Глава 17
Утром кто-то осторожно потряс меня за плечо.
Ч:Т/И, проснись.
Снова Чак. Кажется, этот мальчишка способен достать меня из-под земли.
Я потянулась. Ночью Ньют заботливо, как мать, укрыл меня двумя одеялами и ушёл в Хомстед.
Т/И: который час?
Ч: ты чуть не проспала завтрак. Надо идти. Вставай. Пора начать вести себя как нормальный глэйдер, иначе наживешь новых проблем.
Т/И: хорошо пошли, поедим. Я умираю с голоду.
Ч: Лады.
По пути в Хомстед Чак болтал без умолку.
Ч: вчера вечером Ньют приказал тебя не беспокоить. И еще он огласил всем решение Совета насчет тебя — сутки в Кутузке, после чего обучение по программе тренировки бегунов. Некоторые шанки были недовольны, а другие, наоборот, поддержали решение, но большинство вело себя так, будто им вообще наплевать. Что до меня, то я за тебя рад.
Мы пришли на кухню, взяли завтрак и, отыскав два свободных места за большим столом, сели. Каждый входящий неизменно бросал на меня любопытный взгляд. Несколько глэйдеров даже подошли и поздравили меня; другие, напротив, смотрели с нескрываемой неприязнью, и все-таки большинство меня поддерживали.
И тут я вспомнила про Галли.
Т/И: Кстати, Чак. А Галли нашли?
Ч: Не-а. Как раз собирался сказать. Говорят, после заседания Совета его видели вбегающим в Лабиринт. С тех пор он так и не вернулся.
Т/И: Как?.. Ты серьезно? Он правда свалил в Лабиринт?
Ч: Ну да. Ни для кого не новость, что он спятил.
Т/И: Поверить не могу...
Ч: не бери в голову. Его все терпеть не могли, кроме пары-тройки шанков.
Т/И: Ты говоришь так, будто Галли вышел подышать свежим воздухом, хотя он наверняка уже на том свете. Выжить в Лабиринте одному невозможно.
Чак вдруг о чем-то глубоко задумался.
Ч: Знаешь, я не думаю, что он мертв.
Т/И: Как это? Тогда где он? Разве мы с Минхо не единственные, кто умудрился протянуть целую ночь?
Ч: Так я об этом и толкую. Думаю, его скрывают дружки где-нибудь в Глэйде. Галли, конечно, идиот, но не настолько, чтобы, как ты, рассиживаться в Лабиринте целую ночь.
Т/И: А может, как раз поэтому он и сбежал. Хотел всем доказать, что ничем не хуже меня. Парень-то меня на дух не переносит.
Ч: В общем, не важно. Если он погиб, то рано или поздно вы найдете труп, а если жив, то проголодается и объявится на кухне. Мне плевать.
Я доела свой завтрак и отодвинула тарелку.
Т/И: Все, чего мне сейчас хочется, — пожить нормально хотя бы один день, ни о чем не думать и полностью расслабиться.
Н: Твое желание будет исполнено!
Обернувшись, я увидела Ньюта, тот довольно улыбался. Улыбка вселила в меня чувство необъяснимого успокоения.
Н: пойдём, чертова уголовница. Будет тебе расслабуха в Кутузке.
Т/И: я смотрю у кого то сегодня хорошее настроение?
Н: Оно у меня прекрасное и все благодаря тебе. Ты делаешь меня счастливым.
Т/И: ты опять ушёл ночью?
Н: да, прости у меня были неотложные дела.
Т/И: все в порядке. Я понимаю. Пойдём.
Я встали и вслед за Ньютом направилась к выходу из кухни. Как ни странно, перспектива просидеть целый день в тюрьме показалась заманчивой. Целый день отдыха, без забот. Однако что-то подсказывало мне что скорее Галли принесет мне цветы в Кутузку, чем хотя бы один день в Глэйде пройдет без приключений.
