глава 8
– Да, теть Саш, у меня все хорошо. Почему голос не такой? Голова болит. Да ты и так не отвлекала! Ну ладно, давай, спокойной ночи! Целую!
Я закончила разговор и наконец-то выдохнула.
После неожиданной и почти ничего не значимой встречи, я все-таки дошла до фуд-корта. Решила поесть там, чтобы привести мысли в порядок, а не идти в таком состоянии обратно в Гостиницу, так как в коридоре могла встретить брата, который быстренько все донесет тете. А мне этого не надо. Но даже там я успела перепутать свой заказ с чужим, чуть не навернулась с подносом в руках пока шла до столика, и уже надкусив бургер, опомнилась, что взяла совершенно не то, что хотела по дороге в это место. Но было уже наплевать. Доев, я взяла еще один заказ с собой, и пошла обратно, уже не обращая внимания на луну и звездочки. В последнее время, мне это занятие выходит боком, ведь первой реакцией на Астрова было – «О нет, только не он». Правда! Я только-только приехала в этот город и оклемалась. Мне бы сначала с Косаревым разобраться, а потом уже с этим бестолковым хоть детей вместе крестить.
Поджав ноги под себя, я укуталась в одеяло с головой, и трубочка с хрустом проткнула пленку крышки стакана с колой. Прохладная жидкость медленно охладила горло. Я чуть поежилась от пузырьков, прилетевших в нос. С каждым глотком я чувствую, как дрожь в конечностях утекает вниз, а веки слипаются. Газировка отправляется на тумбочку, а я, поудобнее расположившись на большой постели, улеглась, надеясь на очередной отдых без кошмаров. Кажется, нет лучше терапии от тревожности, чем сон. Я и не заметила, как уже через несколько секунд дала храпу. А заметила я только когда на мобильник с веселой музычкой пришло уведомление. От неожиданности я подпрыгнула и бегом взяла его в руки. Нет, не чтобы глянуть какой это ненаглядный в такое позднее время мне написал. А чтобы нафиг отрубить звук и в крайнем случае включить режим «полета». Яркость экрана ослепила меня полностью, и я, щурясь одним глазом, выключила уведомления, даже не взглянув, что мне пришло. А зря! Даже не знаю, сколько прошло. Одно и то же «ну посмотри, посмотри!» давило на новый сон, будто из теплой кроватки я попала под гидравлический пресс. И законом подлости под окном начинают разъезжать машины и орать неугомонные коты. От безысходности ситуации все же, с громким вымученным вздохом, достаю рукой до телефона. И как только на экране снова всплыло то уведомление, напоминая о себе, я ничуть не пожалела, что не стала засыпать.
Ведь Влас дал о себе знать.
Я перешла в приложение и с замиранием сердца холодным кончиком пальца тыкнула на новую «историю» в его почти умершем профиле. Всего несколько людей напротив огромного загородного дома. Я закусила губу и, остановив текущую полоску, начала приближать фото, рассматривая лишь одно лицо. Он действительно очень повзрослел. Лицо чуть вытянулось, еще больше подчеркивая симпатичные скулы. На щеках и подбородке чуть просвечивается темная щетина. Она добавляет минус шесть часов сна к его итак уставшему виду. Волосы привычно растрепаны, они так и соблазняют впустить в них пальцы и сидеть так часами. А глаза я так и не увидела – он прикрыл их для фото, вытягивая губы трубочкой. Косарева окружают несколько парней нашего возраста, и один даже сзади подставил ему козу из пальцев. Все явно уже не трезвые, но искренне счастливые. В голове промелькнул образ Власа-тихони-трезвеника, который по виду с этим фото не имеет ничего схожего. Меня привлек праздничный колпачок с поняшками на рыжей голове у одного из оравы. Выглядит он, словно его заставили надеть колпак, но он, видимо, не сильно и сопротивлялся. Кажется, празднуют его день рождения. Вверху возле пустой аватарки Косарева плыл трек, который я не слышала из-за выключенного звука. И рядом подпись к истории «Подтягивайтесь», и координаты и адрес этой улицы и дома. Посмотрев на картах, поняла, что ехать отсюда всего двадцать минут, и, ни то Власу, ни то сама себе, прошептала:
– Меня два раза приглашать не нужно.