7-Кораблей[ЗАВЕРШЕН]

Солнце бегает своими лучами по прилавкам, отражаясь в зеркалах и на камнях. Торговец вырезает на них затейливые значки. Главная площадь озарена ярким светом и наполнена криками детей, что играют с водой и кидают дублоны в фонтан. Рядом, на рынке же, толпа народа создает хаус, пытаясь купить что-то бесполезное. Где-то играет музыка, на полках с фруктами лежат апельсины и манго, сверкают своей желтизной лимоны. Шары из мятых газет и детские распашонки бьются на металлическом лотке торговца.

Наблюдать за этим интересно, но глаза цепляются за парня, сидящего у прилавка с камнями, и еще одного юношу, что ходит как призрак из прилавка к прилавку, будто собираясь что-то украсть. Он весьма крупный, его мышцы видны из-за легкой рубашки, накинутой на широкие плечи и расстегнутой на две пуговицы; а на ногах массивные ботинки, подходящие для комфортного бега. Продавец начинает дергаться, когда он проходит мимо, но тот даже не смотрит в его сторону. В его взгляде и движениях есть что-то магнетическое, какая-то совершенная ловкость, похоже он всегда находится в движении, а его лицо замирает только на несколько мгновений, чтобы обратиться к проходящим. Он был обыкновенным воришкой на вид, но вещи, которых тот коснется, исчезают также ловко, как и сам юноша. Вот только взгляд цепляется за парня, который внезапно вскакивает с места и бежит за рванувшим вдруг воришкой. А сам в голове мысленно ставит галочку: вот тот, кто был нужен.

Можно было бы сделать вывод, что тот настоящий маг, если бы в глаза не бросалось отсутствие ореола* вокруг его глаза. Такие признаки присущи только тем, кто владеет умениями, присущими простому смертному, но тут они отсутствуют. Юноша оказался совсем молодым. Парень следит за их беготней и вырастает словно из тумана, хватая воришку за руку и останавливая парня, готового разорвать его на месте. Воришку это удивляет. Он предполагает, что его задержали по ошибке и бормочет извинения, но парень не слушает его.

— Что ты тут делаешь? — задает весьма простой вопрос парень, убирая пряди волос с лица. Юноша смущается и отводит глаза, смотря куда-то в сторону. Парень следует его примеру.

— Вы пойдете со мной, и это не обсуждается. — Чан хватает и второго за руку и тянет к каменной лестнице, ведущей к порту.

— А это законно? Эй, и ты нечего не скажешь? — парень пытается вырвать руку, но делает только хуже, а юноша рядом просто улыбается. Он выглядит так безмятежно, что и смысл сопротивляться теряет прежнюю важность. Воришка понимает, что сопротивляться бессмысленно, ему известно чувство, когда тебя тянут к лестнице, когда смысл сражаться исчезает. Они проходят по деревянному мосту и останавливаются около дряхлого корабля. Парень ежится, понимая, что это за посудина с костями, а второй смотрит и улыбается, потому что знает в чем тут фокус. Тем временем Чан садится на длинный низкий ящик из деревянных палок и смотрит на берег, после чего вдруг начинает разговор.

—Ты. — тычет он в Хвана. — И ты. — указывает он на воришку. — Теперь вы принадлежите этому короблю. Вы теперь будете только на нем, и это не ваш выбор, а мой. — Чан вскакивает с ящика и отбрасывает его подальше. — Даю вам пять минут на размышление. — Хван хватает воришку за руку и приближается к его уху, параллельно смотря на Чана. — Не смей бежать, и отказывается, ты не знаешь что потеряешь.

— Прости, каракатица, но у меня другие планы. — Парень вырывает руку и бежит от них к лестнице, но Чан был быстрее: пуля из дула оружия попадает ровно в колено, и парень падает на землю.

— Это было предупреждение. В следующий раз поблажек не будет. — Юноша встаёт с земли и осматривается по сторонам, внезапно осознавая, что всё действительно плохо. Абсолютно не понимая, куда податься, Чан приближается к нему и извлекает из пистолета всю обойму. — Не хотел бы начинать все так, поэтому заново. Я Бан Кристофер Чан. — воришка смотрит недоверчиво, но все-таки говорит:

— Со Чанбин.

