...

Арс почему-то ускоряет шаг по больничному коридору, придерживая спадающий с плеч медицинский халат. Навстречу ему неспешно выходит врач со странным выражением лица, и Попов бросает испуганный взгляд на идущего сбоку Антона.
 
- Арсений Сергеевич... - аккуратно начинает доктор, и от тихого голоса на секунду что-то холодеет внутри.
 
- Здравствуйте, - коротко кивает Арс. - Как Кьяра?
 
- Час назад ей стало хуже... - врач запинается и опускает уставшие глаза.
 
Попов хмурится, чувствуя, как руки начинают дрожать.
 
- Она в реанимации?
 
- Мы сделали всё, что смогли... - так же тихо отвечает врач.
 
Арсения ведёт в сторону, и он хватается за предплечье Антона, шумно выдыхая.
 
Доктор наконец поднимает тяжёлый взгляд и, бросая отрешённое «Простите, мне очень жаль...», уходит прочь.
 
В глазах резко темнеет, халат, словно в замедленной съёмке, выпадает из ослабевших рук на пол, и Арс шёпотом бормочет неверящее «нетнетнет», совершенно не реагируя на настойчивый голос Шастуна, пытающийся пробиться в сознание.
 
- Арс!.. - уже громче зовёт Антон, слыша тихий и почему-то леденящий душу шёпот с пассажирского сиденья.
 
Он бросает мимолётный взгляд на спящего Попова, замечая влажные дорожки на щеках.
 
- Да блять!
 
Нога резко жмёт по тормозам, и Шаст сворачивает на обочину через три ряда, игнорируя истеричные сигналы машин и кучу матов от водителей. Остановившись на аварийке, он тут же сильно встряхивает Арсения за плечи, заставляя того наконец открыть глаза.
 
Испуганный изумрудный взгляд сталкивается с почти мёртвым, но спустя мгновение Арс судорожно вздыхает, и радужка его глаз из грязно-серого снова приобретает голубой цвет.
 
- Что?.. - охрипший до неузнаваемости голос пускает ряд нервозных мурашек по коже Антона, и тот, вздрогнув, аккуратно отвечает:
 
- Тише, тише... всё хорошо. Ты просто уснул... это сон, Арс...
 
Попов роняет лицо в ладони, пытаясь осознать, что страшная новость была всего лишь сном, но ощущение отчаяния и дикой боли всё ещё заставляют дрожать, балансируя на грани с истерикой.
 
Шастун осторожно поднимает голову брюнета, поддерживая двумя руками за шею, и нежно проводит большими пальцами по щекам, смахивая сорвавшиеся слёзы. Он ещё никогда не видел Арса таким испуганным и плачущим, и в эту секунду готов был поклясться, что это самое тяжёлое зрелище в его жизни.
 
- С Кьярой всё хорошо, слышишь? - не отводя поддерживающего взгляда, говорит Антон и по реакции напротив тут же понимает, что безошибочно угадал суть ужасного сновидения.
 
Арсений закрывает глаза, медленно кивая, и пытается привести в норму сбившееся дыхание. Единственное, что могло бы его сейчас успокоить - родные объятия Антона, но за последнее время они столько раз переходили грань, что даже сейчас Попов не мог себе этого позволить.
 
Но Шастун был другого мнения, резко почувствовав, что нет ничего правильнее в эту самую секунду. Он быстро откинул подлокотник между сиденьями и изо всех сил прижал к себе дрожащее тело брюнета.
 
Арс облегченно выдохнул, чувствуя успокаивающие поглаживания окольцованных рук на своей спине, и с полной отдачей обнял Антона в ответ, уютно устроив голову на худощавом плече. Горячее дыхание обожгло шею, когда самый нужный голос прошептал почти на ухо:
 
- Успокойся. Я рядом.
 
