Дочь герцога под прикрытием

Принцесса Огава вышла в сад, где, окружённая прислугой, сидела Императрица. Её лицо казалось спокойным, однако в глазах иногда можно было заметить всполохи негодования, старательно скрываемые от окружающих. После неудачи на Ежегодном турнире она не могла найти себе места, опасаясь, что кто-то раскроет её коварные замыслы, после чего распутает весь клубок причинно-следственных связей и узнает, что её мужа соблазнила другая женщина.

К тому же этот рыцарь Сатоши... Императрица слышала, что у той девицы был ещё один ребёнок, но он неожиданно оказался магом Света. Разве магия Света не была особенностью Императорской семьи? Разве это не значило, что это ещё одно отродье, рождённое от её мужа?.. Он похож на человека одного возраста с Кику, значит ли это, что Император продолжал ходить к той женщине даже во время её беременности дочерью?

Одна мысль сменяла другую, но она старалась выглядеть умиротворённой и сдержанной, чтобы никто не смог вывести её на чистую воду. Неожиданное появление принцессы Огава застало её врасплох.

- Что ты здесь делаешь? Разве у тебя сейчас нет каких-нибудь уроков? – нервно спросила она, возвращаясь в реальность. – Ты будущая Императрица и должна ответственнее относиться к своему образованию.

Принцесса Огава смотрела на свою взвинченную мать, которая за всё время брака с её отцом ни разу не приняла участия в политике государства, поражаясь её двойным стандартам. Однако она изначально пришла сюда совершенно не для этого.

- У меня есть к тебе серьёзный разговор, матушка, - присев рядом с Императрицей, заговорила девушка, после чего обернулась к прислуге: - Пожалуйста, оставьте нас.

Работники неуверенно посмотрели на Императрицу, и, получив от неё невербальное одобрение, оставили маму и дочь наедине друг с другом.

- Говори. Что-то произошло?

Не желая тратить время на ненужные разговоры, принцесса Огава накрыла её руку своей, смягчая действие магии Света, стирая ей все воспоминания о Мари Чиба и изменах её отца, о том, что Мамору Араки является внебрачным сыном Императора, а также о Сатоши, которого она подозревала.

Лоб Императрицы постепенно разгладился, а в глазах начал появляться блеск, которого Кику Огава никогда раньше не видела. Когда всё было сделано, девушке даже показалось, что её мать вдохнула полной грудью, будто огромный, тяжёлый, давящий на её сердце груз наконец-то исчез.

***

Лунный свет падал на кровать, на которой в одиночестве спал Император. Когда-то они с его женой регулярно ночевали в одной комнате, однако после случившегося 15 лет назад их совместный сон стал большой редкостью. Он старался выпросить прощения у Рин, даже пытался стереть ей память, однако постоянно сталкивался с преградами, из-за которых пропасть между ними становилась всё больше. И чем дальше друг от друга они становились, тем чаще он возвращался мыслями в далёкое прошлое к своему белому лотосу с лазурными глазами.

Воспользовавшись тем, что Рин потеряла сознание после использования всего своего запаса маны, Император сохранил мёртвое тело Мари, намереваясь в будущем воскресить её. Он уже слышал, что существует заклинание, способное на это. И именно потому так легко отдал приказ убить Мари, рассчитывая вернуть девушку к жизни, ведь он был магом Света.

В их библиотеке хранилось множество книг, одной из которых был нужный гримуар, доступный только владельцам Императорской печати. И вот, стоило ему узнать заклинание, возвращающее к жизни, как он понял одну трагичную вещь. Из-за постоянного стирания памяти Мари и Макото он потерял часть своей маны, и теперь того, что в нём осталось, было слишком мало, чтобы иметь возможность кого-то воскресить.

Он столкнулся с ситуацией, когда собственными руками убил любовь всей своей жизни, а после не смог вернуть её, потому что слишком часто воздействовал на её сознание. Это вызвало в нём неописуемый гнев и всепоглощающее отчаяние, потому он безжалостно сжёг гримуар, который оказался для него бесполезен.

Тело Мари всё ещё лежало неподалёку от его рабочего стола, потому Император часто проводил своё время в кабинете, говоря с человеком, не способным ему ответить.

Она была мертва. А Рин лишь старательно делала вид, что ничего не произошло, не замечая за собой эти страшные презрительные взгляды, которые Император время от времени ловил на себе.

Появившийся из ниоткуда Сатоши заставил его сердце забиться от давно забытого чувства эйфории. Он так хотел надеяться на то, что это был его сын, пусть даже это было абсолютно невозможно, ведь до его рождения они с Мари не виделись целых два года. Но ведь этот парень был магом Света! Разве это не значило, что только он может быть его отцом?

