89.
«Да, кстати, Таня. Если я все-таки перепутала марку духов, не говори мне об этом. Я потратила слишком много времени, чтобы достать их, и, возможно, приду в бешенство, когда пойму, что ошибся и… Нет, Прелесть, нельзя! — неожиданно прикрикнула Виолетта и, судя по звуку, стал отгонять кошку. Когда он заговорил снова, в его голосе слышался смех. — Она решила залезть в пакет с твоим подарком, но как ты понимаешь, я не позволил ей этого сделать. Что ж, Татьяна, надеюсь, ты дослушала до конца. С Новым годом. И будь счастливой».
Чертовы слезы. Они снова покатились по моим щекам и я, со злостью вытерев их с лица, опустила голову. Слезы душили меня, и мне хотелось кричать, но я не могла позволить себе этой роскоши — лишь просто закрыла лицо, приказывая себе успокоиться. Получалось плохо.
— Тань, — села рядом со мной Женька, неслышно вошедшая в спальню Виолетты. — Не грусти. Все будет хорошо, слышишь?
Она обняла меня, и какое-то время мы сидели молча. Я и она, моя лучшая подруга, которая всегда понимала меня с полуслова.
— Кошка вышла! — обрадовалась Женька. — Смотри, она около тебя сидит.
Я наспех вытерла слезы и отняла ладони от лица — черная кошка действительно сидела рядом и смотрела на меня. Я осторожно протянула ей руку, и она лизнула меня — словно в благодарность.
— Малышка, — вздохнула я и погладила ее. — Как же ты оказалась на улице?
— Мне кажется, она домашняя, — сказала Женя. — Выглядит хорошо, чистенькая, шерстка не свалялась. Может быть потерялась. Или… выкинули.
О том, что какие-то люди могли выкинуть животное на мороз, я не хотела думать. И людьми их называть тоже не хотела. Я просто хотела, чтобы все было хорошо. И у этой несчастной кошки, и у меня, и у Жени, и у Ильи, и у Виолетты. У всех нас. Почему не бывает так, что все счастливы? Почему одни люди делают зло другим? Кто-то выбрасывает животное за дверь, кто-то пишет гадости в интернете, кто-то подкладывает наркотики в чужие машины. Зачем? Для чего все это нужно? И к чему это приведет всех нас?
Кошка стала тереться о мою ногу и, кажется, мурлыкать. Наверное, пригрелась и поняла, что ей ничего не угрожает. А может быть, как сказал позднее Илья, просила есть. Он кстати вместе с Кайратом вернулся буквально через пару минут. Они принесли корм, целых два лотка и большой мешок с наполнителем. А еще — горячую пиццу, которую заказали в пиццерии поблизости. Видите ли, проголодались.
— Нормально, да? — мрачно сказал Кайрат, по-хозяйски устроившись в любимом кресле Виолетты. — Никогда не думал, что буду есть в доме Малышенко. И бегать за лотком для её кошки.
— Это не её кошка, — справедливости ради ответила я и подумала, что Виолетта, наверное, тоже была бы не в восторге, узнав, что студенты хозяйничают в её доме. Оставалось надеяться, что об этом она никогда и не узнает.
— В её доме живет — значит, её, — ответил с полным ртом Кайрат и уронил колбасу с пиццы на пол. Видела бы Виолетта — прикончила бы такого гостя. С другой стороны, после обыска здесь нужна генеральная уборка, и одно пятнышко на полу ничего не изменит.
— Тань, ты нам лучше расскажи в подробностях, что именно произошло, — вмешался Илья. — Мы теперь вроде как повязаны.
— Мы никому не скажем, — пообещала Женька.
И я рассказала.
Илья и Женька смотрели на меня большими глазами и даже Кайрат впечатлился.
— Точно подкинули, раз дурь в тачке нашли, — заявил он тоном знатока. — Говоришь, Танюша, вас по ориентировке остановили? Значит, настучал кто-то. Так часто делают, когда подставить надо. Либо менты подбросили, либо кто-то тачку вскрывал. И дури нашли не мало, раз менты и хату обшмонали. Надо искать того, кто Малышенко ненавидел, раз на такую серьезную подставу пошел.
— Кайратик, ты так говоришь, как будто бы уже трижды сидел и собираешься в четвертый, — погладила я его по коротким черным волосам. Алиев ухмыльнулся.
— Она же и бизнесом занимается, да? — спросил Илья. — Может быть, конкуренты подсуетились?
— Какой им смысл? — пожал мощными плечами Кайрат.
— Накроется финансирование нового проекта, — медленно сказала я. — У них и так с этим были проблемы из-за родственницы Виолетты. Мой отец, например, точно разорвет договор.
— Твой отец отказался от финансирования из-за тебя, Танюша, — ответил Кайрат. — Думает, Малышенко тебя втянула в это дело с наркотой.
— Что логично! — поддакнул Илья.
— Если бы не ты, твой отец не стал бы сразу договор разрывать. Ему еще неустойку платить придется, — продолжал Кайрат. — Какая от этого выгода? Никакой, да? Главный у них не Малышенко, а её друг. Он и без Малышенко все сделает, как надо. Устранять её таким образом нет смысла. Это глупо. Кто откажется финансировать проект из-за того, что у кого-то из директоров траблы с полицией? Сейчас на каждого второго дела заводят. Всем плевать. Серьезные люди решают эти вопросы иначе, — наставительно поднял он указательный палец.
— А как? — просила я тихо.
— Нанимают профи.
— И потом из рек тела неопознанные вылавливают, — снова вмешался Илья, и мне захотелось треснуть его по голове.
— Не вылавливают, — ухмыльнулся Кайрат. — Профи на то и профи, чтобы чисто работать. На крайняк, конкуренты проблемы с налоговой бы устроили. Дурь в тачке — чисто личные разборки. Мое мнение.
— В твоих словах есть логика, — кивнула я и решила, что до конкурентов их с Черновым компании мне не добраться — я банально не знаю, кто это может быть, и не уверена, что Стас начнет меня просвещать. Он и сам, скорее всего, землю носом роет, пытаясь выяснить, кто подставил Виолетту. Я могу попытаться проверить тех, кто испытывает к ней личную неприязнь. Не уверена, что получится, но я должна сделать хотя бы что-то. Иначе зачем любить, если не можешь хотя бы попытаться защитить свою любовь?