осаде. И тут она услышала голос. Голос своего сердца:

- Тебе нужно идти на северо-восток – говорил он – путь недалёкий, и опасности там нет.

«Георг, ты мне очень нужен» - сказала про себя Катарина, и положила руку на сердце, и вот уже перед ней стоял его призрак.

- Ты впервые позвала меня – заметил он.

- До этого ты сам находил меня - сказала Катарина.

- Ты хочешь спросить меня, как взять столицу? – спросил он.

- Попросить совета – ответила она.

Призрак переместился в другую точку дома, а затем вернулся назад.

- Ты не паришь?! – удивлённо спросила она.

- Нет – ответил Георг, и продолжил – столица Верланда сильно окрепла, и взять её с ходу получится только лишь в том случае, если у воинов хватит силы духа. Эта битва будет самой жаркой. И что самое скверное, мне запретили помогать вам при штурме.

- Не волнуйся, мы справимся – уверенно сказала Катарина.

- Я не ждал другого ответа – улыбнулся Георг – я верил, что из тебя выйдет отличный полководец!

- Жаль, что тебя не будет с нами, когда мы победим – сказала Катарина.

- Мы ещё увидимся там – сказал Георг – может быть, в первый раз у нас не получится и словом обмолвиться, но во второй... - он лукаво посмотрел на возлюбленную – это навсегда!

- То есть как это?! – глаза Катарины округлились от услышанного.

- Ты поймёшь, когда это случится – сказал Георг, улыбаясь, и исчез, оставив королеву в замешательстве.

- Что ты хотел этим сказать? – спросила она пустоту.

Потом встала и прошлась по дому.

- Сумасшедший! – сказала она вслух и, дойдя до постели, легла на неё.

Утром армия двинулась на северо-восток. Катарина торопила воинов, и довольно скоро Равен, как всегда возглавляющий головной дозор, сообщил, что видит стены столицы Верланда. Присмотревшись, он увидел, что крепость имеет три ряда стен.

- Попробуй возьми, называется – выдохнул один из дозорных.

- Серьёзно Эрика подготовилась – согласился Равен.

- Что будем делать, моя королева? – спросил Тристан, подойдя к Катарине.

- Предлагаю остановиться, и спокойно всё обсудить. Для начала – ответила она.

Равенгардцы разбили лагерь. Катарина, Тристан и Равен собрались у одного костра, и обсуждали план штурма.

-Кто первый? – спросила Катарина.

- Я предлагаю окружить столицу, и одновременно начать штурм со всех сторон – высказал своё мнение Тристан.

- Я бы предложил другое – сказал Равен – окружить, но основные силы совершили бы нападение с какой-то одной стороны.

- С какой же? – поинтересовалась Катарина.

- Атака в лоб – ответил Равен.

- Как-то неразумно бить там, где сильнее оборона – покачал головой Тристан.

- Рвётся там, где тонко – подхватила Катарина.

- Нам нужна разведка – сказал Равен – а ещё лучше взять пленного, чтобы он побольше рассказал нам об укреплениях крепости!

- Не знаю, не знаю – вздохнула Катарина – удастся ли тебе взять пленного?

- Получилось тогда, получится и сейчас – уверенно сказал Равен.

- Когда это было? – спросила королева.

- Когда мы с Георгом совершали налёты – ответил Равен.

- Но ведь наверняка ты его брал не один! – воскликнул Тристан.

- Нас было десятеро, но пленного брали только двое. Остальные были для массы. И то всё это сделали на лошадях – рассказал Равен.

- Ну вот видишь, - сказала Катарина – сейчас у тебя всего этого нет...

- Ты не веришь в меня? – в голосе Равена прозвучала нотка гнева.

- Я переживаю за тебя – спокойно ответила Катарина – и не надо на меня кричать.

- Прости – виновато сказал Равен.

- Уничтожить чудовище Верланда мы сможем по плану Тристана – сказала Катарина, тем самым говоря, что Равен проиграл.