***
 
Губы Кьяры дрогнули, слегка расплываясь в улыбке, когда сквозь сон девушка почувствовала тепло рук, сжимающих её ладонь. Всё тело ломило от слабости, и даже разлепить веки оказалось достаточно тяжело. Ресницы несколько раз дёрнулись, и в глаза ударил яркий свет. Попова поморщилась, и, видимо, со стороны это выглядело довольно мило, потому что в тишине больничной палаты раздался тихий смешок. Узнать обладателя бархатного смеха на слух девушка не смогла, но всё же сфокусировав взгляд на фигуре, сидящей около кровати, узнала в парне Роберта.
 
- Наконец-то... - тихо произнёс Воля, широко улыбаясь. - Как ты?
 
Кьяра несколько раз медленно моргнула, пытаясь рассмотреть знакомого, на лице которого красовалось несколько ссадин.
 
- Что случилось? - не без труда выдавила из себя девушка, выяснив, что говорить ей тоже достаточно тяжело и даже больно.
 
- Мы попали в аварию... - тут же поникнув, пояснил молодой человек. - Ты в больнице, но врачи говорят, что всё будет хорошо...
 
Попова снова нахмурилась и слегка застонала от боли, попытавшись приподняться, на что Роберт отреагировал молниеносно, аккуратно укладывая её за плечи обратно на кровать.
 
- Ты куда собралась? - мягко улыбнулся парень. - Лежи, тебе нужно отдыхать. Ты вчера много крови потеряла...
 
Воля вздохнул и провёл пальцами по своим волосам.
 
- Прости меня, Кьяра... я...
 
- Ты-то тут причём... - попыталась возразить девушка, но Роберт продолжил:
 
- Ну, я же был за рулём! Я должен был как-то вырулить...
 
- Забей... - брюнетка попыталась выдать подобие улыбки, чтобы подбодрить парня. - Всё нормально. Выздоровею, никуда не денусь...
 
- Конечно, выздоровеешь... - кивнул Роб. - Я тут всю больницу на уши поставил, пока Антон не приехал.
 
- Антон? - непонимающе переспросила Попова.
 
- Ну, папа Арса. Пока мой в Питере, Антон типа за мной присматривает, - пожал плечами Воля. - Кстати, в тебе его кровь.
 
Парень усмехнулся, окончательно вгоняя девушку в ступор. После просьбы пояснить, Роберт пересказал Кьяре слова медсестры о том, что Шастун ещё ночью приехал в больницу и сразу же предложил свою кровь для переливания, узнав о её состоянии, а потом уехал вместе с её отцом, пообещав вернуться утром.
 
- Они скоро должны приехать, Антон писал мне, - закончил свой рассказ Воля, не замечая, как девушка погрузилась в раздумья.
 
Пока Роб рассказывал о своих разговорах с врачами, Попова почти не вникала в поток его речи. В голове роились мысли о том, что Антон снова появился. Да ещё как! Спас ей жизнь, уехал с Арсом... девушке хотелось прямо сейчас подорваться и выяснить всё окончательно, но слабость организма позволила разве что аккуратно потянуться рукой к прикроватной тумбочке в поисках телефона.
 
- Тебе что-то подать? - оживился Воля, заметив движения Кьяры.
 
- Да, телефон, пожалуйста, - облегченно выдохнув, попросила брюнетка.
 
- Тут такое дело... - Роберт замялся на секунду и тут же продолжил: - Твой разбился. Если хочешь, можешь позвонить с моего.
 
Попова слегка замешкалась, но всё же согласилась и взяла протянутый мобильник. Позвонить отцу было бы логично, но, во-первых, Роб сказал, что он скоро приедет, а во-вторых, задать несколько вопросов прямо сейчас ей жутко хотелось другому человеку. Искать номер Шаста-младшего долго не пришлось - в телефоне лучшего друга он был в Избранном. Спустя несколько длинных гудков трубку наконец взяли.
 
- Привет, слушай... - голос Кьяры слегка дрогнул, но она не успела договорить, потому что грубый отстранённый голос Арса резко перебил:
 
- Ебать!.. Даже так... а не охуела ли ты, Попова???
 
