9
Чонгука преследуют воспоминания после того кошмара. Он не знает, почему так долго не мог вспомнить и сделал это только сейчас. Вся сущность теперь, казалось, перевернута наизнанку. Он хотел знать причину своих перевоплощений, хотел знать, кем является тот «большой страшный зверь», которого Хоби так боится, а когда наконец-то узнал, то предпочел бы никогда не вспоминать.
Чонгук пришел на прием к доктору Киму весь нервный, чем немного психотерапевта напугал. Он рассказал ему все, что вспомнил, и назвал имя «зверя» — Седжин*. Он был папиным другом, часто бывал у них в гостях. Иногда родители оставляли Чонгука с ним, чтобы тот присматривал за их сыном, пока они работают. И он присматривал, только делал это не так, как нужно.
Когда они оставались одни, Седжин домогался маленького Гуки. Трогал его в разных местах, заставлял снимать одежду и трогать его самого. Мальчик терпел, потому что Седжин его запугивал. Именно поэтому он боялся рассказать обо всем родителям. Это продолжалось долго, Чонгук не помнит, сколько именно, но уверен, что больше года, а потом Седжин внезапно перестал приходить. Гуки больше его не видел, а родители так и не узнали истинную сущность их друга.
Выслушав Чонгука до конца, Сокджин кивнул своим мыслям и в некотором роде обрадовался, потому что теперь все встало на свои места.
— Твоя детская психика не выдержала травмы от насилия, — начал пояснять доктор Ким, — и в сознании появился мальчик Юнги, который стал защищать тебя от любых покушений на чувство безопасности.
Чонгук внимательно слушал и пытался собрать паззл в своей голове.
— Потом появился Хоби, который, судя по всему, стал хранителем воспоминаний, запечатал их в образе «зверя» и избавил тебя от гнетущего чувства, помог забыть. Намджун, как я предполагаю, уравновесил пагубное влияние Юнги. А Хана... — Сокджин поджал губы и внимательно посмотрел в глаза Чона, — боюсь, тебе не понравится то, что я скажу.
Чонгук нервно сглотнул, пытаясь унять беспокойство, но продолжил смотреть на доктора, как бы говоря, что он готов это услышать.
— Чонгук, я думаю, что Хана — это отголоски гомосексуального контакта между тобой и Седжином, — доктор Ким не торопился, потому что видел, как тяжело парнишка воспринимает эту информацию, — Хана как бы воспроизводит моменты насилия. Такое нередко бывает у людей, испытавших подобное.
Чонгук шокирован такой интерпретацией его состояния. Он совершенно не хочет принимать это как данность. Парень только пару дней назад узнал, что его домогался педофил, а теперь к тому же оказывается, что Хана имеет к насилию самое прямое отношение. И теперь он понимает, почему Хана — девушка, а не парень: часть сознания Чонгука исковеркана гомосексуальными наклонностями из-за действий Седжина, и разум создал для реализации наклонностей подходящую личность.
— Чонгук, ты собираешься рассказать родителям о Седжине?
— Нет! — почти взвизгнул парень.
— Я это к тому, что они все еще могут поддерживать с ним контакт. Ты, конечно, можешь оставить его безнаказанным, это твое право...
— Я не буду им рассказывать! — Чонгук настаивает на своем, — поймите, я не хочу, чтобы они переживали, да и мне это ничем не поможет. Я не видел этого человека уже несколько лет и не хочу даже думать о том, чтобы видеть его снова.
— Хорошо, Чонгук. Я не имею права тебя заставлять.
Доктор Ким замолчал, чтобы дать парнишке время успокоиться, но спустя минуту тот сам поднял голос.
— Доктор Ким, это не все, что я хотел рассказать, — он стыдливо посмотрел на психотерапевта и, увидев, как тот внимательно его слушает, продолжил, — помните, я рассказывал вам про Чимина? — Сокджин кивнул. — В прошлую пятницу мы ходили на день рождения его друга, и я случайно выпил алкоголь, после чего появилась Хана и...