Но тот не стал ничего говорить вслух, а про себя подумал: «я всё-таки добуду пленника, не будь я последним воином Норденфорта!»

- На подготовку к штурму даю два дня – сказала Катарина.

На этом военный совет закончился.

Равен глядел на крепость, и пытался придумать, как же ему осуществить свои намерения.

- О чём задумался? – спросил его Тристан.

- Да – отмахнулся тот - такой глупый план я сегодня предложил.

- Брось – подбодрил его Тристан – зато ты придумал послать разведу!

- Позволь мне пойти туда – попросил Равен – я пойду один.

- Катарина может рассердиться на нас с тобой – сказал Тристан.

- Но ты же командующий армии! – тихо с хрипотцой воскликнул Равен – неужели ты не понимаешь необходимости разведки?!

- Понимаю, но Катарина... - Тристан не хотел последствий для себя, Равен видел это.

- Скажу ей потом, что сам ушёл. Ну а если не вернусь, расскажешь ей всё, как есть – сказал он.

- Ладно, сроку тебе до утра следующего дня, хватит? – спросил Тристан.

Равен кивнул головой.

- Да пребудут с тобой удача и Боги! – Тристан прожил руку на плечо Равена.

- Скоро вернусь – с этими словами разведчик ушёл.

У него было как минимум полдня и ночь в распоряжении. Едва начало темнеть, как наш герой оказался у первого рва. Равен взял хороший разбег, но перед тем, как начать его, он вынул два ножа и взял в руки так, что лезвия их выходили со стороны мизинцев сжатых кулаков. И не зря. Разбега оказалось мало, и Равен едва не свалился на дно рва, но он вовремя вонзил ножи под углом к обледеневшей земляной стенке рва, повиснув на них. Разведчик перевёл дух, и попеременно вынимая и вонзая ножи всё выше и выше, выбрался из рва. Удивительно, что стража не заметила его!

Дойдя до стены, Равен внимательно изучил её. Спешка сказалась на её укладке. Щелей было великое множество, и в них разведчик видел прекрасную возможность взобраться наверх. Но он не спешил, ибо время для этого не пришло.

Когда уже достаточно стемнело, Равен полез наверх. Восхождение проходило медленно, ибо всякий раз разведчику приходилось искать место, куда вонзить свои ножи, и поставить ноги. Почти в самом конце восхождения Равену предстояло ещё одно испытание: мимо того места, где он должен был залезть на стену, проходил стражник. Равен едва дождался, пока тот отойдёт подальше, и вскарабкался на стену. Переведя дух, разведчик оглянулся вокруг: слева от него шёл по стене всё тот же стражник. О том, что у него за спиной враг, он не догадывался. Равен, словно тень, двинулся за ним. Однако через некоторое время он увидел второго стражника, идущего навстречу своему товарищу, которого преследовал Равен. Разведчик вошёл в полосу тени, напряг зрение и слух, и стал наблюдать. Стражники встретились.

- Как служба? – поинтересовался первый.

- Спокойна, как воды северного моря в штиль – ответил второй.

- А равенгардцев-то не видать – заметил первый.

- Они рыщут по селениям, я уверен – сказал другой – такими темпами они нескоро будут здесь!

- К тому же мы построили такую крепость – гордо сказал первый, показав сжатый кулак.

- Каждому из нас тут всё понятно – сказал второй – мы заставим их дрожать!

- Это точно! – заключил первый.