- Доброй ночи, Ваше Величество! – из темноты раздался холодный голос, вырвав Императора из полудрёмы. Он испуганно вскочил с кровати, намереваясь позвать на помощь.

- Это бесполезно, я расклеила талисманы звукоизоляции на каждую из стен этой комнаты, - со стороны входа в спальню прозвучал второй голос, принадлежащий молодой девушке.

- Кто Вы такие? Что Вам нужно? – правитель постарался успокоиться, активировав свою магию Света, чтобы успокоить и подчинить себе этих нежданных гостей, однако заметил, что его способности не достигали этих людей. Это заставило его запаниковать.

- Не стоит так волноваться, мы не задержимся тут надолго, - спустя время из темноты показался силуэт Мамору Араки, который медленно приближался к нему. На его груди блестела яркая золотая брошь с голубыми камнями.

- Ах, это ты, - Император облегчённо вздохнул, наконец-то успокоившись. – Не пугай так этого старика, я уж было решил, что сюда ворвались воры. Как ты попал сюда? И кто...

- Я всё вспомнил, - прервал его герцог. Ичиро Огава некоторое время пытался осознать, что этот парень имеет в виду, пока наконец-то не понял.

- Ты... Всё вспомнил?

- Да, абсолютно всё. Как ты приезжал к нам с мамой и рассказывал отвратительные истории о том, что она изменяла своему мужу вместе с тобой. Как ты говорил мне быть хорошим мальчиком, после чего стирал память и приказывал увести из комнаты, из которой потом доносились крики моей матери. Как ты приказал своим слугам сторожить нас, не давая сделать и шага за территорию герцогства. Как ты собственноручно убил мою маму, которая так долго страдала и наконец-то смогла обрести своё счастье. Я всё вспомнил, Ваше Величество.

- Н-не может такого быть. Как ты мог вспомнить? Это невозможно...

- Как видишь, ты не всесилен. Ты всего лишь ничтожество, возомнившее себя богом, мучая нас с мамой столько лет.

- Не говори так, - интонацией, словно он пытался утешить самого себя, прервал его Император. – Это всё неправда. Мы с Мари любили друг друга с детства. Мы были созданы друг для друга, мы поклялись, что проживём вместе всю жизнь и родим детей. Т-ты был ещё совсем ребёнком и не понимал наших взаимоотношений. Если бы твоя мама была рядом, она бы...

- Но она не рядом, - перебил его Мамору. – Ты убил её.

- Н-нет, я не хотел. Я думал, что смогу воскресить её. Я никогда бы... я... Мы с ней любили друг друга, потому она бы поняла, почему я так поступил. Просто я...

Наоми уже догадывалась, с какой целью Император сохранил тело Мари Чиба в той тайной комнате. Однако всё равно, услышав это, была возмущена. Он так легко распоряжался её судьбой, словно девушка с самого начала принадлежала ему – за кого ей выйти замуж, когда «ложиться с ним в постель», рожать или нет от него ребёнка. И даже когда ей нужно умереть, чтобы потом он мог сам решить, когда воскресить её.

В ответ на эти оправдания в лицо Императору прилетел небольшой предмет, который тот рефлекторно поймал, игнорируя боль от удара.

- Что это? – Ичиро Огава с недоумением смотрел на старый потрёпанный блокнот в своих руках.

- Читай, - спокойно произнёс женский голос из темноты. Только тогда Император вспомнил, что помимо его сына в комнате был ещё один человек.

- Кто...

- Читай! – разъярённый Мамору не дал ему договорить, повысив свой голос. Ичиро Огава не мог сражаться. До 15-ти лет он тренировался со всеми, но после тяжёлой болезни прекратил свои тренировки, потеряв способность защитить себя, потому начал трястись от окружившей его подавляющей ауры юного герцога. Благодаря этому крику он также понял, что эта спальня действительно была изолирована, потому никто не мог прийти ему на помощь.

Не имея вариантов, Император зажёг небольшую магическую лампу у кровати, осветив крошечный участок вокруг себя, после чего открыл блокнот.

Это был дневник Мари Чиба. Мамору Араки захотел показать его этому мерзкому человеку, который до последнего грезил тем, что его биологическая мать любила его. Насколько надо быть слепым, чтобы путать ненависть и презрение с любовью? Самое отвратительное во всём этом было то, что этот подонок даже не понимал, что поступал неправильно, считая, что его поступки нормальны и оправданы, ведь «они любили друг друга с детства». Эти мысли заставили заиграть желваки на скулах из-за подавляемого внутри праведного гнева.

