Глава 28
Тайфун
Чувствовал, что Рэе не по себе, и муж её тоже нервничал. Хоть и болтал много ни о чём, смеялся, будто ситуация к тому располагала, но я знал, что внутри его бурлило: опасения, подозрения, ревность и... злость.
— Спокойной ночи, — уже вернувшись домой, кивнула Рэя, когда остановились возле двери в комнату, которую мне выделили для сна.
Я, Мирэя, Стэфан.
— Милая, — молодой человек собственнически обнял мою Рэю, как бы ненароком показывая, что она его. И я позволил ему самообмануться.
Пока! Мне сейчас конфликт не нужен — у меня всего несколько дней в запасе, чтобы разведать то, что запланировал.
А Рэя... она моя!
— Пусть гость уже выспится, — широко улыбался Стэфан, а в глазах оставалась задумчивая колючесть. — А то вчера ночь гулял, сегодня... В клубе... кстати, — на меня уставился нарочито внимательно: — а как ты у нас оказался?
Я покосился на Рэю, отвечать не спешил. Как уже понял, мои слова часто были сомнительными по попаданию в цель и вызывали негодование и страх... преимущественно Мирэи.
— Я ему звонила, — кивнула Рэя, нарушив повисшую тишину. — Через Дэвида, между прочим. Такси заказала... — размазывала ответ, — и вот он у нас...
— Понятно, — задумчиво покивал Стэфан. — Находчиво...
Сомневаюсь, что он поверил Мирэе, но всем видом изображал радушие:
— Ну, всё, ночи доброй, — протянул мне руку, так и не выпуская Рэю из объятий. — Завтра увидимся, — лучил лживой улыбкой.
Я ответил пожатием, следя за ним и Рэей:
— И тебе.
— Нам всем, — продолжал странный диалог парень. — Ранний подъём. Быстрые сборы... Мои друзья нас будут ждать на пристани, — в который раз повторил план на утро Радмински.
— Спокойной ночи, — выдавила Рэя.
— Спокойной, — буркнул я...
Проводил пару взглядом, и только они скрылись за дверью своей комнаты, я к себе зашёл.
Умылся быстро, страшась связи со своими, а Лагуна и без того часто таранила сознание вечными слезами и угрозами. Насчёт неё у меня уже было давно принято решение, но приходить к отцу только с одним — этого мало, мне нужно собрать максимально того, на что готов пойти ради своей цели. Только в этом случае мой решающий шаг не будет пустым и бессмысленным.
Постель была вполне удобной, да и вымотался я за день сильно, поэтому уснул быстро, с улыбкой вспоминая свою Рэю. В моих объятиях, подо мной, на мне... и то, какая она восхитительно красивая, когда бодра от долгой прогулки. Блеск в глазах, румянец на щеках... Её красила жизнь в моём мире. Ей нельзя покидать сушу. Это её дом! Стихия... Жизнь!
А моя, вода...
От этого сложнее было принять решение мне.
Мы дети разных миров, но оставить её кому-то уже не смогу. И ей не позволю быть с кем-то, кроме меня, значит... кому-то из нас придётся приспосабливаться к жизни и миру другого.
Утром меня разбудил стук в дверь:
— Эй, бро, — бодрый голос Стэфана выдернул и пучины сна, — пора вставать. Заглянул лишь головой. Улыбнулся, словно мы и впрямь друзья: — Завтрак ждёт. Бегом приводи себя в порядок и спускайся. Мы с Рэей уже там. Ах, да, — уже было скрывшись за дверью, вновь головой ко мне нырнул: — Оденься, пожалуйста, — выдавил такую улыбку, что мне в него что-нибудь швырнуть захотелось. — Мирэя сказала, что вы шорты и футболки покупали. Вот и надевай. Плавки не забудь, — подмигнул загадочно. — Купаться будем.
Я проглотил его обманчивую любезность, кишками чувствуя подвох. Но не мешкал, умылся, оделся в нечто странное, но только для меня. Мужчин и женщин в подобных вещах встречал и в городе, и близ воды. Им было явно очень удобно в этом.
Завтрак прошёл быстро, но напряжённо, несмотря на словоохотливость мужа Рэи. Он вообще, нашу компанию оживлял. И пусть это было скорее от желания на себя внимание перетащить, но неловкость моментов здорово смазывало.
Прибыли к пристани без опоздания, как заверил с улыбкой Стэфан, обнимая бледную и недовольную Рэю. Потом мы влились в шумную компанию, которая нас ожидала на яхте.
— Здорово, бро!..
— Вы как?..
— Ну наконец-таки!..
Нас окружила толпа и накрыла волна шума. Люди хохотали, подвывали, обмениваясь рукопожатиями, объятиями и похлопываниями по спинам друг друга.
Странный ритуал — он отличался от строго и делового, с которым я столкнулся на свадебном мероприятии, где было куда тише и спокойней.
Дело облегчало то, что я знал почти всех... присутствующих мужчин, мы с ними в клубе отдыхали, но сегодня здесь были и незнакомые девушки. Красивые и... полураздетые в сравнении со скромной Мирэей.
