Влюблённая Ведьма

— У вас есть уникальная возможность сделать это, — вкрадчиво сказала Виолетта, выходя из тени. Кира опешила и едва и не выронила из рук розы. Увидеть здесь свою соперницу она явно не ожидала. Впрочем, и для Виолетты её появление стало большим сюрпризом.

Они встали друг напротив друга, расправив плечи. На лице Виолетты было напускное каменное спокойствие, а на лице Киры — неприятная улыбка, за которой скрывалась злость.

— Уникальная возможность? Звучит как слоган из плохой рекламы в соцсетях, — усмехнулась Кира, отключая телефон. — Пожалуй, откажусь.

— А зря, — покачала головой Виолетта, у которого внутри снова поднялась буря — на этот раз снежная, а не огненная. Взыграли её собственнические инстинкты. Опять эта дура вьется около Татьяны. — Я же предупредила вас, чтобы вы не появлялись рядом с моей девушкой? Предупреждала.

Вскинув голову, Кира расхохоталась.

— Твоей? — нахально спросила она, смерив Виолетту веселым взглядом. — А ты не слишком много на себя берешь, чувак? Когда она стала твоей?

— Попрошу вас разговаривать вежливо, — ледяным тоном бросила Виолетта. Она терпеть не могла беспардонных и бестактных людей.

— Это мой максимальный уровень вежливости, сорри, — хмыкнула Кира и внимательным взглядом окинула окна Татьяниного дома. Видимо, не раз бывала у нее. Приходила в ее спальню. Лежал на ее кровати. Была ее первой любовью. Первой девушкой.

Виолетта невольно представилв, как эта Кира жадно целует Таню и опускает на расправленную постель, прижимая своим телом. Это ведение растаяло через пару секунд, однако Виолетту словно под дых ударили. Она всегда говорила, что не умеет ревновать, но, похоже, это было не так. Кира не просто раздражала Виолетту. Ей хотелось от души врезать ей, чтобы стереть это самодовольную ухмылку.

— Еще раз — что вы тут забыли? — спросила Виолетта сквозь зубы.

— А я обязана отвечать? Что-то я не вижу на тебе бейджика «прокурор», чувак, — хмыкнула Кира. — Тот же вопрос я могу задать тебе — какого черта ты тут забыла?

Виолетта на мгновение прикрыла глаза, чтобы не взорваться. Она была на грани.

— Татьяна дала понять, что не хочет видеть вас. Но, как я понимаю, вы не прекращаете доставать ее. Поскольку она моя девушка, я вынуждена отстаивать ее интересы. Поэтому еще раз по-хорошему прошу прекратить преследовать ее, — сухо сказала Виолетта.

— Слушай, у тебя столько пафоса, — рассмеялась Кира. — Как говорит Таня, не знаю, куда орать.

— Орите куда угодно, но только не рядом со мной. Иначе мне придется вызвать бригаду.

— Шутник, — покачала головой Кира. — Таня любит смешных. Я всегда умела ее рассмешить.

— Поверьте, не только ее. Спрашиваю в последний раз — что вы здесь забыли?

Кира шагнула к Виолетте и свободной рукой похлопала по плечу.

— Руку, — коротко предупредила Виолетта. Видимо в её взгляде и голосе было нечто такое, что заставило Киру опустить руку вниз.

— Давай я раскидаю тебе ситуацию, чувак. Раз мы встретились, буду так любезна. А то, по ходу, ты просто не догоняешь. Ты реально считаешь, что у вас с Таней что-то получится? Нет, серьезно? Ты ведь слышала мой разговор? Могу повторить — ты просто обычная преподавательница в универе. Окей, не спорю, может быть, ты умная и перспективная, сделаешь невероятное открытие и получишь Нобелевскую премию лет через сорок и получишь миллион долларов. Но давай будем честными. У тебя нет ничего, что нужно таким, как моя Таня.

«Моя Таня» — от этих слов у Виолетты перед глазами замелькали алые мушки.

— Сколько вы знакомы? — спросила вдруг Кира. И Виолетта поняла, что в глазах девушки загорелся огонь.

— Сейчас достану календарик и посчитаю, — ядовито ответила Виолетта. — Вам предоставить отчет по каждому дню?