Девушка испуганно дёрнулась и даже отодвинула телефон от уха, ошеломлённо взглянув на нахмурившегося Роберта.
 
- Арс, ты чего?..
 
- Я чего?? То есть ты считаешь, это нормально??? Да пошла ты! Роберту привет!
 
В трубке послышались короткие гудки, и Кьяра непонимающе уставилась на потухший экран.
 
***
 
Шастун-младший с трудом успокоился после дневного разговора с Кьярой, когда девушка внаглую соврала о планах на вечер и, видимо, собиралась провести его в более приятной компании с лучшим другом парня. Отсутствие привычного вечернего звонка от Роберта тоже подливало масла в огонь. Арс до последнего ждал, что Воля всё же по традиции предложит ему куда-то выбраться, но около двенадцати ночи не выдержал и позвонил сам. Холодный голос сообщил о том, что абонент недоступен. А через пару минут, набрав другой номер, Шаст убедился, что телефон Кьяры тоже был выключен. Интересное совпадение.
 
Пол ночи парень провёл, значительно уменьшая запасы своего домашнего мини-бара. Ситуация невероятно бесила. Признаваться в своих чувствах к Поповой Арсений упорно не хотел, всё ещё помня о своём дурацком плане мести, который хоть и давно уже полетел ко всем чертям, но всё ещё имел место быть.
 
А ещё мозг наотрез отказывался принимать предательство лучшего друга. Роберт был ему самым близким человеком сколько он себя помнил. К девушкам Воля, конечно, относился несерьёзно, но то, что он так поступил с Арсом, ранило достаточно больно.
 
Уснув ближе к утру, Шастун понадеялся, что на следующий день ситуация как-то разрешится сама собой. Может, это всё действительно были неудачные совпадения... хотя в случайности Арсений не верил с детства.
 
Когда ранним утром похмелье тяжело давило на виски, телефон ожил, оповещая о входящем звонке от Роба. Арс выдохнул, надеясь, что вот сейчас друг разубедит его во вчерашних дурацких теориях, но голос Кьяры в трубке просто взорвал остатки самообладания.
 
Они определённо провели вместе не только грёбанный вечер, но и ночь. И звонить утром с телефона Роберта показалось ему верхом наглости. Абсолютно не заботясь уже ни о чём, он кратко высказался, ядовито выплюнув напоследок "Роберту привет", и сбросил вызов. А потом сбросил ещё несчётное количество звонков с этого же номера, потому что, кто бы там ни был - снова Кьяра или уже Воля - разговаривать ни с одним из них желания у парня не было.
 
Следующий вызов, на который он всё же ответил, был от отца.
 
- Слушай, Арс, я тебе сейчас скину список лекарств, сможешь завезти?
 
- Каких лекарств? Куда завезти? - после первой фразы Арсению показалось, что Антон тупо промахнулся номером.
 
- Алё, просыпайся давай! Ты же в больнице будешь сегодня? Мне просто в полицию отъехать надо, - попытался расшевелить сына мужчина.
 
- Какая больница? Какая нахрен полиция? Пап, ты о чём вообще?? - Арс окончательно растерялся, пытаясь понять суть разговора.
 
- Так. Ты что, не в курсе? Кьяра и Роберт вчера вечером попали в аварию, они в больнице...
 
Сердце на секунду пропустило удар и все недавние мысли о предательстве моментально вылетели из головы.
 
- Что с ними?.. - севший голос прозвучал немного страшно, и Антон, слегка вздрогнув, быстро пояснил, что Воля в порядке, а Попова успешно идёт на поправку.
 
Арсений облегчённо выдохнул, снова начиная складывать отодвинутый в сторону паззл домыслов.
 
- Подожди, пап, а где они разбились?..
 
- Недалеко от дома Роберта, - просто ответил Антон, осторожно добавляя: - Ты, кстати, не знаешь, как они оказались вместе?..
 
Вместе. Вчера вечером. У дома Роберта.
 
- Понятия не имею, - зло бросил Арс и, извинившись, сказал, что не сможет сегодня поехать в больницу.
 
