Глава 8
Наше время, ей двадцать два года, магистратура
Нелли стояла на вершине заснеженной горы. Все вокруг было белым-бело, пронзительно свистел ветер, и холодно было так, что казалось, будто продрогли даже кости. Она обхватила себя обеими руками и дрожала — то ли от холода, то ли от страха упасть в эту равнодушную белоснежную пропасть. Что делать, девушка не знала. И как согреться — тоже.
«Нелли, Нелли!» — услышала она словно сквозь вату и попыталась обернуться на голос. Получалось плохо — мышцы словно задеревенели.
«Нелли!» — голос был ужасно знаком, и она, слыша его, поняла, что на глазах появляются слезы, которые тотчас превращались в льдинки на ресницах.
«Нелли, что с тобой? Очнись, слышишь? Очнись!» — просил ее этот голос. Почти умолял.
Она все-таки смогла обернуться и увидела позади себя Ви. Она стояла позади нее и протягивала ей руку. Нелли с трудом коснулась ее теплой ладони и сразу же проснулась. Она все так же лежала на диване, только теперь в комнате было светло, а рядом кто-то сидел. Виолетта.
— Нелли, Нелли, — говорила она, одной рукой сжимая ее ладонь, другой хлопая по щекам.
— Ви, — прошептала девушка, думая, что все еще спит.
— Слава богу, ты пришла в себя, — выдохнула Виолетта. — Ты как, малыш? Я вызвала скорую. Они скоро будут. Потерпи, хорошо?
— Что? Не надо, — испугалась Нелли и даже попыталась встать, но этого у нее не получилось.
Только что ей было безумно холодно, а теперь стало казаться, что она вся горит. А горло ужасно саднило.
— Не вставай, лежи. У тебя высокая температура, — коснулась ее лба Виолетта. — Ты заболела.
— Во сне не болеют, — тихо-тихо сказала она.
— А ты и не спишь, — жарко возразила Ви.
Нелли слабо улыбнулась ей и снова прикрыла глаза.
— Я хочу пить, — с трудом шевеля сухими губами, произнесла девушка, и Виолетта тотчас вскочила на ноги.
— Сейчас, минуту. Хорошо?
— Хорошо...
Все то недолгое время, пока они ждали «скорую», Виолетта почти не отпускала ее руку — делала это только для того, чтобы смочить полотенце холодной водой, которое прикладывала Нелли на лоб. Она говорила Нелли что-то, а она то и дело забывалась тревожным сном, но постоянно пыталась открыть глаза и что-то говорила, цепляясь слабыми пальцами за ладонь Виолетты.
Врач скорой помощи осмотрела Нелли, поставила жаропонижающий укол, который почти тут же подействовал, и, велев завтра вызвать из больницы врача на дом, уехала.
Завтрашнего утра Виолетта ждать не стала — она позвонила кому-то из питерских знакомых, и вскоре в дом приехал терапевт из элитного медицинского центра. Он тоже осмотрел Нелли, взял анализы и поставил предварительный диагноз — грипп, добавив, что завтра станет известно точно. Назначив внушительное количество лекарств, врач уехал, а Виолетта снова позвонила кому-то и попросила купить эти лекарства прямо сейчас в круглосуточной аптеке.
Нелли почти не помнила эту ночь — все было урывками, полуразмытыми образами. Ее кидало то в жар, то в холод — правда, так высоко температура больше не поднималась, болело горло, ломило тело. Она то засыпала, то просыпалась и каждый раз видела рядом с собой Ви. В полузабытьи Нелли боялась, что она уйдет, снова оставит ее одну, но она не уходила. Сидела рядом, держала ее за руку, иногда заставляла что-то пить и говорила что-то успокаивающее. Нелли растворялась в ее мягком спокойном голосе.
Она проснулась днем, когда комната была залита зимним солнечным светом, и не сразу вспомнила, что произошло ночью. Даже испугалась, когда увидела Виолетту, сидящую на полу — она спала, прислонившись к стене и согнув ноги в коленях. Солнце играло с ее каштановыми волосами, и на его свете они отливали темным золотом.