На этом стражники разошлись. Равен весь напрягся, когда увидел возвращающегося назад врага. Стражник шёл спокойно, даже расслабленно, но тут его внимание привлёк странный силуэт слева, в тени. Он проходил на огромный булыжник округлой формы, но стоило стражнику подойти к нему совсем близко, как тот неожиданно «ожил», и сильным ударом по голове лишил его сознания. Полдела сделано. Осталось спуститься, но как? Разведчик ломал голову, но ничего не мог придумать. Вдруг взгляд его упал на лежащую неподалёку верёвку. Разведчик тут же взял копьё и меч противника, намотал верёвку вокруг них, закрепил всё это между зубьями стены, и сбросил противоположный её конец вниз. Но не так-то просто спускаться по ней, одновременно удерживая пленного. Равен ещё немного подумал, и тут его осенило: он снял со стражника ремень, протянул этот ремень у него под спиной, пропустив один конец между ног, лёг на него и затянул ремень у себя на груди. Затем не без труда разведчик встал, подошёл к краю стены и, помолившись богам, начал свой спуск. После нелёгкого подъёма он показался Равену таким тяжёлым, что от напряжения у него начала болеть голова. А тут ещё на три четверти пути верёвка кончилась. Равен глянул вниз. До земли оставалось по крайней мере метров шесть. Недолго думая, он вынул правой рукой нож, и, вонзив его в стену, повис на нём, нашёл ногами опору и достал второй нож. Так он и спустился вниз. На земле Равен отцепился от пленного, и вернулся за верёвкой. Высоко лезть он не стал, отрезав кусок нужной длины от неё. Вернувшись к пленнику, он связал ему руки и ноги, затем он также скрепил себя с ним ремнём, и пошёл ко рву. Время близилось к рассвету, когда разведчик со своей ношей подошёл к краю последнего препятствия. Сил у него почти не осталось, но не бросать же дело, когда оно почти сделано! Равен был близок к отчаянию, когда увидел на противоположной стороне Тора и Георга. Первый подошёл к одиноко стоящему дереву, что росло недалеко от рва. И тут его молот превратился в топор, и одним ударом громовержец срубил его. Затем к Тору подошёл Георг, и вдвоём они обломали ветви, а затем понесли ствол ко рву. Дойдя до рва, они положили ствол на землю, и вдруг Георг мощным прыжком переместился на другую сторону.

- Твои молитвы были не напрасны – сказал он Равену – а я просто заодно пришёл.

Тем временем Тор взял ствол, поднял его и перекинул его конец Георгу. Тот поймал подачу, и, уложив ствол на землю, сказал:

- Давай скорее, дружище! До рассвета осталось совсем немного!

Равен поблагодарил Георга, и поспешил на ту сторону. Там он не забыл выразить благодарность Тору, и последний отрезок расстояния наш герой чуть ли не бежал. Убедившись, что Равен перешёл ров, Георг вернулся к Тору.

- Уберём бревно – сказал он – но не в ров! Позволь хоть как-то помочь Катарине!

- Хорошо, главное, чтобы отец не видел этого - сказал Тор.

Они взяли бревно, и оттащили его на старое место. Затем оба исчезли.

Тристан бы очень рад видеть Равена:

- Ты настоящий воин Норденфорта! - восхищался он - таким, как ты, цены нет!

- Георг был лучшим – отрезал Равен – надо показать Катарине пленного!

- Скажи ей об этом, а мы позаботимся о нём – сказал Тристан.

Пленника сняли с Равена, и привязали к дереву, а сам Равен пошёл к королеве. Она сидела возле костра, то чём-то думала.

- Я взял пленного – сказал ей Равен.

Катарина посмотрела на него.

- Ты что, ходил туда? – спросила она.

Равен кивнул головой.

- Вы с Георгом сошли с ума! – воскликнула она – один мне говорит нечто такое, от чего я до сих пор ломаю голову! А второй, словно самоубийца, идёт в одиночный поход за пленным! Что с вами такое?!

- А что тебе сказал Георг? – поинтересовался Равен.

- Это не важно – отмахнулась Катарина.

- Я, кстати, видел его совсем недавно, когда возвращался – вспомнил Равен.

- Он что-нибудь передавал? – спросила она.

- Нет – ответил Равен – он был с Тором. Они помогли мне перебраться через ров.

- Но он говорил мне, что ему запретили помогать! – Катарина была обижена, подумав, что Георг лгал ей раньше.

