Влюблённая Ведьма

Ну почему она такая дура? Не могла сказать мне: «Танечка, прости, я была не права»? Мне бы хватило этого, чтобы забыть все и броситься к ней на шею. И чтобы все снова было, как прежде. Но нет, Виолетта никогда так не сделает. А может быть, сделала бы — ведь зачем-то она приезжала в наш поселок! Правда я, кажется, все испортила. Но ведь и она могла понять меня — я была на взводе после этого дурацкого дня. Выдающийся гений отношений, чтоб её…

Я снова осторожно выглянула за угол — Виолетта стояла ко мне спиной и что-то говорила своему собеседнику. А я смотрела на её плечи и грустно вздыхала, думая, как глупо у нас все получилось. И когда вдруг подумала, что, может быть, стоит подойти к ней и поговорить, как откуда-то появился проректор по образовательной деятельности, тот самый, что был соседом Виолетты. Он громогласно поздоровался с ним, покровительственно похлопал по плечу и размашисто направился в мою сторону. Все произошло так стремительно, что я даже убежать не успела. Лишь развернулась и сделала несколько шагов в сторону.

— Татьяна! — раздался за моей спиной громкий голос. — А вы куда пошли?

Ну вот его мне тут для полного счастья не хватало! Сейчас Малышенко услышит и поймет, что я следила за ней. Наверное, её порвет на кусочки от смеха.

— Ваша Виолетта…. — Не унимался проректор.

Я резко обернулась и прижала указательный палец к губам. Видимо, выглядела я при этом так решительно и злобно, что проректор оборвал себя на полуслове и изумленно вздернул брови.

— Здравствуйте, — сказала я хмуро. — Откуда вы знаете мое имя?

— Ваше имя все знают, — почему-то расплылся в улыбке проректор. Ах да, я же теперь местная университетская звезда — после скандала в группе меня узнают, пялятся и мерзко хихикают. Шустрые ребята с журфака даже хотели взять интервью для своей газеты. Пришлось послать их, миксуя вежливые слова и сниженную лексику — очень уж они были настойчивыми.

— Точно, как я могла забыть, — ответила я и хотела было попрощаться, чтобы уйти, но мне дали этого сделать.

— Знаете, Татьяна, не обращайте внимания на это, — вдруг сказал проректор доброжелательным тоном. — Ситуация, конечно, неприятная, но все адекватные люди понимают, что это месть обиженного студента преподавателю. Правда, ваш замдекана активно выступал за то, чтобы была собрана комиссия по этике, однако, Виолетту Игоревну, так сказать, отбили. Нет поста — и повода нет. Официальных жалоб никаких не зарегистрировано. А встречаться со студенткой вне стен альма матер — дело личное. Так что все это глупости.

— Для Виолетту это не глупости, — вырвалось у меня. — А удар по имиджу.

— Да, конечно, приятного мало, — кивнул мужчина. — Однако и Виолетта не шестнадцатилетная девочка, чтобы страдать из-за этого. Обычно она решает подобные вопросы.

Я вспомнила то, как Виолетта выговаривала мне за свою несчастную пострадавшую репутацию, и прикусила губу.

— Хорошо, что вы у неё появились, — вдруг добавил проректор. — Виолетта изменилась. Улыбаться стала чаще. Не то, что раньше. Я ведь её давно знаю. Её дядя мой хороший друг.

Он улыбнулся мне и, что-то напевая, пошел дальше. А я, чуть подумав, направилась к выходу — решила дождаться Виолетту в холле библиотеки и сделать вид, что случайно её встретила. А после поговорить.

Я забрала одежду из гардероба, оделась и встала у окна, не сводя глаз с лестницы, с которой должна была спуститься Виолетта. После слов проректора на какое-то время я вдруг подумала, что между нами все может быть хорошо, однако все мои иллюзии рассыпались прахом, когда я увидела, как в библиотеку заходит Эльвира — та самая девица, которая положила глаз на Виолетту на дне рождении её бабушки. Белоснежное вязаное платье-футляр, коралловая распахнутая шубка, высокие каблуки — выглядела она стиль и почти безупречно. Безупречно — потому что образ портило самодовольное лицо.

