Такова Ложь.

Ясмин наконец поняла значение его слов.

Он правда собирался приехать.

Мысль ударила резко — и почти сразу за ней возникло желание позвонить ему, остановить, сказать, чтобы не приходил. Она потянулась к телефону…

Но в дверь постучали.

Ясмин вздрогнула. Сердце пропустило удар. На ходу вытерев слёзы тыльной стороной ладони, она подошла к двери и заглянула в глазок.

Фатима.

От неожиданности Ясмин замерла.
Ей так не хотелось сейчас ни с кем разговаривать. Ни объяснять, ни держаться, ни делать вид, что она сильная.

Но, увидев подавленное лицо сестры, она всё же открыла.

Фатима сразу шагнула вперёд и обняла её — крепко, молча, прямо на пороге. Они так и стояли несколько секунд. Ясмин изо всех сил старалась не расплакаться снова.

— Если ты уже знаешь, что произошло… — начала Фатима, осторожно отстраняясь.

На жест Ясмин, приглашающий войти, она покачала головой.

— Нет. Мы с твоим зятем и Исми должны кое-куда поехать.

Она сделала паузу, будто собираясь с силами.

— Ясмин… сейчас на твоих плечах огромный вес. Ты знаешь, этот Диаман… — её губы дрогнули. — Так зовут это подобие человека. Он сделает всё, чтобы твой отец не вышел оттуда.

Ясмин молчала, глядя прямо перед собой.

— Ты должна собраться и хорошо учиться. Работать. Чтобы однажды его оправдать, — голос Фатимы стал твёрже. — Я в тебя верю.

Она чуть помедлила, будто смущаясь следующей темы.

— И не переживай… замужеством тебя мучить не буду. Когда придёт время — он сам к тебе выйдет. А сейчас… — она вздохнула. — Сейчас сосредоточься на учёбе.

Фатима посмотрела на неё внимательно.

— Не плачь, хорошо? Я знаю, как это трудно. Но это от Аллаха. А значит — в этом есть благо.

Ясмин молча кивнула.

Фатима попрощалась и спустилась вниз.

Оставаться дома было невыносимо. Если она сейчас сядет — снова расплачется. Да и мысль о том, что Крис может прийти, сжимала грудь.

Ясмин собралась с силами, надела хиджаб и вышла во двор. Вставила наушники и включила чтение Корана. Размеренный голос немного успокаивал.

Через несколько минут зарядка закончилась. Ясмин огляделась — вокруг никого. Она включила чтение без наушников, убавив громкость.

Этого оказалось достаточно, чтобы кто-то услышал чтение, что и произошло.

Минут через пять кто-то вышел сзади и сел на противоположную скамейку — они были соединены общим столиком для чая. Ясмин почувствовала его аромат даже на расстоянии.

Она подняла взгляд.

Крис.

Он смотрел на неё и лукаво улыбался.

— Красиво… — сказал он, наблюдая, как она выключает чтение Корана.
— Интересно было бы послушать это твоим голосом.

Он улыбнулся ещё нежнее и посмотрел прямо ей в глаза. Этот взгляд проникал глубоко — слишком.

— Интересно узнать, зачем ты явился, — ответила Ясмин.

Её светло-карамельные глаза не могли быть такими же пронзительными, как его тёмно-карие, в которых так легко было утонуть. Она быстро отогнала эти мысли и вопросительно посмотрела на него.

— А разве не понятно? — тихо спросил Кристофер. — Я испугался за тебя, бунтарка. Хотел узнать, что происходит.

Он вдруг стиснул зубы и отвёл взгляд.

— Если это опять Шон… — голос стал жёстким. — Я за себя не ручаюсь.

На мгновение она увидела того самого Криса — того, кто когда-то защитил её в день их первой совместной задачи. Но он быстро взял себя в руки.

— Нет… это не он, — начала Ясмин. — Вообще ничего…

Он перебил её мягко:

— Ладно. Я не настаиваю. Просто… хочу быть рядом. Можешь не рассказывать.

Она поймала себя на мысли, что обычно ненавидит, когда её перебивают. Но не сейчас. Не когда это делает он.

— Когда мне плохо, — продолжил он, — я катаюсь на байке. Кстати, я его привёз. Хочешь прокатиться?

Он спросил так тихо, что Ясмин даже удивилась.
Но она была совсем не в настроении, чтобы кататься.

— Извини… сейчас нет настроения, — сказала она, не глядя ему в глаза.

Он просто кивнул. Без обиды. С уважением.

Несколько минут они сидели молча.
Приятное молчание, в котором оба думали о своём.

— У меня есть сестрёнка… — вдруг сказал он. — Она очень хочет с тобой познакомиться.

Ясмин удивлённо посмотрела на него.

— Можно я её позову? Она в кафе рядом.

Ясмин подумала. Возможно, ей действительно нужно отвлечься.

— Ладно. Пусть придёт.

Через несколько минут появилась Лея.

Милая девушка с голубыми глазами и волосами ниже плеч, в сером свитере и тёмных джинсах.

— Ас-саляму алейкум! — радостно сказала она, распахнув руки. — Позволите?

— Ва алейкум салам, — ответила Ясмин, немного смутившись, и обняла её.

Кристофер будто бы тоже хотел сделать то же самое, но стоял в стороне и смотрел на девушек. Сегодня он был одет в чёрный свитер, тёмные джинсы и кожаную куртку без карманов, и будто бы из-за этого держал руки за спиной, чтобы не натворить лишнего.

— У меня подруга мусульманка, — объяснила Лея. — Я много знаю об исламе благодаря ей, — и мило улыбнулась.

— Я Лея, — сказала она и подала руку.

— Ясмин. Ясмин Хаккам, — ответила Ясмин, пожав руку и смущённо улыбнувшись.

— Я так рада вас видеть! — засмеялась Лея. — Мой брат вас очень любит.

Ясмин смутилась, а Лея только рассмеялась сильнее.
Посмотрев на брата, она жестом указала, чтобы он оставил их. Кристофер немного удивился и вопросительно поднял бровь.

— Даже не пытайся, домой мы пойдём вместе.

— Тогда подожди меня у своего байка, я сейчас подойду, — мило и умоляюще улыбнулась ему Лея.

Кристофер поколебался, но всё же ушёл. На прощание он сказал:

— Ещё увидимся, бунтарка.

Проходя мимо Ясмин, он быстро шепнул ей на ухо:

— Пожалуйста, не плачь. Или я приеду даже в три часа ночи. Я предупредил, — хитро улыбнувшись, он удалился.

— Знаете, — сказала Лея чуть тише, — мой брат вас не отпустит. Он вас любит. И пусть вы разные… Я расскажу вам одну легенду.

Она сделала шаг ближе.

— По японской легенде Солнце и Луна любили друг друга. Но не могли быть вместе — они слишком разные. Ночь и день, одна на этой стороне, другая — на другой. Из-за времени они никак не могли встретиться. И тогда Бог создал солнечное затмение, чтобы люди знали: невозможной любви не существует.

Лея улыбнулась.

— Это всего лишь легенда. Но она красивая, правда?
— Надеюсь, ещё увидимся, Ясмин Хаккам.

Она улыбнулась на прощание и ушла к брату.

Ясмин осталась одна.

— Может, именно поэтому Солнце и Луна — день и ночь… — прошептала она. — Потому что если нарушить баланс, наступит конец всему…

С этими мыслями она вернулась в квартиру.