Чувствуя ужасную слабость во всем теле, Нелли попыталась сесть. У нее это получилось, и она встала. Голова ужасно кружилась, горло болело, но Нелли не обращала на это внимания.
Она подошла к Виолетте и коснулась кончиками пальцев ее волос. Она не просыпалась, и Нелли решила не будить ее. Должно быть, она вымоталась с ней этой ночью, пусть отдыхает.
Нелли осторожно укрыла ее любимым вязаным пледом и, держась за стены, пошла в гардеробную — переодеться в любимую розовую пижаму с голубыми слониками. Затем направилась на кухню. Там на столе высилась целая гора лекарств, купленных для нее Виолеттой, и какое-то время девушка изучала их и рецепт врача из платного центра, чтобы понять, чего и сколько пить.
Поставив чайник и разведя в горячей воде жаропонижающее средство в виде порошка, Нелли полезла в холодильник, мучительно думая, что приготовить Виолетте на завтрак.
В холодильнике почти ничего не было — только яйца и молоко, и Нелли решила сделать омлет. А еще — сварить кофе с корицей в турке.
Однако закончить она не успела — в кухонном проеме появилась Виолетта. У нее были взлохмаченные волосы и заспанное лицо, но глаза казались сердитыми.
— И что ты делаешь? — хрипло спросила она.
— Готовлю, — слабо улыбнулась Нелли.
— У тебя постельный режим. Марш в кровать.
Наверное, раньше она бы пошутила и сказала что-нибудь вроде «Только вместе с тобой», — но сейчас покачала головой. И как назло, разлила на плиту кофе — слишком слабыми были ее пальцы.
— Я все уберу, — спокойно сказала Виолетта. — Вернись в постель, Нэл.
— Но я не могу так, — жалобно произнесла она. — Ты же гость. Да и вообще...
— Нэл, доктор сказал, что у тебя должен быть постельный режим.
— А как же завтрак? — вконец растерялась девушка.
Происходящее казалось ирреальным.
Она на ее кухне.
Она просидела с ней всю ночь.
Она заботится о ней.
Что происходит?
— Я сама все сделаю, — ответила Виолетта. — Не переживай, пожалуйста.
Нелли снова начала спорить, и тогда Виолетта принесла из комнаты кресло — ее любимое желтое кресло из «Икеи». Она усадила в него Нелли, велев укрыться пледом, и ей пришлось послушаться Ви. За это время омлет успел подгореть, и Виолетта стала делать его заново.
Пока она готовила, Нелли смотрела на нее, не в силах оторвать взгляда. Если честно, она не думала, что они снова когда-нибудь увидятся — не мимолетом, например, где-нибудь на дне рождения Кати или Кея, а вот так, наедине. У Виолетты ведь есть невеста, а она, Нелли, ничего для нее не значит и может быть лишь ее игрушкой.
Парадокс, но, зная точно, что они никогда больше не пересекутся так близко, Нелли представляла, что это все же случится. Что однажды они встретятся и она скажет Ви все, что думает. Посмеется над ней — так, как она посмеялась над ее чувствами. Или унизит — так, чтобы ей было больно. Или выскажет все, что думает о ней и о ее двуличности.
Она представляла это сотни или тысячи раз, злилась, плакала, обещала себе забыть ее, а теперь, когда они действительно встретились вновь, молчала. Ее любовь никуда не пропала — затаилась в глубине души, а вот обида и ярость исчезли. Вместо них пришло понимание того, что они с Виолеттой не пара и никогда не будут вместе. И принятие этого.
Нет — значит нет. Надежды и розовые очки в прошлом. Глупые фантазии — тоже. Сейчас она не станет устраивать ей сцен и выяснять что-либо. Даже разговаривать на эту тему не будет. Разговаривать надо было раньше, когда все это только произошло. Не истерить и не проклинать весь мир, а, взяв себя в руки и наплевав на гордость, поехать к ней и прямо спросить, почему она так с ней поступила. Но это сейчас она такая умная, а тогда, под властью эмоций, так поступить Нелли не смогла бы.
