8 глава
После похорон дорога домой была почти беззвучной.
Ариана сидела, обхватив себя руками. Глаза были сухими, но в них оставалась усталость — не просто физическая. Усталость от жизни, от потерь, от постоянной борьбы. Всё, во что она верила, рушилось одно за другим.
Герман вёл машину одной рукой. Другую — положил на подлокотник, ближе к ней. Не касаясь, просто рядом. Присутствие — не давление.
Когда они вернулись в дом, Ариана не пошла в свою комнату. Она остановилась на лестнице и тихо сказала:
— Герман…
Он повернулся.
— Можешь… остаться со мной сегодня? Просто… рядом. Не молчи. Не исчезай.
Он не ответил словами. Просто подошёл, обнял её одной рукой и повёл наверх.
---
Комната была тихая. Она переоделась в его футболку — мягкую, пахнущую им. Он сел рядом на кровать, не двигаясь, не торопясь. Как будто боялся спугнуть её хрупкое доверие.
Она легла, повернулась к нему лицом.
— Я боюсь засыпать одна, — прошептала. — Боюсь, что снова что-то исчезнет. Кто-то умрёт. Что всё… не по-настоящему.
Он лег рядом. Осторожно прижал её к себе.
— Я здесь. И буду здесь, сколько нужно. Никто тебя не тронет.
Она прижалась лбом к его груди. Его дыхание было ровным. Его рука — тёплой.
— Герман, — тихо, почти неслышно, — ты когда-нибудь… действительно любил?
Он не ответил сразу.
Затем сквозь тишину:
— Я думал, что да. Но нет. До тебя — нет.
Ариана закрыла глаза. Больше не было сил спорить, сомневаться, убегать.
И впервые за долгое время — она заснула сама, без слёз. В его объятиях. В ощущении чего-то нового. Может быть, любви. А может быть — просто покоя.
А Герман не спал.
Он смотрел в потолок, медленно поглаживая её волосы, и думал, что теперь её охранять — важнее, чем управлять всей своей чёрной империей.