- Это он тебе сам потом объяснит, я думаю – сказал Равен – Георг никогда не лгал, тем более, тебе!

- Ладно, идите, и вытряхните из пленного всё, что нужно – сказала Катарина тихо.

Равен ушёл не сразу. Он сел рядом с королевой, и сказал:

- Зря ты так подумала о Георге! Если бы не он, я до сих пор был бы там. А может быть я и вовсе бы погиб! – он говорил тихо, но каждое его слово прочно застревало в сознании Катарины.

Она вдруг обняла его:

- Не знаю, что на меня нашло сейчас! – сказала она грустно – просто мне кажется, что Георг хотел сказать мне, что вернётся навсегда! – и тут из глаз её капнула слеза.

Равен поглаживал её по голове, пытаясь утешить, а самого его в этот момент пробирались мурашки. Причём это были не простые мурашки. Равен впервые почувствовал теплоту женского тела, хоть и не в полном объёме. «Не соврал Георг, Кажись» - подумал он. Катарина отстранилась от него и сказала:

- Ступай, Равен, узнай от пленного всё!

Тот повиновался. В это время пленника привели в чувство. Он ужаснулся, когда понял, где находится. Как раз в этот момент вернулся Равен, и сразу же подошёл к пленнику.

- Ну вот мы и пришли – сказал он.

- О чём это вы?! – удивлённо спросил пленник.

- Ну, ты ведь говорил со своим товарищем сегодня ночью, и ты ему сказал, что нас долго нет, верно? – спросил его Равен в ответ.

Тот кивнул головой.

- Ну, так теперь, когда мы друг друга поняли, расскажи нам, как устроена ваша оборона, сколько там защитников – всё рассказывай!

- Э нет, равенгардец – оскалился пленник – этого ты точно не получишь!

- А ты уверенный в себе воин! – с деланным восхищением воскликнул Равен, и вдруг сильно ударил пленника ногой в колено. Тот скорчился, издав глухое рычание сквозь стиснутые зубы.

- Это только начало – сказал Равен – дальше будет хуже!

- А всё равно вы меня убьёте! – выкрикнул пленник.

- В твоих интересах, чтобы это было быстро – наклонившись к нему, сказал Равен. Пленник было плюнул в него, но тот ловко увернулся и ударил его во второе колено.

- На очереди твои зубы – сказал Равен.

- Будьте вы прокляты – прошипел верландец.

Равен нанёс ему три удара в челюсть, попеременно меняя руки. Изо рта пленника потекла кровь. Он сплюнул в сторону выбитые зубы и сказал:

- Я скажу, но только не вам, а вашей королеве!

Равен хотел было достать нож, как Тристан остановил его, сказав верландцу:

- Если ты не скажешь, мы отрежем тебе ухо, а будешь ещё упрямиться – останешься без причандалов!

Пленник согласился. Равен пошёл к Катарине. Она удивилась услышанному.

- Наглец! – сказала она – я сама его убью! – с этими словами королева пошла вместе с Равеном.

Пленник потерял дар речи, когда увидел её. Такой красивой девушки ему не доводилось видеть до сих пор! Она подошла к нему и сказала:

- Говори, что знаешь, и без шуток!

Пленник откашлялся, и подробно рассказал всё, что знал.

- Как можно распознать эти ловушки? – спросила она, когда верландец замолчал.

- Наши воины там не ходят, потому что сами не могут отличить ловушки от твёрдой земли - ответил тот.

- Равен, где ты его взял? – спросила Катарина разведчика.

- На первой стене – ответил тот.

- А как же ты попал туда?! – Катарина вновь переключилась на верландца.

- У каждой линии есть определённое количество защитников – отвечал он – на первой стене нас 100 000, на других не помню, а остальные внутри, за третьей линией – замолчав, он испуганно забегал глазами.

- Скверные дела – с сожалением сказала Катарина, и добавила Тристану, указав на пленного – уберите его! – затем она ушла.

