HOME [Russian translation]

Лиса с тяжелым вздохом поднялась с дивана, чтобы открыть дверь. Сначала она игнорировала звонок, но гость за дверью был слишком настойчив, а Дженни, казалось, не сдвинется с места, даже если начнется землетрясение.

— Иду! — крикнула она.

На пороге стоял пожилой мужчина — консьерж их дома. В руках он держал огромную коробку, почти полностью закрывающую ему грудь.

— Мисс Лиса? Это вам, — он протянул коробку девушке.

— Эм... от кого? — спросила она.

— Курьер передал мне сегодня днём, мисс. Сказал, что внутри есть открытка. Больше ничего не объяснил.

— Хорошо, спасибо, аджосси.

Мужчина вежливо поклонился и ушел, а Лиса закрыла дверь, с любопытством глядя на коробку.

— Кто это был? — спросила Дженни, заметив посылку в руках Лисы. — Что там?

— Сейчас узнаем. Аджосси тоже не в курсе, от кого, — Лиса сорвала упаковочную бумагу и увидела открытку с до боли знакомым почерком.

«С днем рождения, милая

Это твои любимые игрушки из детства. Мы до сих пор помним, какой милой ты была, когда с серьезным видом воплощала свои фантазии в жизнь. Наслаждайся, малышка. Надеемся на скорую встречу. С любовью, мама и папа»

Лиса прочитала текст вслух и протянула открытку Дженни.

— Они обычно не присылают подарки на день рождения, — произнесла она в пустоту.

— Почему?

— Потому что я сама их об этом просила. К тому же, мой день рождения был месяц назад.

— Я виделась с твоей мамой сегодня, мы вместе позавтракали перед её вылетом в Сингапур, — заговорила Дженни. — И я... возможно, случайно упомянула о нашем маленьком празднике, — она виновато улыбнулась. — Я рассказала ей про торт, она так обрадовалась, и я подумала, что в этом нет ничего такого. Прости.

— За что ты извиняешься?

— Я думала, ты рассердишься?

— А с чего мне сердиться?

— Ты же знаешь почему, Лиса-я, — простонала Дженни, и Лиса рассмеялась.

— Я не сержусь, Нини. Если уж на то пошло, я рада. — Она сжала её руку. — Мои родители — те ещё любители устраивать вечеринки по любому поводу. Я сильно их разочаровала, когда сказала, что больше никогда не хочу праздновать свой день рождения.

— Можно узнать почему?

— В мой день рождения случались плохие вещи. Я не хочу это вспоминать. Но потом появилась ты и всё изменила.

Дженни улыбнулась.

— В худшую или в лучшую сторону?

— Однозначно в лучшую, — Лиса подавила желание поцеловать девушку. Не из страха быть отвергнутой, а скорее из уважения к комфорту Дженни. Она не хотела на неё давить. В их отношениях всё ещё был ранний этап, и для Дженни поцелуй в губы наверняка был чем-то сакральным.

— Ну... — протянула Дженни.

— М-м?

— Может, позвонишь им? Поблагодаришь? — предложила она.

— А, да, точно, — Лиса взяла телефон со стола. Дождалась, пока мама возьмёт трубку, и сразу включила громкую связь, чтобы Дженни тоже слышала.

— Привет, солнышко! Чем я заслужила такую честь?— поддразнила мама. Манобан закатила глаза.

— Папа где?

— Как обычно, на совещании. Что случилось, дорогая?

— Да так, просто хотела сказать спасибо за подарок. Мне очень понравилось.

— Правда? И ты не собираешься отправить его обратно ко мне домой? — в голосе матери послышалось неподдельное беспокойство.

— С чего бы мне это делать? — Лиса посмотрела на Дженни глазами, полными «моя мама — полный псих», на что Дженни лишь улыбнулась.

— Один раз уже сделала. Мне тогда было очень обидно.

— Прости, этого больше не повторится, ладно?

— Очень на это надеюсь. Пришли мне, пожалуйста, фотку того, что ты из него соберешь. Кстати, а где моя вторая дочь? — она имела в виду Дженни.

— Здесь, — Лиса придвинулась ближе к Дженни и передала ей телефон.

— Привет, мама, — поздоровалась Дженни.

— Привет, милая! Чем занимаетесь?

— Смотрим кино с Лисой. Она уже в десятый раз выбрала «Университет монстров», — хихикнула Дженни.

— Пусть смотрит, дорогая. Если ей что-то западает в душу, это надолго.

Лисе оставалось только закрыть лицо рукой, слушая их разговор. В основном они подшучивали над ней, но, как ни странно, это её не раздражало. Напротив, ей это нравилось. Близость двух самых важных женщин в её жизни делала её по-настоящему счастливой.

Лиса вопросительно вскинула брови, когда мама сказала: «Мне нужно поговорить с тобой наедине», и Дженни вышла из комнаты с телефоном у уха.

Девушка услышала только обрывок фразы: «Спасибо, всё сделаю, мам», прежде чем Дженни повесила трубку.

— Что у вас за секреты? — прищурилась Лиса.

— У нас свои дела, — шутливо ответила Дженни.

— Я серьёзно.

— Тебе не о чем беспокоиться, — она положила телефон на место. — Нужно заварить медовый чай. Сейчас сделаю.