— Нет, правда. Ну сколько? Месяц, два? А я знаю ее давно. Очень давно. От и до. От кончиков волос до кончиков ногтей. Знаю, чем она живет и дышит. Знаю, что ей нужно. Считай меня полной уродкой — если честно, мне пофиг. Но я говорю, как есть. Таня — из обеспеченной семьи. Она привыкла к определённому уровню жизни, который ты не сможешь поддержать. Знаешь, почему я ушла? Сделала ее свободной? Потому что у меня не было выбора. Если бы я осталась с ней, у меня бы не было бабок, чтобы поддерживать этот уровень. Таня бы не бросила меня, нет, она не такая, — с непонятным жаром продолжала Кира. — Но она бы мучилась. Я не хотела мучить любимую девочку. Дала ей свободу.

— Какими красивыми словами мы оправдываем собственный эгоизм, — приподняла бровь Виолетта. — Вам бы романы писать. О великой любви.

— А ты дерзкая. Только тупая. Я же сказала. Таня — девочка не твоего уровня. Для нее ты никто. Она поиграет с тобой в роман между преподом и студенткой, и бросит. А знаешь, почему? Потому что она не может забыть меня. А я — ее. Не встревай между нами.

— Говорю в последний раз, господин Лев Толстой, хватит преследовать Татьяну. Иначе у вас будут проблемы, — сказала Виолетта равнодушным тоном.

— Нет, проблемы будут у тебя, чувак, — сверкнули глаза Киры. Она вдруг откинула цветы в сторону и попыталаст ударить Виолетту в лицо.

Хоть Кира и выглядела внушительно — явно много часов провела в тренажерке, драться она не умела. У неё не было ни уличного опыта, ни опыта, оточенного в зале с тренером. Только самоуверенность. Она-то её и подвела.

У неё ничего не вышло — Виолетта молниеносно блокировала удар. И дальше действовала на автомате. Несколько коротких движений, и она прижала Киру к забору, а после, удерживая, врезала по челюсти. Била при этом в пол силы, сдерживая себя — знала, что удар поставлен хорошо. И как бы ей не хотелось разбить лицо Киры в кровь, Виолетта понимала, что не должна этого делать. Будут проблемы. Да и нехорошо это, бить более слабого.

Виолетта часто называли овцой — из-за принципиальности. Но подлой она никогда не была.

Все так же легко удерживая Киру, она замахнулась во второй раз, сжимая кулак. Кира на мгновение закрыла глаза, и Виолетта тотчас вспомнила слова тренера: «Закрыл глаза при атаке — признал поражение». И ударил. Но не по лицу соперника, а по забору. До боли — резкой и отрезвляющей. По руке потекла кровь — неудачно зацепил кулаком что-то на заборе.

— Я же тебе сказала, — прошептала Виолетта на ухо Кира почти нежно. — Я же сказала не появляться рядом с моей девушкой, маленькая эгоистичная дура. Ты хочешь, чтобы я переломала тебе все кости? Если да, то продолжай мозолить мне глаза. Конечно, я — высокомерная уродка и ничего особенного, — припомнила она слова Киры, сказанные по телефону. — Но смогу позаботиться о тебе. Поэтому не появляйся рядом с Таней. Поняла?

Кира молчала. Скула опухала, на её светлые волосы падали редкие снежинки, и она казалась какой-то совсем бесполезной.

— Поняла? — хорошенько встряхнула её Виолетта.

— Пошла ты, — буркнула Кира. Но натолкнулся на холодный колючий взгляд Виолетты и просто кивнула.

— Тогда уезжай. Садись в машинку, подаренную мамой, и уезжай. — С этими словами Виолетта отпустила Киру, подняла со снега букет цветов и прижала к груди девушки. — Держи веник.

Кира отбросила розы в сторону, прошипела что-то грязное, но послушно селв в машину. Завела ее, выглянула в окно и крикнула:

— Обещаю, уродка, у тебя будут проблемы!

С этими словами Кира уехала, а Виолетта, вздохнув, выбросила цветы в урну. И только потом направилась к своей машине. При свете она обнаружила, что царапина на кулаке недлинная, но глубокая, и какое-то время потратил на то, чтобы остановить кровь. Все еёмысли при этом были заняты Таней и словами Киры.

Ура киретта