За эти одинокие месяцы в Питере девушка словно стала другой — более самостоятельной и зрелой. В чем-то — более расчетливой, в чем-то — более уступчивой. У нее даже взгляд поменялся — это заметил Томас, когда приезжал в конце ноября в Питер на персональную выставку своего друга.
— Как ты оказалась в квартире? — спросила Нелли.
До нее вдруг дошло, что она так и не поняла, как Виолетта появилась у нее дома.
— Катя волновалась. Знала, что я в Питере, позвонила и попросила съездить к тебе, — ответила она, делая новый кофе.
— Я забыла закрыть дверь? — в замешательстве спросила Нелли.
— Нет, — хмыкнула Ви. — Мы ее... открыли.
— В смысле? — не поняла девушка.
— Понимаешь, Нэл, я приехала не одна, а с друзьями. Мы вместе тусовались в одном баре, кстати, неподалеку. Я звонила тебе и звонила, но ты не открывала. Я ушла — думала, что тебя нет, но увидела горящую гирлянду в окне и решила, что ты все-таки должна быть дома. Вернулась. Снова звонила, но бесполезно. И один парень предложил открыть твой замок... подручными средствами. Короче, он умеет вскрывать замки. Я согласилась. Он открыл... Короче, с меня новый замок. Нэл, — вымученно улыбнулась Ви. — Он работает, но тебе нужно что-то более надежное. Ты ведь одна живешь.
Нелли знала, что замок не очень, — он с самого начала не нравился ей и казался хлипким. Паша обещал его поменять, но дела дальше слов у него не шли. А Томаса она просить побоялась — отец был гениальным художником, но сломать мог все что угодно. Когда он однажды ремонтировал простую защелку в туалете, умудрился сломать и ее. Причем сначала она работала великолепно, а сломалась тогда, когда внутри оказался Леша. Как же он тогда орал! Дядя был уверен, что старший брат все подстроил.
— Спасибо, что пришла, — тихо сказала Нелли. — Правда. Это было неожиданно, но я безумно тебе благодарна. Не знаю, что было, если бы не ты. А замок... О замке даже не переживай — я вызову мастера.
— Кстати, Кате я позвонила, все ей объяснила. Ей же нельзя волноваться.
— Да, точно, — спохватилась Нелли. — Им с маленькой переживать нельзя.
Есть она не могла — из-за температуры ее сразу же начинало тошнить. Она пила горячий смородиновый чай и наблюдала за тем, как ест Ви. Она казалась такой милой, такой домашней и уютной, что ей хотелось улыбаться. Но Нелли сдерживалась. Нельзя.
— Твоей невесте повезло, — спокойно заметила Нелли, когда Виолетта стала мыть посуду и тщательно вытирать ее полотенцем.
На мгновение она замерла.
Или ей показалось?
— Почему ты так решила?
— Ты хозяйственная.
— Рядом с такой свиньей, как Игорь, любой станет хозяйственным, чтобы не зарасти грязью, — рассмеялась она.
Они перешли в гостиную, и Нэл забралась на диван — ее снова начало морозить, а горло болело все сильнее, даже специальные леденцы не особо помогали. О чем говорить с Виолеттой, она не знала, поэтому молчала. А она стояла у окна, увешанного гирляндами, и смотрела на улицу.
— Сегодня же Новый год, — спохватилась Виолетта, заметив мужчину с живой елкой.
— Точно, — вздохнула Нелли.
Она и забыла.
— Любишь Новый год? — спросила Ви.
— Да, очень, — призналась девушка.
— Тогда почему совсем не готовишься? Или будешь справлять с кем-то? — продолжала она и внимательно посмотрела на нее. — Может быть, со своей половинкой?
— У меня нет никого, — дернула плечиком Нелли. — Я собиралась встречать Новый год одна. Заказать суши, купить сидр и пересмотреть «Стального алхимика». Или «Евангелион». А потом выспаться. А ты как хотела справлять?
— С друзьями, — чуть помедлив, ответила Ви. — Они арендовали клуб.
— Целый клуб? — удивилась девушка. Она кивнула.
— Да. Чтобы тусовка была для своих и...
Она не договорила — завибрировал телефон. Кто-то звонил Виолетте, да еще и по видеосвязи.