Кутузка приютилась в неприметном закутке между Хомстедом и северной стеной, скрытая колючим, торчащим во все стороны кустарником. Она представляла собой довольно неказистое бетонное сооружение с единственным крошечным зарешеченным окошком и деревянной дверью, закрытой на страшный ржавый засов, как будто попавший сюда из мрачного средневековья. Ньют достал ключ, открыл дверь и жестом велел мне войти.
Н: Там только стул и безграничные возможности для безделья. Наслаждайся.
В обед Чаки принесет тебе что-нибудь пожевать.
Я переступила порог и увидела тот самый единственный предмет мебели безобразное шаткое седалище, одна ножка которого была явно короче других причем, вероятно, укоротили ее намеренно.
Я услышала за спиной звук задвигающегося засова и щелчок замка, затем в маленьком окошке без стекла показалось лицо Ньюта.
Н: За нарушение правил это еще мягкое наказание, солнце. Хоть ты и спасла жизнь людям, но должна уяснить...
Т/И: Да помню я, помню. Порядок! Правила и законы.
Ньют улыбнулся.
Н: пойми, независимо от того, встречаемся мы или нет, ты должна четко следовать правилам. Только они и помогли нам, горемычным, выжить. Поразмысли, пока будешь сидеть и пялиться на чертовы стены. Удачного дня. Я люблю тебя.
Т/И: я тоже люблю тебя. Будь осторожен.
В полдень пришел Чак. Он принес обед и немного развеял скуку.
Мальчишка был в своем репертуаре: просунув в окошко несколько кусков курятины и стакан воды, он принялся развлекать меня бесконечными разговорами.
Ч: Жизнь возвращается в нормальное русло. Бегуны в Лабиринте, остальные занимаются повседневными делами. Глядишь, мы все-таки выживем. Правда, Галли не объявился. Ньют приказал бегунам немедленно возвращаться в случае, если они наткнутся на его труп. Да, кстати: Алби уже встал на ноги и вовсю мотается по Глэйду. Ньют страшно рад, что теперь ему больше не придется исполнять роль большой шишки.
Чак продолжал болтать, направив разговор в совершенно неожиданное русло.
Ч: Слушай, я тут немного запутался... Знаешь, мне грустно, я тоскую по дому и все такое, но при этом совсем не помню место, в которое мечтаю вернуться. Это так странно, если понимаешь, о чем я... Но я знаю наверняка, что не хочу жить здесь. Хочу вернуться назад, к семье. Какой бы она ни была и откуда бы меня ни похитили. Я хочу все вспомнить.
Т/И: Я прекрасно тебя понимаю
Ч: Я поначалу часто плакал. Каждую ночь.
Т/И: правда?
Ч: Перестал только незадолго до твоего появления. Ревел, как сопливый младенец. А потом, наверное, просто свыкся. Глэйд стал новым домом, хотя не проходит и дня, чтобы мы не мечтали вырваться отсюда.
Т/И: не стоит стыдиться слез. Никогда.
Несколько минут мы молчали.
Ч: Эй, Т/И
Т/И: Что?
Ч: Как думаешь, у меня есть родители?
Я засмеялась, но скорее для того, чтобы справиться с внезапным приступом тоски, вызванным вопросом мальчика.
Т/И: Ну конечно, есть! Или мне на примере птиц и пчел объяснять тебе, откуда берутся дети?
Ч: Я немного не о том. Большинство переживших Метаморфозу вспоминают страшные вещи, о которых потом не хотят рассказывать. Поэтому я начинаю сомневаться, что дома меня ждет хоть что-нибудь хорошее. Вот я и спросил, возможно ли такое, что там, в большом мире, мои мама с папой все еще живы и скучают по мне? А может, даже плачут по ночам...
Т/И: Я уверена, что у тебя есть родители. Я это знаю. Звучит ужасно, но ручаюсь, что мама как раз сейчас сидит в твоей комнате, сжимает подушку и смотрит в окно на мир, который тебя у нее отнял. И я ручаюсь, что она плачет. Плачет навзрыд, по-настоящему — сморкаясь и промокая платком опухшие от слез глаза.