Тристан посмотрел на одного из воинов, и кивнул в сторону пленного. Тот подошёл к нему, и отрубил ему голову. А сам Тристан пошёл к королеве.

- Равен словно чувствовал, что его план – лучший! – сказала ему она, когда он подошёл к ней.

- Да, с этими ловушками будут серьёзные проблемы – согласился он - главное, чтобы воины не знали об этом!

- А мы им и не скажем! – воскликнула она – иначе нам не поднять армию на штурм!

- А рвы? – спросил Тристан.

- Делайте штурмовые лестницы – сказала Катарина – Георг использовал их когда-то, чтобы перебраться через ров.

- Жаль, что его нет с нами – грустно сказал Тристан.

- Ничего, мы справимся – приободрила его Катарина – два дня я дала не зря! Готовьтесь!

Тристан согласился с ней, и пошёл отдавать распоряжения.

В это время в стане врага хватились одного стражника. Кроме его копья, меча и куска верёвки не было никаких следов. Вальдемар был озадачен произошедшим. Были разные догадки, но самой верной и в то же время противоречивой была вылазка равенгардцев. Её он и высказал Эрике. Холодную королеву словно подменили: она не злилась, не размахивала мечом, а сказала только:

- Вся армия всё равно не сможет найти лазейку.

Больше она ничего не сказала и ушла. Вальдемар был поражён её спокойствием. А к исходу второй ночи вся крепость поднялась по тревоге. Последняя битва началась!

Равенгардцы так быстро переползали через первый ров по перекинутым лестницам, что верландцы, не ожидая подобного, даже поначалу не метали копья. А когда опомнились, те уже приставляли лестницы к стенам и взбирались по ним. У каждого впередиидущего воина была верёвка и привязанная к ней охапка ветвей деревьев. С помощью этого нехитрого приспособления они крепили лестницы к стенам, забивая ветви в амбразуры, и привязывая верёвку к лестнице. Так что когда верландцы пытались оттолкнуть эти лестницы, ничего из этого не выходило. Воины Катарины уже были наверху, и били обороняющихся с небывалой яростью, к которым спешили на помощь со всех концов первой стены. Первые ворота были пробиты, и равенгардцы, увлекаемые Тристаном, собрали пустые лестницы, и устремились ко второй линии, потеряв всего 50 000 воинов. Первая линия погибла полностью. Теперь те, кто пробивал ворота, поменялись местами с теми, кто шёл наверх. И штурм пошёл в ещё более быстром темпе. Вальдемар знал, что на стенах ему делать нечего, и потому оставался за третьей стеной, в самой столице. Рядом с ним была Эрика. Через некоторое время она ушла во дворец, оставив Вальдемара командовать войсками...

К полудню равенгардцы прорвали вторую линию, потеряв около 100 000 воинов, и смяв 200 000-й отряд обороняющихся. В рядах штурмующих вновь произошла смена ролей, и на очереди была третья линия. Вот тут-то и начались проблемы у равенгардцев! Они двигались так быстро, что не заметили, как несколько сотен из них попали в четыре ямы-ловушки, оказавшиеся смертельными для некоторых из них. Выжили только те, кто оказался сверху. Остальные либо погибли на кольях, либо задохнулись под тяжестью тел своих товарищей. Равенгардцы остановились на миг, и начали помогать выжившим выбраться. И тут на них обрушился дождь вражеских копий. Тристан понял, что оставаться на месте опасно, и подал сигнал к атаке. Равенгардцы ринулись на штурм, пробегая по телам несчастных, угодивших в ловушку. Они знали, что им всё равно не жить. Третья стена оказалась укреплена гораздо сильнее первых двух, и потому темп штурма снизился. Однако как ни старались верландцы удержать оборону, у них ничего не вышло. Среди равенгардцев было потеряно около 310 000 воинов, но они сумели ворваться в столицу. Равен добежал до ближайшей конюшни, выбрал себе лошадь и, оседлав её, помчался назад. Тристан заметил это и, оседлав себе другую лошадь, погнался за ним. Равен скакал вдоль первой стены, призывая отряды, до этого просто окружавшие столицу, приступить к штурму. Тристан мчался за ним, и был очень удивлён, когда Равен повернул обратно в столицу. Когда они встретились, Тристан сказал:

- А я думал, что ты предал нас!