На ходу стягивая кожаные перчатки, Эльвира разговаривала по телефону и ни на кого не обращала внимания. Она остановилась у зеркала рядом со мной, в спешке решив подкрасить губы, которые, кажется, с первой нашей встречи, увеличились в размерах.

— Да, мы сегодня с ней встретимся, прямо сейчас, — говорила она по телефону, прижимая его ухом к плечу. — И ты не представляешь, где! В библиотеке!

С ней — это с Виолеттой? Во мне тотчас вспыхнула ревность. В висках застучала кровь.

— Да уж, удивительное дело, — громко прокомментировала я. — Я думала, в библиотеку ходят те, кто умеют читать.

Эльвира резко повернулась ко мне, и глаза ее потемнели.

— Милая, я тебе потом перезвоню. Ты! — волком уставилась она на меня. — Ты что тут забыла, дрянь?

— Вообще-то, я здесь учусь, — пожала я плечами. — А вот что забыла здесь ты? Детского абонемента, где есть книжки с картинками, тут нет.

— Очень смешно, — процедила сквозь зубы Эльвира.

— Это не смешно, а грустно, — покачала я головой.

— Грустно должно быть тебе, детка, — фыркнула она. — Я же говорила, что Виолетта не станет долго с тобой встречаться. Зачем ей малолетка? Особенно когда рядом есть такая шикарная женщина, как я.

— Тут думаешь, что если не умрешь от какого-нибудь вируса, то точно сдохнешь от фэйспалмов, — вздохнула я. — Шикарная женщина, у вас от такого самомнения ничего не треснет?

— Не треснет, — хмыкнула в ответ Эльвира. — А вот у тебя что-то разойдется по швам, сладкая моя. Твоя прекрасная любовь, шитая белыми нитками. Она будет моей. Это лишь дело времени. Поняла?

Ее слова разозлили меня еще сильнее, но я и виду не показала. Еще чего — показывать эмоции перед такой стервой, как она. Увидит мою ярость или ревность — лишь начнет улыбаться от радости, раз уж ей все откуда-то известно.

— Я поняла одно — ты не в себе, — спокойно ответила я. — Кстати, у тебя что-то упало.

Эльвира машинально опустила взгляд.

— Кажется, это твои будущие планы. Твоей она точно никогда не будет. Не любит глупых женщин.

С этими словами я вышла на улицу, прекрасно понимая, что Эльвира здесь делает. Не книжки же читать она собралась в библиотеке, в конце концов! Она приехала к моей Виолетте. Только зачем? Она назначила ей встречу в библиотеке? Почему она вообще с ней общается? Мы ведь только недавно поссорились.

Или расстались?..

Я уже не знала.

Чувствуя, что сейчас что-то произойдет, я отошла в сторону. Эльвира не раздевалась — значит, она кого-то ждет. Ждет Виолетту. А я подожду того, что будет дальше.

Мои опасения подтвердились. Они вышли из библиотеки вдвоем. У Эльвиры упала перчатка, и Виолетта подняла ее, чтобы отдать ей. Их пальцы при этом соприкоснулись — не знаю, случайно или намеренно. Обычный жест, но меня это безумно зацепило, и я крепко сжала зубы.

Они спустились и направились к криво припаркованной «Ауди», которая принадлежала Эльвире. Она села за руль, Виолетта — рядом с ней, и машина тронулась с места. Водила Эльвира не очень, и я с какой-то злой насмешкой подумала, что Виолетта, должно быть, сейчас нервничает. Она не любит, когда плохо водят.

И куда они поехали вдвоем? Что происходит? Виолка решила, что одиночество надоело ей и позволила этой стерве начать вешаться на себя? Назло мне или ей просто все равно, кто будет рядом? Меня захлестнули обида и возмущение, да так, что стало даже дышать труднее. Я не понимала, что происходит между нами. Не понимала, что происходит между ними. Не понимала, когда эта идиотка Дементьева выложит, наконец, пост с извинениями. Я уже совсем ничего не понимала.