Виолетта некоторое время смотрела на экран, словно думая, отвечать или нет, а потом со вздохом приняла видеозвонок, держа телефон перед собой.
— Привет, мой котенок! — закричал кто-то громко и весело.
Голос был женский и несколько визгливый, и Нелли сразу поняла, что это она. Та самая Крис.
— Привет, Крис, — сдержанно ответила Ви.
— Мы снимаем новый видос, и я решила позвонить тебе, малышка, — заявила Крис. — Помаши ручкой моим подписчикам.
Виолетта послушно помахала.
— Я скучаю по тебе, котенок. Очень-очень!
— И я.
Нелли закатила глаза. Да, она знала, что они помолвлены, но эта Крис все равно ее раздражала.
— Я звоню тебе, потому что некоторые считают, что мы больше не пара, — заявила Крис. — Глупости, верно? Я решила доказать своим подписчикам обратное. Я и Ви — вместе навеки. Люблю тебя!
Виолетта улыбнулась, послала ей воздушный поцелуй, и на этом, кажется, запись видео закончилась.
— А ты вообще где? — спросила Крис другим голосом: более спокойным и взрослым. Словно вышла из своего образа.
— В гостях, — ответила Виолетта.
— У кого?
— Я должна отчитываться?
— Нет. Но вчера ты так неожиданно исчезла с тусовки. И не отвечала на сообщения. Я тебя потеряла, — серьезно проговорила Крис.
— Мой друг заболел. Я приехала помочь.
Виолетта посмотрела на Нелли — знала, что она все прекрасно слышит.
— Покажи его, — вдруг попросила Крис.
— Зачем?
— Покажи. Это девушка? — спросила она вдруг.
— Крис, давай не будем, — поморщилась Виолетта.
— Я же все равно узнаю. С кем ты? Мы с ней знакомы? — не отставала Крис.
— Покажи меня, — спокойно сказала Нелли хриплым из-за болезни голосом.
Ей надоел этот цирк.
— Да, покажи ее! — с непонятным смешком заявила Крис. — Мне интересно, какая она, твой друг.
— Ладно. Если вы обе этого хотите.
Виолетта повернула камеру так, что Крис увидела Нелли, сидящую на диване в своем пледе. Выглядела Нелли не очень — по ней сразу было видно, что она болеет.
Крис на экране телефона казалась красоткой — лицо без единого изъяна из-за грамотного мейка и освещения, рассыпавшиеся по плечам пепельные волосы с мятно-голубыми кончиками, модная одежда. И пронзительный взгляд. Острый как стрела.
Крис оценивающе смотрела на Нелли, словно пытаясь понять, стоит ли ей волноваться из-за этой девицы с бледным лицом, мешками под глазами и спутанными волосами, которая сидит в домашней пижаме со слониками и кутается в плед.
— Приятно познакомиться, — улыбнулась Крис. — Я девушка твоего друга.
— Взаимно, девушка моего друга, — вернула ей улыбку Нелли, но закашлялась.
Наверняка из-за злобного взгляда Крис.
— Значит, это ты болеешь?
— Я. А что, ревнуешь? — вырвалось у Нелли.
— К тебе? — захохотала Крис. — Котенок, она у тебя со стендапами выступает, что ли? Нет, девочка, к тебе я точно не ревную.
— Ну и славно, — холодно отозвалась Нелли.
— Ревную к другим — я вообще девушка ревнивая. А вокруг Ви крутится слишком много стерв с силиконовыми губами, грудью и мозгом, — продолжала веселиться Крис.
— Ну, в итоге она и выбрала одну из вас.
— Офигела? — спросила Крис. Ее карие глаза яростно блеснули.
— Я шучу, расслабься, — посоветовала ей Нелли и улыбнулась так, как улыбаются лучшим подругам, только внутри от взгляда Крис было неспокойно.
— Надеюсь, ты не гордишься своими шуточками.
Нелли хотела ответить ей так же резко, но не вышло. Ее опередила Виолетта.
— Прекратите, — велела она и снова повернула камеру на себя. — Что-то еще?