- Я верен своему долгу, и в первую очередь самому себе! – сказал Равен, и, вынув мечи, ринулся в атаку. Тристан побежал за ним.

Вальдемар неплохо справлялся со своей задачей! Верландцы оказывали упорное сопротивление, грамотно распределяя силы, но ведь и равенгардцы были не лыком шиты, и потому бой шёл с переменным успехом. Он проходил по жилым кварталам, где дома разрушались от многочисленных схваток снаружи и внутри них. Здесь верландцы дрались, словно звери: доходило и до того, что они грызлись с врагом зубами. Однако равенгардцы вытесняли их к центру столицы: туда, где стояли дворец и пещера Верго – верландского божественного змея. Когда бой перекинулся к алтарю, на котором когда-то стояли головы убитых гезардовских послов, Верго выполз из своей пещеры. Его противное шипение заставило воюющих остановиться, и все, как один, посмотрели в его сторону. Рядом со змеем шла Эрика с мечом в руках.

- Это не просто война армий – сказала она во всеуслышание.

Верго остановился и вытянулся ввысь. Равенгардцам стало жутко.

- Ты хотела сказать, что это ещё и война двух королев? – услышала Эрика женский голос слева от себя, и посмотрела туда. В сотне альнов перед ней стояла Катарина.

- Ну что ж, девчонка – сказала Эрика с презрением – ты, считай, зря пошла весь этот путь сражений!

- Наконец-то я добралась до тебя, старуха! – насмешливо ответила Катарина.

Эрику это взбесило.

- Я предлагаю тебе поединок: выиграешь, Верланд сложит оружие, а если нет – вы сложите оружие! – Эрика вся горела жаждой убить соперницу.

- Вызов принят! – Катарина прокрутила меч в своей руке.

- Однако ты его видишь? – ехидно спросила Эрика, показывая рукой на Верго – Он будет помогать мне!

Катарина опешила.

В это время Георг был в Вальхалле. Он разговаривал с Далией. Валькирия была рада, что Георг не отталкивал её от себя. Вдруг к ним подошёл один из викингов, и сказал Георгу, что его требует к себе Один. Георг простился с Далией, и пошёл к нему.

- Ну вот и твоя битва подходит к концу – сказал ему Один, когда он пришёл к нему – твоя королева вот-вот сойдётся в поединке со своей соперницей, но ту поддерживает их божество. До исполнения твоего желания остался последний шаг: ты должен уничтожить его!

Георг очень удивился, но мысль о том, что Катарина в опасности, подстегнула его, и он убежал.

- Где же твои боги? – ехидно спросила Эрика Катарину.

Её соперница как раз в этот момент заметила Георга, стоящего сзади Эрики. Он кивнул Катарине, и пошёл на врага.

- Он пришёл – ответное ехидство королевы Равенгарда было непонятно Эрике, и она оглянулась назад. Она узнала в призраке, стоящем напротив Верго, Георга, и по телу её пробежали мурашки.

- Тебе всё равно не победить! – воскликнула она.

- Меньше слов – ближе к делу! – улыбнулась Катарина, вспоминая свой первый поединок с Георгом.

