3
— Кащей, не пугай девчонку, — раздался голос лысого парня, возвращающегося из глубины квартиры. Его голос был спокойный, почти дружелюбный, в отличие от царившей минуту назад напряженной атмосферы. — Видимо, она действительно не при чём тут. Я всё осмотрел, ни одного признака того, что он тут проживал.
Слова лысого парня прозвучали словно приговор. Напряжение, висевшее в воздухе, словно тугой эластичный жгут, ослабло. Разочарование пронзило ожидающих за порогом, словно удар током. Среди поодаль стоящих парней послышался приглушенный, разочарованный гул — низкое, невнятное бормотание, состоящее из недовольных вздохов и коротких фраз. Они ожидали найти Стрелого, надеялись на быструю расправу. Ожидания не оправдались. План провалился. Их агрессия, сконцентрированная до этого на бледной Лере, иссякла, как выпущенный воздух из шара.
Кучерявый, до этого державший Леру в импровизированном «загоне», наконец отстранился от стены. Его рука, до этого преграждавшая ей путь, медленно отошла, освобождая девушку от невидимой клетки. Однако, его взгляд, хотя и лишился прежней угрозы, по-прежнему скользил по Лере, оценивая, изучая. Он медленно прошелся по её фигуре, задерживаясь на каждом сантиметре её тела. Это уже не было угрозой; скорее, это была оценка, холодный, рациональный анализ. Он ещё не оставлял надежды что-то обнаружить. Возможно, он до сих пор пытался найти хоть какой-то намек на ложь в её поведении. Может, он искал несоответствие между её словами и выражением лица. Воздух вокруг Леры по-прежнему напряжен, несмотря на изменение общего настроения группы. Ощущение опасности не исчезло полностью. Она по-прежнему чувствовала себя под пристальным взглядом лидера банды, чувствовала его власть, даже несмотря на поворот событий.
Только сейчас Лера смогла действительно разглядеть его, как будто освободившись от оков страха, налетевшего на неё ранее. Невольно, она начала изучать детали его внешности, будто это могло помочь ей понять, чем же он на самом деле является: угрозой или чем-то иным.
На первый взгляд, он, безусловно, поражал своей внушительной фигурой. Высокий, широкоплечий, с крепким телосложением, он выглядел так, будто способен одним движением снять с дороги любого, кто решит встать на его пути. Русые волосы, слегка вьющиеся, небрежно спадали на лоб, придавая ему несколько необузданный вид. Светлая кожа контрастировала с его темной одеждой, подчеркивая всё его мужество и физическую мощь.
Однако, что больше всего притягивало взгляд, так это его глаза. Яркие, пронзительные зеленые глаза – это было то, что заставляло её сердце замирать. В этих глазах смешивались дерзость, некая усмешка и вызов, будто он демонстрировал полное превосходство над ситуацией. В них была сила, которая одновременно пугала и очаровывала. Лера почувствовала, что смотрит не просто на человека, а на своего рода силу природы, не поддающуюся контролю.
Чуть заметная легкая щетина на квадратной челюсти добавляла его облику агрессивности и мужественности. Она напоминала о том, что этот человек не из тех, кто предпочёл бы мирные пути разрешения конфликтов. В его осанке ощущалась уверенность, граничащая с наглостью, как будто он был уверен, что мир вокруг него должен подстраиваться под его желания. Взгляд его был открыто оценивающим, немного презрительным, словно он видел в ней лишь запоздалый вопрос, не согласный с реальностью.
— Что ж... — начала Лера, наконец обретя контроль над своим дыханием. Её голос, хотя и немного дрожал, звучал уже твердо, уверенно. Она пригладила растрепанные волосы, стараясь придать себе более собранный вид. — Жаль вас разочаровывать отсутствием вашего искомого персонажа, — продолжила она, обращаясь в основном к кучерявому парню с насмешливыми зелеными глазами. Она уже поняла, кто здесь главный, кто тот, кому подчиняются все остальные. — И я бы, конечно, с удовольствием выслушала ваши объяснения и извинения, раз вы убедились, что я ко всему этому не причастна. Но посмею вас попросить всё-таки покинуть мою квартиру в такой поздний час.
Её слова прозвучали как вызов. Тишина повисла в воздухе, прежде чем её нарушили шепотки и перешёптывания оставшихся на лестничной площадке парней. Они, словно стая преданных собак, покосились на Кощея, ожидая его дальнейших распоряжений. Лера, заметив это, едва заметно усмехнулась про себя. Сравнение было достаточно точным. Они были полностью зависимы от него, от его решения.
Эта насмешка и такая старательная уверенность светловолосой не ускользнули от главаря, мысленно он прибавил уважения этой незнакомке, несмотря на её внешнюю хрупкость, она достойно держалась перед такой шайкой парней.
— Турбо, — обратился кучерявый к одному из ближайших парней, не отрывая взгляда от Леры. Его голос был короткий, резкий, повелительный. — Расходитесь со скорлупой. Завтра в три все чтоб были на месте. Зима, ты тут со мной останешься, — он кивнул на лысого парня, который до этого проверял квартиру. — Побеседуем. Да и объяснимся с нашей новой знакомой, — вновь с наглой, самоуверенной ухмылкой произнес он, уже не скрывая своей власти и права решать судьбы окружающих. Быстрым движением он схватил Леру за плечо, слегка развернув её к кухне. Его прикосновение было неожиданным и грубым, вызвавшим у неё новый всплеск страха. — Лысый, дверь закрой, — бросил он, не отпуская Леры и подталкивая её в сторону кухни, будто она была послушной игрушкой в его руках. Его действия были решительными и безапелляционными, он не оставлял ей ни малейшего шанса на сопротивление, да и сама девушка по горькому опыту событий тех лет, когда она имела отношение к группировке своего бывшего молодого человека, Лера знала, что в такие моменты особо спорить и сопротивляться смысла нет, она не в превосходящем положении.