Чонгук запнулся, потому что рассказывать такое было неловко, пусть даже и доктору, но Сокджин был серьезен и продолжал вежливо слушать.
— В общем, Хана начала приставать к Чимину, и они чуть не переспали, — на одном дыхании выговорил Чонгук.
Доктор Ким, казалось, не был удивлен и лишь кивнул на этот факт, а Чон постарался дополнить картинку новой информацией.
— А потом, кажется, пришел Юнги и ударил Чимина. Мне пришлось сказать ему, что я ничего не помню. Он — мой единственный друг, а мои личности чуть не испортили эту дружбу.
— Но все-таки не испортили? — звучало как вопрос и утверждение одновременно.
— Мы оба свалили вину на алкоголь, но это как-то неправильно. Доктор Ким, что мне делать, чтобы этого больше никогда не повторилось?
— Я очень хочу тебе помочь, но не могу ничего посоветовать в этом случае, — Сокджин виновато поджал губы, — часть твоего сознания хотела этого, но ты от этой части отделился.
— Но мне не нравится Чимин в этом плане, — возмутился Чон.
— Тебе нет, а Хане — да. Она — часть тебя, и если в будущем ты планируешь совершить интеграцию своих личностей в единое целое, будь готов, что эта часть никуда не исчезнет.
Сеанс не принес Чонгуку облегчения, зато дал пищу для размышлений. Психотерапевт попытался приободрить парня и объяснил ему, что то, что он вспомнил причину своей диссоциации, является положительной тенденцией. Он обещал ему выстроить новую тактику в лечении его расстройства в соответствии с новыми фактами и порекомендовал немного увеличить дозу лекарств на срок до двух недель, чтобы не перенапрягать психику из-за вновь всплывших переживаний.
***
На следующий день после сеанса Чонгук, вероятнее всего, не избежал бы встречи с Чимином в универе во время перерыва. Они не виделись с того самого утра, и Чонгуку хотелось бы отложить их встречу на более длительный промежуток времени, в чем ему решил помочь Хоби, внезапно проснувшийся вместо основной личности. Он — маленький мальчик, и о походе в университет не может быть и речи.
Хоби не знает того, что знает теперь Чонгук и продолжает вспоминать Седжина в облике желтоглазого зверя. Так даже лучше, потому что разум Гука может отдохнуть от ужасной реальности. Он может один денек побыть ребенком и не думать о своих проблемах и обязанностях. Проблема сегодня была лишь в том, что дома не было ничего съедобного, а Хоби боялся выходить из квартиры. Вообще-то выйти из дома он может, просто снова боится потеряться по пути до магазина, да и не знает он, где ближайший магазин находится. Поэтому бедный ребенок голодал целый день.
Утром и днем мальчишка смотрел телевизор, потом немного порисовал, а к вечеру решил поиграть в смартфоне Чонгука. Когда он взял телефон в руки и разблокировал его, то увидел одно непрочитанное сообщение из KakaoTalk. Хоби редко заходил в это приложение, потому что оно казалось ему неинтересным, но сегодня все-таки зашел. Сообщение прислал какой-то Чимин-хён.
«Чонгук, почему ты сегодня не был в универе?»
Хоби решил подурачиться и прислал в ответ смайлик с высунутым языком, а после по-детски захихикал.
«И как мне это понимать? :D» — Чимин-хён ответил спустя минуту.
Хоби ищет новые интересные смайлики и присылает чертенка, обезьянку и пончик, а потом вдогонку пишет: «Я хочу кушать».
«Иди поешь, в чем проблема?» и недоумевающий смайлик.
«Дома нет еды» — Хоби за целый день совсем изголодался, в животе урчит очень громко.
«Тогда сходи в магазин»
«Я потиряюсь» — мальчик пишет сообщение с ошибкой.