Георг понимал, что одолеть змея будет очень тяжело, и единственное, его преимущество в том, что он слишком мал по сравнению со своим противником. Змей атаковал первым, стремительно бросившись вперёд. Георг отскочил в сторону, ударив врага обоими мечами, но они соскользнули с чешуйчатого тела, не причинив змею никакого вреда. А тот посмотрел на Георга, и начал атаку своим хвостом, стремясь размозжить соперника. Викинг уворачивался от ударов, безуспешно пытаясь ранить змея. Вдруг Верго нанёс удар сверху, но Георг, скрестив свои мечи, защитился от него. Однако Верго надумал «продавить» защиту врага и расправиться с ним окончательно. Георг в это время внимательно разглядывал направление чешуек на коже змея. Определив его, он направил лезвия мечей под углом против чешуек и с силой развёл мечи. Сталь легко вошла в плоть Верго, и через мгновение змей остался без хвоста. Божество зашипело от боли, и не успело оно опомниться, как Георг уже бил его по голове и шее с такой силой, что его удары оглушали Верго. На теле его тут и там начали появляться раны, ещё из отрубленного хвоста лился целый поток крови. Змей вскоре совсем потерялся и сопротивлялся уже вяло. И тут Георг вонзил остриё левого меча в глаз противника. От боли змей начал мотать головой с такой силой и скоростью, что сам того не замечая отшвырнул Георга на несколько альнов. Викинг встал, и, взяв свой второй меч в обе руки, подскочил к Верго, и отрубил ему голову. Голова поверженного божества рухнула на землю и осталась лежать, воткнувшись куском шеи в мёрзлую землю. Георг вынул из её глаза второй меч, и исчез.

В это время обе королевы топтались по лишь им одним известному кругу. Катарина не доставала второй меч – не хотела вскрывать сразу все козыри. Эрика сильно нервничала – от напряжения всё её тело пробивала мелкая дрожь. И тут она атаковала! Катарина отразила все три её удара, и нанесла сильный удар ногой в голень соперницы. Эрика поморщилась от боли, и атаковала снова уже непрерывно. С мечей сражающихся снопами сыпались искры, а сами они двигались быстро и красиво. И тут Эрика нанесла прямой удар ногой в грудь Катарины. Ты отступила на несколько шагов, но не упала. Эрика подскочила к ней, и нанесла ещё один удар мечом, но Катарина защитилась от него, и, потеряв равновесие, упала. Эрика, торжествуя, шла на добивание, но её соперница вновь обрушилась все планы, увернувшись и вскочив на ноги. Некоторое время они смотрели друг на друга.

- Кажется, твоим воинам пора складывать своё оружие! – не без торжества воскликнула Эрика.

Катарина вытащила второй меч.

- Мы ещё не закончили! – злобно сказала она.

На несколько мгновений наступила тишина. И тут обе королевы пошли во встречную атаку. У Катарины словно второе дыхание открылось! Её мечи сливались в один сверкающий круг, и любая атака Эрики успеха не приносила. И тут получилось так, что её меч оказался зажатым между мечами Катарины. Она немного дожала, и меч Эрики сломался пополам, а сама она упала от сильного удара ногой в челюсть.

- Возьми себе оружие! – сказала ей Катарина и отошла в сторону.

Эрика с трудом встала. К ней подошёл один из воинов, и протянул ей меч, но она отобрала у него секиру, и кипя от злобы, сказала:

- Тебе не жить! – и ринулась в атаку.

Катарина стояла на месте. Эрика занесла над ней секиру, стремясь нанести удар из-за головы, но тут Катарина присела, и, бросившись вперёд, пронзила обе подмышки Эрики своими мечами. Холодная королева вскрикнула, и полными ужаса глазами посмотрела на Катарину. Секира выпала из её рук. Глядя в глаза умирающему врагу, Катарина вытащила мечи, и, воткнув левый меч в землю, взяла Эрику за волосы, и поставила на колени перед собой.

- Да падёт зло! – крикнула она, и, отрезав Эрике голову, подняла её перед собой.