Мне было всё равно до их внимания, но то, как меня окидывали взглядами и улыбками, я словно был их жертвой.
Странно, непривычно...
Отчалили быстро, меня увлекли толпой на верхнюю палубу, откуда открывался поистине шикарный вид на мою стихию.
Бескрайние воды... Моя Океания!
С Рэей так и не представилось возможности побыть наедине. Почти всю дорогу её муж держал рядом, то за руку, то обнимая. Его веселье начинало раздражать, но я терпеливо смотрел, слушал.
А ещё уставал от заигрываний самок, не трогающих ни моих мыслей, ни моего тела. Как, впрочем, я не вёлся на подначивания Стэфана: выпить, покурить, нюхнуть, глотнуть... Большой выбор, как себя отравить.
Чем больше я был в этой компании, тем сильнее понимал, что они — гиблая часть людской расы. Вели праздный образ жизни, в надежде поймать мимолётный восторг и совершенно не думали о том, что происходит у них внутри. В погоне за удовольствием, они изо дня в день губили себя.
Их нутро и без того было не без изъянов, а после принятия ядов, так и подавно.
Не знаю, с чего вдруг решили, что это красиво?
Наверное, из-за недалёкости. Просто они не видели картины, которую видел я.
Изменение сознания — это лишь кроха в ломке их гена, а вот последствия такой жизни у нескольких поколении, приводит к необратимым последствиям. Они уже давно не такие, какими были их предки. И даже Рэя... Но сейчас для меня большое значение имело то, что как бы она не была частью своего мира, но от сомнительных удовольствий держалась в стороне.
Может, помнила, что я велел.
Её муж пытался уговорить, настаивать, и даже на силу влить, но Мирэя проявляла стойкий характер, ставя его на место. Поэтому я не вмешивался.
— Я сказал, что не буду, Стэф, — в очередной раз огрызнулась Рэя. — Сколько можно?! — в отличие от меня её терпение лопнуло. — У меня скоро важное дело, и ты об том знаешь! Я должна быть трезва, — зло выбралась из объятий мужа. Встала со скамьи, где её удерживал в кругу друзей.
— Пусти, — протаранила его ноги, когда Стэфан хищно улыбаясь, смотрел на неё, но не двинулся ни на йоту, чтобы дать проход.
— Я не запрещаю тебе веселиться, — обернулась, парой шагов от общего сборища, — но у меня своя голова на плечах, — метнула на меня виноватый взгляд и опять на мужа. — И у меня планы. Если не хочешь из них исчезнуть, вспомни, что вечером у нас в больнице благотворительное мероприятие. Но если продолжишь в тот же духе, у тебя даже на «вые*ть» одну из этих шлюх сил не будет.
Толпа до этого момента молча внимала странной речи Рэи, но после этой фразы хмыкнула, крякнула, загулила возмущенно. Радмински посуровел, девчонки что-то возникнуть пытались, но всех заткнул Стэфан, ударив стаканом по столу:
— За то, с*ка, вся ты такая правильная, чистая, трезвая, верная, — чеканил в спину уходящей Рэи. — И компания наша тебе уже не подходит...
Она не поддалась провокации. Торопливо скрылась внизу, спустившись по металлической лестнице.
Мы оказались в напряжённой тишине, которую через миг нарушил Радмински.
Стэфан явно не услышал упрёка жены.
Словно назло налил новую порцию тёмной жидкости и как ни в чём не бывало завёл очередной пустой разговор и нарочито громко смеялся, будто настроение у него отменное, хотя это было не так. Я читал в его глазах лютую ненависть и желание отомстить.
Я не боялся. Чего бояться?
Он уже вёл себя как проигравший, как слабое существо, ощущающее безысходность и бьющееся в агонии от бессилия.
А я был спокоен. Я — победитель. И пусть награда до сих пор у него, это лишь временное явление. Пока не решу и другие, важные дела...
В чуждой мне компании побыл недолго. Устав от лживых улыбок, нетрезвого смеха, пошёл искать Рэю.
Нашёл... на карме этой жестяной плавучей конструкции, которую все называли яхта.
Рэя подавленно с грустью смотрела вдаль. Сердце сжалось от нежности к этой милой человечки, сражающейся с обстоятельствами и старающейся всем угодить.
И я поддался порыву...
Меня не заботило, правильно ли поступаю. Просто соскучился и дико, неуёмно сильно хотел дать ей понять, что никуда не делся и я рядом. Что поддерживаю её, что горжусь решением и её словами. Что не отдам...
— Тай, — надломился её голос. Рэя не оборачивалась, но точно поняла, что её со спины подпер я. — Тебе нельзя так... прилюдно...
Отрезая дальнейшие её отговорки, пленил руками и уткнулся носом в затылок. Жадно вдохнул, слушая, как бьются наши сердца, растворяясь в запахе любимой и возбуждаясь от того, как она на меня реагировала.