— Я съела весь твой мятный шоколад, — капризно заявила Крис. — Весь запас. Ты же не будешь ругаться?
— Не буду, — ответила Виолетта.
«Чтобы тебя пронесло от этого шоколада», — подумала Нелли, но вслух, разумеется, ничего не сказала, хотя сказать хотелось много чего.
Но она же не идиотка вмешиваться в их отношения. Да и права никакого не имеет.
— Ты всегда такая мила-а-ая, — протянула Крис. — Просто идеальная. Ладно, меня сейчас оператор убьет. Будем снимать дальше. Встречаемся вечером у меня, как договаривались. Потом поедем в клуб — это будет твой самый веселый Новый год, обещаю! Господи, — затараторила она, — на самом деле я ненавижу Новый год, праздник для идиотов. Но это лишний повод хорошо тусануть, да?
На этот вопрос Виолетта не ответила — она попрощалась с Крис и отключилась.
— Извини, — сказала она Нелли. — Крис бывает нетерпеливой.
— Все в порядке, — ответила Нелли.
— Так, давай ты составишь мне список того, что нужно купить: как-никак сегодня Новый год. Я схожу в магазин и...
— Ви, — мягко оборвала ее Нелли. — Не надо.
— Почему?
— Потому что у тебя есть дела. И девушка ждет. Не нужно тратить на меня время. Я еще раз хочу сказать тебе огромное спасибо за заботу, — тихо, но твердо произнесла Нелли. — Ты действительно невероятная — Крис верно сказала, что идеальная. И я обязательно отблагодарю тебя, ты не думай. Но не нужно. Не нужно ничего для меня делать. Ты уже и так много сделала.
— Уверена? — спросила Виолетта, не сводя с нее глаз. И ей потребовалось усилие воли, чтобы кивнуть.
— Уверена. Езжай. Тебя ждут. И хорошенько повеселись.
Нелли до безумия хотелось, чтобы она осталась, чтобы заботилась о ней, чтобы сказала, что ради нее расстается со своей Крис, но Нелли не верила в сказки. Больше не верила — выросла из них. Наверное, она могла бы попытаться заставить Ви остаться, закатить истерику и заявить, как она сильно ее обидела, может быть, даже соблазнить, если бы не болезнь, но Нелли решила, что это ей не нужно.
Из этого ничего не получится.
Ее любовь — это ее проблемы, а не Ви.
Все в прошлом.
— Хорошо, — только и сказала Виолетта.
Она встала, оделась, зачем-то принесла ей лекарства, которые она должна была выпить, но забыла, проследила, чтобы Нелли запила их водой, и ушла. А она осталась одна в квартире — наедине со своим одиночеством.
Одиночество давило, и Нелли тотчас почувствовала себя хуже. Температура, ломота в суставах, боль в горле — все обострилось, но куда хуже было душе — из-за Виолетты, которая таким внезапным образом появилась в жизни девушки, хотелось плакать навзрыд, да только слез не было. Ничего не было, кроме проклятой пустоты вместо сердца, которая, казалось, на миг сегодня покинула Нелли, но вновь вернулась, чтобы разрывать ее на части.
Говорят, что любовь окрыляет, а Нелли казалось, что под ее невыносимо тяжелым грузом она падает в пропасть.
Нелли сделала себе еще одну чашку чая — на этот раз зеленого, с молоком, позвонила Кате, потом написала в общую беседу Радовых.
Разумеется, все уже знали о том, что она больна. Томас порывался прямо сейчас полететь к дочери в Питер, Леша орал капсом, что это дорого и глупо. Кира и Оксана давали миллион советов, как лечиться, и в большинстве своем эти советы противоречили друг другу. Эд отправлял издевательские смайлы, но при этом умудрился перечислить сестре довольно крупную сумму денег — как написал, «на гематогенки». Нелли тотчас написала ему, что сам он гематогенка, при этом сглатывая соленые слезы. Старший брат всегда был таким — равнодушным с виду, но никогда не оставлял их с Катей в беде. И постоянно совал ей деньги.
В это же время Нелли написала Яна:
«Ты как, подруга? Пропала куда-то. Все хорошо?»