И тут словно по какому-то сигналу армия Равенгарда бросилась добивать верландцев. Катарина отшвырнула голову Эрики, и спокойно смотрела на гибель воинов последнего своего врага. Через полчаса бой был окончен. Тристан насчитал 400 140 убитых воинов. Среди них был и Равен. Когда бой перекинулся к алтарю, он отбивался сразу от десятерых. Уничтожив семерых, он был повержен ударом копья в сердце. Катарина не смогла сдержать слёз. Тристан, как мог, старался утешить её. Весть о гибели последнего норденфортца заглушила все веселья. Воины разделили горе своей королевы. Равена похоронили также как и Георга. Затем армия Равенгарда отправилась домой.

В это время дух Равена шагал в Вальхаллу. Волнение переполняло его. На входе его встретил страж, и проводил к Одину.

- На вид вы все такие разные, но кровь в вас течёт одинаковая! – сказал он, приветствуя Равена.

В ответ тот поклонился.

- Проводите его в сад – сказал Один стражу – там его ждут!

Равен пошёл вслед за стражем.

- Иди вглубь – сказал ему страж, когда они пришли.

Равен пожал плечами, и пошёл вперёд. Там он увидел Георга в сопровождении Далии. Друзья крепко обнялись, затем Георг познакомил валькирию с Равеном.

- Теперь ты будешь здесь вместо меня – сказал он Равену.

- А ты? – спросила Георга Далия тревожно.

- Один обещал исполнить моё желание, а моё желание – вернуться к Катарине – ответил тот.

Валькирия расстроилась. Георг провёл ладонью по её щеке, убирая слезу, и добавил:

- Равен сейчас без валькирии. Наверняка ты ему нужна!

- Но если ты не хочешь быть со мной, тогда пусть это будет другая валькирия – сказал Равен.

- Тут выбираешь ты – сказала Далия.

- Я хочу, чтобы такая красавица, как ты осталась со мной – Равен испытывал влечение к Далии. Георг попрощался с ними, и ушёл, предоставив Равену возможность воспользоваться тем, чего у него никогда не было. Георг не успел выйти из сада, когда услышал первый крик валькирии. Когда он пришёл к Одину, тот сказал ему:

- Ну вот и всё, Георг! Ты выполнил своё предназначение, и теперь настал мой черёд! Желай!

- Верни меня на землю – сказал тот – я хочу дожить те года, которые мне не довелось дожить!

Один вздохнул и сказал:

- Ступай к выходу. Там с молнией ты попадёшь на землю!

Георг попрощался со всеми и ушёл. Едва он вышел за врата Вальхаллы, как увидел Тора. Громовержец направил на него свой молот, и Георг с молнией мгновенно переместился на землю. Очутился он на равнине, где были похоронены все его товарищи, и он сам. Георг осмотрел себя и убедившись, что живой, он отправился во дворец Равенгарда. Пока он шёл, все, кто его видел, либо прятались, либо низко кланялись, и Георг отвечал всем.

Как раз в это время Катарина с триумфом вернулась на родину. По пути воины уходили в свои селения, и наконец ко дворцу подошли двое: Катарина и Тристан. Вдруг королева увидела Георга. Он вышел из дворца, и смотрел на свою любимую полными счастья глазами.

- Я зашёл, а трон пуст – улыбнулся он.

- Я пойду, пожалуй – тихо сказал Тристан Катарине, и поспешил уйти.

- Почему ты не сияешь? – спросила Катарина Георга.

Вместо ответа Георг подошёл к ней и обнял её. Катарина вздрогнула, а потом заплакала от радости. Георг сам пустил слезу, не веря, что вновь осязает любимую. Катарина взяла его руками за шею, и её губы встретились с губами Георга. Это был самый долгий поцелуй в их жизни. Всю ночь влюблённые не смыкали глаз, а на утро была сыграна пышная свадьба, какой не знала до этого Скандинавия.

Так Георг стал королём всей Скандинавии, и вместе с Катариной они правили долгие четыре десятка лет. За это время население Скандинавии восстановилось, и войн не было. Но после смерти обоих супругов полуостров вновь захлестнули войны и конфликты. Кончится ли война в этом мире когда-нибудь? Наверное, нет. Хотя, кто знает, не так ли, читатель?