Глава 37
Мирэя
— Детка, я освободился, — очередным звонком огорошил Стэфан. Хотя, нужно признаться, мне на радость, потому что отмахиваться от каверзных вопросов о просмотренном фильме уже не было сил. — Гони на берег, там встретимся.
— Стэф, ты же помнишь о госте? — на всякий, чтобы опять крику не было. — Я не могу его бросить...
— Ты ему что, нянька? — явно подначивал.
— Типа того.
— Мне тоже нужна нянька. И сиська! И от колыбельной не откажусь! — зашёлся смехом Радмински, толкая на мысль — Стэф чего-то перебрал. — Если он не твой ёб*рь, найми ему лучше сопровождение: и секс, и развлечение, и присмотр, — всё же ударил по-больному.
Гад!
— Спасибо, хорошее предложение, но Тай женат, — как можно равнодушней отозвалась, тем более не лгала. Но так приятно было озадачить мужа.
— Да ну? — хмыкнул Радмински.
— Ага, — кивнула, теперь и Тайфуна ехидством зацепив, но амфибия на меня смотрел в упор в своей невозможной манере непрошибаемого спокойствия. — Он ко мне приехал в гости, а не со шлюхами развлекаться, — запнулась, сдерживая более откровенное высказывание. — Но если вдруг, думаю, на вечеринке какая-нибудь из твоих подружек подвернётся. Помниться, твоё окружение довольно вольное в этом плане, — не применула подколоть в ответ. — Тебе же дают, он ничем не хуже...
— Это что сейчас было? — перестал глумиться Радмински.
— Да так, вспомнила кое-что. Решила дать знать, чтобы не строил из себя оскорблённого, — муркнула в трубку и бросила взгляд на Тая. Он терпеливо ждал, когда освобожусь. — Так что, дорогой, жди, скоро будЕМ, — сбросила звонок, остро ощущая злость и негодование. Стэфан не идиот, уже смекнул, что соперника лучше держать рядом. И меня. Так проще следить за нами обоими, и не допустить измены, либо на ней подловить!
На деле не собиралась расслабляться и бросаться в объятия Тая, как бы ни мечтала о том.
Моя судьба уже решена!
Чёрт!
Наверное, этим я себя больше за штаны держу, чем убеждаю в этом Тайфуна. Потому что он, по сути, не сделал ни одного развязанного жеста в мою сторону. Да, громкими словами бросался, но когда я внесла ясности — больше не заикался на тему «верну тебя».
Либо принял как должное, либо затаился...
Второе скорее, ведь неспроста ловила на себе пристальные взгляды. Такие глубокие, что до кишок пробирали. Дыхание сбивалось, сердце неистово стучало, мозги в желе обращались, а тело в вату.
Значит, во избежание близости, ни в коем случае не оставаться в тёмных, уединённых местах с амфибией! Потому что если не он, так я наброшусь на него!
— Мне жаль, что у тебя мало времени, — опять мысль озвучила. — Столько красивых парков существует, садов, где бы тебе очень понравилось. И конечно жаль время тратить на... — запнулась, тяжко вздохнула, — на такую чепуху, как гулянка на острове, но отказаться не могу. И без того знакомым задолжала. Праздник планировался до твоего появления, — сожалела искренне.
— Ничего. Хоть увидел немного, но почувствовал достаточно. Сама знаешь, внутренняя эмоция, куда ценнее внешней.
— Да. Да...
Мы зависли каждый в своих мыслях.
— Так ты уже принял какое-то решение? — поинтересовалась, когда подъезжали к пристани.
— Я лишь глаза и уши, Рэя. Принимать решение буду не только я. А ты не забыла насчёт ангара узнать? — огорошил памятью Тайфун.
— Нет, отцу СМС отправила, чтобы пробил информацию и по возможности пропуск достал, — отчиталась, уже выхватив на одной из яхт, одинокую фигуру мужа. Он на носу посудины стоял, и с кем-то по мобильному разговаривал.
— Пошли, — скомандовала амфибии, и мы дружно покинули машину.
Уже на яхте, Радмински хозяйским манером меня к себе прижал:
— Я скучал, — с подтекстом шепнул на ухо, да только я не поверила. Такие фразы для него банальность. Брякнет — и не заметит, но вырываться из холодных объятий не спешила. Может, оно и к лучшему. Пусть Тай видит, что у меня отношения с мужем! Показательно милые... тоже бывают.