«Ты же как-то еду до этого покупал, а сейчас потиряться боишься?» — Чимин в шутку отвечает с той же ошибкой.
«Чимин хён, вы купите мне печеньки?»
«Ну щас! Я что, поеду на ночь глядя тебе печеньки покупать?»
«Ну и не надо» и снова смайлик с высунутым языком. Хоби обиделся и вышел из приложения.
Он еще раз порыскал по кухне в поисках хоть чего-нибудь съестного, но нашел только чай, кофе и сахар. Чтобы хоть чем-то заполнить желудок, мальчишка заваривает себе чай и кладет туда три ложки сахара с горкой, а потом идет в комнату, укладывается на кровать и включает мультики. Выпив весь чай, Хоби удобнее устраивается в кровати и под шум телевизора засыпает.
Утром просыпается Намджун, видимо недовольный тем, что Чонгук пропустил учебу. Хотя винить его в этом он не собирается, ведь прекрасно понимает, что это было не его решением. Джун ощутил неприятное чувство голода и, порывшись на кухне, понял, что Хоби ничего не ел. До начала учебы у парня было еще достаточно времени, поскольку в среду у Чонгука, как он помнит, пары начинаются после обеда. Намджун сходил в магазин, возвратился с огромными пакетами и приготовил себе нормальный завтрак. Потом собрал все необходимое для учебы и добросовестно отправился в университет.
Возле нужной аудитории он замечает знакомое лицо и вспоминает, что этого светловолосого парнишку зовут Чимин. А еще в голове всплывает то, что, насколько ему известно, этот парень нравится Хане.
— Чонгук-щи, почему ты вчера не пришел и что за ерунду ты мне писал? — Чимин сразу же набросился на него с обвинениями.
Намджун немного растерялся, потому что в телефон заглянуть он не успел, и ему неизвестно, что Хоби вчера писал. Но Джун не глупый, поэтому сразу выдумывает оправдание.
— Прости, мне вчера было плохо. Голова болела и температура была.
Чимин тут же изменился в лице и принял сочувствующий вид.
— А сейчас как себя чувствуешь?
— Все нормально, — Намджун улыбается и, вспомнив один из своих прошлых косяков, добавляет, — хён.
Неудобно вот так под возраст Чонгука подстраиваться и людей младше него хёнами называть, но Намджун должен, потому что о Чонгуке заботится.
Во время лекции Шихёка-сонсэннима все студенты хихикали, перешептывались, но преподавателя, кажется, не слушали. Все, кроме прилежного Намджуна, который усердно записывал в тетрадь каждое важное, по его мнению, высказывание сонсэннима. Выводил их своим особым красивым почерком, которому Чонгук только позавидовать может.
— Чего это ты не рисуешь его розовый пиджак? — шепнул Чимин, тыкнув своего тонсэна в плечо.
— А надо? — Намджун так и думал, что во время лекций Чонгук не конспекты черкает, а рисунки, прямо как в школе, — ты лучше тоже лекцию записывай.
Пак удивленно поднял брови, усмехнулся, но решил младшего с пути истинного не сбивать, если уж тот так решил. Сам он писать лекцию, конечно, не будет.
Намджун, как и Хоби, целый день руководил сознанием, а разум Чонгука не пробуждался уже вторые сутки. Джун немного обеспокоен такой реакцией основной личности на всплывшие воспоминания. Он тоже вспомнил, но воспринимает это будто со стороны, будто это происходило только с Чонгуком, а не с ним. Альтер переживает за него, боится, что другие личности наделают глупостей, если Чон в скором времени не проснется и не возьмет управление в свои руки. Намджун всегда готов уберечь его от дурных поступков, но сомневается, что другие личности с ним в этом вопросе будут солидарны.
Примечание к части
* Если кто не знает, Седжин - менеджер BTS. Довольно популярен. Прости, Седжин-оппа, за такую роль... :]