Тон его голоса не заставил Антона уточнять причину, и мужчина попрощался с сыном, в уме прикидывая, как бы успеть всё самому.
 
***
 
Следующая неделя у Шастуна проходила в ударном темпе. Утро почти всегда начиналось с заезда в больницу, откуда по его же просьбе до сих пор не выписали Роберта. Воля упирался, но Антон всё же договорился с врачами провести полное обследование, чтобы последствия аварии не превратились во что-то печальное в будущем. Днём он пропадал на съёмках, график которых сдвинуть особо не получилось, отлучаясь лишь в перерыве в полицию, где усердно пытался раскопать, кто же виновен в аварии. А вечер... вечера проходили как никогда странно. Созваниваться с Поповым внезапно будто вошло в какую-то дикую привычку.
 
В первый вечер Арсений позвонил ему и поинтересовался, что же сказали в полиции. Антон кратко изложил ситуацию, услышал в ответ благодарность, на этом разговор и закончился.
 
На следующий день Шастуну не удалось заехать в больницу, и вечером он сам набрал Попова, спросив его о состоянии Кьяры и Роберта.
 
А дальше всё как будто пошло по накатанной. Кто кому звонил вечером перестало иметь значение. Антон рассказывал о новостях по делу аварии, а Арс - о делах в больнице. И никого уже, кажется, не заботило, что особых новостей-то и не было. Каждый день они говорили ровно то же самое, плавно переходя на другие темы. Разговоры становились длиннее. А зависимость от родного голоса постепенно начинала съедать обоих.
 
Они не переходили грань.
Они не вместе.
Они даже не друзья.
Они друг другу по сути никто.
 
Но даже после выписки Роберта и возвращения Паши с Серёжей они продолжали друг другу звонить.
 
"Вдруг что-то новое по делу..." - отмахивался Арс, когда Матвиенко скептически выгибал бровь, взглядом провожая друга с телефоном в руках на балкон, откуда он возвращался лишь спустя полчаса.
 
"Я просто спрошу, как там Кьяра..." - перебивал Пашу Антон, когда Воля пытался в очередной раз прокомментировать затяжной вечерний звонок.
 
И каждый раз лучшие друзья видели вновь горящий взгляд в синеве и зелени давно мёртвых глаз. И каждый раз они вспоминали свой странный разговор в самолёте по дороге из Питера домой.
 
***
 
Паша наблюдал за плавно уменьшающимися домами северной столицы, погружаясь в свои мысли. Фотография Антона, затесавшаяся в спальне Арсения, никак не давала ему покоя. А ещё этот случайно увиденный стих, строчки которого уже буквально въелись в мозг, потому что Воля перечитывал его не раз и не два с фотографии, быстро сделанной на телефон следующим утром после обнаружения блокнота.
 
Тот Попов, который все эти годы хранил фотографию и до сих пор писал пробирающие до глубины души строки, определённо любил Антона, но совершенно не был похож на расчётливого манерного Арсения, который спокойно бросил Шастуна много лет назад.
 
Мысли Воли вновь вернулись к утру после аварии и телефонному разговору с лучшим другом, когда в трубке раздался голос Попова. То, что Кьяра в больнице, Антон сдал ей свою кровь, и Арс просто не пустил его в плохом состоянии за руль, Паша, конечно, потом узнал и ситуацию оставил без комментариев. Но одно во всём этом его смущало - реакция Матвиенко.
 
Это шокированное лицо Серёжи выражало огромный спектр эмоций в момент, когда на питерской кухне прозвучало отчётливое "Шаст, кофе готов". Вот только удивление в глазах Матвиенко было немного не таким, как если бы его лучший друг внезапно оказался утром с человеком, с которым поругался давным давно. Это удивление Паша чувствовал и сам. Удивление от того, что его лучший друг внезапно оказался утром с человеком, с которым он РАССТАЛСЯ давным давно. Серёжа явно что-то знал.
 
- Слушай, Серёг... - Паша аккуратно начал разговор, пытаясь подобрать слова.
 