Наоми видела всё вокруг с помощью своей магии усиления, потому с некоторым беспокойством наблюдала за переживаниями своего жениха. После открывшейся им правды прошло уже чуть больше недели, и моральное состояние задохлика было совершенно ужасным. Она прекрасно понимала причину, но была крайне недовольна тем, что не могла никак помочь ему.

Тем временем Император читал дневник. И чем больше он читал, тем более недоумевающим становился его взгляд. Мамору и Наоми терпеливо ждали и видели, как позабывший о недавнем испуге взрослый мужчина становился всё больше изумлённым и встревоженным.

- Н-нет, этого... этого просто не может быть! – прошептал он, в какой-то момент отбросив блокнот в сторону. – Это неправда... Это... я не верю...

- Читай дальше! – Мамору хотел, чтобы этот человек окончательно осознал, как сломал женщину, которую якобы любил.

- Нет, я не буду...

- Что ж, я прочту за тебя! – герцог поднял блокнот с пола, после чего стал громко и чётко читать каждое слово:

«... Это случилось снова. Этот *** явился ко мне, заставив нас с Макото в очередной раз выслушивать эту *** про то, что мы с ним любим друг друга и что-то там ещё. Мне уже просто надоело, с какой самодовольной рожей он повторяет одно и то же каждый день, совершенно не стесняясь рассказывать всё это при моём четырёхлетнем сыне. Больной ублюдок! Тупорылый извращенец! ***!... Да что бы его ****! Я бы всё отдала, чтобы его ***, а потом ***. То, как он лапает меня своими вонючими руками, подавляя во мне агрессию своей **** магией Света! Избавляет меня от боли во время моих сопротивлений, говоря, что делает это ради меня! Я мылась три часа, стараясь стереть всю эту грязь со своего тела, но всё вокруг как будто воняло этим подонком! Эту вонь не уничтожить! Когда всё это уже закончится? Если бы не Макото...»

- Нет, нет, хватит, это неправда! – Император старался остановить Мамору, но каждое прочитанное им слово было чётко и громко озвучено в этой тихой комнате. – Она не могла... Она никогда не думала обо мне так! Мы любили друг друга... То, что тут написано... Это не она! Это не она!

Наоми молча наблюдала за тем, как уверенный в себе Император медленно вырывается из собственных облачных иллюзий. Он даже не замечал, что параллельно с чтением герцог медленно вливал в него магию Молнии, усиливая его эмоции и добавляя всё больше и больше красочных иллюзий, наполненных ненавистью, отвращением и презрением. Чем дольше Мамору читал, тем больше влияния оказывало на него заклинание, заставляя погружаться в пучину отчаяния. Однако герцогу этого было слишком мало, ему хотелось отплатить этому человеку в том же количестве, сколько боли тот причинил им с мамой.

Появились первые рассветные лучи, когда Император был окончательно подавлен отрицательными эмоциями и обессиленно упал в обморок, покрытый большим количеством пота. Наоми посмотрела на всё ещё разгневанное лицо Мамору и тяжело вздохнула.

- Мне разбудить его? – спросила она своим спокойным тоном, вернув герцога к реальности. Присутствие дамочки рядом в такой момент неожиданно успокоило его, благодаря чему он пришёл в себя и уверенно замотал головой.

- Не нужно, я закончил. Теперь каждый раз, когда он закроет глаза, он будет видеть иллюзии, в которых будет испытывать всё то, что чувствовала мама, - он говорил уверенно, рассматривая искривлённое лицо своего биологического отца, которое продолжало меняться из-за не прекращающихся видений. Все боль, унижение, отчаяние, страх... Всё то, что он заставил испытать Мари Чиба, отныне будет регулярно испытывать Император, стоит ему закрыть глаза. Именно этому заклинанию обучила его принцесса Огава, попросив взамен сохранить правителю жизнь.

- Думаю, нам уже пора, - увидев, что Мамору наконец-то начал успокаиваться, Наоми подошла к потному телу Ичиро Огава, которое скрючилось на полу. По задумке принцессы она села возле Императора, стирая ему воспоминания об их с задохликом визите этой ночью. Впервые она стирала чью-то память, лишаясь части своей силы, но совершенно не жалела об этом. Если это может помочь её подруге и любимому мужчине, она готова отдать всю себя.

***

Из-за иллюзий, преследующих Императора, он стал бояться засыпать, потому часто терял концентрацию на важных заседаниях и отвечал невпопад на вопросы собравшихся министров. Лекари не могли определить причину такого плачевного состояния Его Величества, рекомендуя ему больше отдыхать и меньше нервничать, однако, стоило ему лишь на секунду закрыть глаза, как он погружался в бесконечную пропасть боли и мучений, из которой как будто совершенно не было никакого спасения. Как может человек выдержать так много боли?!

