4 глава
Прошла неделя. Ариана почти не разговаривала. Ни с охраной, ни с женщиной-служанкой, которая каждое утро приносила ей завтрак. Её мир сжался до одной комнаты, пары книг и мыслей, которые душили хуже замка на двери.
Сегодня она решилась.
Он был в библиотеке. Герман любил книги — странно для человека, способного держать других в плену. На нейтральной территории, среди полок, запаха кожаных переплётов и старых страниц, она чувствовала себя чуть увереннее.
Он сидел в кресле, с чашкой чёрного кофе, будто всё происходящее — норма.
— Мне нужно с вами поговорить, — сказала она, сдерживая дрожь.
Он поднял взгляд. Его глаза — стальные. Без страха. Без усталости. Только внимание.
— Говори.
— Вы не имеете права держать меня тут. Я не ваша. Я не соглашалась ни на что из этого. Я хочу уйти. Прошу вас… — голос предал её. — Просто… отпустите.
Герман медленно поставил чашку на стол.
— Если бы всё решалось просьбами, Ариана… Я бы никогда тебя не встретил.
— Вы больны.
— Возможно. Но это не меняет сути.
Она сделала шаг ближе, как на суде — в последней попытке убедить присяжных.
— Вы взрослый мужчина. У вас власть, деньги. Вы можете иметь любую женщину. Зачем держать рядом ту, которая вас ненавидит?
— Потому что ты — не любая, — сказал он тихо. — Ты — моя.
Молчание.
А потом он поднялся и подошёл к ней. На расстоянии вытянутой руки. Словно вбивая каждый свой шаг в её сознание.
— У тебя есть выбор. Один.
— Какой?
— Ты остаёшься здесь. До конца своих дней. Как сейчас. Без прав. Без свободы. — Он сделал паузу. — Или ты родишь мне двух сыновей.
Ариана выпрямилась. Это звучало не как просьба, а как контракт.
— И если я не соглашусь?
— Тогда ты останешься здесь навечно. Как пленница. Как живая тень.
— А если соглашусь… — она задохнулась от собственных слов. — И выполню вашу... волю. Вы отпустите меня?
Герман посмотрел ей прямо в глаза.
— Я отпущу тебя только в одном случае: если ты уйдёшь с моими детьми. Двумя.
Она отвела взгляд.
— Вы даже не человек.
Он медленно улыбнулся. И вдруг — неожиданно мягко сказал:
— Знаешь, я молюсь Богу. Тихо, по ночам. Чтобы ты родила не сына. А девочку. Маленькую… похожую на тебя. С такими же глазами.
Она вскинула на него глаза — и в его лице вдруг мелькнула слабость. Человеческая. Настоящая.
— Почему… девочку? — прошептала она.
— Потому что, может быть, тогда ты останешься не из страха. А по своей воле.
Он развернулся и вышел.
А Ариана осталась стоять среди книг, чувствуя, как сердце сжимается от чего-то нового — не страха. Не ненависти. Тревоги.