— Отлично, а теперь, Хенджин, подними его и отнеси на судно, лекарь поможет ему.

— Мы ждем кого-то еще? — интересуется Хенджин, смотря на широкую спину Чана.

— Мне нужно кое-кого найти. — говорит Чан и идет к лестнице, оставляя этих двоих одних. Перед тем, как ступить на лестницу, он поворачивается и говорит. — Мои люди всегда со мной, держите под рукой оружие. — он быстро исчезает, снова появляясь на главное площади и кого-то выискивая глазами. Кого-то, с кем он хочет встретиться. Вот только никого в принципе не осталось.

«Я так и знал. Засада. Черт. Нужно все делать незаметно» — проносится в мыслях.

Он делает вид, что ищет что-то, чем отвлечь внимание. Переворачивает несколько ящиков, разглядывает все вокруг, ищет нож, надеясь, что это поможет, и снова будто оглядываясь по сторонам. Его взгляд падает на пирс*. Это как раз то, что нужно. Он идет к нему и спускается как можно ниже. Пирс длинный, и людей там нет. Только небольшое, довольно сухое место, под которым, как он помнит, скрывается что-то большое. Там тоже никого нет, но доверять этой пустоте не стоит.

— Где же ты, мой принц? — задает вопрос в пустоту Чан и смотрит на пролегающий ручей под мостом. Он будто был здесь только вчера, ибо образ светлого, вечно улыбающегося мальчика слишком ярко отпечатался в памяти. Он буквально запомнил все его черты: его глаза, аккуратный носит, такие манящие губы. Чан бы все отдал, лишь бы увидеть его, но этому не бывать. Он подходит к маленькой дощечке, на которой нацарапаны инициалы, буквально зарытой в землю. Он улыбается и проводит пальцами по доске. Так странно, будто это было вчера.

Чан поворачивается, заслышав смех. Ему кажется, он видит все снова. Вот он, будто живой, он как цветок вял у него на глазах, а парень даже не увидел его в последний раз. Но ведь он был. Всего несколько секунд назад был. Но ведь это было только мгновение. На мгновение. Вот он уже человек, вот он опять превращается в цветок, как же все это нелепо. Чан крутится и смотрит по сторонам. Ничего. Он взмахивает рукой и срывает белый цветок, совершенно пустой внутри. Такой же пустой, как и он.

— Ты любил слушать ветер, слушать мой голос. Ты любил делать то, что обычные люди считают странным. — Чан кладет цветок у той самой деревяшки. — Любил улыбаться солнцу, любил смотреть на птиц, любил и был любимым. Идиот, — шепчет Чан сам себе. Его глаза слезятся. — А я ведь знал. Теперь-то я знаю.

— Я рад, что ты помнишь об этом, — улыбается Чен-И. Он машет на прощание и исчезает.

Чан медленно бредет обратно. Он приходит туда каждый раз, когда есть возможность. Надежда его умерла, а любовь осталась. Ему больше нечего делать на суши, не для кого быть тут.

Их любовь была запретной.

Он был пиратом, а он принцем...

Им не суждено было... нет...

Он знал это, в отличие от того, что видели простые люди. Ни в сказке, ни в повести, ни в книге не было места чему-то такому. Любовь была тайной для простых людей и оттого еще более прекрасной, пугающей и манящей. На нее смотрели только сквозь увеличительное стекло. И этого было достаточно. Если любовь не была тайной, ее нельзя было спрятать. Нельзя было сделать ее еще более прекрасной. Чан не замечает, как солнце медленно плывет вниз. Закат — самое прекрасное, что он видел. Но ему пора. Пора возвращаться в море. Мысли становятся простыми и понятными — как мачты на корабле.

Be on his side and lead the ship in this direction...*

Чан поднимается на корабль и на палубе видит еще двух незнакомых ему парней. Он осматривает картину издалека и видит, как из каюты выходит Хан.

— Капитан, а кто это? —Чан подходит к Хану под взглядами других парней. Неловкости нет, просто непривычно, ведь Чан всегда отбирает людей тщательно, а эти двое не внушают доверия. Хан усмехается, но отвечает:

— А это, мой друг, тот человек, который не должен был прожить ни одной минуты на этой планете. Вот он на ней и не выжил. Он какой-то гибрид. — Хан говорит это достаточно громко, чтобы они слышали его, и все поняли к кому это относится. Неприязнь? Возможно.