Он не знал, что то, что он испытывал, было тем же самым, что испытывала Мари Чиба на протяжении последних лет, пока Широ Сано не смог вытащить её из этого бесконечного ада.

Спустя две недели состояние Императора не улучшилось ни на йоту, из-за чего на повестку дня был выставлен важный и закономерный вопрос о необходимости выбора регента на время, пока Его Величество не придёт в себя. Сам Император прекрасно понимал правильность этого вопроса, потому собрал воедино остатки своего здравомыслия, пытаясь выбрать для себя достойного заместителя.

Именно в этот момент к нему в кабинет пришла принцесса Огава, собрав в своих руках решения и отчёты, касательно последних проблем, озвученных на заседаниях министров. Те дела, по которым требовалось мнение правителя, она расписала как можно более подробно и аргументированно, чтобы у читающего всё это человека не возникло ни грамма сомнений касательно верности данного предложения.

Она уже сталкивалась с сексизмом и скептицизмом в своей прошлой жизни, потому была готова ко всем возможным реакциям.

Император старательно прочёл каждый из отчётов своей дочери, становясь всё более задумчивым. Представленные принцессой ответы на проблемы были даже лучше, чем были бы придуманы им самим, будь он в здравом уме без отягчающих его снов. Однако она была девушкой, к тому же лишь в этом году дебютировала в обществе. Кто захочет принять тот факт, что регентом станет столь юная леди? Кто из аристократов согласится подчиниться её приказам?

Интеллект принцессы Огава воистину был словно создан для правления государством, но ей совершенно не повезло родиться девушкой.

- Отец, я знаю, о чём Вы думаете, - сказала она, когда Император застыл над её очередным отчётом. – Я прекрасно понимаю, что, будучи всего лишь женщиной, не способна управлять государством, - «чтобы убедить собеседника, не нужно бояться унизить себя.» – Однако Империя без правителя – всё равно, что птица без крыльев. Я буду молиться Богине за Ваше скорейшее выздоровление и совершенно не планирую занимать должность регента долго. Но пока состояние государства после произошедшего на турнире не нормализуется и народ не успокоится, нельзя пускать всё на самотёк. Здоровье матушки в последнее время стало улучшаться, однако она совершенно перестала интересоваться окружающими делами. Нужен кто-то, кто сможет заняться всеми вопросами, и в то же время тот, кому Вы, отец, сможете доверять. Разве правильно передавать государство в руки другой семьи? Разве не семья Огава уже много веков правит Империей, доказывая свою компетентность? Как истинная дочь солнца этой Империи, я докажу, что способна временно помочь Вам со всеми делами государства. Пожалуйста, дайте мне шанс.

Она говорила без нервозности и сомнений, слово за словом убеждая своего отца. Спустя некоторое время Император наконец кивнул, считая рассуждения своей дочери довольно здравыми.

На следующем собрании министров Его Величество выдвинул кандидатуру принцессы Огава в качестве временного регента. Стоящая подле него Кику смотрела на меняющиеся лица аристократов, готовая в любой момент оспорить любые претензии касательно её пола и возраста. Будучи уже достаточно опытной в общении со всеми этими людьми, она знала подход к каждому из них.

- Герцогство Яно согласно с этим решением, - неожиданный уверенный голос герцога Яно (отца Наоми) нарушил воцарившуюся тишину и сильно шокировал принцессу Огава. Она искренне не ожидала, что хоть кто-то из этих мужчин сможет согласиться на её кандидатуру без её долгих убеждений.

- Эрцгерцогство Араки также поддерживает данное решение, - уверенный голос отца Мамору был таким же громким и чётким, как у герцога Яно. В их интонации не было места неопределённости.

Когда две такие влиятельные семьи высказались «за», те, кто старался не конфликтовать и поддерживать дружеские отношения с ними, не могли пойти против. Один за другим по залу начали разноситься голоса министров, каждый из которых соглашался с предложенной кандидатурой принцессы Огава в качестве временного регента.

Способна ли эта юная девушка на что-то, покажет время. Они всегда смогут поднять вопрос о смене заместителя Императора в случае чего. Всё-таки регент – очень важная и ответственная должность, ведь у этого человека было такое же количество власти, как у самого правителя. Он мог принимать решения за Императора, пока тот занимался своими делами (в данном случае, лечился от болезни).

Ситуация, в которой эту позицию в государстве занимала женщина, была беспрецедентной. Все министры со смешанными чувствами обменялись взглядами друг с другом, мысленно смирившись с провальностью этой идеи.

Принцесса Огава смотрела на все эти лица, чувствуя лишь удовлетворение. Всё шло согласно её плану.

____________________________________________________

Комментарий от автора:

Принцесса Огава: Люди –всего лишь инструменты. Вуахаха (зловещий смех)