На душе у Лисы потеплело от этой заботы. Она еще многого не знала о Дженни, но была готова ждать. То же самое касалось и косметики — она умирала от желания увидеть её без макияжа, но пока такой возможности не представилось. Дженни всё еще не чувствовала себя до конца раскованно. Но это пройдет, и Лиса была готова приложить все усилия, чтобы доказать, что ей можно доверять.

                                     *****

Лиса сидела на полу, окруженная деталями Лего. Она была полностью сосредоточена на сборке Сиднейского оперного театра, пока Дженни заваривала им ночной чай.

Это стало их ритуалом. Поскольку обе работали с утра до полудня, а Лиса порой возвращалась поздно или вовсе пропадала на дежурствах, вечера они всегда проводили вместе.

Чаще всего они обсуждали прошедший день, политику (которую Лиса терпеть не могла) или кино — любимую тему Дженни. Иногда просто занимались делами: Манобан корпела над медицинскими отчетами, а Ким — над судебными делами. Но они всегда делали это в одной комнате — в гостиной. У Лисы был свой кабинет, но идея находиться в одном пространстве с Дженни была куда привлекательнее одиночества. К тому же, всегда можно было её подразнить, если становилось скучно.

— Посмотри на этот шедевр, — Лиса с сияющей улыбкой продемонстрировала наполовину собранное здание.

— Как ты это делаешь? Тут же даже инструкции нет, — Дженни поставила чашку на стол.

— Воображение, — Лиса развела руками в воздухе.

— Ты невыносимая зануда, знаешь? — прыснула Дженни.

Лиса пожала плечами, осторожно прихлебывая горячий чай. Она зажмурилась от удовольствия, когда тепло разлилось внутри.

— А-а-а-а-х, прямо в желудке греет.

— Лиса?

— М-м?— та уже снова собирала детали.

— Можно спросить?

— Валяй, — она соединила очередную детальку. Основание ей наскучило, и она принялась за крышу.

— Ты сказала, что в день рождения случались плохие вещи. Что произошло?

Лиса на секунду замерла, размышляя, говорить или нет. Этот вопрос был неизбежен, и она это понимала. Тяжело вздохнув, она вернулась к конструктору.

— Не против, если я отвечу, пока собираю? — она кивнула на Lego.

«Отвлекает себя», — подумала Дженни.

— Конечно, — сказала она.

— Три года назад, когда я была ординатором, я пошла в армию. Помнишь тогдашний конфликт между Югом и Севером? — Она увидела, как Дженни кивнула. — Правительству нужно было как можно больше медиков. Я записалась добровольцем вместе со своим лучшим другом — Чонгуком-оппой. Короче говоря, мы попали в плен. Нас бросили в камеру — не знаю, пещера это была или подвал. Однажды его увели, а потом южнокорейские военные нашли меня и вернули домой. Всё это случилось примерно в мой день рождения. Вот и вся история.

— А что с Чонгуком?— тихо спросила Дженни.

— Погиб, — коротко ответила Лиса. Сердце снова болезненно сжалось, но она заставила себя придать лицу бесстрастное выражение.

— Мне очень жаль, Лиса, — пробормотала Дженни. Ей стало неловко, что она задала такой вопрос.

— За что?

— За твою потерю. За то, что подняла эту тему. Наверное, ты не хотела об этом вспоминать.

— Всё нормально, Нини. Это было давно, и ты тогда меня даже не знала. К тому же забывать — не лучшее решение, воспоминания всё равно рано или поздно всплывают. Мне нужно просто отпустить это, — она слабо улыбнулась.

— Тебя били? — Дженни мысленно выругалась за этот глупый, очевидный вопрос, как только он сорвался с губ.

— Ну, меня попинали туда-сюда. Ничего особенного, честно. Я знала, на что шла, и всё равно хотела поехать, так что... Это одна из последствий, с которыми приходится жить.

— Последствий?

— Родители во мне разочаровались, друзья при каждом удобном случае дают подзатыльник. Его невеста меня ненавидит.

— Ты им не рассказала? Почему его невеста тебя ненавидит?

— Как я могла рассказать? Я ехала на войну, Нини. Они бы не отпустили. А насчёт невесты... Они собирались пожениться, он погиб, а я выжила. — Лиса вздохнула. — Я не спасла его. Это моя вина. Я заслужила её ненависть.

— Нет, не заслужила, — уверенно сказала Дженни, заставив Лису удивлённо посмотреть на неё.

— Нет, это не так, — уверенно возразила адвокат, встретив растерянный взгляд напротив. — Чего она от тебя ждала? Я уверена, ты боролась, просто силы были неравны. Это была безвыходная ситуация, и она не имеет права винить тебя.

— Может быть, — тихо сказала Лиса.

— Ты здесь не злодей, Лиса. Ей просто нужен кто-то, на кого можно всё свалить.

Манобан лишь кивнула.

— А почему ты вообще так рвалась туда?

— Мне нужен был адреналин.

— Тебе мало адреналина в больнице? — недоверчиво спросила Дженни.

— Мало. Хотелось большего. Намного большего, — она отрешенно уставилась на свои игрушки.

— Почему?

— Это уже другая история для другого раза, — Лиса натянуто улыбнулась.

Мимолетная вспышка печали не укрылась от Дженни, и та решила больше не давить. Когда придет время, Лиса сама расскажет ей всё.