Чак не ответил, но донеслись едва различимые всхлипывания.
Т/И: Не раскисай, Чак. Мы решим загадку Лабиринта и уберемся отсюда. Я теперь бегун, и, клянусь жизнью, верну тебя домой, и твоя мама перестанет плакать.
Ч: надеюсь ты права.
Показав через решетку большой палец, он ушел. Пылая ненавистью и полный решимости сдержать обещание, я принялась ходить взад-вперед по маленькой тюремной камере.
Т/И: клянусь, что верну тебя домой.
Вскоре после того, как по Глэйду прокатился грохот, свидетельствующий о закрытии Ворот на ночь, пришел Алби, чтобы выпустить меня на свободу. Раздалось клацанье ключа в замке: дверь Кутузки распахнулась.
А: Ну как ты, держишься?
Вожак глэйдеров отличался от того человека, которого я видела только вчера. Кожа вновь обрела здоровый цвет, а от кроваво-красной сетки капилляров в глазах не осталось и следа.
А: ты чего так уставилась?
Т/И: да ничего. Просто невероятно, что ты смог так быстро восстановиться. Как самочувствие?
Алби отвел в сторону руку и напряг бицепс.
А: Никогда не чувствовал себя лучше. Давай на выход.
Я вышла наружу. Алби закрыл дверь Кутузки, запер засов на замок и повернулся ко мне.
А: По правде говоря, это все брехня. Чувствую себя хуже, чем кусок гриверского кланка.
Т/И: Вчера ты так и выглядел. Но сегодня ты выглядишь на все сто. Серьезно говорю.
Алби сунул ключи в карман и прислонился к двери.
А: Жаль, не удалось нам вчера поболтать подольше...
Сердце у меня подпрыгнуло. Теперь я могу ожидать от Алби чего угодно.
Т/И: ну да...
А: Я видел то, что видел. Правда, теперь все немного затуманилось, но я все равно никогда этого не забуду. Попытался рассказать, но что-то начало меня душить. А теперь, если картинки всплывают перед глазами, то мгновенно исчезают, как будто кто-то не хочет, чтобы я все вспомнил.
Т/И: Ты говорил, что видел меня. Чем я занималась в прошлом?
А: ты была с Создателями. Помогала им. Но это не самое страшное из того, что я вспомнил. Надеюсь, Метаморфоза не возвращает настоящие воспоминания, а подсовывает липовые. Некоторые подозревают, что так оно и есть. Хочется верить, что они правы. Если мир действительно такой, каким я его увидел...
Алби замолчал.
Т/И: Если я враг, может, стоит оставить меня под арестом?
А: ты не враг. По-моему, то, что ты сделала рискуя собственной жизнью спасла меня и Минхо- совсем не вражеский поступок.
Т/И: А все-таки — что ты вспомнил? Неужто все так хреново?
А: Вспомнил кое-что из детства: каким был, где жил и все в таком роде. знаешь, если бы сейчас ко мне снизошел сам Бог и сообщил, что меня отправляют домой... клянусь, я бы добровольно отправился к гриверам, лишь бы только не возвращаться обратно.
Т/И: Как знать, Алби. Может, воспоминания и правда фальшивые, а сыворотка — всего лишь наркотик, вызывающий галлюцинации.
А: Наркотики... Галлюцинации... Сомневаюсь. Пойди, пожуй чего-нибудь. Считай, что твое суровое тюремное наказание длиной аж в целые сутки позади.
Улыбнувшись Алби, я поспешила на кухню.
Ужин был отменным. Фрайпан знал, что я появлюсь поздно поэтому оставил для меня большую тарелку с ростбифом и картофелем, а рядом оставил записку с сообщением, что в буфете лежит печенье. Повар, кажется, твердо решил оказывать мне всяческую поддержку и за пределами комнаты для заседаний Совета.