«Приболела немного. А так все хорошо. А ты как? Нравится в Вене?» — ответила Нелли, решив пока не рассказывать Яне о Виолетте.
Потом расскажет. Когда отпустит.
«Еще как! Тут потрясающе», — тотчас примчалось сообщение от Яны.
Вместе со своим молодым человеком она поехала на новогодние каникулы в Вену, с чем доставала Нелли последние пару месяцев. Саша — так его звали — был довольно обеспечен и сделал Яне такой подарок — поездку в Европу. Улетели туда они буквально вчера вечером.
Яна прислала Нелли штук пятьдесят фото в доказательство своих слов, и та не могла не согласиться — новогодняя Вена была прекрасна.
«Думаю, у тебя будет шикарный Новый год!» — написала Нелли.
За Яну она действительно была рада.
«Не знаю», — вдруг ответила та.
«В смысле?» — не поняла Нелли.
«Я скучаю по нему», — призналась Яна.
«По кому?!»
«По Арину».
Нелли сдула со лба выбившуюся прядь. С ума сойти!
«Ты же шутишь, да?» — спросила она на всякий случай.
«Нет:( Я правда не могу его забыть. Каждый раз, когда Саша меня обнимает, я вспоминаю Арина. Он... он особенный!»
«Тогда зачем тебе Саша, Ян?»
«Не хочу быть одна. А Арину я явно не нужна. Не знаю, что твоя сестра сделала, чтобы быть с Кеем. Может, приворожила?»
Нелли невольно рассмеялась — вся эта история с «приворотом» была ей хорошо известна.
Сестра и ее подруга, как говорится, зажигали в студенчестве. Катя до сих пор не могла вспоминать это без нервного смеха, а Нина хмурилась, говорила, что признает собственные ошибки, а после начинала наезжать на Келлу, который обманывал ее, бедняжку, и едва не разбил сердечко. «Хотя, — неизменно добавляла она с ухмылкой, — какое еще сердечко? Его у меня нет. У меня вместо него кусок бетона».
«А ты бы хотела стать девушкой Ви?» — спросила Яна.
Она обо всем знала.
«У нее уже есть девушка. Невеста. Так что нет», — ответила Нелли.
«Ой, эта идиотка Скорп... Кстати, ты в курсе, что она скоро должна выпустить песню? Она говорила, что они снимают какой-то бомбический клип. Кажется, вместе с Виолеттой...»
«Замечательно».
«А если бы ее не было? Ты бы хотела быть с Филом?» — не отставала подруга.
«Нет», — отрезала Нелли, вспомнив, как спокойно она ушла из ее дома.
«А еще я читала у одного блогера в телеграмм-канале, что Рэн и Скорп друг друга ненавидят».
«Почему он так решил?»
«Слухи ходят в их тусовке...»
Долго переписываться Нелли не смогла начали слезиться глаза, да и голова окончательно разболелась, поэтому она решила уснуть.
К черту Новый год. Сколько их еще будет в ее жизни... Подумаешь, пропустит один. Ничего не случится.
В следующем году она будет справлять его дома, с близкими. К тому же в их жизни появиться маленькая — дочь Кати. Наверняка будет весело! Нелли всегда в шутку говорила сестре и Нине Журавль, что будет шипперить их детей, а те только хохотали в ответ.
Нелли взяла еще один леденец от боли в горле, иронично подумав, что сегодня, тридцать первого декабря, они заменят ей конфеты, сфотографировала себя с лекарствами и сделала сторис, написав, что лучший Новый год — это Новый год с самим собою. Затем она включила на ноутбуке аниме «Ходячий замок», который обожала с самого детства и столько раз пересматривала, что даже было не счесть. Нелли обожала Софи и Хаула. Под мультфильм она и уснула.
Когда Нелли открыла глаза, в комнате было темно — наступил вечер, и на стены попадали отсветы городских огней. Проснулась Нелли не просто так, а из-за каких-то странных звуков, раздававшихся из прихожей. Девушка осторожно встала и прислушалась, но природу этих звуков понять не смогла.