—Слушайте сюда. Вы у меня на испытательном сроке. Если я найду хоть какую-то оплошность, я убью вас, а лучше буду отрубать вам по конечности, пока у вас не закончится все. —Капитан улыбается и кидает рапиру* перед парнем, стоящем посередине. — Есть только один флаг, и он такой же черный, как дно марианской впадины. Запомните это, салаги. — Хан улыбается и идет обратно в каюту под цепкими взглядами новых подчиненных.

Корабль трогается с места, и юноши начинают озираться по сторонам. Наконец, на одном из рядов они замечают Чана.

— Да кто они такие вообще? — подает голос тот самый воришка Чанбин, обращая на себя внимание. Его глаза красные от недосыпа и от волнения, рука привычно сжимает карабин. Впрочем, вскоре им придется держаться вместе, в этом Чан уверен.

— Он тот самый призрак в ночи, Бин-и. Пора бы уже было понять. — Минхо ухмыляется и, передовая другу оружие, смотрит на парня, который переваривает сказанное. Как только солнце исчезает в отражении воды, и туман обрушивается на небо, корабль будто испаряется, приобретая уже иной вид. Дерево, блестящее на солнце, паруса, приобретающие белый, почти прозрачный вид. На высоте флагштока* виднеется флаг, что буквально исчезает, а ставни корабля переливаются золотом, и орел, возвышающийся на носу* корабля, словно живой.

— Якорь тебе в глотку! —слышится тихое ругательство. Парни рассматривают корабль и подходят ближе к борту*, оглядывая бархоут*, что покрыт золотом.Такого зрелища они еще не видели в своей жизни. Есть множество неописуемых красот, которые им удалось повидать, но все они меркнут на фоне этого судна.

— За работу, салаги! — Кричит Чан, смотря на парней, что недовольно разбредаются по палубе. Но взглядом цепляется только за одного, того самого, которого Капитан назвал «гибридом». Он не продержится и дня, проносится в голове Чана. А ведь правда: чтобы выжить тут, нужно быть хитрым и быстрым, но так ли хорошо он это умеет? Если не быть хитрым и быстрым - тоже смерть. Эта мысль почти мгновенно перерастает в другую, и он начинает действовать.

— Минхо, хватит смотреть. Пошли выполнять работу или тебя убьют первым. — говорит Сынмин, понимая, что если перегнуть - этот парень в действительности убьет его друга.

— Он думает, я не справлюсь. Ну-ну. — Минхо улыбается, смотря прямо в глаза, и знает, что выжить его от сюда будет не легко. Он сделает все, чтобы остаться и чтобы его признали тем, кем он является. Минхо способен на это. В нем нет ничего от думающего трусливого парня. Он может убить практически голыми руками любого из моряков, как бы тот не был силен. И он это докажет. Если не себе, то Капитану, который с такой неприязнью на него смотрел.

-----------------------------------------------------------------------

ореола* - золочёный или золотого цвета диск, религиозный атрибут божественности.

пирс* - поднят над водой и, как правило, поддерживается опорами (сваями). Открытая структура позволяет потокам воды течь относительно беспрепятственно, в то время, как более прочные основания набережной или близко расположенные груды причала могут действовать как волнорез и, следовательно, более подвержены заиливанию.

Be on his side and lead the ship in this direction...* - Будь на его стороне и веди корабль в эту сторону.

рапиру* - стальной клинок с острым концом, с круглой рукояткой защищающей руку от ранения. Использовалось в фехтовании, а среди пиратов — как оружие для дуэлей.

флагштока* - Металлическая, деревянная или пластиковая вертикальная стойка, на которой поднимается флаг или флажок.

носу* - Перед корабля.

борту* - Боковая стенка судна или летательного аппарата.

бархоут* - усиленный ряд досок наружной обшивки в районе ватерлинии на парусных судах или стальной профиль наваренный на наружную сторону пояса стальной обшивки корпуса судна в районе главной ватерлинии (ГВЛ) и/или выше.