— Давай без лишних, — чуть слышно отрезала, когда Тайфун в уборную отошёл. Стэф предложил ему прямо с яхты нужду справить, но Тай не купился на откровенное подстрекательство, и вежливо кивнув, скрылся внутри посудины:
— Мне ещё переодеться, — сообщил, пакетом с новыми вещами качнув на прощание. Это мы перед яхтой успели в магазин заехать и купить одежду, так сказать, «без претензий», лишь бы легче и свободней — как и попросил Тайфун, когда я заметила, что он всё чаще ёрзал и чесался.
— Да в чём проблема? — шикнул Стэф. — Я же правда хочу нормальных отношений.
— Неправда! — категорично тряхнула головой. — Ты хочешь быть уверенным, что я не веду аморальный образ жизни и не трахаюсь с Таем. Я не буду этого ни подтверждать, ни опровергать. Мы играем в счастливую семью лишь на публику, не забывай! И хватит меня тискать и лапать! Я не растаю и изменю своего мнения о тебе.
— У нас брачный договор, — процедил сквозь зубы Стэф.
— Помню. И не нарушаю его. Только секс тебе светит, когда буду к нему готова и то, ради наследника! И лучше тебе не знать в каких красках этот акт вижу. Поверь, ничего романтического, приятного и нежного. Я давно не строю иллюзий на твой счёт. И знаешь, рада этому... Мне проще жить, зная, что ты му*к, чем верить в лучшее, а потом год за годом горько разочароваться.
— Знаешь, ты тоже не самая милая из жён, — парировал Стэф с презрительной ухмылкой.
— Да вроде пока тонула в иллюзиях, была ничего такой... но потом женишок свою истинную суть показал, — напомнила сухо.
— Да, — закивал часто и коротко муж, — мне даже интересно стало, что ты там такое вспомнила, — прищурился Радмински.
— Одну памятную поездку, Стэф. Пьянку, твою измену, насмешки в мою сторону. Я не люблю грабель, и идиоткой не хочу быть. Толстая, но милая — не лучший комплимент для будущей супруги.
Стэфан замялся. Не знаю, помнил он об этом или нет, но я только что чётко разделила наши отношения и отсекла любую мысль, что МЫ можем существовать с точки зрения «счастливый брак».
— А где пропадала все эти месяцы тоже вспомнила? — оскалился Стэф.
— Отчасти... — легкомысленно кивнула. — Ты что-нибудь съедобного прихватил или только кокс и алкоголь? — съезжая с темы, елейно уточнила, не собираясь выдавливать из себя милую жену.
— Желчью не подавись, — зло буркнул Радмински. Вот таким он мне нравился больше. Был собой, а не играющим роль очаровательного, улыбчивого и обходительного мужа.
— Значит, и в супермаркет мы с Тайфуном не зря заглянули, — подытожила, подхватив пакеты с продуктами, и в сторону кухни пошла.
Да! Ситуация была жуткой и вопиюще циничной, но не смущала и не расстраивала. Меня это вполне устраивало — правда. Пусть горькая и жестокая, зато не сладкая ложь, которая со временем стала бы смертельней яда.
И я ничего не могла с собой поделать! Моё сердце принадлежало другому мужчине, а обрекал себя на Стэфана! Но выбора не стояло — гаремная жена или жена Радмински. Мне всё равно жить придётся в тюрьме ненависти, презрения, лжи, и откровенной нелюбви!
— И что нас ждёт на острове? — уточнил Тай. Мы сидели в капитанской. Потягивая разные напитки и закусывая вкусностями, составляли компанию, управляющему яхтой, Радмински. Отлично ведь всё было. Мило сидели, нейтрально болтали. Почти добрались до острова...
— Отвязная вечеринка, каких в твоей жизни никогда не было, — ухмыльнулся Стэфан.
— Хорошо, — кивнул Тайфун, допив стакан с водой. — Ты мне обещала показать ночную жизнь людей. Думал, клуб — это оно...
— Людей? — первее меня среагировал Радмински, непонимающе хмыкнул, словно поймал на глупости другого и не применул в неё ткнуть, но амфибия проигнорировал подкол в своей безразличной манере. Он вообще на Радмински редко смотрел, предпочитая смущать меня взглядом.