Стало страшно. А вдруг в квартиру вернулся тот самый друг Виолетты, который открыл замок? Мало ли, решил ограбить ее... Нелли стало страшно, и она, накинув на себя плед. осторожно пошла в прихожую, в которой — о, ужас! — горел свет.
Дрожа то ли из-за озноба, то ли из-за страха, девушка выглянула из двери и увидела Ви. Она ковырялась в замке с самым сосредоточенным видом.
Страх моментально исчез — его сменило удивление.
Она никуда не пошла.
Она с ней, здесь, в ее квартире.
А время ведь уже почти восемь!
Новый год через четыре часа!
— Ты что делаешь? — потрясено спросила Нелли.
— Меняю замок, — ответила Виолетта, подняв голову и улыбнувшись ей. — Я же сказала, что тот замок плохой.
— 3-зачем? — От удивления она начала заикаться.
— Чтобы к тебе домой не залез какой-нибудь плохой человек. Кстати, я все. Держи.
С этими словами Виолетта вручила Нелли ключи. И когда ее прохладные пальцы коснулись ее горячей ладони, она почувствовала знакомое волнение.
Всего лишь прикосновение — а сколько эмоций!
— Спасибо, — с трудом вымолвила Нелли, сжимая ключи.
Что говорить еще, она не знала.
— Заходи в квартиру, тут холодно, — велела Ви. И в квартиру зашла вместе с ней. — Я кое-что купила. — Виолетта указала глазами на три огромных пакета из гипермаркета.
— Кое-что? — ошарашенно посмотрела на нее Нелли. — Этим роту накормить можно...
— Тебе только кажется. Вот — Ви вытащила из одного пакета бутылку розового цвета с этикеткой, на которой были изображены весьма странного вида слоники. — Держи и иди в постель.
«Детское шампанское», — было написано на этикетке.
— Ви, ты совсем, да? — удивилась Нелли, а она сотряслась в смехе.
— Извини, Нэл, не могла не купить. Напоминает твою пижаму.
Она так заразительно смеялась, что Нелли тоже улыбнулась. Она уже хотела послушно пойти в комнату, как вдруг резко остановилась.
— Стоп. А это что? — спросила она удивленно, глядя в угол прихожей, где располагался встроенный шкаф. Небольшое зеленое деревце с пушистыми лапами.
— Елка, — спокойно ответила Виолетта. — Я хотела купить искусственную, но ты не поверишь, Нэл, ни в одном магазине поблизости не было! Увидела остатки живых и забрала эту красотку. Новый год без елки — не Новый год, согласна?
Нелли потерла виски.
— Виолетта, — сказала она, — зачем ты вернулась? Ты ведь должна встретиться со своей ненорма... то есть Крис, и пойти веселиться в клуб. Что ты делаешь у меня?
— Решила, что одной тебе будет скучно, — улыбнулась Виолетта.
— Я серьезно, — нахмурилась девушка.
— К тому же ты болеешь. Кто будет за тобой присматривать? Кстати, мне пришли твои анализы — у тебя действительно грипп.
— Ви, ты понимаешь, как это выглядит со стороны? — спросила Нелли.
— Понимаю. — Она прикусила губу. — Прости, если обидела тебя. Я могу уйти. Только скажи. Если честно... если честно, я не думала возвращаться. Заехала в гостиницу, переоделась, а потом... А потом поняла, что не могу. Не могу туда ехать. Я устала от этого, Нэл. Если я тебе мешаю, просто скажи. Уеду. Но если ты не против, я останусь с тобой.
«Убирайся к своей Крис!» — кричал внутренний голос, но едва только Нелли открыла рот, чтобы это сказать, как внутренний голос изменил свое мнение.
«Пусть остается, пусть остается с тобой», — нашептывал он.
И Нелли несмело кивнула.
— Хорошо. Можешь остаться.
Ви вдруг коснулась ее щеки и потрепала, как когда-то давно, когда ей было четырнадцать. Господи, как все успело поменяться!
— Без рук, — нахмурилась девушка. — И детское шампанское пить сама будешь. Мне сладкое вообще-то нельзя.