- Чего? - Матвиенко отвлёкся от телефона, взглянув на мужчину справа.
 
- А ты знаешь что-то о той ссоре Арса и Шаста, из-за которой Импровизация распалась?.. - Воля закусил губу, ожидая ответа.
 
Серёжа замялся. Он был уверен: вопрос с подвохом. Потому что то самое утро дало повод Матвиенко думать, что Воля тоже что-то знает. Уж слишком странная у Паши была реакция. Да и это предусмотрительное предупреждение о том, что Антон на громкой связи... как будто он знал, что Шастун может сболтнуть чего-то лишнего. И это лишнее непременно имело отношение к Арсу.
 
- Ну, кое-что знаю... - после долгой паузы наконец ответил Матвиенко, и тут же "атаковал" в ответ: - А ты?
 
Паша усмехнулся и тряхнул головой:
 
- И я кое-что...
 
Они встретились взглядами всего на несколько секунд, но этого хватило каждому, чтобы понять - они оба знают всё. Только вот одинаковые ли у них версии?..
 
***
 
Роберт безуспешно пытался дозвониться до лучшего друга всю неделю, проведённую в больнице. Он в упор не понимал реакции Арса на звонок Кьяры, да и сама девушка пребывала в потерянном состоянии, постоянно спрашивая у Воли, нет ли каких новостей от парня. Роб лишь устало качал головой, обещая, что обязательно выяснит причину такого странного поведения Шаста, как только его выпишут.
 
Только вот и после этого поговорить с Шастуном Роберту так и не удалось. Звонки он по-прежнему сбрасывал, дверь в квартиру не открывал, а когда друг один раз случайно встретил его в городе, послал его на три весёлых буквы, отказавшись даже выслушать. Воля отчаянно не понимал, что произошло, и в конце концов решил временно оставить попытки разобраться в ситуации. К тому же, Кьяра наконец вернулась домой и могла начинать решать проблему своих отношений, может, что-то бы и выяснилось.
 
Вызовы с восстановленной симки Поповой Арсений тоже упорно отклонял. Сообщения в мессенджерах висели непрочитанными. Казалось, будто парень провалился сквозь землю, но его Инстаграм ежедневно оповещал о том, что Шастун жив, в Москве, и на жизнь, судя по всему, не жалуется, снова, как и в старые добрые времена, меняя девушек, как перчатки.
 
Отчаяние сменялось злостью. Кьяра совершенно не имела представления о том, в чём она виновата, считая, что Арс просто оказался мудаком. До конца добиться девушки ему так и не удалось за всё то время, сколько они общались, а парень к такому, видимо не привык. Решил не тратить время. Только вот самое обидное было, что он даже не пришёл навестить её в больнице. Чёртов Шастун и чёртов его сюрприз! Попова буквально опустила руки, не желая возвращаться к учёбе, ссылаясь на состояние после аварии. И только отец прекрасно видел этот потерянный, совсем не болезненный взгляд. Потухший, как и у него самого когда-то.
 
Шастун-младший, сам того не зная, идеально выполнил свой план. Это стало понятно в тот момент, когда очередным вечером Кьяра, не выдержав, оставила комментарий под новым фото Арса:
 
"Кого-то напоминает..."
 
Девушка, которую Шаст обнимал на снимке, действительно была похожа на Кьяру фигурой, цветом волос и даже чертами лица.
 
Ответ не заставил себя ждать:
 
"Не припоминаю в своей жизни таких..."
 
Попов услышал за стеной тихий плач и, не выдержав, набрал номер Антона:
 
- Можно я подъеду? Надо поговорить.
 
- Конечно. Жду, - тут же отозвался Шастун.
 
Антону оставалось только гадать, с каким разговором к нему едет Арсений. А брюнет же точно знал, что должен сам выяснить, что произошло у Кьяры с Арсом, потому что видеть страдания дочери больше не было сил. Он изначально считал их отношения худшей из идей, и сейчас направлялся к Антону в порыве высказать это снова.