— У нас масса развлечений, — размазала ответ. — Мальчики, простите, — решила схитрить, — мне в дамскую комнату очень нужно. — Обворожительно улыбнулась обоим, и позорно сбежала, ощущая затылком пристальные взгляды мужчин.
Тайфун
Только Мирэя скрылась за дверью, её жених тотчас перестал излучать приветливость.
— Любая на острове твоя, если захочешь. И даже не одна, если осилишь. Можно и ЕГО, — выделил значимо, — но если к Рэе подкатывать будешь, я тебя в порошок сотру.
— Я угроз не боюсь, — обронил устало.
Игры с Мирэей, игры в развлечение мира людей — весьма утомительны. Да, порой интересны, поучительны, познавательны, но вымотался я сильно. Вроде тишина, наконец, близость с водой, но нет — жалкий человечишка мне угрожать вздумал.
— Она может думать, что я слепой и наивный, но, бл*, никакой ты не друг! — выплюнул зло муж Рэи. Он не скрывал своего раздражения и желания поругаться, показать силу, но его выпады меня ничуть не волновали. Соперник, вышедший из себя и рычащий для устрашения — уже обнажил страх и слабость.
— Я не говорил, что её друг, — расставил акценты, откинувшись на спинку дивана, водрузив руки наверху по разные стороны. — Так решила Рэя. Я согласился на её условия, но своих интересов буду придерживаться.
— Какой интерес? — вознегодовал Стэф. — Ты же женат! Или нет? — прищуром пристрелил.
— Женат, но Мира мне нравится. Я собираюсь её сделать своей!
— Она моя! — рыкнул человек. Он опасный и мысли у него злые, но я видел, что в нём много трусости. Любви нет, лишь чистый эгоизм, расчёт и гниль, но что удивительно, Мира ему правда нужна.
— Ты потеряешь её, когда она раскроет твою суть.
— Мою суть? — зачем-то вторил мои слова молодой мужчина. Я молчал, и он шикнул: — Поверь, она знает меня хорошо. У нас брак по обоюдной выгоде, и тебе в наши отношения лучше не лезть.
— Сомневаюсь, что она знает о тебе всё, — ровно отозвался, глядя на соперника в упор. Стэфан ловко управлял яхтой, успевая и выпить, и закусить.
— Ты мозгоправ? — зло выдохнул муж Рэи.
— А что это?
— Кто, — хлёстко поправил Стэфан. — Человек, копошащийся в мозгах... — настороженно пояснил, бросив на меня косой, недоумевающий взгляд.
— Лекарь? — подивился я. У нас не настолько хороша освоена эта область. Мозг — сложный механизм тела. Повреждение его вело к гибели.
— Почти, — задумчиво кивнул муж Рэи. — Психотерапевт — специалист, помогающий разобраться с проблемами психологического характера. Проблемы в семье, сомнения, депрессия, зависимость к чему-либо... — чем больше перечислял, тем подозрительней на меня смотрел.
— Нет, я не он, — заверил кратко. — Но для того, чтобы увидеть твоё истинное лицо, не нужно быть... этим самым, — махнул рукой, не сумев точно воспроизвести сложное слово, — твоя гниль выражается во всём: как говоришь, улыбаешься, угрожаешь. Ты не достоин Миры, для меня это главное! И не любишь! Хотя это не имеет значения. Для меня, куда немаловажней то, что ОНА не любит тебя!
— Это она так сказала? — оскалился муж Рэи.
— Нет. Просто двоих любить невозможно...
— Двоих? — взлетели его брови. — То есть любит она... — сделал паузу Стэфан, глядя на меня прицельно и в ожидании моего дополнения.
— ...меня, — и не собирался юлить. — Лучше отпусти. Так всем будет проще. Всё равно тобой движет корысть. Все твои мотивы видны невооружённым глазом. Даже не знаю, почему Мира слепо верит, что ты для неё лучшая партия нежели я.
— И тебя это задело?
— Нет. Я даю ей возможность увериться в обратном. Ты сам себя закопаешь.
— Угрожаешь? — запнулся на слове Стэф.
— Отнюдь, — мотнул головой я, дьявольски устав от пустого разговора с пустым человеком. — Мира не глупа, разберётся. Но я готов упросить ситуацию... Что ты хочешь за неё? — напрямую обратился к мужу Рэи. — Деньги? — вспомнил, чем в этом мире дорожили больше всего. — Сколько?..