— Точно, — спохватилась Виолетта. — Тебе нужно сварить кашу. Ты ведь так и не ела, признавайся? Или куриный бульон. Так, жди меня, я куплю курицу и вернусь!
Он направился было к двери, однако в домофон позвонили.
— Ждешь гостей? — спросила Ви.
— Нет, — ответила Нелли и взяла трубку домофона.
Спустя пару минут курьер передавал ей букет ирисов, завернутых в крафтовую бумагу.
— С Новым годом! — лучезарно улыбнулся курьер и исчез.
А удивленная Нелли полезла в записку, которая прилагалась к цветам. Она наивно думала, что это отец, дядя или брат, однако каково же было ее удивление, когда оказалось, что букет прислал Паша. Ее бывший.
«Увидел в сторис, что ты болеешь. Выздоравливай, зая. С Новым годом!» — было написано в записке.
Прочитав ее, Нелли едва не заскрипела зубами, но сдержалась. Внимание Паши раздражало. И когда она вспомнила, как они целовались — влажно и как-то спешно, становилось противно.
— Кто это? — спросила Виолетта.
— Парень, — сказала Нелли.
— Твой?
— Мой.
А что, почти правда. Просто она не уточнила — бывший или нет.
— Ты же говорила, у тебя нет никого, — прищурилась Ви.
— А теперь есть.
— Поняла. Он приедет? Если да, я уйду. — Голос Виолетты был глухим, а взгляд потемнел, что ужасно удивило Нелли.
Что с ней? Может быть, ревнует? Хотя глупости. Конечно нет.
— Нет, не приедет, — мотнула она головой. — Ты за курицей-то идешь?
— Иду, — широко улыбнулась Ви, становясь прежней.
Или ей просто показалось?
Она зачем-то натянула на лицо шарф — так, что тот закрывал ее почти до самых глаз.
И Нелли удивленно приподняла бровь.
— Чтобы не узнали, — со смехом пояснила Виолетта и ушла, оставив девушку в недоумении, а она, смерив температуру (всего-то каких-то 38,2 °С), пошла разбирать пакеты.
В одном из них она увидела игрушечного котенка с элегантным бантиком на шее. Она взяла его в руки и прижала к себе, но едва не уронила из-за звонка домофона. Резкого и внезапного.
«Наверное, Ви», — подумала она, подходя к двери и, не спрашивая, открыла подъездную дверь, а после — входную.
Она не думала, что в ее квартире появится Паша собственной неповторимой персоной. Высокий, широкоплечий, пахнущий морозом. На нем не было шапки, и на светлых волосах все еще блестел снег.
— Паша? — удивленно спросила Нелли. — Зачем приехал?
— А что, ты меня не ждала, зая? — спросил он.
Опять эта мерзкая «зая»!
Нелли передернуло.
— Нет. Не ждала, — холодно ответила она.
— Даже если скажешь уехать, я не уеду, — сказал Паша, раздеваясь. — Я не оставлю тебя одну. Поняла? Вздумала болеть в одиночестве? Не выйдет. Увидел твою сторис, кинул парней и рванул к тебе.
— Тебя не смущает, что мы расстались? — спросила Нелли.
— Не смущает. Я хочу встречаться с тобой снова, — нахмурился он. — И даже готов ждать, пока ты созреешь для перехода на следующий уровень — так вы, девчонки, говорите, да? А тот разговор... Ты не так все поняла. Я сто раз тебе говорил, а ты не хочешь меня слушать. А ведь я реально тебя люблю.
«Только я тебя — нет, придурок», — мрачно подумала Нелли.
Паша вдруг подошел к ней и обнял. Заключил в объятия, как прежде, когда ей казалось, что он — именно тот, кто ей нужен. Большой и сильный. Красивый, верный. А он просто хотел переехать в ее квартиру. Большую уютную квартиру в прекрасном районе Питера.
Оттолкнуть его Нелли не смогла — куда ей, больной, против этого здорового кабана, который одно время не вылезал из качалки, то и дело фотографируя себя в зеркале с согнутой рукой, дабы продемонстрировать бицепсы. Сказать ему Нелли тоже ничего не успела.
В квартиру вошла Виолетта.